3 Сезон 15 Серия (Конец) | За гранью сердца
Свет взорвал мир.
Агиль чувствовал, как его тело исчезает — то ли горит, то ли растворяется.
Он пытался дотянуться до Жени, но пальцы проходили сквозь воздух.
Вокруг не было города. Не было озера.
Только белая пустота, и в центре — круг символов.
В нём стояли они трое: Агиль, Женя и подросток.
Седьмой круг горел. Жертва должна была завершиться.
Женя всё ещё держала нож у груди.
Её глаза были решительными.
— Это должно быть я, — сказала она тихо. — Я уже умирала однажды. Пусть я умру ещё раз, если это спасёт вас.
Агиль схватил её за руку.
— Нет! Ты вернулась ко мне не для того, чтобы снова уйти!
Подросток поднял руки.
— Тогда я. Пусть моя жизнь станет печатью. Вы должны быть вместе.
Они втроём стояли в круге, и свет становился всё ярче, почти ослепительным.
Голос древних прогремел, как раскаты грома:
— Сердце... сердце... одно должно упасть...
Алсу появилась за их спинами.
Её силуэт был из тьмы, глаза — два угля.
— Какая драма. Но вы всё ещё не понимаете. Жертва — не смерть. Жертва — выбор.
Агиль обернулся к ней.
— Заткнись. Ты лгала всегда.
Она улыбнулась.
— Может. А может, и нет. Но если вы решите умереть, дверь откроется для меня. Хотите ли вы этого?
Женя дрогнула.
— Она права... если я упаду, выйдет не я, а она.
Алсу склонила голову.
— Или... мы все выйдем вместе.
Символы на полу задвигались, превращаясь в живые линии.
Они тянулись к каждому из троих, словно выбирали сами.
Агиль понял: печать не ждёт. Она сама решает.
Он шагнул вперёд, разрезав свою ладонь.
— Тогда возьми моё сердце!
Женя закричала:
— Нет!
Она прижала нож к своей груди.
Подросток тоже поднял руку.
— Нет! Я!
Их кровь коснулась символов одновременно.
Мир содрогнулся.
Белая пустота треснула, как зеркало.
Из трещин хлынула тьма, а за ней — свет.
Женя и Агиль оказались лицом к лицу.
— Я не отпущу тебя, — сказал он.
— И я тебя, — прошептала она.
И тогда их символы вспыхнули одинаково. Белое и чёрное переплелись, образовав узор сердца.
Голос древних замолчал.
Алсу закричала, её силуэт разорвался на куски.
— Нет! Вы не должны были объединиться! Жертва должна быть одиночной!
Но печать вспыхнула белым, и её крик исчез в пустоте.
Они стояли, держась за руки.
Подросток смотрел на них, слёзы катились по его лицу.
— Значит... жертва — это любовь?
Агиль кивнул.
— Настоящая. Не смерть, а сила быть вместе.
Женя прижалась к нему.
— Мы оба ключи. Но если мы держим друг друга, дверь не откроется.
Символы на их телах загорелись одинаково и исчезли, растворяясь в воздухе.
Белая пустота исчезла.
Они снова стояли у озера.
Город был цел. Люди ходили по улицам, как ни в чём не бывало. Никаких символов, никаких безликих.
Подросток смотрел на свои руки. Чистые.
— Мы... сделали это?
Женя улыбнулась.
— Да.
Агиль обнял её.
— Мы запечатали их. Вместе.
Вода в озере была спокойной.
Но в её глубине, на миг, мелькнула тень.
Глаза Алсу.
И её шёпот донёсся еле слышно:
— Сердце... не вечно...
Женя и Агиль услышали его, но не отпустили друг друга.
— Пусть, — сказал он. — Пока мы вместе, дверь закрыта.
Женя кивнула.
— И так будет всегда.
Они стояли на берегу, и рассвет впервые за долгое время казался настоящим.
Конец книги