28
Валя
Я вернулась в приемную и, опустившись на стул, уронила голову на сложенные на столе
руки. Хотелось завыть белугой и одновременно рассмеяться в голос. Я не понимала себя, не
понимала, что со мной происходит. Но еще меньше я понимала Егор Кораблина. Что он
задумал? Зачем ему я?
Вопросы оставались без ответа.
Я постаралась взять себя в руки и вернуться к работе. Но то и дело поглядывала на
входную дверь, ожидая возвращения босса. Но он все задерживался. Наверное, Лариса
заговорила его, и я была ей крайне признательна за это. Мне требовалось время, чтобы
собраться, привести мысли в порядок. И сменить блузку. Хорошо, что я еще не успела увезти
купленные вещи домой, сейчас мне было во что переодеться.
Недалеко от кабинета босса была дамская комната, оборудованная гардеробной,
умывальником, туалетом и душевой. Тот, кто планировал расположение помещений,
определенно позаботился о комфорте для женщин. Или же это Егор Кораблин выделил для
любимой и уважаемой Ларисы отдельное помещение. Неважно как, главное, что у меня было
где теперь уединиться. В эту комнату не заходил даже босс, но вот Геннадий Петрович,
который просто Гена, отчего-то решил, будто может свободно вторгнуться на эту
территорию, как к себе домой.
Когда он вошел, я как раз застегивала верхние пуговицы на блузке.
— Так и знал, что найду вас здесь, Валечка! — радостно объявил он.
Он вел себя так, будто не заметил ни моего смущения, ни блузки, еще не заправленной
под юбку.
— Не могли бы вы подождать в приемной. Я сейчас выйду, — попросила как можно
вежливее. — Мне нужно побыть одной.
— Не переживайте, я не собираюсь подсматривать. Просто представьте, будто меня
здесь нет.
Ничего себе, заявление. Интересно, а если бы я решила воспользоваться туалетом, он бы
тоже остался? Или если бы здесь были другие девушки?
— Это дамская комната, — напомнила я настойчиво. Указала нахалу на дверь. —
Попрошу вас выйти, Геннадий Петрович.
Вот так. Не важно, что он здесь не последний человек, правила существуют для всех.
— Мне нравится ваша скромность, — похвалил Гена, будто я сделала ему
комплимент. — Но мы ведь перешли на ты.
Под моим неодобрительным взглядом улыбка сползла с его полнощекого лица. Он все
же вышел, хотя и с видимой неохотой.
Боже, как же мне хотелось послать его подальше. Но делать это было категорически
нельзя: так уж вышло, что он был единственным в «Роллинг Таурус», кто знал о моей
сестренке. Теперь мы с Геной были кем-то вроде сообщников. Правда, такие сообщники
больше похожи на врагов, которых не выбирают.
В приемную я вернулась с твердым ощущением, что этот Гена за мной следит. Как еще
он мог узнать, что я нахожусь в дамской комнате одна? Или начальник отдела кадров и к
другим девушкам наведывался?
Он сидел за моим столом и бесцеремонно рассматривал пластилинового крольчонка,
которого мы слепили с Машей пару дней назад. Глядя на него, я всегда вспоминала улыбку
сестренки. Конечно, было бы лучше иметь при себе ее фото, но это навело бы посетителей
на ненужные мысли.
— Вы что-то хотели, Геннадий Петрович? — спросила, игнорируя его просьбу
обращаться на ты. — Если нет, то прошу простить, но у меня много работы. Мне бы хотелось
к ней вернуться.
— Работа не волк, Валечка, не убежит, — было удивительно слышать такие заявления
из уст начальника отдела кадров. — А вот вы снова пытаетесь это сделать. Мне кажется, или
вы игнорируете меня? Отказываетесь выполнить условия нашего договора?
Ох, гадство… Ужин! Мне захотелось сделать жест, называемый в народе рукалицо.
Меньше всего на свете мне хотелось идти с этим типом куда бы то ни было. Уверена, на него
у меня аллергия сильнее, чем на экзотические фрукты.
Но уговор есть уговор.
— Я помню, что обещала сходить с вами на ужин. Но прошлым вечером мне пришлось
идти на деловую встречу вместе с Егором Кораблином .
— Понимаю, работа превыше всего, — не то пошутил, не то всерьез заметил Гена. — А
что насчет сегодня? Вы свободны этим вечером, Валя?
Пришлось собрать волю в кулак и не позволить реальным эмоциям отразиться на лице.
— Пусть будет сегодня.
— В таком случае жду вас сегодня в семь в «Боэми», я закажу нам столик. Постарайтесь
не опоздать.
Не успел он это произнести, как в приемную буквально ворвался Егор. Сейчас он
больше всего напоминал разъяренного быка: глаза налились кровью, ноздри раздувались —
того гляди, из них повалит пар.
— Кажется, у моего начальника отдела кадров слишком много свободного времени, —
проговорил он, не скрывая раздражения. — Ты уже подготовил распоряжения, о которых мы
говорили утром?
Не сводя с босса испуганного взгляда, Гена покивал.
— Тогда где они? — рыкнул Егор.
— Сегодня вечером будут у вас на столе.
— Мне они нужны сейчас! Иди и занимайся делом! А если я еще раз застукаю тебя
слоняющимся в приемной, уволю, невзирая на прежние заслуги.
Никогда не видела Егора таким разъяренным. Но была признательна за то, что он так
поспешно избавился от Гены. Надеюсь, теперь мы с начальником отдела кадров будем
видеться реже.
Ох, этот ужин…
Надо воспользоваться им и сразу расставить все точки над «и». Если Гена решил
приударить за мной, то это он зря. Мне не нужен мужчина, шантажирующий самым
дорогим.
А если он и дальше будет давить на сестру? Если пригрозит рассказать все Егору?
Хватит ли у него совести на такой низкий поступок?
— О чем-то задумалась, Валя? — интимно прошептал Егор, склонившись к моему
уху. — Недовольна, что я прогнал твоего воздыхателя?
— Нет! — резко вскинулась я.
Лицо Егора вновь исказилось яростью. Я могла бы поклясться, что в черных, как
ночное небо, глазах заметила вспышки молний.
— Не стоило его прогонять? — уточнил босс.
— Нет, в том смысле, что он не мой ухажер, — пояснила я. — Мы… Говорили о работе,
ничего такого. Просто…
В этот момент зазвонил мобильник и, мельком глянув на экран, я вздрогнула. Люся ни
за что не позвонила бы без особого повода. Обычно она писала смс или рассказывала об
успехах Маши, когда я возвращалась домой. Звонок в разгар рабочего дня мог означать
только одно — случилось что-то недоброе.