Глава 16
В клубе больше не было шума.
Громкая музыка осталась за дверями отдельного зала, где теперь пахло виски, сигарами и кровью. Труп картелевца давно убрали, а официанты молча вытерли столы, делая вид, что ничего не произошло. Они знали правила: меньше знаешь — дольше живёшь.
Киллиан сидел в кресле, чуть запрокинув голову, пальцами обхватив бокал с виски. Тёмный напиток медленно качался в стекле, отражая мягкий свет ламп. Он был спокоен, но его голова работала. Планировал. Анализировал.
— Ну, в общем, за сотрудничество, — лениво сказал Луис, поднимая бокал.
Альваро хмыкнул:
— Да, но с тобой работать страшно, дружище.
— Не хочешь — не работай, — Киллиан спокойно сделал глоток.
Рикардо усмехнулся.
— Он шутит. Всё нормально. Просто мы любим видеть, как люди немного мучаются перед смертью.
Рэй присвистнул.
— Не думал, что встречу людей, которые мне страшнее, чем Киллиан. Вот что значит семейные ценности.
— О, у нас их много, — фыркнул Луис.
Они ещё немного посидели, обсуждая детали сделки. Напряжение медленно растворилось в алкоголе. В конце концов, братья первыми поднялись из-за стола.
— Ладно, брат, — Луис хлопнул Киллиана по плечу. — Мы на связи.
— Да уж, теперь мы точно в одной лодке, — добавил Рикардо, надевая пиджак.
Когда они ушли, Киллиан встал, бросил деньги на стол и направился к выходу.
Рэй догнал его уже на улице, засунув руки в карманы.
— И что дальше, напарник? Домой?
Киллиан остановился рядом с машиной, закуривая сигарету.
— Нет.
Рэй нахмурился.
— Ох, у меня плохое предчувствие...
— Ариана.
Рэй закатил глаза.
— Чёрт возьми, Кил.
— Она была в этом клубе.
— Ну и что? Может, просто развлекалась.
Киллиан молчал, глядя на дорогу.
Рэй вздохнул, прикрыв лицо рукой.
— Слушай, я понимаю, ты её не выкинешь из головы. Но если ты сейчас заявишься к ней посреди ночи, она либо испугается, либо возненавидит тебя.
Киллиан взглянул на него, и в этом взгляде не было сомнений.
Рэй снова вздохнул, качая головой.
— Господи, я работаю с психом. Ладно, я тебя подкину, но учти: если завтра она будет орать на тебя, я не вмешиваюсь.
Киллиан лишь слегка усмехнулся, садясь в машину.
— Я справлюсь.
Рэй хмыкнул, заводя мотор.
— Ты-то да. А вот она — не уверен.
***
Машина мягко катилась по тёмной дороге.
Рэй не говорил ни слова, и Киллиан был только рад этому. В салоне стояла тишина, нарушаемая лишь приглушённым урчанием мотора. Голова снова начинала пульсировать, неприятная боль гулко отдавалась в висках, но алкоголь внутри немного сглаживал ощущения, позволяя сосредоточиться.
Он смотрел в окно, наблюдая за пустыми улицами. Ночные фонари мелькали размытыми пятнами света, отбрасывая длинные тени на дорогу.
Рэй тяжело вздохнул, притормозив у дома Арианы.
— Слушай, Кил... — Он повернулся к нему, сложив руки на руле. — Я понимаю, что ты её хочешь, но, может, не стоит пугать девчонку?
Киллиан медленно перевёл взгляд на него.
— Я буду аккуратен.
Рэй усмехнулся.
— Ты, конечно, великий мастер утешения. Ладно, делай, что хочешь. Но если она завтра вылетит из дома и начнёт кричать, что ты маньяк, я тебя предупреждал.
Он хлопнул Киллиана по плечу, потом запустил пальцы в волосы, словно сомневаясь, но в итоге лишь покачал головой.
— Удачи, псих. Я поехал.
Машина уехала, растворяясь в ночи.
Киллиан остался в темноте, глядя на дом.
Он снова зашёл через заднюю дверь.
Щелчок замка. Лёгкое нажатие на ручку.
И снова та же мысль: слишком просто
Кто угодно мог пробраться сюда. Любой ублюдок с улицы.
Ему это не нравилось.
Он тихо закрыл за собой дверь, решая про себя: замки надо поменять. Все. И камеры установить.
Шаги мягкие, бесшумные.
Коридоры погружены в полумрак.
Ариана не должна знать, что он здесь. Пока что. Пройдя через гостиную Киллиан замер у двери, внимательно изучая картину перед собой. Лили лежала на кровати ,выглядела отвратительно — бледная, словно мрамор, с влажными светлыми прядями, прилипшими ко лбу. Дыхание тяжелое, неглубокое. Ариана склонилась над ней, её тонкие пальцы бережно прижимали мокрое полотенце к разгоряченной коже подруги. В тусклом свете ночника её лицо казалось ещё более уставшим, чем обычно.
Он видел, как её руки слегка дрожали, когда она убирала влажные пряди Лили с лица. Он знал эту дрожь. Это была не просто усталость. Это был страх. Тревога. Может, даже бессилие.
Его пальцы крепче сжались. Он не привык видеть её такой. Встревоженной. Уязвимой.
Киллиан не стал выдавать себя сразу. Он бесшумно вошел в комнату, скользнул вдоль стены и лишь тогда заговорил.
— Ты снова оставила дверь открытой.
Ариана вздрогнула, резко подняв голову. Её глаза встретились с его — карие, тревожные, затуманенные беспокойством.
— Чёрт, Киллиан... — выдохнула она, прикрывая ладонью грудь, будто пытаясь унять бешеное сердцебиение. — Ты не можешь просто...
— Могу. — Он медленно подошёл ближе, взгляд невольно зацепился за её тонкие пальцы, которые снова нервно перебирали цепочку на шее. — И буду, пока ты не научишься заботиться о своей безопасности.
Ариана сжала губы, но не ответила. Вместо этого она повернулась к Лили, снова аккуратно поправляя на ней одеяло.
Киллиан шагнул ближе, почти вплотную, его голос стал ниже:
— Что с ней?
— Температура, — Ариана устало потерла висок. — Я не знаю, откуда. Просто вдруг ей стало плохо.
Киллиан скользнул взглядом по Лили. На первый взгляд, это действительно мог быть обычный жар. Но он не доверял таким совпадениям.
— Она что-то ела? Пила?
Ариана нахмурилась, задумавшись.
— Не знаю...я думаю возможно она что то выпила в клубе..?
Киллиан молчал, но его челюсть заметно напряглась. Теперь у него было слишком много вопросов и совсем не нравились возможные ответы.
Киллиан смотрел на Лили, анализируя каждую деталь. Лёгкий румянец на щеках, тяжёлое дыхание, влажные пряди волос, прилипшие ко лбу. Это не просто температура.
— В клубе? — его голос был низким, спокойным, но в нём проскользнула напряжённая нотка.
Ариана кивнула, всё ещё смотря на подругу.
— Да. Она наверное выпила коктейль, а потом... — она вдруг замерла, нахмурившись. — Я не помню, чтобы Лили напивалась. Но её резко повело, она начала жаловаться на головокружение, потом тошнота...
Киллиан сжал челюсть. Теперь картина становилась яснее.
— Это не алкоголь, — сказал он твёрдо.
Ариана резко повернулась к нему, её глаза расширились.
— Что ты имеешь в виду?
Киллиан опустился на корточки рядом с кроватью, наблюдая за Лили. Он видел подобные симптомы раньше. Слишком часто.
— Кто-то подсыпал ей что-то.
Ариана моргнула, словно не сразу осознав его слова.
— Наркотик?
Киллиан не ответил сразу, но его молчание само говорило за себя.
Она судорожно вздохнула, прикрывая рот рукой.
Киллиан больше не смотрел на Лили. Он встал и перевёл взгляд на Ариану — напряжённую, взволнованную, но всё ещё полную упрямства. В висках стучала кровь, а алкоголь, который раньше помогал притупить мысли, теперь только разжигал в нём злость. Он скрестил руки на груди, глядя на неё сверху вниз.
— Ты была в клубе. Одна.
Ариана сжала губы, но не отвела взгляда.
— И что? Это запрещено?
Киллиан усмехнулся, но в этом звуке не было ничего тёплого.
— Ты не понимаешь, во что ввязываешься, — его голос был низким, опасным. — После того, что случилось, тебе нельзя появляться в таких местах одной.
— После чего? — Ариана встала, глядя ему прямо в глаза. — После того, как ты убил кого-то? Или после того, как ты решил, что можешь диктовать мне, куда ходить и что делать?!
Она повысила голос, и это только сильнее его взбесило.
— Да, после этого!— Киллиан резко шагнул ближе, заставляя её отступить. — Ты думаешь, что этот клуб — просто место, где можно выпить и потанцевать? Там люди, которые хотят видеть тебя мёртвой, Ариана. Или, в лучшем случае, разорванной в клочья, чтобы использовать против меня.
Её дыхание стало частым.
— Ты... ты просто параноик.
— Я реалист.
— Нет! — Она сжала кулаки, её глаза блестели от злости. — Ты просто привык контролировать всех и всё!
Киллиан усмехнулся, но его глаза оставались тёмными, затуманенными алкоголем и злостью.
— Может быть. Но знаешь, что самое паршивое? Ты всё равно будешь делать то, что я скажу.
Ариана зло выдохнула:
— Ошибаешься.
Он резко схватил её запястье, притянул ближе. Их дыхания смешались, атмосфера вокруг мгновенно накалилась. Её кожа была горячей, пальцы дрожали, но она не отступила.
— Ты не пойдёшь туда больше. — Голос Киллиана был тихим, но в нём чувствовалась сталь.
— Это не твоя жизнь, Киллиан! — Она дёрнула руку, но он не отпустил.
— Ты моя.
Она замерла. Искра, которая проскочила между ними, будто взорвала воздух вокруг. Тишина. Её грудь тяжело вздымалась, сердце билось слишком быстро.
Киллиан посмотрел на её губы. Затем снова в глаза.
— Я не позволю тебе рисковать.
Ариана чувствовала жар, который расходился по телу. Она должна была оттолкнуть его. Должна была продолжить спор.
Но не могла.
Ариана чувствовала, как горячие пальцы Киллиана обжигали её кожу. Её дыхание сбивалось, но она не могла отвернуться. Его взгляд держал её, притягивал, лишал способности мыслить здраво.
Он не двигался, но его хватка говорила больше слов. В ней было требование. Владение.
— Отпусти, — её голос дрогнул, но не из страха.
— Нет.
Он сказал это так просто, так уверенно, будто это даже не обсуждалось.
Киллиан медленно провёл большим пальцем по её запястью, изучая реакцию. Ариана вздрогнула, его прикосновение обжигало.
— Ты... — она сглотнула, её язык заплетался, — ты пьян.
— Я зол.
Его дыхание было тёплым, пропитанным виски, оно касалось её губ, вызывая легкое головокружение. Ариана попыталась отстраниться, но наткнулась спиной на стену. Киллиан следовал за ней, не давая пространства.
— Ты доводишь меня, — прошептал он, нависая над ней.
— Ты сам... — она сделала глубокий вдох, но не успела договорить.
Киллиан наклонился ниже, его губы прошлись по её щеке, едва касаясь, обжигая. Его пальцы сильнее сжали её запястье, а другая рука медленно легла ей на талию, прижимая ближе.
— Ты моя, — повторил он, голос звучал хрипло.
Ариана не ответила. Она не могла.
Её сердце стучало слишком быстро. Грудь тяжело вздымалась. Губы приоткрылись, но не для слов.
Когда его рука легла ей на талию, Ариана почувствовала, как по её телу разлилось странное, тёплое ощущение. Оно было пугающе приятным — таким, от которого сердце сжимается в предвкушении, а дыхание перехватывает. Её кожа отзывалась на его прикосновение, словно именно для него она и была создана.
Пальцы Киллиана сжали её чуть крепче, изучая, запоминая каждый изгиб. От этого движения внутри всё перевернулось, в животе закрутились тысячи тонких нитей напряжения, а по спине пробежал тёплый ток. Ариана судорожно вдохнула, но не отстранилась.
Она ненавидела то, как это ей нравилось.
Но разум, ещё не до конца поглощённый этим вихрем эмоций, всё же попытался напомнить: Это неправильно. Он опасен. Это нельзя допускать.
Только вот тело предательски тянулось к нему. Оно жаждало большего.
Киллиан словно почувствовал её внутреннюю борьбу. Его губы снова оказались слишком близко, горячее дыхание касалось её щеки.
— Ты дрожишь, — его голос был низким, почти ласковым, но в нём всё ещё ощущалась сила.
Ариана сжала зубы, но не нашла, что ответить. Как признаться, что внутри неё сейчас разгоралась буря, которой она боялась поддаться?
Киллиан наклонился чуть ближе, его рука скользнула по её талии, вызывая новую волну трепета.
— Скажи мне, что не хочешь этого, и я отпущу, — прошептал он, глядя ей прямо в глаза.
Нет Киллиан бы не отпустил ,но ему нужно убедиться что Ариана желает его.
Но она не могла сказать.
Киллиан не торопился. Он ждал.
Ждал, пока она сломается. Пока сама потянется к нему.
И когда её руки скользнули вверх, цепляясь за его рубашку, он понял — она проиграла.
Киллиан больше не сдерживался он схватил её за талию, пальцы жадно впились в её кожу сквозь тонкую ткань. Одним движением он притянул её к себе так, что между ними не осталось ни миллиметра расстояния.
А затем его губы накрыли её.
Жёстко, властно, будто он сдерживался слишком долго и теперь отыгрывался за каждую украденную секунду. Он вцепился в неё, требовательно, без малейшего сомнения, что она принадлежит ему.
Ариана резко вдохнула, в груди вспыхнул жар. На его губах она чувствовала едва заметный вкус алкоголя — терпкий, тёплый, обжигающий, как и он сам.
Её руки всё ещё лежали на его груди, но теперь они не пытались оттолкнуть. Наоборот. Она вцепилась в его рубашку, пальцы сжимали ткань, притягивая его ближе.
Голос в голове твердил, что это неправильно.
Но она больше не слушала.
Она растворялась в этом поцелуе, в его грубости, в том, как его пальцы сильнее сжимали её талию, оставляя ощущение полного владения.
Киллиан жадно впивался в её губы, захватывая, требуя. Всё в его прикосновениях говорило: Ты моя
И в эту секунду Ариана не могла этому противиться.
Киллиан дышал тяжело.Он стиснул зубы, глядя на неё сверху вниз, его пальцы всё ещё лежали на её талии, чувствуя, как быстро и неровно вздымается её грудь. Её глаза горели — не только от злости, но и от чего-то более тёмного, необъяснимого.
Ариана осталась стоять на месте, её руки всё ещё были на его груди. Её тело тянулось к нему, но в голове кричал разум — это неправильно, это слишком... слишком опасно.
Киллиан медленно, почти лениво, склонился к её уху, его дыхание обожгло её кожу.
— Ты заставляешь меня терять голову, Ариана, — прошептал он, и этот тихий, хриплый голос пробежался по её позвоночнику ледяной дрожью.
Она хотела что-то сказать, но он не дал ей и секунды.
— Мне это не нравится.
Его пальцы чуть сильнее сжали её талию, не причиняя боли, но напоминая, кто здесь сильнее. Она должна была испугаться. Должна была отстраниться.Но её тело предательски таяло под этим прикосновением.
Киллиан медленно наклонился ниже, его губы прошлись по её шее — не касаясь, просто позволяя ей чувствовать его присутствие.
— Ты играешь с огнём, — выдохнул он.
Ариана сглотнула, пальцы на его рубашке сжались сильнее.
Боже, это неправильно.
— Ты тоже, — прошептала она.
Киллиан усмехнулся, отстраняясь. Его глаза потемнели ещё сильнее, когда он посмотрел на её губы, но в следующий момент его лицо снова стало жёстким.
— Игра закончена, малышка.
Он провёл пальцем по её щеке — медленно, почти ласково.
Он не ушёл. Он стоял перед ней, дышал глубоко, его взгляд медленно скользил по её лицу, будто запоминал каждую линию. Его рука ещё лежала на её щеке, пальцы чуть подрагивали — от напряжения или от желания, сам он не понимал. Всё внутри него требовало остаться.
И он остался.