Зашифровано

Пять дней свободы закончились, как по щелчку.
Звук ключа в замке — и дом наполнился голосами, чемоданами, ароматом духов Агнес и деловым басом Шона, обсуждающего по телефону биржу, пока разувается.

— Мы вернулись! — крикнула Агнес, будто кто-то мог этого не заметить.
— И как вы тут, дети? Без нас? — Шон положил пальто на стул, не прекращая говорить в гарнитуру.

Без вас? Слишком хорошо, — подумал Дэниел, но вслух сказал:
— Всё в порядке.

Ди с кухни крикнула:
— Живы, не переживайте!

Голос — обычный. Манера — привычная.
Но только Дэниел знал, что сейчас она стоит босиком в шортах и растянутой майке, которая соскальзывает с плеча.
Для родителей — обычная домашняя одежда.
Для него — медленная пытка.

Он зашёл в гостиную. Она сидела на подоконнике, ест клубнику из миски.
Ноги подтянуты, волосы распущены, щёки немного розовые от жары.

Он остановился в дверях.
Она подняла глаза.
И, будто ни о чём, кивнула:

— Хочешь?

Клубнику.
Или её?

Он не ответил.
Просто сел рядом, сохраняя между ними безопасное расстояние.

— Что-то не так? — прошептала она, пока родители хлопотали в другой комнате.
— Да, — ответил он так же тихо. — Ты. Вот что не так.

Она засмеялась. Слишком искренне. Слишком мягко.
И это раздражало его ещё больше.

— Я просто отдыхаю. Тебе тоже стоит расслабиться.

— Я бы с радостью. Но не могу, когда ты тут... в таком виде.

— В каком? — невинно округлила глаза.
— Ди...

— Мам, я в душ, — вдруг крикнула она, не дав ему договорить, и встала. Шорты поднялись чуть выше, майка соскользнула с плеча.
Она знала. Конечно, знала. Но выглядело всё — естественно.

Для родителей — просто девочка, пошла освежиться.
Для него — сцена из фильма с пометкой «18+» в реальной жизни.

⸻

На ужине всё выглядело идеально.
Семейная идиллия.
Ди задаёт вопросы, смеётся. Шон что-то рассказывает. Агнес в восторге от новой сумки.
А Дэниел...
Он ест в тишине.
Иногда ловит взгляд Ди.
Она улыбается — чуть дольше, чем надо.

⸻

Позднее вечером он постучал в её дверь.
— Всё хорошо?

— Да, — голос — как будто ничего не происходит.
— Тогда почему ты ходишь по дому так, как будто издеваешься?

Тишина.
Потом — дверь приоткрылась.
Она в пижаме. Слишком лёгкой, чтобы быть пижамой. И с мокрыми волосами.

— Я просто дома. А ты, Дэн... ты, похоже, забыл, как притворяться.

Он шагнул ближе.
Она не отступила.

— Ты правда хочешь играть в это при родителях?

— А ты хочешь взорваться первым?

Он прикусил губу. Сжал кулак. И отступил.
— Спокойной ночи, Ди.

— Спокойной, Дэнни.

Она закрыла дверь.
А он остался в темноте коридора.
С каждым днём — ближе к краю.
А она делает вид, что просто живёт.