Траур
Джису
На следующее утро я только закончила завязывать волосы, готовясь к предстоящим делам, когда в дверь постучали. Я подняла взгляд и кивнула Рози, чтобы она открыла. На пороге появился Альфред. Его лицо было бледным, а глаза избегали встречи с нашими.
— Ваше Величество, Луна. — начал он, его голос дрожал. — Мне жаль сообщить... — он замолчал, словно не знал, как продолжить. Я ощутила, как напряжение растёт в воздухе, и мне стало ясно, что новости будут тяжёлыми. Я встретилась с его взглядом, пытаясь понять, что он хочет сказать. Он медленно поднял голову и, наконец, встретился с моим взглядом. — Ваш отец... — его слова звучали так, как будто он сам с трудом принимал их. — Он скончался сегодня на рассвете. — комната будто замерла, и в этот момент мне стало тяжело дышать. Я почувствовала, как что-то холодное и тяжёлое охватывает моё сердце. Но я не могла позволить себе сломаться. Мы знали, что этот день может прийти, но ничего не могло подготовить меня к тому, чтобы услышать это вслух. Я пыталась выдавить из себя хотя бы эмоцию, но мне это не удавалось. — Он уснул и не проснулся. — Альфред сделал паузу, словно пытаясь собрать свои мысли. — Это было мирно. — я не могла двигаться. Моё тело будто окоченело, но я продолжала стоять, как если бы стояла перед ним не как дочь, а как королева, готовая принять любой удар.
— Спасибо, Альфред. — произнесла я, моя рука непроизвольно сжала ткань моего платья. — Если у вас все, тогда можете идти. Подготовьте всех к экстренной встрече через час. — когда дверь за ним закрылась, я стояла в полной тишине, словно весь мир замер. Вдруг я почувствовала руку на своём плече. Рози стояла рядом, но я не поворачивалась, не хотела показывать ей, что внутри меня происходит буря.
— Джису... — мягко сказала она, но я всё равно отстранилась, не желая показывать свою слабость.
— Я в порядке. — отрезала я, не глядя на неё. — Это было неизбежно. Он знал это. Мы все знали. — она не ответила сразу. Пауза затянулась, а затем я почувствовала её руку на своём плече, но я не могла повернуться и дать волю своим эмоциям. Я королева, я не могу позволить себе показать слабость.
— Но это не делает ситуацию менее тяжёлой. — тихо возразила она, и я почувствовала её поддержку, хотя её слова не могли ослабить эту боль. Мой взгляд был устремлён в окно, на небо, которое казалось таким же холодным и безразличным, как и я.
— Я королева, Рози. Я не могу позволить себе сломаться. — она подошла ко мне и коснулась моего лица, пытаясь поймать мой взгляд.
— Но передо мной можешь. — сказала она, и я почувствовала, как её голос наполнил меня теплотой.
— Нет. — я повернулась к ней, встречая её взгляд. В глазах я видела её беспокойство, но мне не хотелось показывать свою слабость. — Сейчас не время для слабости. Надо сказать Дженни. — она посмотрела на меня, и я увидела, как она понимает, что ничего не может изменить в этот момент.
***
Когда я вошла в покои Дженни, она сидела за своим письменным столом, её лицо сосредоточенное, а руки двигались по пергаменту, занимаясь какими-то делами. Она подняла глаза и её взгляд мгновенно стал настороженным.
— Джису? — она прищурила глаза. — Что случилось? Ты выглядишь... — она замолчала, заметив, что я не в своей привычной форме. Я прошла в центр комнаты и встала напротив её стола. Дженни отложила перо и внимательнее посмотрела на меня, заметив, что что-то не так.
— Дженни, — начала я, пытаясь держать голос ровным, но в нем была холодная решимость. — я только что получила известие. Отец скончался сегодня на рассвете. — как только я произнесла эти слова, Дженни, казалось, сжалась внутрь себя. Её лицо побледнело, и она тихо покачала головой, как будто пытаясь прогнать неприятную мысль. Но потом слёзы, как река, начали стремительно литься из её глаз.
— Нет... — прошептала она, её голос звучал дрожащим и полным отчаяния. — Это не может быть правдой. Почему? Почему именно сейчас? — она сделала шаг ко мне, но вскоре рухнула на стул, покрыв лицо руками. Слёзы лились по её щекам, и я почувствовала, как мои собственные чувства начали вырываться наружу, несмотря на все усилия удерживать их.
— Он ушёл мирно, во сне. — объяснила я, кладя руку на плечо сестры. — Это было его время. Мы знали, что это случится.
— Знали? — её голос был полон негодования. — Вы знали, и мне никто ничего не сказал?
— Мы не хотели тебя тревожить. Отец долго болел и поэтому мы так поспешно сыграли свадьбу, чтобы я взошла на трон до его смерти.
— Не хотели тревожить? — повторила она, смотря прямо на меня. — Это мой отец тоже! Я имела право знать, как он себя чувствовал!
— Дженни, ты права, мы могли сказать. Но это было решение отца – не тревожить тебя. — Дженни замерла, её дыхание было быстрым, но потом она снова разрыдалась. Я присела рядом и обняла её. — Никто из нас не был готов, Дженни. Но мы справимся. — я знала, что ей нужно время, чтобы принять случившееся, как и нам всем.
***
Церемония прошла в тени грусти и строгих традиций, а дворец, который ещё недавно был наполнен светом и шумом, теперь стал местом молчаливого траура. Мой отец был привезён с Валорики, где он скончался. Его тело, покрытое тёмным покрывалом, лежало в зале, украшенном чёрными и серебристыми лентами. Мама была рядом, но её лицо было каменным. Она стояла неподвижно, как статуя, её глаза, темные и полные боли, не выказывали ни страха, ни слёз. Она не пыталась скрыть свою боль, но её сила, как всегда, была несгибаемой. Я знала, что в её сердце бушует буря, но она стояла с достоинством. Дженни сидела рядом с ней, её руки крепко держали мать, но по её лицу не было видно облегчения. Мы обе молчали, потому что не могли найти слов. Наш отец был великим человеком, и сейчас его не было, и с этим было трудно смириться.
Когда церемония началась, священнослужители произнесли слова, которые я едва могла понять. Все звучало как издалека, как эхо, отголоски чего-то, что теряло своё значение в контексте этой утраты. Каждый обряд, каждый жест был важен, но мне было трудно сосредоточиться на них. Моя душа была в разладе. Рози тихо стояла рядом. Она не отступала от меня, несмотря на все эти тяжёлые моменты. Иногда её рука касалась моей, будто напоминая, что она рядом, готова поддержать, даже если её присутствие было столь невидимым и спокойным. Рози была моей опорой, всегда рядом, тихо и незаметно поддерживая, когда я этого нуждалась.
Когда началась последняя часть церемонии, тело моего отца несли по залу на древних носилках, окружённом членами семьи и приближенными, всем присутствующим не было видно его лица. Тело было перенесено, мы все молча следовали за ним, шаг за шагом, проходя через коридоры, покрытые коврами, и под сводами дворца, которые теперь казались более мрачными, чем когда-либо. После того как тело моего отца было унесено, а церемония завершена, мама подошла ко мне. Ее глаза были закрыты, но на лице отразилась такая печаль, которую я не могла понять до конца. Она тихо вздохнула, когда подошла Дженни и обняла нас. В этот момент я поняла, что мы должны идти дальше, несмотря на утрату, несмотря на все, что потеряли. Рози не отступала от меня ни на шаг. Она подошла ко мне в тени дворца, когда я стояла у окна и смотрела, как всё вокруг погружается в молчание.
— Ты в порядке? — её голос был мягким, но в нём сквозила забота. Я подняла взгляд, встретив её тёплый взгляд.
— Да, просто... это сложно. — Рози кивнула, но её лицо было серьезным. Она подошла ближе и, словно чувствуя моё состояние, обняла меня. Этот жест был как спасение в море боли и неопределённости.
— Я с тобой. — тихо сказала она. В этот момент я почувствовала, как тяжесть, с которой я шла через эту ночь, немного ослабела. Рози была моим источником силы, её присутствие помогало мне найти ту точку опоры, которую я искала в себе. Мы стояли так некоторое время, молча, рядом друг с другом, под покровом скорби, которая покрывала дворец.
Сразу после похорон мама уехала обратно, сказав, что не видит смысла находиться во дворце дальше. Она собрала свои вещи, попрощалась, и вместе с несколькими слугами вернулась в Валорику. Мы с Дженни остались в комнате, в тишине. Дженни, хоть и молчала, держала меня за руку, её взгляд был пустым, как если бы она не знала, что дальше делать, куда идти. Рози, стоявшая у окна, повернулась ко мне. Она смотрела с таким вниманием, как будто пыталась понять, что скрывается за моими глазами. Мне хотелось, чтобы в этот момент я могла стать камнем, не испытывающим боль, но реальность была далека от этого.
— Я не могу... — начала я, но слова застряли в горле. Должна ли я была быть такой сильной, как этого от меня ожидали? И что теперь делать, когда одна часть жизни завершилась, а другая только начиналась? Рози шагнула ко мне, её рука вновь оказалась на моём плече. Я не могла скрыть усталости в глазах, но её поддержка была как невидимая сила, которая поднимала меня. Дженни по-прежнему не говорила ничего, но её руки все крепче сжимали мою.
— Мы все с тобой. — они не оставили меня наедине с этим бременем. С каждой минутой, с каждым вздохом я чувствовала, как мир вокруг меня смещается. Мы, возможно, только начинали свой путь, но теперь уже не одиноки.
***
Прошла неделя, наступил декабрь, но мы продолжали двигаться вперёд, несмотря на тёмные облака, которые окутывали дворец. Траур всё ещё был в силе, и даже в самых простых вещах было ощущение, что что-то отсутствует. Каждое утро начиналось с тяжёлого чувства в груди, когда я вспоминала, что мой отец больше не с нами. Теперь я больше никогда не смогу прийти к нему за советом или просто провести с ним время за непринужденным разговором. Мы с Рози делали всё, чтобы королевство не ощутило нашего упадка, но внутри обоих оставалась невидимая тяжесть, с которой приходилось жить. Однажды, после очередной бесконечной серии встреч с советниками, мы с Рози вернулись в наши покои, почти не произнеся ни слова. Она села на диван, а я подошла к окну и взглянула на дворцовые сады, где зима, казалось, высасывала жизнь с растений.
— Мы не можем продолжать так. — нарушила тишину Рози. Её голос был тихим, но в нём чувствовалась решимость. — Ты не можешь жить только этим. — я вздохнула и повернулась к ней. Рози всегда была не только моей поддержкой, но и тем, кто мог видеть, когда я слишком уставала от всего этого. — Сейчас время для того, чтобы сделать паузу, хотя бы на мгновение. Ты не можешь продолжать работать без передышки, иначе... иначе ты потеряешь себя. — я задумалась. Действительно, я чувствовала, как начинаю терять себя в этом бесконечном потоке дел. — Мы можем найти время для чего-то личного. — продолжила Рози. — Даже если это будет просто прогулка. Или... или ужин вдвоём. Ничего сложного. — ее слова звучали логично, но в голове всё время вертелась мысль о королевстве, о том, что происходило в каждом уголке. — И... я, просто, соскучилась. — я улыбнулась и кивнула. В такие моменты, когда Рози говорила такие слова, было легче поверить, что всё будет хорошо. Эта маленькая девочка все еще хочет легкости и радости, не смотря на то, что она уже королева.
***
Розанна
Наступал Новый год. Подготовка в дворце была делом не таким уж лёгким. Несмотря на все усилия, которые мы прилагали, чтобы всё шло гладко, как и в любом королевстве, был огромный объём работы, который нужно было организовать. Траур, конечно, оставлял свои отпечатки на торжествах, но в этом году мы старались сделать всё с уважением к памяти покойного короля, при этом не забывая о жизни, которая продолжалась. Когда я шла по дворцу, наблюдая за подготовкой к новому году, всё казалось таким сдержанно красивым. В воздухе витал аромат хвои и пряностей, но не было ни огней, ни веселья, которые обычно так наполняли этот день. Я вошла в кабинет Джису, когда она уже была погружена в обсуждение списков гостей для праздничного ужина и других организационных моментов.
— Как идут приготовления? — спросила я, пытаясь внести немного лёгкости в атмосферу. Джису подняла взгляд, её лицо было напряжено, но она всё равно позволила себе лёгкую улыбку.
— Всё готово. Почти. Ужин будет двадцать девятого. А бал мы отменим. Дженни, конечно, расстроится, но нельзя забывать о трауре. — я присела рядом с ней. — Я не хочу, чтобы все думали, что я забываю о папе. — сказала она, почти шёпотом. Я поняла её. Но одновременно мне было ясно, что она всё же несёт этот груз на своих плечах. Мы решили, что лучше сделать небольшой и тихий ужин с близкими людьми, не устраивая широкого праздника, но тем не менее сохраняя уважение к традициям. Я взяла на себя организацию всего праздника. Мне предстояло составить меню, разослать приглашения и, конечно, немного разрядить атмосферу. Я тоже чувствовала тяжесть этого времени, но знала, что если мы не сделаем хотя бы шаги к восстановлению нормальной жизни, то время продолжит нас поглощать.
В день самого вечера дворец наполнился тихим шуршанием тканей и шагами слуг, занятых приготовлением. Мы с Джису выбрали скромное убранство для зала, украсив его только несколькими свечами и букетами белых роз, что символизировали чистоту и память. Вечером, когда гости начали собираться, я почувствовала, как сама атмосфера в дворце немного потеплела. Люди, несмотря на свою серьёзность, начинали улыбаться, говорить друг с другом. Джису всё время оставалась в центре внимания, но я заметила, как её плечи немного расслабились, когда она увидела знакомые лица, которые пришли поддержать её. За столом я увидела, как она смотрит на меня. В её взгляде была благодарность, а также осознание того, что, возможно, этот вечер стал первым шагом к возвращению нормальной жизни.
***
Новый год был по-настоящему тихим. Вечер начался с небольшого ужина, мы были только вчетаером – Дженни, Джису, мама Элла и я. Обстановка была спокойной, и, несмотря на всё, что происходило в последние месяцы, мы старались поддерживать друг друга. Загадочные тени витали в воздухе, но в этот момент мы были вместе, и это было всё, что имело значение. Мы говорили о пустяках, смеялись, и в какой-то момент я почувствовала, что, возможно, всё не так уж и плохо. Дженни всё-таки иногда заводила разговор, в этот вечер ее глаза искрились. К полуночи мы все подняли бокалы за «новое начало», за то, что мы ещё вместе, что мы выдержали испытания времени. Элла покинула дворец сразу после слов пожелания, и я приготовилась к более простой, неофициальной ночи. Но совсем скоро Дженни ушла. Джису и я обменялись взглядами, но обе решили не говорить об этом. Дженни была взрослой, и у неё было право выбирать, как провести ночь. Мы тихо сидели в комнате, посматривая друг на друга. Атмосфера была облегчённой – ночь, наконец, дала нам возможность быть рядом без лишних глаз. Я чувствовала, как моё сердце учащенно забилось. Когда Джису посмотрела на меня, я увидела в её глазах не просто королевскую решимость, но и нежность, которую она так долго скрывала. Мы не говорили много. Просто были рядом, как никогда раньше. Джису медленно приблизилась ко мне, её взгляд становился всё более глубоким, а атмосфера наполнилась каким-то особенным волнением. Она не отводила глаз, и я почувствовала, как её рука скользнула по моей щеке.
— Я... скучала по нам. По тому, что было между нами до всего этого. — ее слова были как тихий шёпот, но я услышала их ясно, и это заставило моё сердце колотиться в груди. Я не ответила, только подняла руку и коснулась её лица, будто сама пытаясь проверить, что это действительно она, что это не сон. Она тихо вздохнула и притянула меня к себе. Наши губы встретились в поцелуе, медленно, без лишней спешки. В этот момент, когда всё вокруг стихло, мы забыли обо всех внешних проблемах и тяжестей прошлого года. Это было как возрождение. Мы оставались вместе, и это было самым важным.
***
3 января – долгожданный день рождения Джису. Этот день был именно её, когда она могла просто быть собой. И с самого утра я решила, что этот день будет полон радости и сюрпризов для неё, чтобы она почувствовала, как много она для меня значит. Я проснулась раньше обычного, с волнением в сердце, в ожидании, что смогу по-настоящему удивить её. Когда она ещё спала, я быстро подготовила маленькие сюрпризы: её любимые свежие ягоды, чай с бергамотом, а также небольшой подарок. Когда Джису проснулась, я уже ждала у её кровати с широкой улыбкой.
— С днём рождения, моя королева! — сказала я, когда она открыла глаза. Она вскочила и с удивлением посмотрела на меня. Я указала на стол, где был готов сюрприз. Джису подошла, и её лицо озарилось радостью, когда она увидела все эти мелкие знаки внимания.
— Это прекрасно, Рози. — сказала она, подойдя ко мне и нежно обняв. Потом я потянулась за коробкой. Подарок для Джису должен был быть особенным – не просто красивым, но и значимым. — Что ты делаешь? — её голос был тёплым, но сонным.
— У меня для тебя подарок. — сказала я, нежно усаживаясь на кровать и кладя коробку рядом с ней. Её глаза сразу же раскрылись, и она удивлённо посмотрела на меня. Я подала ей коробку, и она осторожно сняла крышку. Внутри, свернувшись клубочком, лежала белая мальтийская болонка с большими черными глазами, которые сразу же заблестели, когда Джису нежно погладила его.
— Он... живой? — удивлённо спросила Джису, не веря своим глазам.
— Да. — улыбнулась я. — Это твой новый друг. Мальчик. Он будет с тобой, когда ты будешь нуждаться в ком-то, кто всегда рядом, если меня не будет. — Джису осторожно подняла собачку на руки, и маленький щенок, явно ещё не привыкший к новым условиям, тихо зарычал. Она не могла скрыть своей радости. Её глаза наполнились мягкостью, и я заметила, как её напряжённые черты лица немного размякли.
— Он такой милый. — прошептала она, улыбаясь, и собачка лизнула её пальцы, что стало для неё подтверждением того, что животное нашло своего человека. Я наблюдала за этим моментом, и сердце наполнилось теплотой. Это был один из тех редких моментов, когда Джису была полностью расслаблена и не думала о короне или других обязанностях. Её взгляд был полон благодарности. — Спасибо тебе, Рози. Это лучший подарок, который я могла бы получить. — сказала она, прижимая его к себе. — Я назову тебя Дальгом. — щенок залаял и лизнул ее щеку.
— Я рада, что тебе понравилось. — ответила я, чувствуя, как радость от её счастья переполняет меня. — Ты заслуживаешь всего самого лучшего. Она тихо смеялась, продолжая гладить щенка, и этот момент казался просто идеальным началом дня.
После завтрака я предложила ей пойти прогуляться по дворцу. Но на пути к двери я остановила её:
— Стой, у меня есть ещё сюрприз. — она взглянула на меня с любопытством, а я вывела её на балкон, где нас встречала уличная феерия: украшения, цветы и специально подготовленный стол с её любимыми угощениями. — Я сделала это для тебя. — это был маленький уголок для её отдыха, тихий, уютный и почти волшебный. Джису не могла сдержать улыбку, когда увидела, как всё это я устроила.
— Ты слишком добра ко мне. — сказала она, обнимая меня. — Ты заставляешь меня чувствовать себя самой важной альфой в этом мире. А еще. Я не могу поверить, что мне уже 25. — сказала она, вспыхнув смехом.
Затем, когда мы вернулись в комнату, Дженни пришла с ещё одним сюрпризом – большим тортом, который она сама испекла. Это был торт с невероятно красивыми украшениями, как будто сам Новый год зажёгся на его поверхности. Все трое мы устроили маленькое чаепитие, смеялись, шутки, лёгкое напряжение ушло. Джису, сидя рядом с нами, смотрела на нас с благодарностью. День был полон смеха, радости и, самое главное, любви. В её глазах уже не было следов тяжёлых мыслей – она чувствовала себя в кругу людей, которые понимают её лучше всего, и в этот момент вся тяжесть её короны, всех обязанностей, отступила на второй план.
***
В следующей главе ждите немножко Дженни🙃😎