Эликсир

Ночь Духов это момент перерождения вселенной, когда все колдовские существа празднуют завершение лета. Только в этот день открываются врата, и тонкая грань между материальным миром и миром духов  стирается. Ночь, когда бразды правления берет подлунный мир.  

 Бог Солнца постепенно становится слабым, уставшим. Он угасает. А Лунная Богиня наоборот, не только не теряет своей силы, а ощущает ее в полной мере. Но счастье ее мрачное, нежеланное. Она плачет по своему любимому, ведь им ещё не скоро удастся встретиться. 

И вот, в момент наивысшей скорби Луна скрывается совсем ненадолго, лишь чтобы восстановить силы , но этого достаточно чтобы опасная темнота принесла безумие. Именно ему предстоит произойти сегодня.

********

— Как сладок дух в змеином логове!— с блаженством раздувая ноздри глубоко втягивает воздух маг. 

Странный тип лет, так тридцати пяти. Долговязый, стройный и абсолютно не притягательный. То ли дело Бен, при виде его, сердце само по себе отбивает чечётку, а эта ямочка на подбородке... Отряхивая назойливые мысли я возвращаюсь к мужчине, что ворвался в наше укромное пространство.

Он должен быть опытным магом раз нашёл лазейку. Ни составляет труда понять, что мужчина настроен весьма агрессивно. Он стоит полностью облачённый в длинный плащ высокомерно взирая на Рощу. Его длинные бледные пальцы переплелись в замок. На безымянном пальце красуется внушительных размеров перстень с чёрным агатом. Этот камень ослабляет любое магическое влияние, притормаживает, словно делая его по черепашьи медленным.

Маг медленно проходится по ошарашенным его появлением лицам, насмешливо отвешивает поклон Айоланте и встречается взглядом со мной:

—У тебя тоже волосы цвета огня. Это не совпадение.

Я по привычке заматываю волосы в высокую дулю, но так как под рукой нет ни заколки, ни китайской палочки отпускаю их на волю. 

Я жду, как минимум, объяснений. Кто этот самодовольный маг? Что ему нужно здесь? И почему в Роще повисла такая гробовая тишина?

— Чертов ублюдок! Как ты посмел явиться? Кто ты есть чтобы нарушать волю Лунной богини? Ты изгнан отсюда.

— Эта новость покрыта слоем мха, так давно это было. Может ваша Богиня изменила своё мнение? А?

По искрящимся презрением глазам становится ясно, что ответа от жрицы он не дождётся. Никто не смеет говорить в таком тоне о Богине ночи.

Жрица падает на колени и возносит руки к небу, уверенно нашептывая фиванские заговоры. Огни вокруг неё сгущаются будто каждый атом собирается в большую мощную энергию. От этой картины у меня начинает щемить в груди. Это кажется чем то родным и очень важным. Та часть меня, тот пазл который сложился. 

На глаза наворачиваются слёзы, но чей то мерзкий голос врывается в сознание:

— Сейчас начнётся,— подмигивает мне, откидывая тёмные волосы знаменитым движением принца Чарминга. 

Я замираю. Этот взгляд. Я точно видела его раньше. Судорожно пролистывая всех мужчин в своей не очень бурной жизни, я не нахожу ни одного совпадения.

Тем временем, в центре ритуального круга, куда тут же ринулись девушки завертелся вихрь, а затем расширившись сковал холодом всю Рощу— зелёный плющ на деревьях, кусты, растения, трава все покрылось изморозью.

Айоланта даже не шелохнулась, лишь вонзилась ногтями в землю продолжила шептать древние заклинания. Ее блестящие волосы цвета вороного крыла порывом ветра откинулись за спину. Несколько прядей прикрыли ее внезапно побледневшее лицо. Я чувствовала, что именно в эту минуту, пока брешь в Рощу не закрыта она слабее. Ее фиалковый аромат почти исчез, я не ощущаю, даже легко уловимый флёр— это значит она тратит свои последние силы.

— Какое впечатляющее представление! И все для меня одного,— громко аплодирует маг, глухие удары эхом проносят по Роще,— Вы не против мы тоже немного наведём здесь порядок?

— Прочь! — приказала верховная жрица угрожающе выставляя руку перед собой. От ее голоса задрожала земля, покрываясь мелкими трещинами, они будто червячки поползли оповещая лес о опасности.

— Я весь дрожу!— наигранно обхватывает себя руками мужчина. 

Высокая тощая фигура деланно дёргается в конвульсиях. После чего, его внимание переключается, он резко останавливается и вытягивает жилистую руку. На нее приземляется красная пернатая. Она крепко цепляется лапками за его палец  и мило щебечет что то, явно обращаясь к магу. 

Тот в свою очередь внимательно слушает. Складывается впечатление, что лишь он может разобрать ее трели. Мягко улыбаясь он усаживает ее к себе на плечо, а она нежно трется головой о его шею. Я невольно вздыхаю и даже на секунду забывшись, умиляюсь этой картине. Но вдруг меня током бьют воспоминания.

— Фламм,— одними губами произношу я. 

Перед глазами предательски плывет. Я пытаюсь сморгнуть все, как непрошеное видение. И только сейчас у меня получается разглядеть в нем того самого немощного старика из замка. Однако, симулянт пышет здоровьем, да и выглядит подтянуто. Я скажу больше, при всех рельефах, бицепсах, трицепсах и прочего Бен на его фоне проигрывает.

— Не зря мы тебе дали улизнуть,— обращается ко мне.

— Варун Кинсли... — я буквально давлюсь его именем.

— Ох, моя рыжеволосая девочка, не нужно так официально! Зови меня просто,— он выжидает драматичную паузу, а потом громко произносит, — Великий Маг!

Встревоженных шёпот проходится по Роще. Видимо, никто кроме Айоланты никогда не видел мага вживую. Паника от чего то стала разрастаться ещё больше.

Ну что он нам сделает? Один! Даже без своей крысы. Убьёт что ли всех вместе?

Однако Бен, удивил меня больше всего. Вместо того чтобы что то предпринять, он с прискорбным видом сидел под деревом. Его отстранённое грустное выражение лица обескураживало. Он крепко сжимаю сумку в руках. Глаза впали, плечи поникли, словно невидимая тень прошлась по нему лишив жизненных сил.

— Парнишку тоже отравили, как и его мать? Все так до боли предсказуемо!— ухмыляется он,— а я предлагал тебе глупцу сотрудничать! Теперь кончишь, как своя мать, которую тоже прокляли эти ведьмы.

— Хватит лжи! — громко командует жрица. Кажется, что от ее властного голоса  тектонические плиты смещаются по землей.  

— Айоланта, к чему эти спецэффекты? Только этого жирного пса до припадка доведёшь! — он устало вздыхает и закатывает глаза,— я пришёл с миром, ну почти с ним. По крайней мере, навредить я вам не могу. Это всем известно.

— Ты вредил нам больше столетия, жестоко убивая наших хранительниц! Совсем юных девушек!  Не давал им дожить даже до совершеннолетия!

— Так вы не оставили мне выхода! — резонно отвечает маг,— я знал о проклятие и пытался его всеми способами избежать.

— Ты ничтожество и это всем известно,— она плюет в его сторону. 

Выглядит этот жест весьма по человечески, чего не ожидаешь от бессмертной.

— Я умираю. Разлагаюсь изнутри,— он скидывает плащ, на руках виднеются рубцы от ожогов в виде иероглифов.

Айоланта гордо вскидывает голову, откровенно радуясь его страданиям. 

— Я знаю, что лишь Эликсир способен излечить меня от этого... как, прочем, и мать Бена,— будничным тоном поясняет он, словно не было столетий вражды, смертей, крови, изгнания.

— А что стало с его мамой?— обеспокоено интересуется самая младшая из девушек. На вид ей не больше тринадцати.

— Ох малышка, это моя вина. Я попросил ее помочь найти лазейку в Рощу Титанов, она оказалась слишком близко и защитное проклятие почти убило ее. Она не помнит кто она, не ходит, с трудом говорит,— грустно рассказывает Варун.

Бен.. Я напрочь забыла для чего на самом деле он здесь. 

И он ни разу не обмолвился. А ведь, мог попросить хранительницу о спасении. 

Верховная жрица встревожено смотрит на Бена. Его лицо непроницаемая маска. Он словно восковой.

Она переводит взгляд на меня. Я коротким кивком даю понять, что сказанное не ложь. Ей становится не по себе. Мощная энергия, что окутывала ее меркнет на глазах. 

Викканки не вредят своим сёстрам. Страдания и боль сёстры, пусть и не ведьмы, а простой женщины ослабляет нас. Ведь, цель —помочь им, защитить, но никак не навредить. Но ее дезориентация не длится долго. Жрица выпрямляется. Ее руки легкими движениями разрезают воздух:

— Связать!— командует она. 

И через секунду из земли лезут толстые лианы цепко хватая мага за ноги и за руки чтобы пригвоздить к холодной земле. Он лишь хохочет в ответ на ее действия.

— Вот тебе и конструктивные переговоры. Средневековье!

— Не веду переговоры с низшими существами,— высокомерно отвечает жрица, после чего обращается к девушкам:

— Поторопимся! А от него избавимся позже! Элери, где книга?

— Да меня тоже интересует этот вопрос,— насмешливо доносится голос Варуна. Он любопытно приподнимает голову.

Мы переглядываемся с Айолантой. Тревога отрезвляет нас словно пощечина.

Я оглядываюсь вокруг и понимаю, что книга, каким то образом пропала из виду. Я все время держала ее в поле зрения, я даже не двигалась. Сердце начинает гулом биться в ушах. Голова предательски кружится.

Я потеряла, я ее снова потеряла....