~Эхо шрамов любви~
Два года тишины — это вечность, когда сердце отказывается сдаваться. Ветер осени шевелил листья, но внутри парня бушевала буря воспоминаний, не дававшая покоя. Он приехал сюда, в это самое место, где всё и зародилось — искры, которые переросли в пожар. Два года без единого слова от Ёнджуна, два года борьбы с самим собой, с призраками прошлого. Но сегодня он решил вспомнить всё, как будто город мог вернуть ему то, что он потерял.
Каждый шаг эхом отзывался в его душе. Воздух был пропитан ностальгией, и Бомгю чувствовал, как сердце сжимается от сладкой боли. Что может быть дороже и слаще памяти? Эти мгновения, когда Ёнджун касался его кожи, и до сих пор, спустя годы, казалось, что разряды электричества пробегают по телу — эхо тех прикосновений, которые жгли и исцеляли одновременно. Но что может быть тяжелей её же? Эта память была ножом, вонзающимся в душу, напоминая о том, что он потерял, о том, что любовь их была обречена с самого начала.
Бомгю шёл дальше, и в его мыслях вспыхивали фрагменты прошлого. Он искал в поцелуях Ёнджуна ответы на вопросы, что прогрызали его сознание до дыр — почему судьба так жестока? Почему любовь, такая яркая, такая всепоглощающая, обернулась трагедией? Он вдыхал любовь его губ, словно сигаретный дым, и задыхался от неё, от этой смеси блаженства и отчаяния. В его постели они разводили пожар, и он сгорал заживо, оставляя на коже ожоги, а на сердце — шрамы, которые никогда не заживут. Ёнджун был его огнём и льдом, его спасением и проклятием. Два года Бомгю пытался забыть, но каждый день напоминал о нём — в случайных запахах, в мелодиях, в тишине ночей.
Наконец, он дошёл до той самой стены — места, где они оставили свои таблички с посланиями. Сердце Бомгю забилось чаще, когда он приблизился. Руки дрожали, пока он искал свою маленькую доску среди других. И вот она — старая, потрёпанная временем, но всё та же. Он взял её в руки, и сердце замерло: на ней было его имя, написанное его собственным почерком, а рядом... рядом имя Ёнджуна, начертанное знакомым, родным почерком Ёнджуна. Бомгю почувствовал, как мир вокруг закружился. Неужели Ёнджун был здесь? Неужели и он не смог забыть, не смог стереть из памяти эти моменты, эти чувства? Слёзы навернулись на глаза — смесь облегчения и боли.
— Он помнит, — прошептал парень.
С непонятными чувствами — смесью надежды, страха и любви — Бомгю пошёл дальше. Улицы вели его к реке. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в огненные тона осени — золотые и багровые, как их любовь. Он уже собирался уйти, повернуться спиной к прошлому, но вдруг его взгляд упал на фигуру, стоящую на несколько шагов дальше. Знакомые черты, знакомый силуэт...
Ёнджун...
Бомгю замер, как будто время остановилось. Сердце колотилось так сильно, что казалось, оно вот-вот вырвется из груди. Он чуть не потерял сознание от шока — два года тишины, и вот он здесь, живой, настоящий.
Они стояли вдвоём, глядя друг на друга, и никто не смел шевельнуться. Мир вокруг исчез — только они и закат, который играл на их лицах. Бомгю сжал губы, борясь с эмоциями, которые накатывали волной: любовь, которую он пытался похоронить, горечь утраты, радость от этого неожиданного свидания.
Ёнджун, напротив, почувствовал, как на его губах появляется лёгкая улыбка — неуверенная, но искренняя, полная облегчения и тоски. В его глазах отражались те же чувства: шок от встречи, нежность воспоминаний, страх перед будущим. Они смотрели друг на друга на закате осени, и в этот момент всё встало на свои места.
Судьба, казалось, вновь сплела их нити в один узел, и теперь оставалось только принять это — с болью, с радостью, с бесконечной любовью или отказаться от этого навсегда.
Если человеку суждено быть рядом с тобой, он будет. При каких бы обстоятельствах вы не расстались, и сколько времени бы не прошло.
THE END
Вот и закончилась история Бомджунов. Конец открытый. Придумайте сами в своей голове, какой конец для вас будет правильным. Моя последняя фраза и встреча на закате думаю дали ответ, какой конец вижу я. Для меня у них есть шанс попытаться начать всё с начала, с чистого листа, с нового рассвета...