Переломный момент. Филосовский камень.

—... не могу я вам сказать! Это тайна Дамблдора и Фламеля!

Мерлин, этот великан такой глупый.
Я прижала палец к губам, взывая невнятно промычавшего что-то Теренса Хиггса к тишине; ловец нашей сборной выгнул бровь, дернул тонким носом, но послушно заткнулся и прижал к груди маленького котёнка-книззла.

— Фламель? Кто такой Фламель, Хагрид? — встревоженно-любопытный чистый голос Гарри Поттера требовал ответа, но полу-великан только, судя по звукам, задумчиво почесал свою огромную густую бороду.

— Не могу я сказать. Вы.. эта... идите в замок. Темнеет уже... — лесничий быстро попрощался с тремя гриффиндорцами и закрыл дверь.

— Надо узнать, кто такой Фламель!.. — ох, Кристин, неужели у тебя такая короткая память! Мы, вроде как, вместе тогда смотрели первый фильм!..

— Фламель? — я вырулила из-за угла домика Хагрида и, перепрыгнув ворох желтых лисьев, сметенных к краю тропинки, заинтересованно подёргала бровями, — Зачем вам?

Я забрала у хмурого Хиггса кота.
Маленького книззла мы нашли около озера; слизеринский ловец шел с тренировки, и на его плече до сих пор висела метла, а я просто гуляла.

— Не твое дело, Камбербет! — огрызнулся Уизли.

О, как обычно.
Жалкий нищий предатель крови скалит зубки, — да как он смеет так со мной говорить, я ему сейчас...

Ой.

Все.
Чёрт.

Говорю как Малфой.

Это передаётся воздушно-капельным путем.

Я скривилась и медленно втянула носом сырой холодный воздух.
Ветер подхватил и закружил опавшие листья из-под моих ног, воздух вокруг меня едва заметно заколыхался от потока стихийной магии, которую я отчаянно пыталась заглушить.

— Ну, Камбербет, удачи, — Теренс легко и с тем осторожно положил затянутую в перчатку кисть на мое плечо, — До встречи, — парень городо удалился, а я только кивнула.

— Ох, Рональд.. — я постаралась говорить как можно более печально-разочарованным тоном и не смотреть на смачно выругавшуюся Крис, — Я ведь знаю, кто такой Николас Фламель и чем он известен; просто помочь хотела... — я покачала головой и увидела, как Гарри вперил уничтожающий взгляд в рыжий висок, — Но после такого... Хорошего дня, господа.

Я почтительно кивнула, занавесив оскорбленное выражение лица светлыми волосами.
Я довольно хмыкнула, услышав, как Поттер и Драгоций одновременно накинулись на рыжего грубияна.

— Ха-агри-и-ид!! Открывай! — я усиленно забарабанила в дверь хижины, когда она внезапно распахнулась, едва не расплющив мне голову, — Привет!

Рубеус уже открыл рот, чтобы сообщить, что «нечегошеньки я вам не скажу, надоеды!», но тут же захлопнул его.

— Ой, а ты... эта... — полу-великан замялся. Я покосилась на его потрепанную кротовую шубу (и почему он ходит в ней по дому? Сейчас ведь и не особо холодно... или он собирался в лес?)

— Я Катрин Камбербет, со Слизерина, — отчеканила я и обезоруживающе улыбнулась, — У меня тут ма-а-аленький «сюрприз»... — я отогнула край зеленого отворота мантии, куда уже забрался замерзший котёнок.

— Ну заходи уж, раз пришла! — лесничий улыбнулся, увидев книззла. Вот человек! Покажи животину — и родину продаст..

Я тихо прыснула, закрывая за собой дверь.

Да и, хоть не особо он любил мой факультет, но опасности в первокурснице примерно столько же, сколько в Клыке.
Только виду..
Ну, это он так думает.
И пускай дальше думает.

— Чай-то будешь? — о, отлично.
Пошел на контакт, значит, шанс заполучить Хагрида в союзники есть.

— Да, если можно, — вежливо ответила я, выпуская книззла на пол. Клык, лежащий на своей подстилке, заинтересованно приподнял голову, но потом снова лег, — Я немного замерзла пока сюда шла...

Я рассказала про то, как увидела шелевящийся кусок оторванной древесной коры около большого камня на берегу Черного Озера, а Теренс Хиггс проходил мимо и сам пошел проверить. Всё-таки, Запретный Лес недалеко, вдруг какая тварь оттуда..
Хагрид тут же окрестил наглого кота с коричневой короткой шерстью Каштанчиком.

Я сначала предложила «Пушок», хотя это вообще не вязалось с его гладкостью*.

—.. да ну, не люблю повторять прозвища у.. ээ.. питомцев.. — лесничий одним пальцем погладил Каштана по голове, отчего он пригнулся к самому полу.

— А кого ты раньше называл Пушком? — любопытно спросила я, пряча улыбку за ведрообразной кружкой, — Твоего пса ведь зовут Клык, да?

— Да... — мечтательно протянул полу-великан и тоже шумно отхлебнул из своей кружки, — Были у него клыки раньше острые да длинные... а сейчас что?.. — Хагрид, видя что мне «интересно» начал энергично продолжать свою речь о больших псах: — А Пушком-то я звал этого, как его.. ну, цербера одного... хороший такой, послушный... у грека одного купил! Он сейчас при Дамблдоре... на службе..

— Кто? Грек? — хохотнула я.

Хагрид замахал руками, смешливо сверкая черными, как большие жуки, глазами.

— Да нет, что ты!.. тот уж и из страны-то сгинул давно.. а вот Пушок мой — охранник! — лесничий гордо вскинул лохматую голову, — Для Дамблдора сторжит филосовс... — я приподняла брови одновременно с уголком губ, — А, впрочем, тебе-то.. значит, эта... необязательно знать, вот! А-ну, допивай чай и шагай в замок, вечереет уже!

— — —

Я с ногами забралась на мягкое кожаное черное кресло у ярко пылающего камина, уложив на колени учебник по трансфигурации и проверяя эссе Грегори и Винсента. Рядом сидела Агния, уткнувшись в свою тетрадь и что-то тихонько шепча, Блейз расслабленно потягивал чай в кресле напротив, а Драко и Панс вместе, шумно и агрессивно споря, доделывали доклад для Снейпа.

В какой-то момент я не выдержала:

— Шкура бумсланга является одним из самых популярных незаменимых компонентов, особенно в сочетании с златоцветником, — я нахмурилась, отдавая Грегу его исправленное эссе, — Если и заменять шкуру, то значит менять весь состав...

— Я же говорил! — воскликнул Драко, а Панси только закатила глаза и раздосадованно прищелкнула языком, продолжая составлять таблицу.
Похоже, они работали над Оборотным зельем, или зельем Поиска. Хотя это не программа первого курса. Зарабатывают дополнительные баллы, молодцы... вот только Дамблдор все равно в конце года накинет своим любимым львам ещё с сотню-полторы очков, если не больше.

Я позвала домовика, попросив себе чашку какао.

Домовые эльфы в Хогвартсе были послушные и трудолюбивые, а как любили помогать «бедным проголодавшимся детям»! И знающие студенты нагло этим пользовались.
Особенно со Слизерина.
Особенно Блейз.
Он меня и подсадил на «Волшебное какао, вкусное для любого». Вся фишка этого напитка была в том, что оно и вправду могло подстроиться под любой вкус, главное — правильно сварить. Даже если вам категорически нельзя сладкое, какао само собой перестанет им быть.

Я поблагодарила эльфа и расслабленно откинулась на спинку кресла.
В гостиной было почти пусто — пара четверокурсников добивали проект по Травологии и наша компания высадилась у камина..
Кребб и Гойл, зевая, сообщили, что отправляются спать, ещё раз поблагодарили меня за помощь и ушли.

Агния ещё раз окинула свои записи сквозь линзы очков и медленно выдохнула, стягивая их.
Очки у нее были специальные — для чтения и заколдованные от поломок или грязи, — во избежание проблем со зрением. Конечно, всегда есть «Орлиный глаз», но не всегда все зелья так легко принимаются строптивым человеческим организмом.

— Ну и как? — коротко спросила я, пока Агни просила себе чая у счастливого домовика.

— Вроде без ошибок, — тихо, немного сипло ответила девочка и тщательно проморгавшись умоляюще посмотрела на меня.
Я хмыкнула, вытянула ноги и протянула руку.

— Давай я посмотрю, — в трансфигурация я разбиралась лучше всех. МакГонагалл даже предлагала походить к ней на дополнительные курсы, но я отказалась. Если на первом курсе у меня ещё хватает времени на домашнее задание и какао, то на втором в такое время (пол одиннадцатого вечера) я только вернусь с тренировки по квиддичу. Какие уж там дополнительные занятия!

В записях Фелпс, сделанных аккуратным мелким ровным почерком, как всегда все было идеально. Русоволосая девочка с зеленовато-карими глазами вообще умела цепко и четко выхватывать из длиннющей лекции и практических занятий самую суть, но порой своим рвением к учебе и параноидальным отношением к оценкам и правилам напоминала Грейнджер.
Которая, кстати, который день ходит вся грустная и пасмурная, как туча перед ливнем.
Скоро Уизел опять брякнет «Это не девчонка, а какой-то кошмар. Понятно, почему с ней никто не дружит!» и бедная Гермиона запрется в туалете и откажется оттуда выходить, а потом уж такое начнётся...
Я зажмурилась и тряхнула головой.

Да ладно. Все будет хорошо. В прошлый раз без нас с Крис все обошлось — и в этот обойдется!..

Изумрудный огонь в черной каменной чаше на пьедестале в углу комнаты шумно колыхнулся, когда четверокурсники, тихо переговариваясь, прошли мимо. Это был особый огонь, не как ярко-оранжевый непослушный обжора в камине, а спокойный, теплый, молчаливый. Он правда был очень тихим по сравнению с обычным, и ещё — никогда не потухал. Его можно было брать в руки, чаша оставалась холодной. Мне безумно нравилась эта изюминка общей комнаты Слизерина и его спален...

Я уже почти уснула в своем кресле, когда Блейз решил поделиться со мной шоколадным печеньем, смешно нахмурив брови, пытаясь его ровно разломить, а Драко попросил помочь с частью доклада, где требовалось описать процесс трансфигурирования живого в неживое.

— — —

* — имеется ввиду гладкая короткая шерсть.

Ну, для тех кто не понял, мало ли что... извините, не хотела отвлекать, не обращайте внимания, читайте дальше. Если, конечно, это кто-то читает и вообще кому-то нравится..

Я сказала слишком много.
Извините, правда. Пока.