26 глава
Иногда ночи становились невыносимыми. Особенно когда всё вокруг замирало, и даже стены казались пустыми. Аделаида лежала на боку, вглядываясь в потолок, а её рука была на животе. Семь месяцев… и внутри — маленький человек. Один — рядом, в палате, под стеклом. Второй — ещё в ней. Два сердца, два крошечных мира.
А что, если один из них всё же уйдёт?.. Эта мысль душила. Она боялась её, избегала, но она всё равно возвращалась. Иногда в снах, иногда в тишине между шепотом врачей и биением сердца.
Том спал рядом, уставший после очередного дня, проведённого в больнице и на работе. Он пытался контролировать ситуацию, оберегать её, быть рядом. И всё же она чувствовала — ему страшно. Как и ей. Он держался изо всех сил, но в его взгляде всегда была тень.
Она медленно повернулась к нему, наблюдая за его спящим лицом. В такие моменты он казался беззащитным. Не мафиози, не глава рода, а просто мужчина, который боится потерять свою семью.
Её пальцы сжали одеяло. А ведь всё начиналось как сделка. Сделка за выживание. За деньги. За спасение. Она должна была родить — и уйти. Всё было предельно просто. Без чувств. Без любви.
Но когда она впервые увидела малыша в инкубаторе, её сердце словно раскололось. Он был крошечный, но настоящий. Он был её. Их.
— Прости, малыш… — прошептала она, положив ладонь на живот. — Я не хотела, чтобы всё было так. Я просто хотела жить. Просто хотела, чтобы хоть кто-то нуждался во мне.
И вдруг — толчок. Мягкий, как прикосновение бабочки. Второй малыш дал о себе знать. Аделаида затаила дыхание, и снова — лёгкий толчок, будто знак: "я здесь".
Слёзы потекли сами по себе. Она аккуратно погладила живот, не сдерживая дрожь.
— Ты чувствуешь меня? — прошептала она. — Ты… жив. Ты со мной…
— Что случилось?.. — раздался хриплый, сонный голос Тома.
Он приподнялся, увидел слёзы на её лице и сразу напрягся. Но Аделаида улыбнулась сквозь слёзы.
— Он… он шевелится. Впервые так чётко.
Том положил руку поверх её. Через пару секунд малыш снова толкнул — чуть сильнее. И Том затаил дыхание.
— Он... слышит нас?
— Думаю, да, — прошептала она.
Он осторожно притянул её ближе, обняв за плечи, и прижался губами к её виску.
— Наш малыш… Он борется. Как и ты.
Они сидели так долго. Не разговаривая. Просто слушая биение друг друга. А потом Том сказал тихо, почти не дыша:
— Ты сильная, Аделаида. Я горжусь тобой.
— Я не сильная… я просто боюсь потерять.
— Именно поэтому ты сильная.
И в ту ночь, впервые за долгое время, Аделаида уснула без страха. Впервые — с верой, что всё будет хорошо.
---