34
Великое дело - королевская свадьба. А если женятся главы двух сопредельных государств, то... Она справляется дважды, тем более что у каждого народа свои обычаи.
Шел третий день торжеств, все находились в замке Рэймзи.
До того была церемония в храме, было роскошное белое платье, воздушное как мечта, драгоценности Рэймзи и еще вдвое больше тех, что подарил невесте муж - король асов.
Священник, кокоторый Лалису с Чонгуком венчал, прослезился. Старик помнил, как венчал в этом храме ее матушку. (Джин Фалько тоже прослезился, но по другой причине). Но это вчера, а прямо сейчас был праздник, веселое застолье, все отмечали свадьбу.
Замок гудел, а они узким кругом собрались в малой гостиной. Были ее друзья-боевики, Тревор и ребята, которые все еще по привычке называли ее Ли и хлопали по плечу, как парня, потом смущались. Были девушки - Белла и Селия, паренек-целитель Спирос, Джилиан с бытового, командир школы наемников Орланд Леро и ректор Илиарис, они были посвящены в тайну Лалисы изначально. И, разумеется, присутствовали Джин Фалько и Тэхён.
Тэхён, кстати, теперь носил знаменитый черный плащ и выглядел в нем ужасно таинственно и импозантно.
И вот тут Лалиса вспомнила кое-что важное.
- У меня есть купчая на землю Академии магии, осталось только покупателя вписать!
Новость произвела такой эффект, как если бы в гостиной молния ударила.
- Можно взглянуть? - осторожно спросил ректор Илиарис.
За пергаментом сходили во дворец короля асов, сделать это было несложно. Илиарис долго всматривался, наконец сказал:
- Составлено идеально. - И вскинул на нее взгляд: - Как вам это удалось, герцогиня?
Чонгук (он больше не носил маску) кашлянул в кулак и проговорил:
- Моя жена бывает очень убедительна.
Раздались сдавленные смешки, а Орланд сказал:
- У этой земли не должно быть хозяина. Нельзя, чтобы она принадлежала кому-то одному. Мы уже имели такую ситуацию и видели, что из этого может выйти.
- Верно, - оживилась Лалиса. - Человеку не должна. Она должна принадлежать Академии.
- Но кого же мы впишем?
- Мы... - она задумалась и вдруг сказала: - Всех.
- Но как?
У нее была идея.
Сбежать на время с собственной свадьбы.
В Академию ходили тайно. Брали немного земли, на которой стояли здания, немного камня от старой кладки, по капельке крови от адептов и преподавателей. Из этого был сделан артефакт - закаленная в пламени магическая печать. Оттиск с этой печати и поставили в купчей, теперь в графе покупатель горели и переливались слова «Академия магии».
Но принимать купчую ректор Илиарис отказался.
- Я ухожу с поста. Пусть ректором станет тот, кто защитил и берег все это время моих адептов, которых не смог защитить и уберечь я. А я займусь преподаванием.
И передал купчую Тэхёну.
Сразу воцарилось молчание.
Тэхён сначала нахмурился от неожиданности, оглядываясь вокруг, кому бы передать свиток. Но на Чонгука и Лалису смотреть было бессмысленно, с ними все ясно. С ехидно ухмылявшимися Орландом и Джина тоже.
Оставались адепты, но тут - да, точно не было вариантов.
- Gaudeamus igitur, - бодро затянул Тревор, отдавая честь и замирая по стойке смирно, его боевики дружно рявкнули: - Juvenes dum sumus!
А девушки-адептки, которые и без того смотрели на строгого темноволосого аса с тайным обожанием, сказали:
- Мессир ректор, вам так идет черный плащ...
***
Уже когда вернулись в замок Рэймзи и с удвоенным энтузиазмом принялись отмечать (ибо поводов прибавилось). В какой-то момент получилось так, что Лалиса ненадолго убежала с девушками в другой конец зала, а Чонгук стоял один. К нему подошел Джин.
- Скажи, ты ведь с умыслом передал мне этот плащ?
- Хммм? - король асов искоса взглянул на друга и пожал ему руку. - Ты столько сделал для меня
Некоторое время оба молчали, наконец Тэхён кашлянул и тихо проговорил:
- Каково это, когда находишь свою избранную?
А Чонгук застыл, глядя на жену, потому что в ту секунду она, почувствовав его взгляд, обернулась.
***
Исчез зал, полный гостей, они снова были вместе.
В спальне. После того костра, соединившего их. Только вдвоем.
Адское пламя уничтожило всю одежду, оба голые, словно новорожденные, пропахшие дымом, закопченные. А тот огонь сейчас гулял под кожей, гудел в крови и требовал единения, ждать было невозможно. Но он же видел, что девушка не готова, дезориентирована полностью, у нее взгляд совсем как в тот день, когда он впервые перенес ее сюда.
Ждать свою избранную больше двадцати лет и спешкой все испортить? Ни за что.
Пусть это сожжет его, мужчина готов был дать время. Столько времени, сколько нужно. Чтобы сама потянулась к нему, захотела, горела вместе с ним.
А сейчас...
Нужно дать привычное, успокоить. И пока Лалиса с изумлением разглядывала пятна копоти на своей коже, он быстро подхватил ее и прижал к себе. Мягко, но сильно, кожа к коже. Ахнула, вытаращилась на него.
- Мыться! - сказал строго, неважно, в тот момент он едва владел голосом.
Ахнула снова и затихла в его руках. А он уже нес ее в ванную и там у края бассейна, наполненного теплой водой, опустил на пол.
- Надо собрать волосы, - глухо проговорил и отошел на несколько шагов.
Что делал с ним ее восхищенный взгляд, телу были безразличны его попытки сдержать страсть, оно требовало своего. Но он еще владел собой.
- Повернись спиной, - голос низко дрожал, но как есть.
Ей не нужно видеть, в каком он состоянии, рано.
Повернулась. Отвела волосы с шеи. А на ней ведь ничего, ничего, кроме брачного ожерелья, только ослепительно прекрасное юное тело. Секунду он смотрел, потом подошел вплотную, собрал ей волосы в пучок, и быстро, чтобы она не поняла, что с ним творится, подхватил на руки и вместе с ней шагнул в бассейн.
В воде хорошо, в воде он мог касаться ее, оглаживать ладонями всю. А руки тянулись туда, между ее стройных ног. Но нет, нельзя торопиться, надо притормозить.
- Вымой меня.
У нее расширились глаза, взгляд явно говорил:
«Зачем?»
«Затем, что принадлежу тебе, а ты мне», - сказал он ей мысленно.
Ему казалось это хорошей идеей? Чеееерт... Он едва сдерживался, пока она разглядывала его и скользила по его груди ладонями. Когда понял, что наступил предел, велел ей:
- Повернись, - и стал мыть длинные светлые волосы.
А после завернул ее в огромное мягкое полотенце и поставил на бортик.
- Я сейчас.
Одним движением погрузился в воду, а потом резко отжал волосы и потянулся за полотенцем.
Из ванной он вынес ее на руках, раскрасневшуюся, теплую. Она так завернулась в его огромное полотенце, что только блестящий кончик носа оттуда торчал и глаза. Ему хотелось бы в постель, но в постель не стоило, он испугает ее.
- Поесть?
В светлых глазах сразу вспыхнул голодный интерес.
Да, поесть - было правильно. Потому что так он мог держать ее на коленях, касаться, гореть на медленном огне, вдыхать этот сладкий яд, мутивший ему разум.
***
Он кормил ее, совсем как тогда.
С руки. Держал кусочек нежного сочного мяса у ее губ. Это было интимно. Его сильное тело, то, что она ощущала, дыхание, запах. Ей казалось, что ее затягивает в какую-то воронку. Томно, сладко, жарко... невозможно вынырнуть. И главное, что в этот раз это не казалось унизительным, она сама этого хотела. Хотела смотреть на него, касаться его, гладить упругую смуглую кожу.
- Вкусно? - низко вибрирующий голос у самого ее уха.
- Да, - выдохнула она.
У нее невольно закрылись глаза, дрожь пробежала по шее. Он провел носом по ее шее и шумно втянул запах. Грудь мужчины за ее спиной дрогнула, а он неуловимо приблизился. Лалиса ахнула и прогнулась в спине, а он подался еще ближе. И на одно бесконечно долгое мгновение они замерли в этой позе, а дальше...
Она просто развернулась к нему лицом, и сама потянулась к его губам.
Все случилось прямо там, и все было прекрасно. И после тоже. Еще лучше.
***
А сейчас он смотрел на нее, и ей казалось, что он все еще в ней. Неважно, что вокруг был полный зал гостей, ощущение было таким ярким. В этот миг они были только вдвоем.
Но вот наконец Лалиса заметила рядом с ним Тэхёна. О-о.
По щекам стал расползаться румянец, и очень хорошо, что ее в этот момент окликнули. Она тут же опомнилась, чопорно кивнула обоим и отвернулась.
***
Чонгук гулко сглотнул, выныривая из омута, и повернулся к другу.
- Найдешь свое счастье, узнаешь.
Повисло молчание.
Но тут к ним подошел Джин, воззрился на Тэхёна и с ехидной улыбкой и выдал:
- Смотрю, вы уже пользуетесь большой популярностью у юных адепток, мессир ректор?
- Ты-то чему радуешься, зятек? - смерил его взглядом Тэхён. - Тебе еще ждать вон сколько.
- Кстати, - Чонгук искоса взглянул на обоих. - Я тут подумываю, не воспользоваться ли мне методом старины Ангерарда? А то некоторым все достанется слишком просто.
- Э-э-э! - взвился Джин.
- К тому же она может захотеть выйти замуж за другого, - проговорил ас, разглядывая ногти.
Что-то очень драконье сейчас проскочило в лице у Джина, он подался вперед:
- Даже и не думай, ас!
Тэхён искренне расхохотался.
Чонгук уже не слушал, он смотрел на свою жену, которая как раз в этот момент...
Направлялась к ним через зал, а глаза ее так воинственно блестели, что все они, и Чонгук, и Тэхён, и Джин (особенно Джин) невольно напряглись.
А дело было вот в чем.
Просто зашел разговор об академии магии, и ей пришла в голову одна очень важная мысль. Ведь если так посмотреть.
У Академии есть земля.
У Академии есть собственный свод законов и собственная никому не подконтрольная форма управления.
И наконец. У Академии есть четко обозначенные границы территории.
По всем признакам это... независимое государство.
Как только Лалиса это поняла, сразу стало понятно, что им предстоит еще один визит к его величеству Дайгону.
***
Король их не ждал. От слова совсем. И видеть был тем более не рад, что по милости одной девицы, которая никак не хотела отправиться праотцам, он теперь с кресла встать не мог, не держали ноги. А чтобы его величество мог «ходить под себя», сидение под ним пришлось заменить на...
В общем, все это было крайне неприятно и унизительно для Дайгона.
Когда секретарь, скромно отводя глаза, доложил, что король асов с супругой и сопровождающими их лордами Джином и Тэхёном ожидают в приемной, Дайгона перекосило от бессильной злости. Он процедил:
- Проси.
И замер в кресле, стремясь занять наиболее горделивую позу, какая в данной ситуации была возможна, и изобразил нейтральное выражение лица.
Однако, стоило Дайгону увидеть новый документ, который выложила перед ним эта кошмарная девица, внучка Ангерарда, куда только девалось его спокойствие.
- Что?! Хартию независимости этой шайке бездельников?! А этого двурушника, - вопил он, показывая пальцем на Тэхёна. - Ректором?! В темницу его! Никто из этого кабинета не выйдет! Стра...
- А вот говорить вам не надо, ваше величество, - задумчиво произнесла Лалиса, беря со стола тот самый злосчастный нож для разрезания бумаги.
- Что?!.. - беззвучно ахнул Дайгон, хватаясь за горло.
Потому что капелька крови уже блестела на кончике лезвия.
- Подписывайте, ваше величество, - проговорила Лалиса, спокойно показывая на хартию. - Или вам больше никогда не придется писать.
Дайгон молча подписал везде. На всех листах, где должна была стоять его монаршая роспись. И приложил печать. Обычную сургучную и магическую. Как только это произошло, девчонка Рэймзи выдернула у него из-под руки свиток пергамента и сказала:
- Помните, ваше величество, заклятие отсрочено, но одно лишее слово, и... А сейчас, всего доброго. Я не прощаюсь.
Когда вся эта четверка удалилась, а Дайгон в изнеможении осел в кресле и закатил глаза.
***
Все то время, что они находились во дворце Дайгона, Джин Фалько сдерживался. Но когда они вынырнули из портала в кабинете старого Ангерарда, его прорвало.
- Все, миледи! - напустился он на Лалису. - Больше никакой кровной магии!
Чонгук замер, скрестив руки на груди, а Тэхён стал насвистывать и сделал вид, что внимательно рассматривает убранство кабинета.
- Что? - потрясенно застыла Лалиса.
- Вам нельзя!
- Это почему же?
У нее брови поползли вверх.
- Потому что кровная магия дает откат! - выпалил Джин единым духом. - Это вредно. Раз никому тут больше нет дела, миледи, значит, об этом должен позаботиться я, ваш гард. И будущий зять.
- Ах, зя-а-аать, - протянула Лалиса, уперев руки в бока.
- Именно. И, между прочим, ваш дед был бы со мной согласен!
Стало как-то неестественно тихо. Потом все перевели взгляд туда, где на стене кабинета висел большой ростовой портрет деда Лалисы...
И вот убей Бог, если им не показалось, что взгляд старого Ангерарда хищно нацелился на Джина.
- Поздравляю, - хлопнул его по плечу Тэхёна. - Вот теперь ты точно попал.
P.S. Два месяца спустя
Прошло два месяца. В Академии магии успела завершиться боевая практика, потом были каникулы.
За время каникул ониуспели забрать вороного Ветра из конюшен школы наемников Орланда Леро. Проветрить фамильный склеп Рэймзи от пыли, которая там неожиданно образовалась. И еще многое другое.
А теперь каникулы заканчивались...
Прямо сейчас.
***
- Леди Ли, голубушка!
Лалиса обернулась: ее старая няня Колетта быстро шла по садовой дорожке. Широкие юбки разлетались на ходу, няня раскраснелась и запыхалась, а седые волосы растрепались.
О-о.
- Ты меня не видел, - шепнула она мужу и быстро скрылась в лабиринте розовых кустов.
Няня наконец добралась и с ходу набросилась на короля асов:
- Вы не видели миледи, ваше величество?
Тот скрестил руки на груди, оглянулся в сторону розового лабиринта и качнул головой:
- Нет.
- Это что же делается, ваше величество?! - продолжала распаляться няня. - Она в Академию магии собралась в штанах, как какой-то мальчишка!
- Э... кхмм, - Чонгук потер подбородок.
И снова оглянулся туда, где среди розовых кустов скрывалась его жена. Няня, кажется, уловила что-то, потому что взглянула на него подозрительно и направилась прямиком туда. Широкие юбки зашуршали...
Но Лалиса вынырнула из лабиринта раньше. В удобном мужском костюме и плаще с капюшоном, через все лицо тянулся рубец шрама. Иллюзия, конечно же, но весьма неплохая. Ворча и страшно ругаясь, накладывал Джин.
Все потому, что Лалиса хотела доучиться. Пройти полный курс по боевой магии, а потом еще освоить артефакторику и некромантию (раз уж она видит посмертие других). Но делать это надо было инкогнито. Лалиса планировала остаться адептом Ли, ведь совершенно необязательно всем знать, что она еще и герцогиня Рэймзи, и королева асов.
- Ну вот, я готова.
У Колетты отвисла челюсть.
Однако няня ничего не успела сказать, потому что Чонгук уже забрал Лалису порталом, они и так опаздывали.
***
Площадь перед Академией уже была полна, вот-вот должно было начаться обращение ректора. Стоило Лалисе появиться, боевики увидели ее издали.
- Ли? Ты ли это?
- К нам или в оранжереи?!
Все помнили, какого шороху она навела в оранжереях, раздался хохот. А она оглянулась туда, где под невидимостью стоял ее мужчина. Ее король асов всегда был рядом, где бы она ни находилась. Улыбнулась ему.
Потом повернулась и сказала:
- Не дождетесь, парни!
И встала в шеренгу боевиков, теперь уже адептов четвертого курса.
- Вот это наш Ли!
Боевики хлопали ее по плечам, совсем как в старые времена. И тут же принялись строить планы, куда бы им вечером сходить отметить начало нового учебного года - в «Три кольца» или в недавнооткрывшуюся «Чистоплюйку». Голоса разделились.
Но в этот момент как раз началось обращение ректора и все разом уставились на трибуну.
P.P.S. О юных абитуриентках и загадочных ректорах (бонус)
Сегодня был первый день занятий на старших факультетах, а для желающих поступить в Академию - начало вступительных испытаний. А перед началом занятий - по традиции - обращение ректора, на котором полагалось присутствовать всем абитуриентам, адептам и преподавателям.
Это был первый учебный год в новом качестве.Тэхену было непривычно, однако эта новая задача была интересной, и ас честно признавал, что ему нравится роль ректора, а главное - некогда скучать.
Сейчас он стоял на трибуне, загадочный и импозантный в черном плаще, ловил на себе восхищенные взгляды юных адепток и снисходительно улыбался уголком рта. К тому, что все эти юные девицы, стоит им его увидеть, тут же начинают строить ему глазки,Тэхен привык сразу и не реагировал.
Сейчас он оглядел площадь, на которой выстроилась вся Академия, и уже собрался начать свое обращение, как вдруг увидел среди абитуриентов несуразную девицу. Девчонка все время вертелась, кажется, что-то выронила и не могла найти.
Такая... Совсем юная, курносая, очень белокожая, рыжеватые волосы...Тэхен прилип ней взглядом. А потом решил заняться ею лично сам.