Глава 42
Глава 42.
За окном загородного дома расстилалось пробуждающееся весеннее утро. Солнце, еще невысоко поднявшееся над горизонтом, заливало всё вокруг мягким, розовым светом. Нежные лучи проникали сквозь лёгкие занавески спальни, окрашивая стены в теплые тона.
Весна всегда обещает надежду на возрождение, новые силы и лёгкость, приходя на смену холодной и промозглой зиме, которая держит в крепких тисках неподвижности. Но весна всегда переменчива, стремительна и ярка.
В спальне царила атмосфера спокойного умиротворения и нежной близости. На постели, застеленной льняным бельём цвета слоновой кости, лежали двое – муж и жена. Сейран и Ферит давно уже проснулись и приняв утренний душ, нежились в объятиях друг друга. Утренние лучи ласково касались их кожи, подчёркивая нежность их черт.
Это был первый раз, когда они приехали в их загородный дом с друзьями и утро наполненное лаем Тео, который бегал за Керемом вокруг дома, и плачем двухмесячного Ахмедика, которого Абидин пытался покормить, пока Суна отсыпалась после бессонной ночи, казалось идеальным.
Таким непривычным и странным... Но точно идеальным.
Сейран и Ферит не торопились выходить из своей уютной кровати, то и дело разговаривая обо всём на свете и снова и снова возвращаясь к неспешным поцелуям.
—Помнишь, как мы приехали в этот дом впервые? —наматывая одну прядь волос Сейран на указательный палец, спросил Ферит.
Девушка улыбнулась, мысленно возвращаясь в тот зимний вечер, когда они с Феритом остановились перед живописным домиком посреди сказочной зимы.
—Кажется, что это было где-то в прошлой жизни...—задумчиво протянула она.
Ферит отпустил накрученную на палец прядь, наблюдая за тем, как волосы жены рассыпаются по её плечам.
—Я тебе никогда этого не говорил, но в тот вечер я хотел сделать тебе предложение, —признался мужчина, —у меня даже кольцо было с собой.
Сейран посмотрела на мужа в недоумении и невольно взглянула на свою руку с помолвочным и обручальным кольцами.
—Тогда?—удивилась она, —но тогда ведь мы только начали встречаться...
—Ну и что?—беспечно пожал плечами Ферит, — я уже тогда знал, что хочу, чтобы ты была моей женой, —окончание фразы утонуло в очередном нежном и глубоком поцелуе, который был настолько долгим, что оба почти уже забыли, о чем они разговаривали.
—Знаешь, в тот вечер я так нервничала,—прошептала Сейран перебирая между пальцами волосы мужа, — мне казалось, что мое сердце может остановиться в любую минуту.
—А почему ты нервничала?— рассеянно проводя подушечками пальцев по её скуле, спросил Ферит.
Сейран закатила глаза.
—Парень пригласил меня в загородный дом, где мы будем только вдвоем. Догадайся, почему я могла бы так нервничать...
—На что ты намекаешь?—шутливо нахмурившись уточнил Ферит.
—Скажем так, я сразу же поняла твои планы на тот вечер, — улыбнулась Сейран.
—Как ты могла так обо мне подумать?! У меня и мыслей тогда не было об этом!— оскорблённо воскликнул Ферит, —я рассчитывал только на горячий чай и уютную беседу...
Мужчина припал губами к шее жены и медленно двинулся к ямке под ухом, ощущая, как под его губами кожа покрывается мурашками.
—Тогда я неправильно тебя поняла...—выдохнула Сейран , прикусывая нижнюю губу и чувствуя, как тело отзывается на прикосновения любимого.
—Определенно, —прошептал Ферит нависая над девушкой и завлекая в долгий и глубокий поцелуй.
За дверью спальни кипело энергичное утро, а комната была погружена в сладкое напряжение и звуки поцелуев.
Рождение маленького Ахмеда невообразимым образом повлияло на жизнь не только его родителей, но и всех взрослых, окружающих малыша.
Ребёнок, сам того не ведая, стал источником света и добра, объединив людей невидимой нитью любви. Каждый, кто прикасался к нему, словно заново открывал для себя красоту мира, чистоту и невинность. В его присутствии забывались споры и обиды, уступая место тихой радости и безграничной нежности. Маленький мальчик напомнил всем о том, что настоящее счастье кроется в простых вещах: в тепле любимых рук, в ласковом взгляде ближнего, в искренней улыбке... И это счастье было доступно каждому, кто открывал свое сердце новой жизни.
Неведомым образом весь фокус внимания сместился на новорожденного и взрослые всячески помогали новоиспечённым родителям в их нелёгком пути. Даже Керем, который первые несколько дней наотрез отказывался брать на руки крошечного племянника, боясь сделать ему больно, теперь с лёгкостью управлялся с кормлением и даже купанием малыша.
А Сейран и Ферит только ещё больше убедились, что хотят своих детей. Они чувствовали, как внутри них растёт и крепнет любовь, которую они хотели бы разделить с ребёнком. А ещё рождение племянника наглядно показало им, насколько сложным и выматывающим может быть родительство. И сейчас их желание о своём малыше было окутано ещё и житейским опытом, который не делал их мечту менее привлекальной. А наоборот —еще больше готовило их к будущему.
Ферит оставил ещё один лёгкий поцелуй на губах жены и по-мальчишески улыбнулся.
—Ну, хорошо...признаюсь. У меня на тот вечер были большие планы, —нежный поцелуй в носик девушки, —но согласись, всё прошло очень даже...хорошо...
Сейран открыла затуманенные глаза, несколько секунд любуясь мужем и пытаясь вспомнить, о чём идёт речь, потому что длительные поцелуи в кровати не способствовали исправной работе ее памяти. Она прикусила губу.
—А что если я тебе скажу, что я тогда так боялась, что абсолютно ничего не помню с той...ночи.
—Серьезно?—удивленно вскинул брови Ферит, —А чего ты боялась? Неужели меня?
—Не знаю...всего, —смутилась девушка, —я стеснялась...мне казалось, что я делаю всё неправильно и выгляжу, как напуганный кролик, —Сейран нервно рассмеялась, — я испытывала так много эмоций сразу, что сейчас у меня в голове какой-то туман из разрозненных воспоминаний...
—А я все помню очень хорошо, —гордо протянул Ферит, —только, если честно, я тоже очень сильно нервничал.
Сейран округлила удивлённые глаза.
—Ты-то почему?!
—Я уже тогда знал, что ты моя будущая жена... Конечно, я боялся облажаться, —пожал плечами мужчина.
Сейран прикусила нижнюю губу и улыбнулась, глядя на любимого.
—Ну, почему ты такой милый?!
—Правда, милый?—театрально захлопал ресницами Ферит.
Но ответом ему был раздраженный голос Керема по ту сторону двери.
—Я не знаю, чем вы там занимаетесь, но живо выходите, потому что я проголодался! Мы будем сегодня завтракать или нет?! Достали уже...—последняя фраза парня звучала приглушённо и ворчливо, потому что он, видимо, направлялся в сторону кухни.
—Обломщик!—проворчал Ферит, чем вызвал задорный смех своей жены.
***
После сытного турецкого завтрака компания друзей расположились на лужайке около живописного коттеджа.
Перед домом, под раскидистым многолетним деревом, стоял грубоватый, но добротный дубовый стол. За ним, потягивая кофе и тихо переговариваясь, сидели Сейран и Суна. Рядом с Суной, в переносной люлке, мирно посапывал двухмесячный Ахмедик, изредка подергивая крошечными ручками. Теодор, за все это время ставший почти вдвое больше, лениво развалившись у ног Сейран, изредка вскидывал голову, следя за бабочкой, порхающей над клумбой с цветами. Казалось, что он наслаждается окружающей природой, как художник, нашедший наконец свое вдохновение и умиротворение.
Неподалеку, на небольшой лужайке, окружённой миндальными деревьями, уже в полном разгаре шла игра. Керем, Ферит и Аби азартно перебрасываясь мячом, гоняли его по неровному полю. Их веселые голоса и приглушенные удары по мячу гармонично вплетались в общую симфонию весеннего дня, и нисколько не беспокоили малыша, который кажется совсем смирился с мыслью, что родился в многолюдной и шумной семье. Время здесь текло неторопливо, словно медленная турецкая мелодия. В воздухе царила атмосфера безмятежности и покоя, пропитанная теплом солнечных лучей и ароматом свежезаваренного турецкого кофе, доносившегося из небольших чашек.
—Ну, как у вас дела?— подставляя лицо весеннему солнцу спросила вдруг Суна.
—Нормально, —потягивая кофе ответила Сейран.
—Ну, брось, Сейро! Я соскучилась по сплетням! Сжалься над матерью, которая за последние два месяца кроме подгузников и погремушек ничего не видела!
Сейран рассмеялась и с любовью посмотрела на лицо подруги детства, которое сейчас смотрела на нее своими жалобными глазами.
—Хорошо, что тебе рассказать? У нас все хорошо. Работа, дом...ничего особенного...
Суна поджала губы и нерешительно спросила:
—Не кидайся в меня тапками...но как там у вас насчёт малыша...
—Я не буду кидаться в тебя тапками, потому что ты уже пару месяцев не задавала мне этот вопрос. А это большой прогресс!—хихикнула девушка.
—Прости! Я знаю, как могут раздражать эти вечные вопросы...
—Нет, все в порядке. Я уже привыкла. И если ты всё ещё ждёшь моего ответа, то нет. Я всё ещё не беременна. И это уже даже не смешно!— немного грустно заключила Сейран, отпивая глоток кофе.
—Это ещё ничего не значит. Ты же сама это понимаешь.
—Да, понимаю... Но я не знаю, что мне делать. Анализы Ферита в полном порядке, у меня тоже... Что может быть не так?!
—Тебе просто нужно отпустить эту ситуацию, —укачивая люльку с малышом, пропела Суна, —тёте Сейран просто нужно расслааабиться...
—А вот теперь я точно кину в тебя тапками! Я ненавижу, когда мне это говорят.
Суна коротко рассмеялась.
—Но я серьезно. Знаешь, иногда в жизни мы за что-то держимся всеми силами, а потом оказывается, что нужно было просто расслабиться и ждать, когда это само придёт тебе в руки! Это как у тебя с Феритом! Ты была влюблена с шести лет! А он что? Ни-че-го! Но стоило тебе на него забить и начать встречаться с этим придурком Юсуфом и вуаля! Ферит твой!
—Даа! Отличный план, который занял всего-то пятнадцать лет! Гениально!—закатила глаза Сейран, —или может ты мне предлагаешь забеременеть от Юсуфа, чтоб наверняка? Хм?
—Фу! Нет! Это я к тому, что вы с Феритом были созданы друг для друга и то , что должно случиться, обязательно произойдёт! Надо только немного расслабиться!
—Я понимаю, —с грустью протянула Сейран, —но прошел почти год, и мне становится иногда страшно... И все вокруг беременеют, рожают детей... —она с теплотой посмотрела на спящего Ахмеда и улыбнулась, —а я... Помнишь, госпожу Фазилет из маркетингового отдела?
—Что? Только не говори, что и она беременна! Ей же почти пятьдесят!
—Да нет же, —рассмеялась Сейран, —мы недавно гуляли с Тео в парке и встретили её. И даже её собака беременна, представляешь! А я нет!
Суна протянула руку, чтобы ободряюще сжать ладонь подруги.
—Не переживай ты так! Милая, однажды ты будешь вспоминать это все и смеяться, какая ты была паникёрша...
—Дай Аллах... Потому что пока мне не очень смешно, —устало вздохнула Сейран.
—А ты уверена, что вы все делаете правильно? — осторожно спросила Суна.
Сейран закатила глаза и фыркнула.
—Суна, ты не нарывайся! Я сейчас в таком отчаянии, что готова рассказать во всех подробностях, как и что мы делаем. Тебе это не понравится.
Суна скорчила гримасу отвращения.
—Что не понравится?—подошёл к столу запыхавшийся и вспотевший Керем, —что обсуждаем, девочки?
Подруги переглянулись.
—Грудное вскармливание! Мы обсуждаем грудное вскармливание, —быстро нашлась с ответом Суна, —хочешь присоединиться?
—Эв, фу... Спасибо, не хочу, —с несчастным лицом отошёл Керем от стола, направляясь в сторону дома.
—Я это называю "Керемоотталкивающее заклинание", —довольно поиграла бровями Суна, —работает каждый раз!
Девушки заливисто рассмеялись, отчего маленький Ахмед сморщил носик и начал недовольно хныкать.
***
Каждый год день рождения Халиса Корхана отмечался с большим размахом. Но последние годы он предпочитал отмечать этот праздник исключительно в кругу семьи. Ему нравилось собирать своих детей, невесток и внуков за большим столом и тихо радоваться тому, какую крепкую семью он смог создать.
Вернувшись из небольшого загородного отпуска, Ферит и Сейран собирались на юбилей главы семейства. Пока Ферит принимал душ, Сейран выбрала лаконичное платье и сделала незамысловатую причёску, задумываясь о том, как странно складывается жизнь.
Из-за тесной дружбы с Суной и Керемом, её всегда приглашали на дни рождения всех членов семьи. Но из-за недовольства тёти, она всегда пропускала праздники Халиса аги. Сейчас же, зная всю историю прошлых обид между Халисом Корханом и госпожой Хаттуч, Сейран испытывала чувство вины перед тётей. Девушка убеждала себя, что она не имеет права осуждать никого из них, но не могла не думать о том, что из-за подлости и глупости мужчины, ее тетя на всю жизнь осталась одна и потеряла даже маленький шанс на свою семью, тогда как Халис ага построил целую империю и большую семью.
Это казалось несправедливым и неправильным. Но девушка обещала себе, что не будет думать об этом и пытаться найти правых и виноватых. Ведь по сути , эта история касалось только двух людей, которые много лет назад совершили ошибки...
Как бы сейчас тетя не злилась на племянницу, на данный момент Сейран следовала завету госпожи Хаттуч, который та твердила много лет. Девушка следовала за своим мужем. Она с уважением относилась к его убеждениям и семье. И, возможно, если бы речь не шла именно о Корханах, то госпожа Хаттуч похвалила бы такую покорность племянницы...
Сейран посмотрела на свое отражение в зеркале и попыталась представить, какие из её серёжек подошли бы этому образу. Её взгляд остановился на серьгах из белого золота с изящными изумрудами посередине. Зелёные драгоценные камни сверкали под лучами искусственного освещения и девушка довольно хмыкнула своему отражению.
—Любимый, ты не знаешь, во сколько Суна с Абидином приедут в особняк?
Звук воды в душе прекратился и из ванной комнаты послышался голос Ферита.
—Что ты спросила?
—Я говорю, не знаешь, когда Суна и Аби приедут в особняк?
—Не знаю. Мама пригласила всех к семи. Можешь позвонить Суне, если хочешь.
Сейран кивнула соглашаясь, будто бы Ферит мог увидеть этот жест. Она подошла к прикроватной тумбочке и недовольно простонала увидев, что её телефон разряжен. Девушка огляделась по сторонам в поисках зарядного устройства и разочарованно фыркнула.
—Можно я возьму твой телефон? Мой разрядился,— спросила Сейран мужа, который продолжал принимать душ.
—Конечно, он в кармане куртки, —не открывая глаз и намыливая голову шампунем ответил он.
—Спасибо, —благодарно улыбнулась Сейран направляясь в гостиную, где она в последний раз видела куртку Ферита. Верхняя одежда цвета мокрого асфальта висела на высокой спинке стула. Девушка запустила руку в карман и сразу же нашла телефон. Она уже хотела повесить куртку на прежнее место, как в другом кармане нащупала что-то прямоугольное.
У Сейран никогда не было привычки или тяги шарить по чужим карманам, но почему-то что-то внутри неприятно пекло грудную клетку и она вытащила этот предмет. И увиденное застало её врасплох. Казалось, что твердый пол под ней превратился в вязкое болото, которое не позволяло твердо стоять на ногах.
В руках она держала пачку сигарет, таких же, которые раньше курил Ферит...
Она и не заметила, как муж вышел из ванной. Он стоял в одних домашних штанах, а руки с полотенцем в руках так и застыли, игнорируя капли воды стекающие с волос.
Сейран посмотрела на Ферита и даже не удивилась тому, как зло и обиженно прозвучал ее голос.
—И давно ты куришь?
Мужчина нервно сглотнул и сделал несколько шагов в сторону жены.
—Сейран, —он машинально бросил влажное полотенце на диван,—все не так, как ты подумала.
—Неужели? И что же это такое?
—Я всё объясню, Сейран.
—Как давно ты снова куришь?—сжимая в руках пачку сигарет, спросила Сейран, —А может ты и не переставал?
Ферит поджал губы и виновато посмотрел на девушку.
—Как долго?—зло выкрикнула Сейран.
—Пару недель... Может месяц, —неуверенно ответил Ферит устало потирая переносицу.
Сейран моргнула и с отвращением посмотрела на помятую пачку. Она отбросила её на стол и сжала зубы, ощущая неприятный скрежет во рту.
—Сейран, пожалуйста, послушай...—мягко произнёс Ферит делая шаг навстречу девушке.
—Я так и знала, —сквозь зубы процедила Сейран, — я чувствовала этот запах, я знала, что мне не кажется... Но я убеждала себя,что ты мне никогда не станешь врать!
—У меня была нервная неделя на работе! Я выкурил одну сигарету...а потом...—начал оправдываться Ферит, —Милая, только давай не делать из этого трагедию. Это всего лишь сигареты...
—Нет, это не всего лишь сигареты, —безэмоционально проговорила Сейран, —ты мне врал, Ферит! Ты обещал мне, что не будешь курить и не сдержал свое слово...
—Ты, правда, преувеличиваешь... Давай мы сейчас поедем на день рождения, а потом обсудим это всё позже, —мужчина обнял жену за плечи, — Хорошо, любимая?
—Не трогай меня, —оттолкнула мужа Сейран, —ты серьезно не понимаешь, насколько ужасно ты поступил, Ферит?!
Он раздражённо закатил глаза.
—Да, давай начнем теперь ругаться из-за такой глупости! Ты этого хочешь?
—Моя просьба для тебя глупость? Здоровье наших будущих детей для тебя глупость?!
—Как же ты любишь все драматизировать! Это всего лишь сигареты, Сейран!—сдерживая раздражение проговорил Ферит, —и я не маленький ребёнок, чтобы меня за это отчитывали.
—Серьёзно?!—девушка ткнула пальцем в грудь мужчины, — а по-моему, ведёшь ты себя именно как маленький ребёнок! Мы это обсуждали сотню раз и ты прекрасно знаешь, как это может повлиять на здоровье ребёнка!
Ферит раздражённо запустил ладонь во влажные волосы и нервно оттянул назад.
—Ну, хорошо! Я понял, я облажался! —начал закипать он, —ты даже не представляешь, как сложно бросать курить...
Сейран тряхнула головой, отчего изумрудные серьги заблестели под светом лампы. Она нервно засмеялась.
—Да что ты, Ферит?! Конечно, я не представляю, насколько сложно бросить курить!— она сжала спинку стула так, что костяшки на пальцах побелели,— Но зато я прекрасно знаю, каково это почти год ходить по всем врачам и сдавать тысячу анализов, или каково это садиться на специальные диеты, пить горсть витаминов каждый день и все равно каждый раз видеть эту чёртову одну полоску на тесте! А ещё я знаю, каково когда у тебя каждый день по десять раз спрашивают, когда же я забеременею, ведь если я все ещё не беременна, значит со мной что-то не так! А ещё я знаю, каково это бояться, что со мной действительно что-то не так. И даже если я забеременею, я буду бояться, что я не смогу выносить ребенка, родить, кормить, воспитывать и все равно буду плохой мамой! Но да, ты прав, я не знаю, насколько сложно бросить курить!
Сейран со злостью пнула ножку стула, от чего тот скрипя металлическими ножками со скрежетом проехался по деревянному полу. Она направилась в сторону спальни, краем глаза замечая, как Тео обеспокоенно наблюдал за их ссорой, нервно поглядывая то на одного, то на другого.
—И причем здесь все это, — услышала она недовольное ворчание Ферита и остановилась на месте. Девушка сделала глубокий вдох и обернулась в сторону мужа.
—А ты не видишь никакой связи, Ферит? Нет?
—Нет, не вижу, —холодно ответил мужчина.
Сейран горько усмехнулась.
—Хорошо, тогда я тебе объясню. А дело в том, что я готова идти ради тебя и наших детей на всё, что угодно...да, я даже отказалась от родной тёти ради тебя. А ты...ты даже не можешь бросить эти чёртовы сигареты и ещё врал мне все это время.
Ферит шумно выдохнул, закрывая глаза ладонью.
—Я всё ещё думаю, что ты делаешь из мухи слона. И эти сигареты не настолько важны, чтобы мы с тобой сейчас ругались и опаздывали на день рождения дедушки...
Сейран закрыла лицо руками, не понимая, хочется ей плакать или смеяться, настолько абсурдными и бездушными ей казались слова мужа. Она посмотрела на Ферита глазами полными слез обиды и разочарования.
—Я буквально объясняю тебе, насколько и почему это для меня важно, а ты говоришь мне все это?! Знаешь, ты мог бы просто извиниться!
—Ну, извини!—раздраженно развел руками мужчина.
Сейран поджала губы и выдавила мучительную улыбку.
—Прекрасные извинения! Именно то, что мне нужно было!—она театрально хлопнула в ладоши,— браво, Ферит! Спасибо!