37 глава
Аделаида заметила их издалека. Элизабет и Том стояли в саду, смеясь. Элизабет поправила ему воротник, а он — не отстранился. Слишком близко. Слишком по-домашнему. Слишком... не так, как должно быть.
Аделаида сжала кулаки. Её сердце будто кто-то сжал ледяной рукой. Она знала: Элизабет — не просто гостья. Ей двадцать, она стройная блондинка с зелёными глазами и слишком смелым взглядом. Когда-то в детстве она играла с Томом, и теперь, похоже, вернулась не только ради дружбы. Игра началась заново, но ставки уже совсем другие.
— Ты слишком остро всё воспринимаешь, — говорила себе Аделаида. — Он любит тебя. У вас дети. Вы — семья.
Но сердце не слушалось.
Когда она вошла в дом, в груди всё ещё пылал огонь. Она прошла мимо длинного коридора, заглянула в комнату, где спали их дети. Один — ещё в инкубаторе, маленький и хрупкий. Второй — в своей колыбельке, уже крепче и спокойнее.
Аделаида присела рядом, глядя на них. Мир замер. Только в комнате шептался ветер за занавеской и мерцали огоньки аппаратуры.
— Всё, что мне нужно, — это вы, — прошептала она. — Только вы.
Слёзы набежали на глаза. Она тихо достала сумку из шкафа и начала укладывать вещи. Детскую одежду, плед, документы… Не было плана, только отчаяние.
— Я не могу делить его ни с кем… — вслух, почти шёпотом. — Не могу смотреть, как он улыбается ей. Мне хватило, что я была никем.
Она уже хотела закрыть сумку, как вдруг услышала шорох за дверью. Резко обернулась. Том стоял в проёме. Он увидел её заплаканную, с вещами в руках, и сразу всё понял.
— Ты… собралась уйти? — голос его был тихим, но в нём слышалось недоверие и боль.
— Я не могу так, Том. Я больше не могу. Она… Элизабет… она смотрит на тебя, как будто ты — её. А я просто та, кто должна была родить тебе детей и исчезнуть.
— Это не так, — он шагнул ближе. — Ты — не временная. Ты — моя.
— А она?
— Элизабет — из прошлого. Просто гостья. Я не выбирал её. Я выбрал тебя. Потому что ты — настоящая. Ты — мать моих детей, Аделаида.
Аделаида зарыдала. Всё, что копилось, вылилось наружу. Он подошёл ближе, обнял её, прижал к себе. Её ладонь легла на его грудь — она слышала, как билось его сердце.
— Прости, что довёл до этого, — прошептал он. — Я не заметил, как тебе больно.
— Я просто боюсь… — выдохнула она. — Я не хочу потерять тебя. Никогда.
Он мягко поцеловал её в висок, а потом посмотрел на малышей.
— У нас есть всё. Даже если всё вокруг будет рушиться — у нас есть они. И мы.
Они долго стояли в объятиях, в комнате, наполненной детским дыханием и новой надеждой. А за дверью, в коридоре, тихо стояла Элизабет. Она всё слышала.
---