Эликсир

— Алло, Трейси, ты присмотришь за ней ещё пару дней?  

—Будто я это не делаю каждый божий день, — чуть язвительно отвечает женщина, — и все равно она любит тебя больше! 

— Все немного завертелось. Ей действительно может угрожать опасность. И теперь я.... 

— И теперь ты не успокоишься, пока не узнаешь, что именно, — она заканчивает фразу за него. 

— Да, — недовольно бурчит собеседник. Мало кому нравится быть предсказуемым. — Не заиграйся снова! 

— Трейси, — вдруг предостерегающее повышает голос мужчина. 

— А я предлагала просто попросить... 

********* 

Воровато спускаясь в подземную парковку, мы ещё не знаем, кто поджидает нас за углом. Мы, точно шпионы, прокладываем путь к машине, подозрительно оглядываясь по сторонам. Я крепко держу Адри за морду, риск, что он ненароком выдаст нас, очень велик. В него как бульдожий дух вселяется, когда мне угрожает хоть малейшая опасность. Стоит нам добраться до тонированной машины, как белая лампочка на потолке начинает зловеще мигать и громко надломано трещать, не как светомузыка, отнюдь— сцена из фильма ужасов, не меньше. 

—Тише, тише, — целую бегемотика в пухлую шею. Он весь дрожит, внутри у меня так же неспокойно, но выдавать себя я не собираюсь. Бен открывает машину, а я все жду, когда он проявит привычную галантность. Но приглашения пройти в машину не поступает, наоборот, он что-то достаёт из багажника, закидывает на плечо— что в полумраке кажется кожаной спортивной сумкой. Глухо захлопывает дверцу и устремляется в противоположную сторону. Мечты удобно вытянуть ноги рушатся как карточный домик. 

Черт бы те побрал! Неужели мы пойдём пешком? 

По мимо Адри в руках заветная папка. Пожалуй, два самых ценных артефакта моей нынешней жизни, поэтому я едва поспеваю за мужчиной, чья ширина плеч просто навсего закрывает весь обзор. 

— Как тебе? — гордо срывает старый чехол с двухместной высокой машины. Она цвета хаки и, на мой взгляд, больше подходит для охоты, нежели для путешествий. Массивные резиновые колёса, кажется, даже из болота выберутся. Он небрежно закидывает сумку назад. 

— Переоденемся потом, — говорит он, пока я еле как устраиваюсь с четвероногим на сидении. 

— И куда ты меня везешь? — устало любопытствую. 

— Выполняю обещание. 

Мотор машины громко разрезает ночную тишину. Я от скуки краем глаза наблюдаю за движениями мужчины. Мне кажется, по тому, как человек выполняет привычные для него дела, можно легко судить о его характере или хотя бы темпераменте. 

Все в Бене Харрисе выражает невероятную скупость на эмоции и действия, ни одного лишнего— все четко, будто линеечкой, выверено в сравнении со мной, взрывной, неконтролируемой, спонтанной. Одна моя мимика работает в таком усиленном режиме, что к двадцати одному году карта из мелких морщин на лбу образовалась. Бен, как видно, мужчина скрытный, информацией делится дозировано и только в крайнем случае. Тем не менее, очень легко устанавливает контакт с ним, не чувствуешь себя скованно или зажато. Это немного настораживает. Ведь о нем я толком ничего и не знаю, фактически чужой человек, а уже свою жизнь доверила. Но выбор не был особо велик— так что сойдёмся на том, что это деловое партнёрство, очень выгодное нам двоим. Быстро включив фары дальнего видения, он приказывает: 

— Пригнись! Согнувшись в три погибели, я ныряю головой под бардачок, демонстрируя отличные навыки для начинающего йога, коим не являюсь. 

Смачно ругаясь, он выруливает за угол: 

— Джейкоб, что ты здесь? — он не успевает закончить вопрос. 

— Мисс, пришло письмо, — запыхавшись, произносит консьерж и просовывает мне через окно конверт. 

На секунду я задерживаю взгляд на его доброжелательном лице, не помню, когда последний раз мне встречались такие услужливые люди. В глазах нет и тени злости, усталости или сварливости. Человек любит свою работу и, судя по тому, как пытался за нами поспеть, не чувствует собственного возраста. Я скупо улыбаюсь ему, после чего резко выхватываю письмо и в недоумении верчу, разглядывая со всех сторон. Густой аромат орхидеи истерично приказывает немедленно разорвать аккуратно склепные листы, чтобы узнать, что написано внутри. 

Но я не могу. 

Вскрой я его сейчас, вопросов будет куда больше, чем я могу на данный момент ответить. Так что с письмом повременим. Явно игнорируя рычание Адри, я прячу конверт в папку и легко откидываюсь на сидение. 

— Не откроешь? — без особого энтузиазма интересуется мужчина. 

Я отрицательно качаю головой. На что он безразлично пожимает плечами и больше не отрывается от дороги. Все таки есть в магии что-то, что мне определённо нравится— если ты ей правильно пользуешься, навредить ну просто невозможно. 

«Не считая твой взрыв в Буфорде»— напоминает мне совесть. 

Хорошо! Навредить почти невозможно, если нет таких намерений.