Глава 6
Тэхен
Лалиса идеальная женщина. Рассматриваю ее с разных ракурсов, не только внешне, но внутренне и не вижу недостатков. Ни одного. Словно кто–то там сверху ее вылепил под меня. Тридцать три года, замужем не была, детей нет. Нет, если бы она хотела, то выскочила бы замуж еще в юности и нарожала бы выводок детей. Но Лалиса более рациональна и адекватна. Она получила три высших образования и уже построила хорошую карьеру. Карьеристка, но в меру, знает грань, когда нужно остановиться, и может расставить приоритеты. Что для меня добавляет ей плюсов. Ухоженная, статная, воспитанная, по–женски сдержанная, не яркая, как пятно, но и не серая мышь. Интеллектом тоже не обделена, сможет поддержать любую тему. Хороший вкус и чувство стиля. С ней не стыдно выйти в общество, представить друзьям и родителям. Аккуратная, тонкая, любит искусство, разделяет мои пристрастия в музыке и литературе. Так же, как и я, не любит балет и оперу, но с удовольствием посещает театр. Знает три языка, в данный момент учит четвертый. Никогда даром не теряет время, посвящая себя саморазвитию. С ней можно часами говорить, и не станет скучно. С ней так же можно часами молчать, и будет комфортно. Подкупает то, что она тонко чувствует меня и всегда знает, когда нужно просто помолчать, а когда поддержать беседу.
Вот и сейчас мы молчим. На часах третий час ночи, мы сидим в креслах напротив искусственного камина и смотрим на огонь. Молча наполняю ее бокал вином, свой – коньяком, продолжая рассматривать женщину.
Красивая блондинка. Настоящая. Все свое при себе и хорошо подано. В сексе тоже готова на любые эксперименты, может сыграть для меня наивную девочку, может развратную шлюху, может подчиниться и уйти вниз, и так же взять верх, когда мне этого хочется. к браку готова полностью, к детям тоже. Я это чувствую. Но она не давит. Никогда не предъявляет претензий, не закатывает скандалов, не устраивает сцен ревности, все вопросы решает в конструктивных диалогах. Педантичная с долей перфекционизма , как и я.
Идеальная женщина, жена и спутница жизни. Но сегодня я вдруг осознаю, почему не делаю ей предложение.
И я вдруг понимаю, что она раздражает меня свой идеальностью и желанием подстроиться под меня во всем. Другая женщина закатила бы сейчас скандал по поводу того, что провела новогоднюю ночь одна, или хотя бы потребовала объяснений. Лалиса не требует, молча с улыбкой принимает все, что ей скармливаю. Нет, я не лгу, когда рассказываю, что застрял в лифте, нет, я не виноват. Но кажется, что, если сейчас я поведаю ей, что целовался в лифте с другой женщиной, она с легкостью это примет и найдет моему поступку оправдание.
По логике, эта ночь должна закончиться в постели. Почти каждая наша встреча заканчивается сексом.
– Прости, за испорченный праздник. Нелепо вышло, – разрываю нашу комфортную тишину.
– Не нужно просить прощения за то, в чем ты невиновен. Да и, я полагаю, Новый год слишком распаренный праздник. Мы слишком большое значение придаем смене даты в календаре. Рождество гораздо символичнее и важнее. И оно у нас впереди, – мягко улыбается Лиса.
– Да, ты права, – киваю. Меня вдруг начинает раздражать, что она всегда во всем права. Она тянет ко мне свой бокал, чокаемся, делая по глотку алкоголя. – Красивое платье, – делаю комплимент, который ждет каждая женщина, одеваясь для мужчины. На самом же деле не вижу ничего в этом платье. Как всегда, сдержанная классика. Та брюнетка и провидица из лифта попала в точку. Моя жизнь до оскомины скучна, от этого все чаще возникает ощущение внутреннего одиночества.
– Спасибо. У меня есть для тебя подарок, – Лалиса поднимается из кресла и скрывается в комнате.
Свой подарок я подарил ей ещё неделю назад. Она очень хотела попасть на психологические расстановки к какому-то мужчине , и я подарил ей приглашение. Дело даже не в сумме этого сеанса. Дело в том, что он не берет посторонних людей просто так, а те, кто все же попали под его благосклонность, стоят в годовых очередях.
– Знаешь, тебе очень трудно выбрать подарок, – возвращается Джису с подарочной коробкой в руках.
– Не нужно было вообще заморачиваться. Все, что нужно, у меня есть.
– Вот поэтому трудно, – улыбается она. – Надеюсь, ты правильно меня поймешь, – протягивает коробку. А мне почему–то не хочется ее открывать.
Принимаю коробку.
Открываю.
Неожиданно.
Приводит в ступор.
– Что это? – поднимаю глаза на нее.
– Не ставь меня в более неловкое положение. По–моему, все очевидно.
Очевидней некуда.
В коробке обручальные кольца. Хорошие кольца, дорогие, лаконичные.
– Ты делаешь мне предложение? – приподнимаю брови. Лалиса кивает, заглядывая мне в глаза. – Всегда полагал, что это исключительное право мужчины, – не удерживаюсь от ироничной улыбки.
– Да ну брось, в современном мире уже давно женщины берут на себя это право.
Закрываю коробку, откладывая ее на стол.
– Я слишком старомоден и консервативен, чтобы понять современный мир.
– Тогда я объяснюсь, – берет со стола бокал, тянет мне. Наполняю его красным вином.
– Будь добра.
Нет, я обдумывал возможность брака. Расчетливо полагал, что можно выстроить свою жизнь с правильной женщиной, но... Но внутри протест, минусов брака оказалось больше, чем плюсов. Ну не готов я впускать Лалису в свое личное пространство и делить с ней жизнь. Не так глубоко, как предполагает брак. Поэтому ее предложение обескураживает. И, в конце концов, пару часов назад я целовал сумасшедшую брюнетку или же бестию в лифте. Сладко так целовал, на каком–то бешеном порыве, что мне несвойственно. А это значит, что наш с Лалисой брак невозможен.
– Мы давно вместе, – начинает она.
Волнуется, делает глоток вина. Хочется ее остановить, потому что мне уже все понятно. Что бы она ни сказала, какие бы доводы ни привела, они не склонят меня к положительному ответу. Мужчина должен делать приложение! И дело не в сексизме или в гендерном неравенстве. Мужчина должен делать предложение, если он созрел. И чтобы избежать вот таких некрасивых сцен.
– Мы вместе восемь месяцев, – для чего–то поправляю ее.
– Ну это если считать, когда мы вступили в интимные отношения, – нервно усмехается Лалиса. – Мы знаем друг друга несколько лет, – она права, мы работаем в одной сфере. Всегда приятно общались. – У нас много общего, мы оба состоялись. Не дети уже, – снова усмехается невпопад, но я вижу, как подрагивают ее руки. – Мне казалось, мы давно идем к браку. Я, знаешь ли, не девочка уже, да и ты не мальчик. Мне кажется, самое время создать полноценную семью. Я решилась предложить сама, потому что вас, мужчин, нужно подталкивать к этому и... Я...– Все, Лиса, не надо, – останавливаю ее, забираю из рук бокал и сжимаю ее холодные подрагивающие ладони. – Я все понял. Ты права, все так...
– Но? – выгибает бровь, уже все понимая.
– Но... Но я не готов вступить в брак.
– Да я же не говорю, что мы должны завтра побежать в загс.
– Нет, дело не во времени. Дело во мне, как бы банально это ни звучало. Ты прекрасная женщина. Я понимаю твое желание создать семью, но, прости, это не мой жизненный сценарий.
– Ясно, – она отнимает свои руки, хватает бокал, делая несколько больших глотков.
– Не обессудь.
Она отходит к окну, отодвигает штору, обнимает себя руками, закрываясь от меня.
– Если я чем–то могу скрасить твое разочарование.
Качает головой.
– Тогда мне стоит уйти, – надеваю пиджак
– Да, пожалуйста.
– Ты всегда можешь на меня полагаться.
– Да, спасибо. Захлопни дверь сам.
Подхватываю в прихожей пальто, выхожу, закрывая двери.
Сожалею только о том, что не оправдал ожиданий женщины. Но логический конец наших отношений был только один. И он такой. Могу понять ее – она женщина, инстинкты берут свое, ей нужно сильное плечо, дети. Но это все не про меня. Либо не про меня с ней.
Жму на кнопку лифта, створки распахиваются, прохожу внутрь. Пальто испорчено, но я надеваю его, усмехаясь самому себе, осматривая кабину лифта. Кажется, здесь до сих пор пахнет огненной провидицей. Наворачивал ее салаты, которые сотни лет не ел уже, поил коньяком, кормил конфетами с рук и выслушивал бредни, которые почти правдивы. И ведь меня всегда отталкивали такие – слишком яркие, слишком болтливые и инфантильные дуры. И она поначалу раздражала, а потом... То ли выпил больше, то ли... Не знаю.
Потираю лицо, выхожу из лифта, покидая этот дом. Если так сложилось, значит, это было кому–то нужно.
Пока иду к стоянке, почему–то думаю не о том, как разочаровал Лису, а о том, приняла ли Дженни предложения своего жениха.