1.14
Изверг и мать сидели рядом с человеком, которого я так старательно пытаюсь защищать от негативного влияния со стороны окружающих, а я стою около двери, опираясь о дверной косяк плечом и с таким же презрением поглядывая на отца. Дверь слегка приоткрывается, и это я понимаю по лёгкому скрипу, который способен расслышать только я. Шею начинает обдувать лёгкий ветерок, и я поворачиваю голову в сторону, чтобы моё боковое зрение смогло распознать любопытного человека. Много усилий не требуется.
- Скрылась от сюда, - тихо хриплю я, не отвлекая "прекрасную семейку" от душевных разговор, наполненных враньём.
- Дэвер, - шепотом произносит Мия, выражая всё своё сожаление.
- Для тебя - господин Уайт, - хватая за спиной ручку и слегка дёргая дверь на себя, также отвечаю я.
Тихо закрыв дверь назад, я складываю руки на груди и злобно поглядываю на отца. Как же не терпится увидеть его истинное лицо, услышать всё, что накопилось за месяцы отсутствия и просто поиздеваться над его нервами, которые слишком железные, чтобы отправить его в психиатрическую лечебницу.
Мои мысли были услышаны. Ему не терпится проявить ту жестокость, которую я уже видел ранее.
- Сынок, вы с мамой идите пока, погуляйте, а мне нужно поговорить с твоим братиком, - голос демона звучит, как ловушка для ангелов.
Сплошная ложь.
По спине внезапно пробегает холодок. Не смотря на своё поведения, в душе я признаю, что этот человек заставлял меня боятся и детские травмы не смогли исчезнуть спустя года.
- Адвер, - слегка пугаясь, но пытаясь казаться спокойной, произносит мама.
Мужчина кладёт руки на её плечи и с нескрываемым требованием смотрит ей в глаза. Мать напрягается, я даже вижу, как она сглатывает волнение, а от её тела исходит страх перед бесчувственным зверем. Она молча встаёт с сидения и берёт Арэна за руку, помогая ему передвигаться и продолжая улыбаться, чтобы не пугать моего брата.
- Дэвер, - останавливаясь около меня на долю секунды, шепчет она. - Если что... беги.
Я лишь улыбаюсь, делая вид, что мать только что сказала мне о том, как сильно она скучала по мне и поворачиваю голову в сторону отца. Она сказала правду. Шансов на то, чтобы попасть в больницу - больше, чем шансов - уйти не тронутым.
Дверь закрывается за мной и нависает тишина. Теперь мы можем поменяться ролями, он отдаёт мне свою маску, за которой так часто скрывает своё истинное лицо. Моя защита - моя ложь.
- Как же долго и нагло ты прятался от меня, но продолжал жить за мой счёт, - усмехается отец, меняя свой ангельский голосок на бас агрессивного монстра.
- Как же ты ещё живёшь? - усмехаюсь я, двигаясь к столу и обходя его по правую сторону, пока отец находится по левую. - Скажи честно, какими способами ты забирал мою жизнь в своих мыслях, пока я не появлялся у тебя на глазах?
- Представь все возможные варианты, - злобно улыбается он. - А затем соедини самые страшные из них воедино и поставь на прокрутку.
Я изображаю на лице наглую ухмылку и наклоняю голову в сторону.
- Меня интересует лишь один вопрос. Зачем ты до сих пор держишь около себя мать? - серьёзно задаю вопрос я.
Отец начинает медленно двигаться к краю стола и постепенно достигает его угла, поворачивая в мою сторону. Если сдвинусь - проиграю. Страх - моё поражение.
Он уже близко, настолько близко, что мне приходится контролировать каждую мышцу, каждую клетку тела, только бы не дёрнуться от резкого движения с его стороны. На лбу появляется испарина, руку, которая не попадает в его поле зрения, я крепко сжимаю в кулак, готовясь к обороне.
- Жалкий мальчишка, - усмехается он.
Я стою боком к нему и смотрю в стену напротив, сохраняя всю свою злость и серьёзность.
- Твоя мать уже давно не нужна мне, - продолжает он. - Я исчерпал её состояние, у неё нет ни гроша, она подохнет без меня, и лишь поэтому я жду того момента, когда её положение будет слишком ужасным, чтобы выкинуть её на улицу.
Я задерживаю дыхание и замираю. Если бы чувствовал каждую клетку своего тела отдельно, возможно, я бы ощутил, как расширились мои зрачки.
- Ты подохнешь точно так же, как и твоя мамаша, если я не прикончу тебя раньше, - усмехается он.
Я резко поворачиваю голову в его сторону и хорошенько прохожусь кулаком по его челюсти. Всё началось с меня.
Отец кладёт свою руку на щёку, но его злобная усмешка так и не сходит с его лица.
- Маменькин сынок вырос, научился махаться кулаками, но так и не смог стать человеком, - продолжает насмехаться он. - Он остался той же шавкой, тем же подобием зверя. Ты никогда не станешь человеком, ты будешь таким же, как и я.
В этот момент дверь за спиной отца открывается, в помещение заходят два человека высокого роста, а монстр передо мной разворачивается ко мне спиной и, засунув руки в карманы, уступает им дорогу ко мне.
- И почему же я не сомневался, - усмехаюсь я, опустив руки вдоль тела и с высокомерной улыбкой поглядывая на охранников.
Они стремительно движутся в мою сторону, а, оказавшись рядом со мной, хватают меня под руки и тянут в сторону выхода.
- Сдохни, тварь! - ору я, когда меня уже вытаскивают за двери.
Упорно пытаясь вырваться из лап двух обезьян, я извиваюсь, как кот, цепляющийся за последнюю жизнь из представленных девяти. Замечаю, что матери нет в холле, как и моего брата, это позволяет мне убедиться в том, что мой брат не видит всего того, что происходит в данный момент.
Вырваться мне не удаётся и по запасной лестнице здания, чтобы не поднимать лишний шум, меня выволакивают к мусорным бакам данного предприятия. Грубо кинув меня к зелёному железному коробу, амбалы начинают подходить ко мне всё ближе и ближе. По спине разливается адская боль, а в боку начинает пульсировать от резкой встречи с бетонным асфальтом. Пытаясь быстро встать или хотя бы увернуться, но мне в бок прилетает ногой приблизительно сорок пятого размера, от чего меня слегка скрючивает. Если бы не физическая подготовка, меня бы сейчас согнуло пополам. Резко перевернувшись и встав на четвереньки, я цепляюсь за бетон, как за единственный маяк спасения в воде, рядом с плывущей белой акулой. Левая нога оказывается в невесомости и, почувствовав толчок в обратную сторону, я теряю равновесие и падаю на шершавый асфальт, ловко проезжая грудью и подбородком обратно. Кожа, которая встретилась с острыми камнями и осколками от разбитых стекол, начинает щипать, и это заставляет меня сдержать душераздирающий крик.
- Ты забыл кое-что, ублюдок, - разворачивая меня за шиворот к себе, произносит один из амбалов.
Злобно сверля его взглядом, я резко выталкиваю ногу от себя и устремляю её прямо в живот, того, кто так нагло держит меня за мою куртку. В этот момент меня отпускают, и я падаю прямо на задницу, вновь пятясь в сторону спасения. В этот момент один из охранников резко наступает на мою правую ногу, и от этого я уже не в силах сдержать крик. Я буквально слышу хруст костей. Остановившись, я пытаюсь всячески высвободить свою ногу.
- А теперь получи, что забыл, - усмехается амбал, которому я ранее врезал в живот с ноги.
В моём черепе отчётливо слышится хруст. Кулак прикладывается чётко к скуловой кости и задевает нос. Мир решает идти против меня и кружится вокруг. От удара меня откидывает в сторону.
- Это тебе от отца, - заканчивает одна из обезьян, а затем вместе покидают проулок с мусорными баками.
Оставшись совсем один, я опираюсь на свои руки и, подняв голову, сплёвываю сгусток крови неподалеку от себя. С носа бежит кровь, поэтому я старательно закидываю её назад, чтобы попытаться остановить.
День удался.
Подползая к мусорному контейнеру, я усаживаюсь рядом, опираясь на него спиной и вытягивая ноги вперед, роюсь в кармане, пытаясь найти телефон. Вытащив аппарат из кармана, смотрю на трещину на экране и с раздражением откидываю телефон в сторону, понимая, что трещина эта было поражающим фактором для моего электронного приятеля. Его уже ничего не спасет. С большим усилием поднявшись на ноги, я отправляюсь вдоль проулка, в надежде выйти из него прямо к парковке. Кирпичные стены давят с двух сторон и заставляют мою голову ещё больше провоцировать мой мозг на зачистку желудка. Главное, чтобы не вывернуло на изнанку. Спустя минуты две мне удаётся выйти на главную улицу, с левой стороны - парковка, с правой - небольшие бутики и магазины. Среди помещений с модными шмотками удаётся найти аптеку. Не теряя секунды, я отправляюсь в белый магазин с красным крестом.
Шаг за шагом, звон колокольчика, звук упавшей на пол банки с таблетками и удивленный вздох продавца.
- Перекись, лейкопластыри и хорошее обезболивающее, - опираясь руками на витрину, произношу я.
Продавец не произносит ни слова и поспешно движется к стеллажам с продукцией. Я также пытаюсь устоять на ногах ровно. В этот момент вновь звучит знакомый мне звон.
Колокольчик.
Жду продавца, не обращая внимание на нового покупателя, и начинаю копаться во внутреннем кармане своей куртки в поисках бумажника. Нервно вытряхивая из кармана принадлежность для денег из крокодильей кожи, я чувствую, как агрессия берёт надо мной верх.
- Дэвер? - неожиданно доносится до меня знакомый голос слева от прилавка.
Узнав своё имя, я решаю повернуть голову в сторону звука.
Мышонок.
- Привет, - кивая с наигранной улыбкой, произношу я.
Продавец раскладывает передо мной всё, о чём я просил, и называет цену.
- Тебя бабушка так? - на полном серьезе задаёт вопрос Грэсса.
- В смысле? - непонимающе произношу я, расплачиваясь за покупки.
- Ты ведь у неё был, - скептически добавляет она.
Вспоминаю про умершее животное и о том, что сейчас я поддерживаю бабушку.
- Кот восстал из мертвых, - сгребая покупки в руки, произношу я.
- Так ты соврал? - наконец-то понимает Беверли.
- Только ты могла поверить в такое, - закатываю глаза я.
- Знаешь, - рассержено произносит она, - я не собираюсь терпеть твои шутки. Если тебе не нужна моя помощь, я не буду тратить своё время на тебя.
Началось это бабье нытьё.
Ненавижу, когда пытаются обвинить в том, в чём я не виноват.
А не виноват я всегда.
- Пойдем, - хватая её за руку, произношу я.
Девушка не возмущается, просто пытается возразить, но замолкает.
Вместе выходим на улицу. Я тяну девушку за собой, направляясь к парковки "Blackground". Быстро добираемся до моей машины. Разложив покупки на крыше автомобиля, я начинаю открывать банку с таблетками, а затем искать в салоне бутылку с водой.
- Кто это тебя так? - внимательно разглядывая моё лицо, спрашивает Беверли.
От злости, накопившийся после драки с охранниками, хотелось выпустить всю лишнюю агрессию, но, к сожалению, под рукой была только Грэсса. Я хорошо понимал, что если выберу моральное унижение, я убью в ней человека, а если физическое насилие, то она не выживет. Приходилось старательно сдерживать себя. Решил молчать.
Закинув две таблетки в рот, я запиваю их большим количеством воды, а затем принимаюсь за перекись и пластыри. Внезапно осознаю, что забыл купить хотя бы бинт, чтобы обрабатывать раны.
Открываю дверь машины и сажусь на водительское сидение, нервно перебирая вещи в бардачке.
- Дэвер, что ты ищешь? - спрашивает Беверли.
Господи, да заткнись ты уже.
- Ты можешь помолчать? - нервно выдаю я, останавливаясь в одном положении и осматривая салон.
- Повернись, - более требователен произносит она. - У меня есть ватные диски.
Господи.
Уберите её от меня, иначе я точно буду орать на неё.
Решаю доверить своё лицо девушке. Самое тупое решение в моей жизни.
Вытаскиваю ноги на улицу, сидя на сидение, и поднимая голову к Грессе, опираясь локтями на колени. Девушка принимается обрабатывать мне лицо, и всё вроде бы идет неплохо, даже терпимо. До определенного момента.
- Ай, - вскрикиваю я, осуждающе поднимая глаза на Грэссу. - Идиотка!
- Хватит, Уайт! - складывая ватный диск пополам и оттирая запёкшуюся кровь на коже от носа к верхней губе, отвечает она. - Ведешь себя, как ребёнок и неуравновешенный псих одновременно.
Я нервно усмехаюсь себе под нос и поворачиваю голову в сторону. Тоже мне. "Идеальная девушка".
Когда моё лицо и подбородок полностью обработаны, я встаю с сидения и становлюсь около девушки, которая собирает весь мусор с крыши машины. Осматривая Беверли с ног до головы, замечаю в заднем кармане джинсов телефон. В голове всплывают последние слова матери, перед моим удачным вылетом из кабинета отца, и я понимаю, что должен предупредить её.
- Чёрт, - произношу я, совсем не желая говорить этого в слух.
Девушка стоит рядом и удивлённо смотрит на меня, замерев в одном положении. Видимо, своей фразой я заставил её обратить своё внимания на меня. Делаю короткий шаг, приближаясь к ней вплотную. В её глазах чётко читается напряжение вперемешку с испугом, но девушка упорно продолжает стоять на месте, делая вид, что смелости у неё, как у дрессировщика перед львом. Положив руку на крышу машины и приблизившись к её испуганному лицу, я лишь отвлекаю Грэссу такой близостью, а сам в это время привожу в действие свою правую руку.
Ловко сунув её в карман джинсов Беверли и заставляю её вздрогнуть от неожиданности, достаю от туда телефон, а затем отхожу на шаг назад и начинаю набирать нужный номер. Она реально странная, ведь у неё даже пароля на телефоне нет.
- Ты чего делаешь? - возмущается Грэсса у меня перед носом.
Пытается обратить на меня своё внимание и всячески мельтешит на заднем плане, за телефоном. Я подношу аппарат к уху и начинаю ждать ответа, обращая внимания на девушку.
- Звоню кое-кому, - серьезно отвечаю я, смотря выше головы Беверли, прямо на машину за её спиной.
- А спрашивать разрешения не побывал? - вопросительно посмотрев на меня, задаёт вопрос она.
- Я постеснялся, - натягивая на лицо улыбку, которую вообще не хочется показывать, я вновь отворачиваюсь от неё и наконец-то слышу ответ в трубке.
Обеспокоенный голос женщины, заставляет моё сердце вздрогнуть.
- Дэвер, где ты? Что с тобой сделали? - начинает сыпаться на меня куча вопросов.
- Всё хорошо, просто поговорили, но когда вышел за дверь запнулся о коробки и упал носом на асфальт, содрав кожу ещё и со скулы, - отвечаю я. - Проведи с Арэном немного времени, а затем отвези в больницу. Только не оставляй одного. Скажи ему, что я приеду в следующий раз. Не хочу, чтобы он видел меня таким. И прошу тебя, не задавай лишних вопросов.
- Я так и знала, что он что-нибудь сделает с тобой, - чуть ли не рыдая, произносит мать.
- Он меня не трогал своими руками, клянусь, - уверенно произношу я.
Меня изуродовали его шавки, а не он, поэтому я не соврал.
- Не беспокойся, всё нормально. - отвечаю я. - До встречи.
Не дожидаясь ответа, я скидываю вызов и поднимаю взгляд на Грэссу, которая внимательно смотрит на меня. Стоим друг напротив друга в полной тишине. Такая забавная, но раздражает не меньше Мэйбл. Слишком наивная и доверчивая девушка, которой нарваться на неприятности не составит труда. Интересно, что было бы с ней, если бы её отцом был Адвер Уайт? Я бы не хотел узнать такую Грэссу.
- Садись в машину, - серьёзно произношу я, разворачиваясь к ней боком и усаживаясь на водительское место.
- Дэвер, - обеспокоенно произносит она, хватаясь за дверь, которую я собрался закрыть, и останавливая её, - мне нужно идти. Тем более я собиралась зайти в аптеку. Да и вообще у меня дела.
- Слишком много слов, Беверли, - отвечаю я, не смотря в её сторону. - Так что молча села в машину.
- Ты приказываешь мне? - шокировано задаёт вопрос она.
- Окей, - отвечаю я, демонстративно складывая её телефон в карман своих джинсов. - Не хочешь по-хорошему, будем по-плохому.
- Да что ты за человек?! - громко хлопнув дверью, повышает голос она.
Уголок моего рта слегка приподнимается в довольной, еле-заметной ухмылки, но я возвращаю свою серьёзность обратно, своим поведением она хорошо потрепала мне нервы. Открыв дверь машины, она садится на соседнее место и, закрыв за собой дверь и смотря чётко перед собой, обиженно складывает руки на груди, вжавшись в пассажирское сидение.
- Молодец, мышонок, - положив руки на руль и переведя взгляд в окно сбоку, произношу я. - Мне нравится, когда ты не капризничаешь.
Молча строит из себя обиженку.
Ладно.
Пусть молчит.
- Едем учить философию, - усмехаюсь я, выезжая с парковки.