Ничего святого

Их не было слишком долго. Уже приехала Алекто, а Миша ушел к Домбыту, чтобы узнать, как закончилась эта стычка для них.

Ожидание длилось целую вечность, но как только тяжёлая железная дверь со скрипом отворилась, я вскочила с места.

Первым вошёл Никита, он был практически цел, так как главари редко учавствовали в замесах полноценно. Ему просто прилетело в лицо пару раз, когда стало ясно, что разговор не сложится.

- Живо в каморку, - скомандовала Гера и старший покорно последовал за ней с глупой улыбкой, - я решу, договорюсь, - передразнивая Кощея, Марго принялась протирать его лицо, - договорился?

- Ради такой заботы, я готов хоть каждый день в тыкву получать.

Эта картина показалась бы мне весьма умоляющей, если бы не тот факт, что среди вошедших я не могла разглядеть кудрявых близнецов. С улицы послышался голос Адидаса, и я выскочила на ступеньки, пока Лу нервно теребила край своего сарафана.

- Скорлупа, все по домам, - скомандовал усатый, - Турбо на диван, быстрее!

Только теперь я смогла рассмотреть Валеру. Слава и Вахит почти несли его, закинув руки на свои плечи, пока кот еле переставлял ноги. Густая тёмная струйка крови стекала с головы по виску, почти застыв на подбородке, синяя олимпийка была пропитана кровью. Лу шумно втянула воздух, стоя за моей спиной, этот звук встряхнул меня, и я бросилась навстречу.

- Вы что творите? - я подбежала к троице и осторожно взяла лицо Валеры обеими руками, осматривая. Сейчас, когда он буквально висит на плечах парней, я всё ещё остаюсь маленькой по сравнению с ним, поэтому тянусь снизу ближе к его лицу, чтобы хоть что-то увидеть, - тебе нельзя ходить в таком состоянии.

- Попробуй ему что-то запретить, - усмехнулся Слава, поглядывая за реакцией близнеца, - врач нужен.

- Уже в пути, давайте его внутрь, - я крутилась вокруг парней, желая помочь, но понимала, что Зима и Бумер уже ведут его вдвоём, и третьи руки не нужны, иначе Вова уже давно что-то сделал бы, а не просто стоял и со злостью и волнением осматривал Валеру.

Пока мы преодолевали оставшиеся шаги до злосчастного дивана, в качалку вошла Тишина. Дерганная, бледная и испуганная. Я усмехнулась, понимая, что она уже видела труп Липы с выжжеными глазами, девушка меня не заметила, хотя стояла я рядом с диваном, ожидая, пока парни уложат на него Валеру. Вика бросилась к Туркиным, хватая Славу за руку, едва тот отстранился от брата.

- Что случилось? Ты как? Что с Валерой? - дрожащим голосом лепетала Тишина, но Бумер стряхнул ее руку.

Лу уже увела Вахита на стул рядом и принялась обрабатывать его лицо, которое было похоже на вспаханное поле. Зима терпеливо ждал и старался не подавать виду, что ему больно, пока дьяволица, на удивление, молча и бережно протирала его раны.

Вика присела у дивана, всё ещё не замечая меня. Ревность копошилась где-то в глубине, но я ожидала реакции Валеры. Когда Тишка попыталась поднять его олимпийку, он забегал злым взглядом по помещению и мотнул головой.

- Отошла, - грубо кинула я, а девушка, что увидела меня только теперь, испуганно отскочила от дивана, путаясь в собственных ногах, и упала на задницу.

Её огромные от страха глаза забегали. Лу и Вахит одновременно хихикнули от этой картины, а Слава без какой-либо жалости протянул девушке руку, чтобы помочь подняться. Он всегда уважительно относился к девушкам, даже если они его порядком раздражали.

Я всего этого не видела, ведь сразу присела на диван рядом с Валерой. Гера, что уже закончила любезности с моим непутёвым братцем, подала мне чистое влажное полотенце. Не спрашивая разрешения, я стала стирать кровь с лица кудрявого, что стекала с его разбитой головы, но разрешение мне и не требовалось.

- Что под майкой? - спокойно спросила я, сосредоточенно следя за каждой эмоцией на его лице, чтобы отследить, если ему станет больно.

- Ножевое, - вместо Валеры ответил Слава, он внимательно наблюдал за моими действиями и состоянием своего отражения, своей половины души, своего близнеца.

Я кивнула и осторожно расстегнула замок на верхней одежде Туркина. Приподняла край светлой майки, что прилипла к подтянутому животу из-за крови и протерла алые пятна вокруг ранения, едва касаясь, боясь причинить боль. Зеленые глаза испытывающе скользили по моему лицу. Я прикасалась к нему бережно, с волнением, что заставляло дрожать кончики пальцев, было невыносимо представлять его боль.

- Говорила я больной, а теперь при всех раздеваешь меня, - хриплым и слабым голосом Валера всё же умудрился съязвить, на что получил неодобрительный взгяд.

Адидас нервно измерял шагами комнату, в которой кроме меня, близнецов и Лу с Вахитом больше никого не было. Младшие разошлись по домам, Вика умчалась, сверкая пятками, с моего разрешения. Гера и Кощей уехали пару минут назад. Марго увела Никиту по моей просьбе, старший слишком нервничал и мешал мне сосредоточиться, а я не подпустила бы никого к Валере, кроме Наташи.

Именно сейчас в качалку влетела Наташа, когда я уже начала закипать от того, как долго её не было. Вова замер, следя за блондинкой серьёзным и хмурым взглядом. Она же, намеренно игнорируя автора, сразу подошла ко мне.

- Я на операции была, раньше не получилось, - сразу объяснила Руна, распаковывая аптечку, что принесла с собой. У парней была своя, но, кроме бинтов и перекиси там не было ничего, - Мира, я всё понимаю, но вы все мешаете.

Пока кудрявая натягивала перчатки, я выгнала всех из качалки на улицу. Сложнее всего было с Адидасом, он ни в какую не хотел уходить, во-первых переживал за Турбо, а во-вторых требовал ответов на вопросы о том, кто привёл Наташу, как я умудрилась первая сюда прийти, и откуда я вообще знаю его возлюбленную. Я не собиралась отходить от Валеры, но пришлось выйти со всеми на улицу, чтобы угомонить усатую паникершу.

- Откуда ты знаешь мою невесту, Мира? - недовольно процедил Адидас, что сдерживал сейчас в себе эмоции, не показывая, насколько он на самом деле зол, напуган, смущён.

- Я всё это время с отцом в Москве жила. В Институте училась на психолога, работаю здесь, кстати, недалеко. Наташа там же училась в меде, на музыкальном конкурсе познакомились, она поёт потрясающе, - да, об обстоятельствах нашего знакомства я солгала, но остальное было правдой, - а я, сам знаешь.

- Скрипачка, - с улыбкой полной ностальгии Вова покачал головой, - а здесь она как? И откуда ты узнала, что понадобится её помощь?

- Больше не скрипачка, - отчеканила я, закуривая вишневую сигарету, остальные стояли рядом и слушали весь разговор, Слава нахмурился, услышав, что я бросила скрипку, - Я пришла, здесь пусто, ключ под козырьком. Ник спустя столько лет даже не думал его перепрятать, - я улыбнулась, затягивая новую порцию дыма, - Вы уходите полным составом только на страшное месиво, мне ли не знать. Наташу позвала перестраховаться, - я задумалась, вспоминая наш утренний разговор с Руной с моём кабинете, - и вам с ней не мешало бы прояснить.

- Не понял, - усатый насторожился, махнул головой Славе и он, понимая знак, отвёл в сторону Вахита и Лу, чтобы мы с Вовой продолжили диалог наедине.

- Вов, это я вижу, что ты нихрена не понял. У тебя планы на блондиночку какие? - я говорила спокойно и отстранённо, будет меня это совсем не волновало, но на самом деле я не хотела отпускать Руну. Не только потому что она была идеальной Змеёй, а ещё и потому что я хотела счастья для неё, она заслуживает этого, а если она сейчас уедет, то вернётся в Москву непременно, невзирая на предостережение, а там её просто убьют, - Всю жизнь будешь с пацанами гонять? Или семью когда-нибудь планируешь? Наташку невестой назвал, а она об этом знает? Не похожа она на невесту, уж прости.

- Хочешь сказать, она из-за этого такая дерганная с беспокойная в последнее время? - до Адидаса медленно, но верно доходил смысл моих слов, с каждой секундой он хмурился всё больше, - вот я ишак, она просто не понимает, насколько у меня к ней серьёзно всё, а я голову ломал.

- Ты не тормози больше, Вовка, она уехать хотела, так что не теряй времени на глупости. Если и правда любишь её и серьёзно настроен, дай Наташе об этом знать, - улыбаясь, я затушила сигарету и вошла в качалку.

Наташа к этому времени уже закончила с Валерой. Он лежал на том же месте с закрытыми глазами, на месте раны на животе красовалась белоснежная повязка, крови на лице не было, а сам Валера прикрыл глаза в, казалось бы, безмятежном сне.

- Ранение ерундовое совсем, ничего не задето, по касательной прошло. Я промыла рану и зашила твоего принца, - Рудакова усмехнулась протирая вымытые руки полотенцем, - голова тоже не сильно, зашивать не пришлось, сейчас дала антибиотики, спит под обезболивающим. Сегодня ему лучше остаться здесь, не надо его тревожить и будить. Вставать можно будет, резких движений нельзя, драться, естественно, тоже. Через неделю швы посмотрю, а пока антибиотик оставила, сама проследишь?

- Прослежу, спасибо, Руна, - Валера крепко спал, обколотый всем, чем только можно, остальные были на улице, поэтому я спокойно могла использовать прозвище, - иди, тебя там твой усатый принц дожидается, позволь ему подвезти. Кстати, в больнице проблем не будет?

- Всё в порядке, меня отпустили до следующей смены, - Наташа сделала глубокий вдох, готовясь к разговору с Адидасом, и вышла, оставляя меня одну со спящим Валерой.

Дверь снова открылась и в качалку спустился Слава с Вахитом и Лу.

- Что сказала? Как он? - Слава от нервов не находил себе места и неожиданно притянул меня в объятия, на которые я ответила.

- Он будет в порядке. Важного ничего не задето, нужно колоть антибиотики, сейчас под обезболивающим спит, нельзя беспокоить, - я передала, сказанное Руной и отстранилась, усадила Бумера на стул, - тебе тоже, смотрю, красиво досталось. Что ж вам двоим-то так прилетело.

- Троим, - фыркнула Рыжая, кивнув на Вахита, что выглядел виноватым из-за того, что испачкал кровью нежно-голубой сарафан Лу, - Мушкетёры сраные.

- Не сердись, дьяволица, тебе ещё всю жизнь меня латать и заботиться, - Зима ослепительно улыбнулся, Лу закатила глаза, складывая руки на груди, но я видела, что она и сама еле сдержала улыбку. Было забавно от ситуации, где Вахит, что узнал мою рыжую фурию буквально только что, уже невозмутимо сообщает ей о планах на всю жизнь. Забавно, потому что я знаю Вахита, он не бросается подобными фразами ради шутки. Я вернула требовательный взгляд на Славу и принялась за его ссадины, ожидая объяснений.

- Кощей сказал всех берём на замес, - Туркин рыкнул от боли и тут же оглянулся на близнеца, проверяя не разбудил ли, заговорил тише, - мы за молодняк вступались, вот и огребли больше других. Валера Лампу оттолкнул, когда его хотел Домбытовский монтировкой шамарнуть, вот Турбо и отхватил за мелкого.

- Ну, вы и придурки, - буркнула я себе под нос.

- Я с ним останусь, - сразу сообщил Слава, но наткнулся на мой ледяной острый взгляд.

- Не угадал, кудрявый, - я убрала аптечку и снова взглянула на Туркина, - с ним останусь я. Одна. Ему нужен покой и уход, или может быть ты умеешь уколы ставить? Или не доверяешь мне?

- Тебе? Только тебе и доверяю, маленькая, - ещё раз улыбнувшись, Слава обнял меня и согласился. Я отчего-то была смущена его вниманием и нежностью, с которой Слава ко мне обращался. Сам же парень был по ужаса спокоен, будто не происходит ничего необычного, хотя может быть действительно не происходит, а мне лишь кажется это чем-то особенным. Он ушёл, взяв с меня слово, что я позвоню ему, если что-то случится.

- Зима, отведи Лу домой, - рыжая хотела возмутиться, но день был слишком долгим и тяжёлым, спорить сил не осталось, я стояла близко к подруге, поэтому успела сказать ей на ухо, - Алекто, не заставляй меня приказывать тебе, забирай его и чеши, я очень устала.

Моё признание смягчило девушку, поэтому она просто чмокнула меня в щеку и ушла, забирая с собой Вахита. Наслаждаясь тишиной и спокойствием, я умылась и вернулась к Валере. Он всё также неподвижно лежал, дыхание было ровным, лишь ресницы подрагивали во сне. Даже бледный после операции, казалось бы, слабый и уязвимый в таком состоянии, кот всё равно выглядел сильным и чертовски красивым. Всё ещё влажные от полотенца, которым я стирала кровь, кудрявые непослушные волосы липли ко лбу, а сам Валера слегка морщился сквозь сон. Мои руки были холодными после умывания, поэтому я прислонилась губами к его лбу, проверяя температуру.

- Такой ты балбес, Валерка, - убедившись, что лоб не горячий, я села прямо на пол напротив дивана, опираясь спино на прохладную стену, - ты и представить себе не можешь, как я скучала, кот, - на этом слове мой голос дрогнул, но этой слабости я не хотела показывать даже самой себе, - Я не хотела оставлять вас, свою жизнь, маму, тебя. Не хотела, но не могла остаться. Я так и не сказала тебе, что дружить с тобой было ужасно трудно, потому что чувствовала совсем другое, - сособственные мысли и эмоции вымотали меня и, пользуясь, тем, что Туркин спит и ничего не услышит, я выговорилась, - Я сотворила столько ужасов, что, кажется, больше тебя не заслуживаю. Хотя, о чем я думаю, ты ведь потерял подругу четыре года назад, разочаровался во мне, а теперь я вся такая приперлась. Вернулась другим человеком, ещё и ждала взаимности... Идиотка..

Закончив ругать саму себя, я замолчала и прикрыла глаза, задирая голову, чтобы унять слезы, выпускать которые я не собиралась. Было слышно лишь беспокойное дыхание Валеры, тиканье часов на стене, и даже слышно, как капает кран в умывальнике почти у самого входа. Тишина оглушала и давила, но её вдруг разрушил тихий и хриплый голос.

- Малышка, вставай, - я распахнула глаза и напоролась на усталый и нежный взгляд Туркина, что смотрел прямо на меня, - пол холодный, ты простудишься.

- Как ты? - тихо спросила я и, подсаживаясь ближе, накрыла его руку своей ладонью, которую он тут же обхватил горячими пальцами.

- Нормально, пить хочу, - я тут же вскочила и вернулась через минуту со стаканом воды, помогла кудрявыму попить, чтобы тот прекратил попытки встать.

- Лежи. Тебе сегодня покой нужен, здесь поспи, - отбрасывая страхи и сомнения, я продолжала держать его за руку, повинуясь какому-то дикому порыву. Хотелось прикасаться к нему, чувствовать, не хотелось отпускать, потому что рядом с ним моя, теперь уже липкая и чёрная, душа трепетала, как раньше.

- Ты ненавидишь меня, Мими? - прямо спросил Валера, а моё сердце защемило от этого вопроса, - делай что хочешь, но я не смогу оставить тебя в покое. Я просто хочу знать правду.

- Я уже говорила, что ты дурак? - я улыбнулась и положила щеку на руку Валеры, которой он теперь накрывал мою ладонь, спрятала лицо от пытливых зелёных глаз, - я не ненавижу тебя. И никогда не смогла бы.

- Тогда останься, - всё такой же хриплый голос заставил моё сердце дрогнуть, - не уходи, малышка Мими.

Я сидела и не шевелилась, волнение разжигало в груди пожар, всё тело сковало необъяснимым жаром, что будто отнимал способность здраво мыслить. Наконец, подчинив себе хотя бы часть рассудка, я смогла посмотреть на Валеру. Он не выглядел сконфуженным, в отличие от меня, смотрел прямо и был уверен в своих словах.

Зачарованно глядя в темнеющие зелёные глаза, я послушно последовала за движением его руки, что ненавязчиво притягивала меня ближе. Осторожно, боясь сделать лишнее движение и навредить, я прилегла на край дивана, не касаясь кудрявого. Туркин, подтянул меня чуть ближе той самой рукой, на которой я уже лежала, и сморщился от боли.

- тш, - я сочувственно скривилась, будто больно стало мне самой, - не напрягайся, швы могут разойтись.

- Плевать я хотел на швы и на всё остальное, Мими, - нежно улыбнувшись, он прикрыл глаза и зарылся носом в мои волосы, едва коснувшись виска сухими губами.

- Спи, кот, - уголки моих губ поползли наверх от его тепла и близости, - давай спать.

Ещё раз поцеловав меня в висок, Валера стал засыпать. Спокойное и ровное дыхание меня успокаивало, в душе воцарилось умиротворение. Хотелось провести вечность здесь, рядом с ним, несмотря на то, что диван чертовски неудобный, а я не даю себе расслабиться в страхе придавить его свежую рану и причинить боль. Со временем сон всё же одолел меня, ведь я впервые за долгое время чувствовала себя так хорошо.

________________

Любимые, в моём ТГК сменились обложки и название. Теперь можете найти меня по нику: 

Лина Джеймс | начинающий писатель