4
POV Влада.
Я опять мчалась на кладбище к отцу. Во всю лил дождь, но мне было плевать. Я хотела оказаться сейчас рядом с ним. Мне было плевать на тренировку, которая должна была начаться через час. Я просто хотела оказаться сейчас рядом с родным человеком и выплакаться ему.
В последнее время я часто ездила к нему. У меня все меньше оставалось сил, чтобы не сойти с ума и только рядом с ним я могла почувствовать хоть какое-то спокойствие.
Капли дождя стекали по ему лицу, мешая нормально следить за дорогой и я судорожно стирала их. Наверное, мое лицо сейчас выглядела просто ужасно из-за потекшего макияжа,, но мне было плевать и на это.
В голове почему-то крутился Матвей. И его вопрос о моем самочувствии. Я не слышала этого вопроса уже 6 лет и мне стало так больно, что я чуть не сорвалась прям там. Надеюсь, он этого не заметил. Он задавал слишком личные для меня вопросы. И когда он пригласил меня на прогулку, мне так хотелось согласиться! Но я не могла, слишком боялась Глеба и той правды, что он может вывалить. Матвей как будто чувствовал что-то. Даже стоял со мной под дождем, хотя я видела, как он замерз. Мне так хотелось поговорить с кем-то о том, что у меня внутри, пусть даже и с ним, хоть мы и были знакомы всего второй день. Но единственный, кому я сейчас могла выговорится, был отец.
Я приехала довольно быстро. И быстро добрела до нужной могилы. Дождь уже лил не так сильно, но моя одежда все равно промокла до нитки. Я не обращал внимание на холод. Я лишь смотрела на фотографию отца, не в силах сдерживать слезы.
- Пап, мне так тяжело, - я упала к могиле, забыв о грязи и слякоти, - я не могу. Я хочу сдаться.
Отец снился мне довольно часто. Он разговаривал со мной, говорил о том, как любит и скучает, и от таких снов я всегда просыпалась со слезами. Я безумно скучала по нему. Он был моей опорой всю жизнь, всегда оберегал и лишь когда его не стало, я свернула не той дорогой. Я знаю, что будь он рядом, ничего бы этого сейчас не было. Но один урод испортил не только жизнь мне, то и забрал жизнь моего отца.
Я с горем пополам подожгла сигарету и закурила. Я знала, что где-то там высоко он ругал меня, но сигареты были одним из моих антидепрессантов.
- Прости, пап. Я не могу иначе, - сказала я, смотря на его фотографию и вновь расплакалась.
Не знаю, сколько я просидела там. Я потеряла счет времени. Просто сидела рядом с ним и плакала. Моя одежда была полностью мокрая и в грязи, но мне было плевать.
Я с трудом достала из кармана телефон и написала в чат, что тренировки сегодня не будет, так как я плохо себя чувсвовала. А после я увидела сообщение от незнакомого номера.
- Если захочешь поговорить, то можешь в любой момент позвонить мне.
Я знала, что это был Матвей. Ибо, кроме него больше никому не было до меня дела. Я даже не стала задаваться вопросом, откуда у него взялся мой номер.
- Что мне делать, пап? - спросила я в пустоту и мне так хотелось получить от него ответ.
Матвей появился в моей жизни именно в тот момент, когда я все чаще теряла силы. Не знаю, может, это папа так пытался помочь мне. А может, это был очередной парнишка, который влюбился в мое тело и хотел им воспользоваться. Но почему-то я чувствовала от Матвея искренность. И заинтересованность. Ведь если бы он просто хотел затащить меня в постель, стал бы он стоять со мной под дождем, рискуя своим здоровьем?
Если честно, я ни в чем не было уверена. От Глеба я тоже сначала чувствовала хорошее отношение. А сейчас этот урод нагло шантажирует меня, потому что узнал то, что ему знать не следовало. Но черт, мне так сейчас нужна была от кого-нибудь поддержка! Я осталась совсем одна и жизнь играла с каждым днем со мной в злую шутку.
Я уехала домой, когда уже стемнело. Глеб звонил мне, но я не стала отвечать. У меня просто морально не было на это сил. Я надеялась, что он подумает, что у меня тренировка и не будет доставать. Спустя пару попыток дозвониться он действительно перестал мне трезвонить.
Я максимально быстро доехала до дома и там попыталась привести себя в нормальное состояние. Не знаю, получилось у меня это или нет и тогда я просто легла спать. На этот раз мне снился Матвей.