Последний удар судьбы

На пересечении сотен дорог случайно сталкиваются люди, не зная, что вся их прошлая жизнь была подготовкой к этой встрече.

На улице, в мягком свете заходящего солнца, Ёнджун и его девушка Йери медленно шли по узкой, уютной улице, окружённой высокими деревьями и цветущими кустами. Йери улыбалась, её глаза светились теплом и любовью, а он — с лёгкой улыбкой на губах — держал её за руку, ощущая каждое её движение, каждое дыхание. Ветер нежно трепал её волосы, а вокруг царила тишина, нарушаемая лишь их разговорами и смехом.

Но вдруг всё изменилось. Небо потемнело за мгновение ока, словно туча накрыла солнце. Ветер усилился, и в этот момент из ниоткуда появилась машина. Она неслась с ужасной скоростью. В один миг всё превратилось в хаос: грохот металла, крик боли и страдания.  Машина сбила её на полном ходу. Ёнджун увидел это словно в замедленной съёмке: его любимая девушка летела в воздухе, а затем — падала на асфальт с безжизненным выражением лица. Он бросился к ней на колени, руки дрожали и искали её — он держал её окровавленное тело на своих руках, ощущая тепло жизни медленно ускользающей из неё. Его сердце разрывалось от боли и отчаяния. Он кричал её имя сквозь слёзы и рыдания, не в силах поверить в случившееся.

Ёнджун проснулся с резким вздохом, сердце бешено колотилось в груди. Его тело было покрыто потом, он сидел на кровати, крепко держась за край футболки, пытаясь удержать внутри себя тот ужасный момент. Глубоко вздыхая, он прикрыл глаза руками — слёзы катились по щекам, оставляя горячие следы на коже. Его дыхание было прерывистым и томным, он пытался успокоиться, чтобы избавиться от навязчивых образов.

Прошло уже пять лет с того трагического дня — дня смерти Йери. Но память о ней всё ещё жила внутри него: ночные кошмары возвращались без предупреждения, мучили его бессонными ночами и заставляли вновь переживать ту страшную сцену. Он не мог отпустить этот момент — он был запечатлён навсегда в его сердце.

Взглянув на телефон, он понял, опаздывает на работу.

— Чёрт! — выругался он.

 Его руки начали собираться: он натянул джинсы, натянул рубашку и быстро вышел из комнаты, стараясь скрыть свою внутреннюю боль под маской привычной рутины. Но внутри всё ещё бушевала буря — воспоминания о потерянной любви и невозможность забыть ту ночь продолжали терзать его душу...

***

На другом конце города спокойно спал Бомгю. Его тело было расслабленным, лицо — умиротворённым, а дыхание — ровным и глубоким. 

Внезапно его прервал звонок телефона. Звук прозвучал резко и настойчиво, разрывая тишину и будоража сонное спокойствие. Бомгю медленно протянул руку, неохотно открывая глаза.

—

Алло... — парень поднял трубку.

Голос на другом конце линии был мягким, тёплым, но в нём слышалась забота и немного волнения:

— Сынок, доброе утро. Ты же не забыл, что у тебя сегодня первый день?

Бомгю резко открыл глаза, словно его пробудили от долгого сна. Он сел на кровати, потирая глаза рукой.

— Чёрт...

— Бомгю, милый, не подведи нас. Дядя Чан надеется на тебя — как и мы.

Эти слова словно ударили по его внутреннему миру — он почувствовал груз ожиданий и надежд. Парень начал бегать по комнате в поисках одежды и вещей.

— Хорошо, мам... я должен собраться...

— Удачного дня, милый. Люблю тебя.

— И я люблю тебя, мам.

Он отключил телефон и с матерными словами продолжил собираться. Внутри бушевали чувства: ответственность за будущее, тревога перед новым началом и одновременно желание оправдать доверие близких. Он быстро натянул одежду, поправил волосы в зеркало и взялся за свой день с решимостью — ведь впереди его ждала новая глава жизни.

***

Бомгю мчался по улицам города, его сердце билось в такт с ритмом движущихся мимо машин.  Его руки крепко держали руль, глаза сосредоточенно искали свободное место, а мысли были полны тревоги и решимости. Ветер свистел в открытом окне, развевая его волосы и добавляя ощущение скорости и свободы.

— Вот же блин, тут вообще есть свободные парковочные места? — шипел нервно парень.

Он проехал мимо нескольких участков, но всё было занято или казалось слишком узким для его машины. Внутри нарастало напряжение, и он уже почти отчаялся найти место.

И вдруг — о чудо! — он заметил одно свободное парковочное пространство. Его глаза засияли от облегчения.

— Вот и ты! — обрадовался он вслух, ускоряя движение.

Брюнет уверенно начал сдавать назад, чтобы занять это место. Но в этот момент из-за угла выехала другая машина — быстро и неожиданно. Их бампера чуть не столкнулись в опасной близости. Бомгю резко нажал на тормоз.

— Бляяять! — шикнул он сквозь зубы, чувствуя, как адреналин пробуждает в нём гнев.

Чхве вышел из машины с быстрым движением и направился к другой машине. Водитель её уже высунулся из окна, его лицо было серьёзным и немного вызывающим.

— Извините, смотрите куда едите! — строго произнёс Бомгю. — Я уже занял это место.

Мужчина в солнезащитных очках склонил голову чуть назад и ответил с лёгкой насмешкой:

— Слышь, малой, это моё место.

— Мозги тебе бог дал, а инструкцию к ним приложить забыл что ли? — нахмурился Бомгю.

— Это моё место, — парень продолжал выделять каждое слово.

Бомгю собирался возразить что-то ещё, когда вдруг заметил на табличке номер машины этого парня. Его взгляд остановился на цифрах — они совпадали с номером его  машины. Внутри у него закипело раздражение.

— Вот же... — пробормотал он сквозь зубы и вздохнул с разочарованием.

Не желая конфликтовать дальше, он сел обратно за руль своей машины и аккуратно отъехал в сторону.

***

В просторном, светлом кабинете царила атмосфера деловой строгости и предвкушения перемен. Чан, директор компании, и  так же по совместительству дядя Бомгю с лёгкой улыбкой и взглядом, полным уверенности, произнёс:

— Надеюсь, Гю, ты справишься со своей работой.

Парень кивнул с  улыбкой, в его глазах читалась решимость и желание оправдать доверие.

— Конечно, я выложусь на все сто, — ответил он уверенно.

В дверь постучались и она распахнулась,  внутрь вошёл высокий мужчина. Его фигура была статной и уверенной, а взгляд — проницательным и чуть холодным. 

Бомгю повернулся на звук  и мгновенно встретился взглядом с тем самым парнем, с которым у него недавно произошла «битва» за парковочное место. Его глаза расширились от удивления.

— Ты? — произнёс он тихо, почти не веря своим глазам.

Ёнджун улыбнулся в ответ, его лицо озарилось самодовольной ухмылкой:

— О, малой, — проговорил он с лёгким насмешливым оттенком.

Чан наблюдал за этим диалогом с интересом и недоумением:

— Вы знакомы? — спросил он.

— Нет, — одновременно ответили парни.

— Бомгю, знакомься, — это Чхве Ёнджун. Он руководитель отдела, в котором ты будешь работать. Ёнджун — это твой новый подопечный — Чхве Бомгю. С сегодняшнего дня он полностью в твоём подчинении.

Бомгю почувствовал тяжесть этих слов. Его сердце забилось чуть быстрее: новая роль, новые обязанности... Всё было непривычно и немного тревожно. Особенно ему не нравился этот нахальный парень.

Брюнет поднялся со стула и положил руки на стол, слегка наклонившись вперёд — жест открытости или вызова? Его взгляд был полон решимости и внутреннего сопротивления. Ёнджун же тем временем улыбался с самодовольной ухмылкой, представляя себе возможные способы «измывательства» над новым подопечным.

— А можно в другой отдел? — спросил парень.

— Нет, — твёрдо произнёс Чан. — Если тебе не нравится эта должность или отдел, ты можешь просто уйти, — тон его был спокойным и безапелляционным. Бомгю тяжело вздохнул: ему было ясно — выбора у него нет.

— Руководитель Чхве, позаботьтесь о нём. Он только недавно приехал со штатов, поэтому с манерами у него проблемы, — проговорил директор Бан.

— Я это уже заметил, — сказал Ёнджун с довольной улыбкой и подошёл к парню. Он вынул руку из кармана и протянул её ему для рукопожатия. — Будем знакомы, Чхве Бомгю, — его брови приподнялись чуть выше обычного уровня, взгляд был игривым и самодовольным одновременно. Он смотрел прямо в глаза новому коллеге с вызовом и лёгким презрением.

Бомгю языком дотронулся до внутренней части щеки — жест привычный для тех, кто привык держать себя в руках или испытывать внутреннее раздражение. Он крепко сжал руку Ёнджуна в ответ на его рукопожатие. Их взгляды встретились: один — полон игривости и самодовольства; другой — наполнен раздражением и внутренним сопротивлением.