Против всех
Глава 12.
Эллисон стояла посреди пустого зала. В её глазах больше не было той теплотой, что помнил Ньют. Только холод и сталь.
— Элли… — он шагнул ближе, но она вскинула руку, и охранники сразу подчинённо остановили его.
— Не называй меня так, — её голос был чужим, будто искажённым. — Это имя ничего для меня не значит.
У Ньюта перехватило дыхание. Томас сделал шаг вперёд, но Эллисон резко посмотрела на него, и он застыл — взгляд был настолько тяжёлым, что казалось, она могла одним взглядом сломить волю.
— Теперь я не с вами, — продолжила она. — Я с теми, кто дал мне новое начало. У меня нет прошлого. Нет друзей. Нет… — она замялась, и на миг её голос дрогнул, — …нет «него».
Ньют понял, что она говорила про него, но память уже вычеркнула их связь.
— Эллисон, — тихо сказал он, почти шёпотом. — Ты мой человек. Всегда.
Она отвернулась.
— Я никому не принадлежу. И если вы встанете на моём пути — вы враги.
Минхо сжал кулаки:
— Да чтоб тебя… Они промыли ей мозги.
Томас положил руку ему на плечо:
— Нет. Мы должны её вернуть.
Но Эллисон шагнула назад, и дверь за её спиной захлопнулась.
Теперь она была по другую сторону.
---
Ньют опустился на колени, закрыв лицо руками. Его мир рухнул во второй раз.
Но внутри зажглось новое пламя: если Эллисон стала против всех, он будет бороться против всего мира, лишь бы вернуть её к себе
Ночь в новом комплексе была тягучей и холодной. Эллисон лежала на жёсткой койке, глядя в потолок. Белые стены давили, а тишина казалась невыносимой. Её тело подчинялось приказам, но внутри всё было пусто.
Когда глаза закрылись, тьма забрала её в сон.
---
Она стояла в Лабиринте. Каменные стены возвышались над ней, словно горы. Вдали раздавался смех.
— Эй, тормозиха! — знакомый голос.
Эллисон обернулась — перед ней стоял Минхо. Живой, с дерзкой улыбкой, в той самой старой одежде, в какой она его видела раньше.
— Ты чё тут забыла? — он прищурился. — Это место не для тебя.
— Минхо?.. — её голос дрогнул, но внутри всё было странно пусто. Она знала это имя, знала его лицо, но будто смотрела на картину, а не на друга.
Минхо подошёл ближе, его взгляд стал серьёзным:
— Они меняются, Элли. Ты тоже меняешься. Но помни: внутри тебя есть ты настоящая. Не дай им сломать тебя.
Эллисон сжала кулаки.
— Я… не помню.
Он усмехнулся, но в его глазах мелькнула грусть.
— Не надо помнить. Просто доверься сердцу. Оно знает, кому верить.
---
Эллисон резко проснулась. Сердце билось в груди так, будто она бежала. В голове стоял голос Минхо.
Она прижала ладонь к груди. Слёзы подступили к глазам, но она их сдержала.
— Почему… — прошептала она. — Почему он снится мне?
И в этот миг где-то глубоко внутри треснула первая трещина в её новой «памяти».
На следующее утро её вывели в тренировочный зал. Белые лампы горели ярко, а стены словно сжимались, делая пространство тесным и душным.
Инструктор бросил через зал:
— Сегодня проверим твою реакцию. У тебя будет противник.
Дверь открылась, и в зал вошёл Минхо.
Эллисон замерла. Сердце кольнуло — лицо, улыбка, походка. Всё было как во сне. Только сейчас он выглядел серьёзным, глаза были настороженными.
— Минхо… — выдохнула она.
Он усмехнулся, но горечь в его голосе не спряталась:
— Рад, что ты помнишь хоть моё имя.
Она нахмурилась.
— Я не… помню. Ты мне снился.
Эти слова сорвались прежде, чем она успела их остановить. Минхо резко напрягся, но тут же сжал кулаки и поднял их в боевую стойку.
— Значит, ещё не всё потеряно, Элли. — он нарочно произнёс её имя громко.
Инструктор ударил по панели, и сигнал начал тренировку.
Эллисон тоже встала в стойку. Она должна была сражаться. Приказы внутри головы тянули её, толкали вперёд, но сердце колотилось так сильно, что мешало сосредоточиться.
Минхо двинулся первым — быстрый выпад, проверка реакции. Эллисон отразила удар, но её руки дрожали.
— Ты не враг, Элли, — сказал он сквозь удары. — Ты наша. Ты должна вспомнить.
— Замолчи! — выкрикнула она и бросилась вперёд.
Её кулак почти коснулся его лица, но в последний миг она остановилась. Сон, его слова, его взгляд — всё врезалось в её голову. Она не могла.
Минхо перехватил её руку и сжал крепко, глядя прямо в глаза.
— Вот она ты. Ты всё ещё с нами.
Эллисон тяжело дышала, сердце стучало, и в голове звучал её собственный крик: «Я не враг… Я не враг…»
---
Сбоку инструктор зло нахмурился и сделал пометку в планшете:
— У неё остались эмоциональные следы. Это опасно.
А Ньют, который наблюдал за всем из-за стекла, вцепился в край стола, чувствуя, что шанс всё ещё есть.
Эллисон вырвала руку из хватки Минхо и резко оттолкнула его. Её глаза снова стали холодными, как лёд.
— Не смей меня так называть, — произнесла она тихо, но с такой силой, что слова ударили сильнее любого удара. — Я не ваша. Я не с вами.
Минхо отшатнулся, словно получил настоящий удар.
— Элли… — его голос сорвался.
Но она уже развернулась к инструктору и кивнула.
— Я готова. Сделайте меня сильнее. Я докажу, что не нужна их жалость.
Инструктор довольно улыбнулся.
— Вот это я и хотел услышать.
Минхо стоял в центре зала, сжимая кулаки так сильно, что костяшки побелели. Его сердце разрывалось от бессилия.
С той стороны стекла Ньют почувствовал, будто земля уходит из-под ног. Он едва не закричал, но в горле застрял ком. Его Элли, его свет — теперь сама отвернулась от них.
— Нет… — прошептал он, прижимаясь лбом к холодному стеклу. — Это всё не она. Это не она…
---
Когда Эллисон ушла из зала вместе с охраной, её взгляд задержался на Ньюте всего на долю секунды.
И в этих холодных глазах мелькнула искра — едва заметная, но живая.
Ньют увидел её и понял: она ещё там. Но сейчас… она против них.