Игра на двоих| Pablo Gavi

Любовь — это не когда сердце бьётся быстрее.
Это когда рядом с ним наконец можно выдохнуть.

*От лица Эли*

Сегодняшняя съёмка началась слишком рано.
Слишком даже для меня.

Восемь утра — а я уже в студии, где пахнет кофе, лаками для волос и новой тканью. Вокруг визажисты, стилисты, камеры. Все бегают, суетятся, поправляют свет, а я пытаюсь не зевнуть прямо в объектив.
Хоть бы хоть раз дали поспать.

— Эли, чуть подбородок выше, отлично, держи, — фотограф сделал несколько кадров, потом махнул рукой. — Супер, просто супер.

Я улыбнулась, привычно, уверенно. Но внутри мысленно зевнула ещё раз.
Сегодня у Пабло выходной. После вчерашнего победного матча я была уверена, что он, как обычно, уткнётся лицом в подушку и проспит до обеда.

Но нет.
Всё вышло наоборот.

Когда визажист касалась кисточкой моих щёк, я невольно вспомнила утро.
То самое утро, когда он снова доказал, что способен на мелочи, от которых у меня сердце делает щёлк.

Будильник зазвенел.
Я ещё не открыла глаза, но почувствовала, как кто-то проводит рукой по моим волосам.
Мягко, осторожно, будто боялся разбудить раньше времени.

— Эй, — его голос был сонный, хриплый, но всё равно нежный. — Тебе вставать, модель моя.

Я открыла один глаз. Он лежал рядом, полусонный, волосы в беспорядке, рубашка наполовину расстёгнута, а глаза — самые тёплые на свете.
— Почему ты не спишь, Пабло?
— Потому что у тебя съёмка. А если проспишь, потом будешь злиться, — улыбнулся он, всё ещё гладя мои волосы. — Так что я решил спасти визажиста от катастрофы.

Я фыркнула, но всё равно прижалась к нему на пару секунд.
— Ты с ума сошёл. У тебя же выходной.
— А я кайфую от того, что могу тебя разбудить, — пробормотал он, зарывшись носом в моё плечо.

Пусть лежит, подумала я тогда. Он заслужил.
После того гола — тем более.

*****
— Готово, — визажист щёлкнула кисточкой, вырвав меня из мыслей. — Ты сегодня особенно светишься, Эли. Что-то хорошее случилось?
Я усмехнулась.
— Возможно, просто выспалась.
Хотя, если честно, совсем наоборот.

****

Когда я вышла из студии, солнце уже стояло высоко. Воздух пах кофе и асфальтом, на коже ощущался лёгкий холодок — съёмки наконец закончились. Всё прошло идеально: фото, свет, музыка — будто весь день был создан, чтобы показать, как я изменилась.

Я открыла дверь своего BMW, уже представляя, как включу свой плейлист и поеду домой, но вдруг заметила, что напротив — припаркован знакомый чёрный Mercedes.
И возле него — он.

Пабло стоял, облокотившись на капот, руки в карманах, в белой рубашке, слегка расстёгнутой, с взъерошенными волосами и той самой улыбкой, от которой внутри всё сжимается.

Я моргнула пару раз.
— Ты... что ты здесь делаешь? — подошла ближе, сдерживая улыбку.
— Жду тебя, принцесса, — сказал он просто, и пальцами мягко убрал прядь волос с моего лица. — Ну как прошла съёмка?

— Отлично, — ответила я, не скрывая довольства. — Всё идеально. Даже я собой довольна.

— А я знал, — улыбнулся он. — Моя принцесса всегда всё делает идеально.

Он сказал это с такой спокойной уверенностью, что я не смогла не улыбнуться в ответ.
— У тебя же выходной, — напомнила я, прищурившись. — Мог бы отдыхать.

— Я и отдыхаю, — ответил он, глядя прямо мне в глаза. — Со мной же ты сейчас.

Я не нашла, что ответить. Только качнула головой, улыбаясь, а он уже продолжил:
— Поехали к моим. Мама уже звонила, сказала, что не видела нас целую вечность.

— Конечно, поехали, — я кивнула. — Только если успеем — заедем и к папе, ладно?

— Без проблем, — ответил он, подходя ближе. — Но сначала...

Он хитро улыбнулся.
— Предлагаю маленькое состязание. До дома родителей. Как думаешь, кто выиграет?

Я приподняла бровь.
— Ох, вижу, ты забыл, кто проиграл в прошлый раз? Или напомнить?

— Тогда ты просто отвлекала меня, — усмехнулся он. — Сейчас я сосредоточен.

— Ага, конечно, — я засмеялась, садясь в машину. — Ладно, посмотрим.

Я завелась, включила на максимум Morad (Sigue) и салон наполнился басами.
Повернула голову — он уже был готов, пристегнулся, подмигнул.

Я медленно наклонилась вперёд, глядя прямо на него через окно.
— Готов проиграть второй раз, футболист?

Он лишь рассмеялся.
— Начинай отсчёт, модель.

— Tres... Dos... Uno... — я изобразила поцелуй губами, и в тот же миг нажала на газ.

Мотор взревел.
Я выдохнула и резко нажала на газ.
Машина рванула вперёд, колёса визгнули, ветер ударил в лицо, и всё вокруг превратилось в размытые огни.

Он ехал почти рядом. Почти.
Я видела, как он бросает на меня взгляд через окно — дерзкий, озорной, будто говорил: "ты не уйдёшь далеко."

Дорога тянулась между рядами пальм, солнце отражалось на капоте, сердце било в такт музыке.
И на секунду я поймала себя на мысли, что эта гонка — не просто шутка.
Это мы.
Постоянное соревнование, флирт, вызов.
И при этом — полное удовольствие.

Он обогнал меня на повороте, едва не задевая боком.
— Эй! — рассмеялась я, перекрикивая музыку. — Нечестно!
Он лишь поднял руку в знак победы.

Я снова нажала на газ, стараясь догнать. Ветер трепал волосы, а внутри всё горело.
Но... за несколько метров до ворот его дома он всё-таки оказался впереди.
Чёрный Mercedes плавно остановился первым.

Я затормозила рядом, хлопнув ладонями по рулю.
— НЕТ! — рассмеялась я, качая головой. — Этого не может быть!

Он вышел из машины, облокотился о капот и, не сдерживая смех, посмотрел на меня:
— Ну что, модель, как жаль, что не на желание играли, а?
Я усмехнулась, делая шаг к нему.
— Поверь, ты бы тогда ещё раз пожалел.

— А кто сказал, что я жалею? — произнёс он тихо, и прежде чем я успела ответить, его ладонь легла мне на талию.
Он слегка потянул ближе, и в его взгляде было всё — игра, уверенность и то тёплое, что всегда выдает его настоящим.

Я не успела ничего сказать — уже звенел дверной звонок.

Дверь распахнулась — и на пороге стояла Белен.
Та самая Белен, что всегда пахнет корицей и уютом.
— Ох, мои дети! — воскликнула она и сразу же обняла нас обоих.
Я рассмеялась, чувствуя, как всё напряжение исчезает.
Да, вот он — настоящий дом.

Потом появилась Аврора.
— Я знала, — прошептала она, обнимая брата и кивая в мою сторону. — Мой братик всё-таки всё наладил.

Гави тихо рассмеялся и подмигнул ей.
— Я же говорил, что умею побеждать не только на поле.
*****

За столом было как-то... слишком тепло. Не только от еды, а от всего вокруг — от смеха, от их голосов, от ощущения, что ты часть этого дома.

Белен накладывала на тарелки крокеты, а Пабло, как послушный сын, разливал сок. Его отец, сидевший напротив, что-то рассказывал про тренировку юных футболистов, и я ловила себя на мысли, что просто улыбаюсь. Без причины.

— Элиана, тебе ещё? — спросила Белен.
— Нет, спасибо, — покачала я головой, чувствуя, что больше не влезет.
— Да ладно тебе, — вмешался Пабло. — Ты за всю неделю ела меньше, чем я за утро.

— Потому что кто-то всё время таскал у меня еду, — прищурилась я.
— Я просто пробовал на яд, — пожал плечами он, и вся семья рассмеялась.

— О, — усмехнулась Белен, — значит, теперь ты и отраву за неё готов съесть, да?
— Если надо — да, — ответил Пабло слишком спокойно, будто это было очевидно.

Я чуть не поперхнулась.
Он даже не шутил.

— Madre mía, — вздохнула Аврора, усмехаясь. — Посмотрите на него! Раньше за слова "романтика" убегал, а теперь вон что говорит.
— Я просто вырос, — буркнул он, наливая себе воды, но уши предательски покраснели.

Белен хитро посмотрела на меня:
— А ты, Элиана, как его выдерживаешь?
— Сложно, — театрально вздохнула я. — Но кто-то же должен спасать этот дом от его шуток.

Смех раздался снова, и я, сама того не замечая, рассмеялась вместе с ними.
Всё было так легко, будто никакой боли, никакого прошлого не существовало вовсе.

Потом — визит к отцу.

Я волновалась. Мы не виделись давно. Когда дверь открылась, он выглядел усталым, но при виде нас глаза сразу засветились.
— Эли, доченька... — он обнял меня крепко, поцеловав в макушку.

— Привет, пап, — улыбнулась я.

Он поздоровался и с Пабло, искренне, тепло. Но в доме чувствовалась странная тишина.
— А Клара?.. — осторожно начала я.

Он отвёл взгляд.
— Неважно.

Я посмотрела на Пабло — и мы оба поняли. Ссора.

Позже, когда мы уже вышли, он сказал:
— Эли, поговори с ней.
— Что? — удивилась я. — С Кларой? Зачем?
— Потому что... — он провёл рукой по волосам, — как бы ни было, они тоже имеют право быть счастливыми. Я знаю, ты её не любишь, но... она ведь тоже человек.

Я долго молчала.

Он сказал это спокойно, но в его взгляде не было ни давления, ни упрёка. Только забота.
И от этого, почему-то, стало ещё труднее.

— Пабло... — выдохнула я, опуская глаза. — Ты правда думаешь, что она заслуживает моего разговора?
— Думаю, ты заслуживаешь лёгкости, — ответил он мягко. — А злость — она же как камень. Чем дольше держишь, тем тяжелее потом дышать.

Я молчала. Его слова оседали медленно, будто снег на стекле.
Я ведь сама видела, как всё это было: до помолвки Клара и правда была не врагом. Она помогала папе, интересовалась мной, даже советовала, куда поступать. А потом... всё поменялось.

Но сейчас, когда он сказал это — я поняла, что, может, пора перестать воевать с прошлым.

— Ладно, — произнесла я наконец. — Поеду к ней.

Он улыбнулся.
— Вот это и есть моя принцесса. Смелая.
20:45
Клара открыла дверь не сразу.
Когда всё же открыла — выглядела усталой. Глаза чуть покрасневшие, волосы собраны кое-как, на ней простой свитер.
Совсем не та Клара, которую я привыкла видеть — уверенную, всегда с идеальной укладкой и помадой.

— Элиана?.. — удивилась она, будто не верила, что я стою на пороге.

— Привет, — тихо сказала я. — Можно войти?

Она кивнула.
В квартире пахло жасмином и кофе. На столе лежала книга и телефон с погасшим экраном.

— Твой отец... — начала она, но я перебила:
— Я знаю. Вы поссорились.

Она отвела взгляд.
— Он просто не понимает... — шепнула Клара, опуская руки. — Я не хочу рушить ничего. Я просто... хотела ребёнка. Хотела семью. Это ведь не преступление, правда?

Я слушала. Без привычной колкости, без внутренней защиты. Просто слушала.
— Нет, — сказала я тихо. — Не преступление.

Она подняла на меня глаза — в них блеснула надежда.
— Я понимаю, почему ты меня ненавидела, Эли. Я ведь сама... боялась, что буду как будто занимать чужое место. Но я не пыталась. Честно.

Я сглотнула.
Понимание — штука странная. Оно не приходит внезапно, но когда приходит, всё вокруг словно становится чище.
— Я знаю, — сказала я наконец. — Просто тогда мне было больно. А боль всегда ищет виноватого.

Клара медленно улыбнулась.
— Ты стала взрослее.

— Меня жизнь заставила, — хмыкнула я, но не обиженно. Просто как факт.

Мы поговорили ещё немного. Без ссор, без масок.
Когда я уходила, она вдруг остановила меня:
— Эли... спасибо, что пришла.
Я кивнула.
— Спасибо, что открыла.
*******
Дома было тихо.
Я вошла, сняла пальто, поставила сумку, и только тогда заметила — Пабло сидит на диване, что-то пишет в телефоне.
На нём была простая белая футболка и домашние шорты. Волосы слегка взъерошены, а в руках кружка с чаем.

— Ну? — спросил он, поднимая взгляд.

— Поговорили, — сказала я, подходя ближе. — И, знаешь... мне стало легче.

Он кивнул, и уголки его губ тронула тёплая улыбка.
— Я горжусь тобой.

— Громко сказано, — засмеялась я, усаживаясь рядом.

— Нет, серьёзно, — он наклонился ближе. — Ты даже не представляешь, насколько ты изменилась.

Я не ответила. Просто посмотрела на него.
Мир вдруг стал тихим, почти замедленным.

Он поднял руку и провёл пальцами по моим волосам.
— Знаешь, — сказал он тихо, — мне иногда кажется, что если бы не та первая гонка, мы бы с тобой так и остались просто знакомыми.

— Может быть, — улыбнулась я. — Но именно из-за той гонки я впервые поняла, какой ты упрямый.

— А ты — опасно обаятельная, — шепнул он.

Я рассмеялась, и в тот момент он подтянул меня ближе, не резко, а мягко, так, будто проверял, не против ли я.
Я не была.

Он поцеловал в висок — коротко, почти мимолётно.
А потом просто прижал к себе.

Позже я переоделась в свою любимую атласную ночнушку.
Волосы распущены, кожа всё ещё пахла его одеколоном.

Когда я вернулась в комнату, он уже лежал, пролистывая телефон.
Повернул голову — и взгляд сразу изменился.
Ленивый. Тёплый. Чуть хищный.

— Ну вот, — сказал он, голос стал ниже. — Теперь точно не усну.

— А ты и не должен, — усмехнулась я, подходя ближе. — Можешь просто обнимать.

Я наклонилась, чтобы забрать подушку, но он поймал меня за запястье.
Я замерла.
Он смотрел прямо в глаза — долго, почти безмолвно.

И тогда я сама сделала шаг к нему.
Медленно провела пальцами по его щеке и, не отводя взгляда, поцеловала.
Сначала мягко, почти осторожно, потом глубже — с тем самым чувством, которое невозможно больше скрывать.

Он ответил. Рука легла мне на спину, притянула ближе.
Воздух между нами стал горячим, дыхание сбилось.

Когда я всё-таки отстранилась, он усмехнулся и тихо сказал:
— Если ты продолжишь так смотреть, я забуду, что завтра тренировка.

— И что тогда? — прошептала я, едва сдерживая улыбку.

— Тогда всё пойдёт к черту, — ответил он, прижимая меня к себе сильнее.

Я рассмеялась, уткнулась носом в его шею и прошептала:
— Спокойной ночи, Пабло.

Он не ответил — просто обнял.
И я услышала, как ровно и спокойно бьётся его сердце.

— Пабло?
— Мм?
— Спасибо, что сегодня настоял, чтобы я поговорила с ней.

— Спасибо, что послушала, — ответил он.

Я улыбнулась в темноту.
Впервые за долгое время всё вокруг казалось таким... правильным.
И, наверное, именно в такие вечера понимаешь: любовь — это не фейерверки, не сцены, не гонки.
А просто — когда рядом тот, кто делает всё правильно, даже когда ты сама не знаешь, чего хочешь.
.
.
Какая судьба, да? Эли и Пабло — наконец-то вместе, а отец Эли и Клара — в ссоре.
Иронично, ведь всё началось именно с их помолвки.

Иногда жизнь любит менять роли местами.
Но кто знает — может, именно теперь каждый из них получит свой шанс на счастье?
Если вам понравилась глава, не забудьте оставить свои отзывы , они меня мотивируют писать новую главу, а так же оцените звездочками💞