Часть 24
Т/и пошатнулась, держась за ограду старой могилы. Ноги ватные, голова кружится, как будто земля под ней качнулась. Она выругалась тихо, но даже голос звучал слишком слабо. Всё, что было после двух ритуалов подряд — пустота. Будто выжали досуха.
И вдруг — тепло. Сильные руки обхватили её талию и без лишних слов подняли на руки.
Она дернулась, но тут же услышала до боли знакомый голос у самого уха:
— Если ты ещё раз, ещё раз, пойдёшь одна искать приключения на задницу, я тебя к батарее на цепь посажу. Поняла?
Голос был хриплый, сдержанный, злой.
И тёплый, до дрожи.
Т/и слабо усмехнулась, опуская голову ему на плечо:
— С батареей будет хотя бы тепло...
— Не шути со мной, припадашная, — прошипел Влад, крепче прижимая её к себе.
Она чувствовала, как бешено стучит его сердце. Он реально испугался. А ведь она даже не писала ему, где находится.
— Как ты нашёл меня...
— Толик, — коротко бросил он. — Он сказал, что тебе поплохело, и я сразу поехал по местам, где ты бывала. Тут и нашёл. На кладбище. Смотрю — ведьма моя почти в отключке валяется. Романтика, блядь.
— Ой, как мило, — хрипло прошептала Т/и, слабо улыбаясь.
— Ты издеваешься? Я серьёзно. У тебя губы белые, ты сама белая, как простыня. Ещё бы немного — и ты бы там с покойниками улеглась.
Он осторожно опустил её на лавку у кладбищенского входа, достал из внутреннего кармана фляжку и протянул:
— Пей. Тут не то, что ты думаешь. Просто отвар. Для восстановления. Ты ж не одна такая ведьма в жизни встретилась.
Т/и глотнула — горько, мерзко, но сразу стало чуть яснее.
Она прикрыла глаза.
— Спасибо, Чепух.
— Пошла ты, — выдохнул он, садясь рядом и обнимая её за плечи. — Пугать меня вздумала. Больше не пущу одну. Куда хочешь — со мной. Даже в ад.
Т/и усмехнулась, но уже не спорила.
Сидела, прислонившись к нему, и думала только об одном:
Если уже идти в ад — то с ним.
— Ты вообще, блядь, в своём уме?! — вдруг взорвался Влад, вставая с лавки. — Два ритуала подряд! Одна! На кладбище! Без нормального якоря, без защиты, без... Без меня! Ты с ума сошла, припадашная?!
Т/и только устало посмотрела на него снизу вверх и выдавила:
— Да пошёл ты, Череватый...
— Вот туда я и пошёл, когда узнал, что ты тут одна. Теперь сиди и не возникай, — рявкнул он и легко подхватил её на руки.
— Эй, эй, спокойно! Я приехала на своей! — попыталась вырваться Т/и, но сил хватило только на слабо-ироничное ворчание.
— Заберём потом твою машину. Или сожжём. Сейчас мне похуй, — ответил Влад, уже не слушая, как всегда, и неся её к своей.
Он аккуратно усадил её на пассажирское сиденье, пристегнул, будто с ребёнком возился, а сам обошёл и завёл двигатель. В салоне пахло чем-то уютным — её аромат на его одежде, его сигареты, немного ладанки от Толика.
— Ты же в курсе, что если бы ты рухнула там — я бы тебя откапывать пошёл? — буркнул он, выруливая с кладбищенской парковки.
— Романтично, — пробормотала она, прикрыв глаза.
— Не романтично. Страшно. Ты, сука, неугомонная ведьма. Ты моя ведьма, — тише сказал он.
Машина неслась вперёд, а в голове у Т/и гудело не только от ритуалов, но и от того, с какой уверенностью он это сказал. Ты моя ведьма.
И впервые за долгое время ей захотелось просто молчать. Молчать и быть. С ним.
Т/и проснулась, когда почувствовала, как мягкое одеяло обвивает её тело. Резко открыв глаза, она увидела, что лежит в комнате, не похожей на её. Стены были оформлены в тёмных оттенках, с мягким освещением, и на полках стояли книги, которые она сразу узнала — редкие, о магии и оккультизме. Она резко села, почувствовав головную боль, и заметила, что лежит в постели, а рядом на столе стоит стакан с водой и несколько таблеток.
Влад сидел в кресле напротив, не поворачиваясь к ней, он смотрел в окно, держа сигарету в руках.
— Ты пришла в себя, наконец, — сказал он тихо, без привычной резкости в голосе.
Т/и ощутила усталость во всём теле, как после долгого путешествия. И только сейчас заметила, что находится не в своей квартире, а в доме Влада. Напряжение в её груди слегка ослабло, но всё равно оставалось.
— Что случилось? — её голос прозвучал туманно, ещё не привыкший к полной осознанности.
— Ты переутомилась от этих ритуалов, — Влад встал и подошёл к ней, став на колени у её кровати. — Положила себе такую хрень, что теперь за тобой только я могу следить, понял? Больше таких движух не будет.
Т/и оглядела его, и её взгляд стал более ясным.
— Я не в состоянии не делать этого, — она тихо ответила, несмотря на то, что внутри её продолжал клокотать протест. — Ты меня не остановишь.
Влад немного усмехнулся, но его лицо не выражало злости, лишь лёгкую обеспокоенность.
— Блядь, ты такая упёртая, — пробормотал он, вставая и снова шагая к столу. — Я тебя откачал, когда ты уже едва стояла. Больше не рискуй, слышишь? В следующий раз не спасу.
Т/и нахмурилась, но согласилась молчанием. Все её слова умирали на языке, как только она понимала, что не может убедить его в своём праве.
— Я заберу твою машину, — продолжил Влад, не глядя на неё. — И ещё я заставлю тебя нормально отдохнуть. Прямо сейчас. А потом, если захочешь, возвращайся к своим магическим приключениям. Но я на твоей стороне.
Т/и посмотрела на него — напряжённо, серьёзно, но что-то в её сердце дрогнуло. Может, это был страх за себя. Может, его слова прозвучали иначе, чем обычно. Слабость или сила — она не могла понять. Но что-то в этих словах ускользнуло от неё.
Т/и взглянула на Влада, сдерживая взгляд. Она почувствовала, как тяжесть на её душе давит, и ей пришлось сделать глубокий вдох, чтобы начать говорить.
— Моя сестра, — начала она, её голос звучал немного туманно, но твердо. — Мы не общались с детства. Всё началось с того, что она всегда была... эгоистичной. Моя мама её больше любила, она всегда её баловала, а меня оставляла в тени. Я всегда чувствовала, что ей было наплевать на меня. Но всё ухудшилось, когда она встретила того парня.
Т/и немного замолчала, глядя в пол. В её глазах была тень боли.
— Этот парень... он был наркоманом, играл в азартные игры, пьянствовал. Он втянул её в этот мир. Она начала брать деньги у мамы, у меня, чтобы продолжать поддерживать его привычки, а потом... он её бросил. С долгами. Она осталась одна с этим всем. И теперь вот она беременна.
Влад молча слушал, не перебивая, и это заставило Т/и продолжить.
— Она позвонила мне сегодня и попросила деньги. Я... я отказала. Но потом... что-то меня потянуло, и я поехала к ней, чтобы увидеть, что на самом деле происходит. Но она... она не для того деньги просила. Не для того, чтобы вернуть долг. Она собиралась снова играть. Я... я не могла это оставить. И поехала на кладбище, провела ритуал. Хочу, чтобы она прекратила это, чтобы её зависимость ушла. Не для того, чтобы помочь ей, а чтобы она не продолжала разрушать свою жизнь и не тянула за собой других.
Т/и вздохнула, наконец подняв глаза на Влада.
— Я не знаю, что мне делать. Она... она снова обманула меня. Врет. И это всё... меня разрушает.
Влад, услышав её слова, немного задумался, глядя в её глаза, и потом сказал:
— Ты могла бы помочь ей, но не на твоих условиях. Ты не можешь сделать её лучше, если она сама этого не захочет. А что касается твоего ритуала, я не могу сказать, что понимаю это. Но ты всегда хочешь контролировать всё вокруг. И себя тоже.
Он немного помолчал, собираясь с мыслями, и добавил:
— Ты думаешь, ты её спасешь, но можешь только сжечь себя. Ты слишком много на себя берешь, Т/и.
Т/и почувствовала, как его слова стали как нож в её сердце, но она не могла их игнорировать. Это было правда. Но не могла же она просто стоять в стороне, зная, что её сестра всё разрушает, правда?
Влад посмотрел на Т/и с мягким выражением лица, как будто пытаясь уловить все её чувства. Он подошёл ближе и, не говоря больше ничего, наклонился, нежно поцеловав её в лоб. Т/и ощутила тепло его губ и моментально почувствовала себя немного спокойнее.
— Засыпай, — тихо сказал он, убирая с её лица пару выбившихся прядей. — Я пока съезжу и заберу твою машину. А ты отдыхай, всё будет хорошо.
Он накрыл её одеялом, и перед тем как выйти, коротко добавил:
— Постарайся забыть об этом на время. Ты слишком сильно переживаешь.
Т/и слегка улыбнулась, не в силах скрыть ту лёгкую радость, которую приносили такие простые жесты от Влада. Она закрыла глаза и, несмотря на все переживания, почувствовала, как тяжесть её мыслей начинает уходить. Сердце немного успокоилось.
Услышав, как дверь закрывается за Владом, она закрыла глаза, словно погружаясь в какое-то мирное состояние.
Но улыбка на её лице осталась. Как дура, но с лёгким чувством тепла в душе.
Влад уехал, оставив её наедине с тишиной и мыслями. Но теперь, когда она наконец расслабилась, ей стало легче.