Глава 23
Думала ли я, что моя первая ночь с мужчиной превратиться в оргию с участием шести душ. Думал ли дракон, что в постели с ним будет не только избранная...
Так или иначе, а я сделала, как просил Соломон – расслабилась. О получении удовольствия речи не шло, хотя я все прекрасно чувствовала. Даже слишком хорошо. Жаль, но эта функция не отключалась. Но притяжение убрали подальше от управления телом, это уже огромный плюс.
Спектакль устроенный духами удался на славу. Первой на сцену снова вышла Брунхильда. Она единственная из всех могла спихнуть с меня Чонгука. Чисто физически.
Сгруппировавшись, Брунхильда оттолкнула дракона, да так ловко, что он скатился с меня на спину. Задача номер один выполнена – свобода действий есть.
Следующим пунктом значилось «добраться до халата». Я уже приподнялась, когда Чонгук схватил меня за локоть и удержал.
– Куда ты? Что происходит? – дракон выглядел озадаченным.
Чонгук пока не применял силу, но чувствовалось, что он на грани. Надо срочно как-то объяснить мой порыв. Куда и зачем я вдруг собралась посреди брачной ночи? Явно же не воздухом подышать.
Оратором среди духов считался Сан. Именно он занял освобожденное Брунхильдой «кресло управления».
– Настоятельно прошу держать вас руки при себе. В противном случае вам потребуется секундант, – заявил Сан.
Это он сейчас на дуэль дракона вызвал? Сан как обычно высказался в своем духе, а это значит, что кроме него никто ничего не понял. Я уж точно и, судя по вытянувшемся лицу Чонгука, он тоже. Дракон аж локоть мой отпустил и, похоже, впервые задумался – а на ком он, собственно, женился? Точно ли с его молодой супругой все в порядке, нет ли проблем с головой, дурной наследственности и прочих неприятностей?
А вот раньше надо было думать, дражайший супруг! Именно поэтому нормальные люди, маги, да вообще все предпочитают узнавать друг друга до свадьбы. Потом мало ли, всплывут разные нюансы, а от жены уже не отказаться. Хотя... вспомнилось некстати... со сменой жен у дракона как раз проблем нет.
Пока Чонгук отходил от шока, я уже вскочила с кровати и бодрым шагом засеменила к халату. О побеге не помышляла. Понятно, что никуда дракон меня не отпустит. По крайней мере, пока. Оптимизм, конечно, хорошая штука, но на жизнь надо смотреть реально.
В моем теле все еще был Сан. Именно он добрался до халата и наклонился, чтобы его поднять. При этом он стоял спиной к кровати... на которой лежал дракон... а на мне из одежды... да ничего!
Мужчина, что с него взять? Сан совершенно не подумал, какой вид открылся Чонгуку, когда я наклонилась. С кровати донесся возбужденный рык. Я резко выпрямилась, прижимая халат к груди. Пятая точка аж горела от прожигающего взгляда дракона.
За спиной раздался шорох. Кажется, Чонгук встал с кровати. Сейчас он меня... ой, мамочки! Надо что-то срочно предпринять.
Сан растерялся. Не привык он справляться с возбужденными драконами. Оно и понятно, у меня тоже такого опыта нет. Зато он нашелся у Джой. Именно она была в моем теле, когда я обернулась к дракону.
– Кто угодно, только не она! – воспротивилась я.
– Ты обещала довериться, – напомнил Соломон. – Из нас всех лишь Джой способна быть настолько соблазнительной, чтобы дракон потерял бдительность.
Он был прав. Пусть мне категорически не нравилось зависеть от Джой, но пришлось смириться.
Эффектно взмахнув халатом, Джой накинула его на меня и томно повела плечами:
– Не торопись, любовь моя, – скорее пропела, чем произнесла она. – Позволь мне станцевать для тебя.
Дракон удивленно моргнул, я мысленно уронила челюсть на пол, а Джой сделала первое движение. То, как она двигалась... я бы так не смогла. Медленно, чувственно. Не говорю уже о том, что у меня попросту не было такой растяжки. Никогда! Но это, видимо, как с силой Брунхильды – дух наделил меня тем, чем владеет сам. В случае Джой это умение обольщать. Оказывается, ей в этом нет равных.
Джой медленно огладила грудь и бедра руками, прогнулась в пояснице и призывно облизнула губы. Чонгук шумно сглотнул, но с места не двинулся. В сумеречных глазах дракона бушевало такое пламя, что мне стало страшно за Джой. Точнее за себя. Ох, я запуталась за кого, но страшно точно было.
Музыка не звучала, но она и не требовалась. Джой превосходно справлялась и без нее, словно слышала одну ей доступную мелодию. Каждый ее шаг навстречу дракону сопровождался соблазнительным па. То грудь сожмет, то сама себя ласкает. Ни капли смущения!
Зато моя внутренняя девственница пылала в костре стыда за нас обеих.
Но я понимала, что делает Джой – отвлекает. Пока дракон, как завороженный, следит за ее танцем, он расслаблен, к нему легко подобраться и... надеть браслет подчинения! Именно таким был мой план. Вот только Джой так увлеклась, что немного о нем забыла.
Подойдя вплотную к Чонгуку, она приподнялась на носочки и прикусила его нижнюю губу. Дракон дернулся, но вместо того, чтобы поцеловать, вдруг потянулся к моей руке. Я насторожилась. Как-то он слишком напряжен и, кажется, думает вовсе не о моих женских прелестях. И это после танца Джой? Что-то здесь не так...
Я проследила за движением Чонгука. Да он же тянется к руке, на которой надет перстень! Совпадение? Вот уж не думаю. Он явно хочет его снять.
Как он догадался? Впрочем, сейчас это неважно. Надо что-то срочно предпринять.
– Осторожно! – мысленно завопила я. – Если он снимет перстень, всему конец.
Джой не растерялась. Прижав ладони к груди дракона, она сделала то, чего я хотела, но не решалась – скользнула языком по его коже. Сначала по шее, потом ниже и ниже, и ниже. Все, моя внутренняя девственница забилась в предсмертных конвульсиях. Похоже, я лишусь ее раньше, чем девственности физической.
Но это сработало! Чонгук запрокинул голову, с его губ сорвался протяжный стон. О перстне было забыто.
В тот момент, когда Джой опустилась перед Чонгуком на колени, я поняла, что все пошло как-то не так.
– Пс, – позвала я духа, – ты забыла про браслет.
– Отстань, зануда, – мысленно отмахнулась Джой. – Хорошо же.
Я от такой наглости лишилась дара речи. Как чувствовала, что эту девицу нельзя допускать к управлению! Это была ошибка. И она грозила стать роковой...
Пока притяжение и Джой сливались в экстазе с драконом, я призвала других духов.
– На помощь!
Мой вопль услышали. Вот только выселить наслаждающуюся процессом Джой было не так-то просто. Это оказалось под силу лишь Брунхильде.
Который раз за брачную ночь я порадовалась, что воительница со мной. Да здравствуют сильные женщины!
Выпихнув Джой с «кресла управления» (судя по всему, пинком), Брунхильда сунула руку в карман халата, что все еще был на мне. Нащупав «узы подчинения», она одним ловким движением нацепила их на Чонгука и – щелк! – застегнула. Дракон даже не понял, что произошло. Чересчур увлекся.
– Твой выход, Дженни, – раздался в мыслях голос Соломона. – Тебе решать, что приказать дракону.
В ту же секунду Брунхильда покинула мое тело. От неожиданности я упала на пятую точку. Слишком резко вернулся контроль.
Затем открыла рот, намериваясь активировать браслет. Приказ припасла заранее. Я собиралась потребовать, чтобы дракон оставил меня в покое раз и навсегда. Отпустил и не искал меня. Так я гарантировано получала свободу от поползновений мужа и спасала свою жизнь от ритуала создания истинной пары.
Но прежде чем хоть один звук сорвался с моих губ, в мое тело снова вселился дух.
– Это моя возлюбленная! – слова вылетали из моего рта, но мне не принадлежали. Говорил Сан. Я узнала его по отношению к себе. – Обрати свой взор в другую сторону, вон хоть... – дух оглянулся и внезапно выпалил: – да хоть на подушку! Напиши ей оду. Стихи очищают душу.
– Сдурел?! – мысленно взвыла я.
Я бы убила духа, не будь он уже мертв. Так бездарно потратить единственную возможность повлиять на дракона. Ода! Как он вообще до такого додумался?
Ох, надеюсь, Чонгук не поэт, иначе он быстро избавится от браслета. Мне бы только успеть выбраться за ворота замка.
***
Чонгук ждал этой брачной ночи, как ни одной до нее. Гривс верил в успех седьмой избранной, что передалось и ему. Чонгук почти убедился, что она особенная... та самая – единственная и неповторимая. Та, что разделит с ним эту жизнь.
Кстати, о Гривсе... дух куда-то запропастился. Впервые он пропустил свадебную церемонию. Предыдущие шесть раз он находился рядом, а тут как будто потерял интерес. Неужели разочаровался в собственном выборе?
Чонгук тряхнул головой. Нет, это не может быть! А даже если так, то он мнения духа не разделяет. Ожидая избранную в спальне, Чонгук дрожал от нетерпения. Он волновался, как мальчишка, который вот-вот впервые коснется женщины. Переживал, обдумывал, что скажет, и как будет действовать. Отчаянно хотелось сделать все правильно, чтобы ей понравилось. А ведь прежде он никогда не сомневался в себе.
Особенная она или нет, но одно точно – сам Чонгук относится к этой девушке по-особенному. Есть в ней что-то... исключительное. То, как она смотрит – серьезно и вместе с тем печально, словно ей известна какая-то мрачная тайна.
А когда она впервые улыбнулась краешком губ, его аж жаром окатило. А ведь улыбка предназначалась даже не ему, а жрецу! Чонгук в тот момент еле сдержался, чтобы не свернуть тому шею. Остановила только мысль, что жрец не виноват, и еще то, что улыбка избранной быстро угасла. Бедняга жрец не знал, как близок был к смерти.
И вот избранная снова перед ним. На этот раз они одни в спальне. Наконец-то! Теперь уже жена полностью принадлежит ему одному.
Чонгук обещал себе, что не будет торопиться, и держался изо всех сил. Меньше всего он хотел напугать девушку своим напором. Она должна сама открыться ему навстречу, по собственному желанию. Конечно, в этом помогает метка. Но Чонгуку хотелось верить, что его прикосновения приятны Джису сами по себе.
Одновременно с избранной в спальне появился Гривс. Надо же, снизошел.
– Где ты пропадал? – мысленно поинтересовался Чонгук.
– Был занят, – тихо ответил дух.
Выглядел он усталым. Что могло утомить духа до такой степени, что он едва держался на лапах? Чонгук не мог припомнить, чтобы раньше видел Гривса в похожем состоянии.
– Отдохни, – посоветовал он духу. – Сейчас я хочу остаться с избранной наедине.
Тот спорить не стал. Кажется, он был рад получить передышку. Позже Чонгук обязательно расспросит, что он делал, но сейчас не до того. Все его мысли и чувства занимала девушка напротив.
Но как бы Чонгук не сдерживал дракона, не помогало. Ласки зверя были лихорадочными, он как будто боялся, что избранная исчезнет, и стремился скорее получить свое. Пока она еще здесь, пока еще принадлежит ему.
Губы скользили по нежной девичьей коже. Руки поглаживали и сжимали бедра. Из горла вырвался нетерпеливый рык, едва он ощутил на пальцах горячую влагу, доказывающую, что избранная готова его принять. Благодаря притяжению или нет, а она тоже хочет этой ночи.
Но когда они добрались до кровати, что-то изменилось. Джису повела себя странно. Она говорила и действовала не так, как обычно. Ее голос, манера речи, жесты и поведение менялись по несколько раз в минуту.
Перенервничала или?.. Второй вариант пугал Чонгука. Что если это запоздалое воздействие силы дракона? Возможно, прямо сейчас он теряет седьмую избранную. Придя в ужас от этой мысли, Чонгук растерялся, а девушка воспользовалась моментом и улизнула с кровати. Определенно, это самая необычная брачная ночь на памяти Чонгука.
Вот только убежала она недалеко, лишь до двери в купальню. Там подхватила с пола халат, а дальше... она вытворяла что-то немыслимое. Соблазняла его каждым жестом и даже взглядом, словно бывалая танцовщица. Не выбери ее реликт, Чонгук бы усомнился в невинности девушки. Но избранной дракона может стать только чистая дева.
Чонгук пропал окончательно. Не дракон... зверь и без того сходил с ума, но им руководили инстинкты и влечение к избранной, а он сам – человек, мужчина. И пропал он не в тот момент, когда девушка ласкала себя в танце, а когда их взгляды пересеклись. И все вокруг исчезло. Испарилось. Остались только они двое.
И вдруг накрыло остро и пронзительно от простой мысли – она его. Вот эта – нежная, грустная, смешная и сумасшедшая. Его! Не собственность дракона, не избранная для спасения рода, а обычная девушка для обычного мужчины.
Ладони избранной прижались к груди Чонгука, губы потянулись за поцелуем, и опять появился Гривс. Совсем не вовремя! И снова это было непривычно – прежде дух не пытался подсмотреть за брачной ночью. Что на него нашло?
Как выяснилось, дух пришел не просто поглазеть. Не успел Чонгук возмутиться его присутствию, как Гривс выпалил:
– Сними с нее перстень! Быстро!
– Эм? – промычал ничего непонимающий Чонгук.
Это еще что за стремление полностью раздеть девушку? Если не считать халат, на ней лишь этот перстень, но делу он явно не помеха.
Вот только Гривс не из тех, кто поднимает переполох из-за ерунды. Пререкаться и задавать вопросы не было желания, поэтому Чонгук просто сделает так, как сказал дух. Потом разберется, что к чему.
Он потянулся к руке Джису, на которой был перстень, но цели не достиг. Оказывается, очень сложно сосредоточиться, когда горячая девичья ладошка скользит по прессу вниз прямиком к пряжке ремня. Едва к ладони присоединились губы, Чонгук напрочь забыл, что хотел сделать.
– Перстень! Ты должен его снять, – окрик Гривса донесся словно издалека. – Думай головой. Головой, а не головкой!
Поздно. Что-то тихонько щелкнуло. Сначала Чонгуку показалось, что пряжка ремня, но потом он с удивлением обнаружил на своем запястье браслет. Красивый, старинный. Его застегнула избранная. Это ее дар в честь брачной ночи? Обычно жених дарит украшения невесте...
– Ой, идиот, – протянул Гривс. – Последние мозги влечением выжгло. Ну теперь расхлебывай...
И снова Чонгук не успел ничего спросить, но на этот раз не по своей вине, а из-за странных слов избранной. Что-то об оде. Он не ослышался?
Большего бреда Чонгук в своей жизни не слышал. Нет, с девушкой точно не все в порядке. Прямо какой-то повальный мор. Сначала жрец, теперь избранная...
Чонгук не додумал эту мысль. Избранная резко вскочила на ноги и метнулась к двери. В последнюю секунду он успел поймать ее за полу халата.
– Стой! Куда ты? – спросил он, удерживая.
– Прости, – качнула она головой, – я не могу остаться.
– Почему? Что не так?
– Я их видела... – прошептала она, резко бледнея. – Не хочу стать седьмой.
Чонгук ощутил холодок вдоль позвоночника. Как она узнала? Он бросил короткий взгляд на Гривса. Вид у духа был виноватый – прижатые уши, опущенная к полу голова. Неужели предал? Осознавать это неприятно. Гривс – единственный, кому Чонгук доверял. Похоже, зря.
– Я все объясню. Мы справимся... вместе, – заверил Чонгук.
Но Джису не слушала. Она все рвалась к двери, только он держал крепко. Тогда она дернула за пояс халата. Едва его полы распахнулись, как она скинула его одним ловким движением. Миг – и Чонгук остался с халатом в руках, а девушка напротив – полностью обнаженной.
В таком виде она и бросилась к двери. Чонгук устремился за ней. Не дать уйти, остановить, задержать. Не потерять ее ни в коем случае! Это все, о чем он мог думать.
У него были все шансы догнать избранную, но что-то мешало. Жжение в области правого запястья. Чонгук игнорировал боль, ему не привыкать. Бывало и хуже. Но дело было не только в боли. Каждый новый шаг давался сложнее предыдущего. Он словно завяз в густом сиропе – чем больше рвется вперед, тем дальше его отбрасывает назад.
– Что ты сделала со мной?.. – голос утонул в шуме хлопающей двери.