Глава 19
Дженни
Прошло почти два дня тишины.
И я благодарна всем за то, что не беспокоили. Кай вычеркнул себя из моей жизни. Он не звонит и не пишет. Хотя я ждала с замиранием сердца. Нет, я не ждала извинений, они мне не нужны. Извинения с его стороны будут звучать инородно. Я, наверное, ждала очередных разборок, его агрессии и агонии. Но нет... Даже не знаю, хорошо это или плохо.
Тэхен, гад Ким, тоже не звонит, больше не вторгаясь в мою жизнь без разрешения. И самое смешное, что я и тут не знаю, хорошо это или плохо.
С одной стороны, он меня услышал и дал время, как я просила; с другой - я по-женски хочу... Не знаю, чего хочу. Я, как эгоистка, хочу, чтобы за мной снова побегали.
Дура?
Конечно, дура
Второй день лежу на диване в пустой квартире и пялюсь в телевизор, просматривая все подряд.
С Каем все закончено, а Тэхен очень сложный человек. Тяжёлый. При всех его достоинствах у него, правда, много недостатков. Он не лгал, когда рассказывал, что расчерчивает границы и диктует свои правила, требуя их исполнения. При знакомстве мне казалось это забавным, на деле же - не так смешно.
Ну чего он от меня хочет?
Беспрекословного повиновения?
Игры по его правилам?
Ему самому не противно иметь не женщину, а дрессированную собачку? Со мной так не будет. Я не смогу. Нет, я признаю право мужчины на ответственность, право на принятие решений, но все должно решаться в диалогах. Мое мнение должны хотя бы слышать.
Сама над собой смеюсь. До истерики смеюсь, когда понимаю, что я уже влипла в этого властного гада. Я легкомысленно влюбилась в мужчину, которого, по факту, знаю всего несколько дней. И то, что я сейчас анализирую, мучаюсь, взвешиваю все плюсы и минусы, не даст ровным счетом ничего.
Этот гад явится, внаглую прижмет к стене, поцелует, облапает, и я поплыву. Мозг отключится, и я закрою глаза на его недостатки.
Я точно дура.
Идиотка.
Втрескалась, как девчонка, в парня постарше.
На часах почти шесть вечера, завтра седьмое число, и мне нужно быть в отличной форме, чтобы блестеть перед родителями Тэхена. Отказов он не принимает, с него станется - утащить меня в пижаме и с немытой головой. Поднимаю свою пятую точку с дивана и иду в ванную - нужно привести себя в порядок. Открываю шкафчик, складывая на край ванной пилинг, скраб, восковые полоски, молочко для тела, маску для лица. Открываю воду, но тут же ее закрываю, потому что в дверь звонят.
Черт!
А я уже смирилась с мыслью, что меня никто не побеспокоит. Наивная. Заглядываю в глазок и вижу Джису. Если она явилась без звонка, это значит только одно. Подруга уже в курсе, что мы с Каем расстались. Представляю, как он это преподнёс ей с Джином. Странно, что после этого она вообще появилась на пороге моей квартиры.
Втягиваю воздух, собираюсь с духом и открываю.
Почему нельзя быть полной пофигисткой и никому ничего не объяснять?
Нет, можно, конечно, но тогда я потеряю подругу.
– Это правда?! – первое, что произносит подруга, делая шаг в квартиру.
– Смотря что... – пожимаю плечами.
– Ты знаешь, о чем я, – вполне серьёзно выдает подруга, снимая верхнюю одежду и сапоги.
– Да, мы с Каем расстались, – выдыхаю я.
– Почему? – интересуется она, рассматривая меня, словно причина написана на моём лице. Указываю взмахом руки на кухню. Проходим, Джису сразу залезает на подоконник, прикрывает окно и прикуривает тонкую сигарету. Я не переношу запах табачного дыма. Она знает это, но сейчас не спорю. – Почему? – повторяет она вопрос, наблюдая, как я ставлю чайник.
– Чай или кофе? – игнорирую ее вопросы.
– Да убери эти детские напитки, – отмахивается она, открывает свою сумку и вынимает оттуда две бутылки вина. И пару шоколадок.
– Почему две? – приподнимаю брови.
– Потому что нас двое, – констатирует Джису.
– Логично. Но нет... – качаю головой, не желая пить.
– Да! – категорично заявляет она. Вышвыривает недокуренную сигарету в окно, спрыгивает с подоконника, отодвигает меня, открывает ящик и находит штопор. – А ты рассказывай, – взмахивает рукой. – Как так вышло, что еще пару дней назад тебе сделали предложение, а сегодня ты уже продажная шкура, – иронично усмехается Джису.
– Это Кай так сказал?
– Ну не я же.
Она втыкает штопор в пробку и ловко открывает бутылку.
– Бокалы давай, – толкает меня бедром. Достаю из шкафа пару бокалов для вина, ставлю на стол, распаковывая шоколадку с орехами. Пить не хочется, но Джису не отстанет.
Сажусь напротив Джису, которая наполняет наши бокалы.
– А давай сначала версию КАя. Когда ты его видела?
– Вчера, сегодня, полчаса назад, когда уходила из дома, – усмехается она. – Он явился к нам вчера с коньяком и до сих пор у нас. Бухают с Джином по-черному. Точнее, Кай глушит, как не в себя, а Джин составляет компанию. Кое-как его недавно спать уложили. Он, похоже, решил пробухать все свои сбережения.
– Ох, – качаю головой. Чокаемся с ней, выпиваем. – И что он сказал?
– Ну если вкратце и без мата, то ты женщина с низкой социальной ответственностью, нашла себе какого-то хрена на крутой тачке и кинула жениха.
– Так и есть, если вкратце и без мата, – нервно усмехаюсь.
– Да ладно, – офигивает Джису, наливая нам еще. – А я не поверила и пыталась доказать Каю, что ты не такая.
Молча выпиваем еще.
– А я такая, – развожу руками.
– Ну серьёзно?
– Разве видно, что я шучу?
– Да ты всегда шутишь на полном серьезе.
– А сейчас не шучу. Помнишь, я застряла в лифте на Новый год? – она кивает, прищуривая глаза. – Я застряла там не одна. А помнишь в ресторане спа-комплекса мужчину, который не сводил с меня глаз?
– Помню, это он?
– Да, это он... – выдыхаю и уже сама нам наливаю.
* * *
Просыпаюсь и не понимаю, почему так тяжело. Голову сдавливает, очень хочется пить, а от солнечного света пульсируют виски. Я дома, в своей кроватке, в пижаме. Уже неплохо, но мне плохо. И что-то подсказывает, что вчера мне было очень весело. Приподнимаюсь и снова падаю на подушки, от резкого движения простреливает голову.
Закрываю глаза, пытаясь вспомнить вчерашний вечер. Помню Джисуу, помню, как рассказывала ей свою версию расставания с Каем и про Тэхена. Мы и плакали, и ржали, как дуры, естественно, полируя все вином. А вот дальше провал, не помню, что делали, как она ушла и как я легла спать.
Ой, мамочки!
Закрываю лицо руками, вот это я сняла стресс. Не помню, чтобы вообще когда-то напивалась настолько, чтобы ничего не помнить.
Кое-как поднимаюсь с кровати, прохожу мимо зеркала, зажмуриваясь. Не хочу себя видеть. Стрессы с утра мне не нужны.
Прохожу на кухню. Чистота. Со стола убрано, посуда помыта, пустые бутылки аккуратно составлены возле стены. Чистота меня не удивляет: когда я пьяная, я пипец какая хозяйственная. На полном серьезе, пока не уберусь - не лягу спать. Удивляет меня то, что бутылки не две, а три. Я точно помню, что Джису приносила две.
Ладно. Разберёмся.
Выпиваю стакан воды. А она такая вкусная, сладкая. Никогда не пила такой воды из-под крана.
Джису, дура , споила меня.
Но есть и плюсы. Похмелье перекрывает все мои душевные терзания. Да все равно, что и кто обо мне думает. Это моя жизнь, и я живу ее, как хочу.
Открываю аптечку, нахожу таблетки, кидаю в стакан с водой. Пока таблетка растворяется, нахожу свой телефон на подоконнике и сажусь на диванчик. Хочу позвонить Джису и узнать у нее, как она добралась. Но замечаю до фига чего интересного.
Матерь божья!
Я отправила два голосовых сообщения Каю. Очень длинных голосовых. Надеюсь, я каялась, а не ругалась.
Сообщения прослушаны. Ответов нет.
Блин. Мне страшно это слушать. Пьяная я очень честная и несу все, что приходит в голову, не фильтруя базар.
Но это полбеды. Еще страшнее то, что я отправила голосовые и Тэхену. И теперь он записан у меня в телефоне как «гад, Ким».
Быстро проверяю звонки. Да, есть входящий от Тэхена. Мы говорили с ним семь минут.
Откидываю телефон подальше от себя, как бомбу. Если голосовые я еще могу прослушать, то разговор по телефону точно не вспомню.
Залпом выпиваю лекарство, беру телефон и бреду назад в кровать. Накрываюсь одеялом с головой и закрываю глаза. Можно я тихо умру и не буду никому смотреть в глаза?