Глава 37
Прижав особенно сильно к себе, Гволкхмэй в танце увлек меня в сторону, и я с удивлением наблюдала за «нами» чинно двигающихся под музыку на том самом месте, где только что стояли мы.
– А как?..
– Сейчас мы совершенно другие люди, не беспокойся, – мурлыкнул на ухо король, весьма довольный собой. – Стоит поспешить, если ты, конечно, не передумала.
– Не передумала. – Какой там, когда уже сделала один шаг, нужно делать второй.
– Идем. – Подставив мне локоть, король дождался, когда я приму его и делая вид будто мы прогуливающаяся парочка, повлек в сторону от бального зала.
– Куда мы? – с беспокойством поинтересовалась, стараясь как можно реже оглядываться на Аодха.
– Туда, где нам никто не помешает. – Свободной рукой, Гволкхмэй накрыл мои пальцы, покоящиеся на изгибе локтя. Этот жест выглядел одновременно и успокаивающим, и собственническим.
– Это далеко? – постаралась отрешиться от тепла исходящего от сида.
Король одарил меня лукавой улыбкой.
Ответа я так и не дождалась, но он и не понадобился. Вскоре я и сама увидела куда меня вели: бальная зала сменилась коротким скрытым коридором – полутемным и идеально чистым. Остановившись перед большим полотном, изображавшим какую-то фейривскую битву, Гволкхмэй прикоснулся к нему. Ткань под его пальцами заискрилась, истончилась став полупрозрачной и за ней я смогла разглядеть кабинет.
– Прошу, – отпустив мою руку, король сделал приглашающий жест.
Сжав ткань подола в кулаках, вдохнув, шагнула внутрь; неприятное ощущение от паутины, облепившей лицо, сбил весь воинственный настрой, едва не заставив глупо завизжать. Резко подняла руку пытаясь смахнуть липучую гадость и ничего не нащупала. Позади меня раздался тихий смешок.
– Да, не очень приятные ощущения, но зато теперь Аодх потеряет тебя на некоторое время.
Войдя за мной следом, король прикрыл дверь и на ней вспыхнули алые узоры чар.
– Я сдержала обещание, станцевала с вами, теперь жду от вас ответ, Ваше Величество. – Я остановилась у изящного стола; на каменной столешнице красовалась золотая чернильница с алым пером и пара свернутых свитков.
– Гволкхмэй. Я же говорил, наедине обращайся ко мне по имени. Конечно, я сдержу слово, но разве это все что хочешь знать? Пошла ты со мной по другой причине.
Вздрогнула. Король как-то внезапно оказался близко, настолько, что почувствовала исходящее от него тепло.
– Расскажите, – сделала осторожный шаг назад. Аура короля давила, подчиняла и вообще в его обществе чувствовала себя не очень уютно. Мне было сложно смотреть на Гволкхмэя и не видеть Аодха. Благодаря отсутствию шрама останавливалась от импульсивных поступков.
Словно не заметив моих маневров, Гволкхмэй не спускал с меня внимательный взгляд.
– Тебе было плохо, – сухо констатировал король. – Не смотри так, брат ничего не говорил, я знал, что так будет. Поначалу думал, в тебя подсадили какого-то паразита, но нет. Этот «паразит» оказался частью души Элелии.
Новость меня поразила, и я судорожно облизала сухие губы. Магический «червяк»? Аодх правда не знал кто во мне поселился?
– Как вы это поняли? И чем мне это грозит?
– Я никогда не встречался с твоей пра и так далее бабкой, но у нас хранятся эманации всех преступников, и я как король, обязан знать ее сущность на... – Гволкхмэй склонил голову набок вмиг приняв вид кота на охоте, – вкус. Горькая с кислой начинкой и жгучая словно яд с цепи фахана. А чем грозит? Что ты чувствовала?
– Злость и безысходность, – сдавлено проговорила я, а затем тише добавила, боясь собственных слов и тех прошедших чувств, обуявших меня на краткий миг: – А еще... силу.
В ярко-синих глазах короля забрезжил странный блеск, и король шагнул ко мне, я отпрянула, но уперлась в шкаф спиной. Подняв руку, король нежно провел пальцами по лифу платья едва касаясь оголенной кожи. Я застыла, боясь вдохнуть. Что вообще он себе позволяет? Но недовольство выказать не посмела, вдруг это разозлит брата Аодха и он не отдаст камень.
– О, твоя пра и так далее бабка была очень сильна. Возможно, она хотела пообщаться с тобой, возможно... – король склонился ко мне обдавая горько-свежим ароматом и шепнул, задевая губами раковину уха. – Такие подселенцы, зачастую, со временем начинают выдворять душу носителя и занимать ее место. Или полностью берут под контроль разум «хозяина».
Меня словно сунули с головой под холодную воду.
– То есть, она хотела навредить мне? – прохрипела я, совсем позабыв о близости короля.
– Может и нет. Кто знает, что было на уме у твой пра и так далее бабкой. – Пальцы Гволхкмэя скользнули вверх к ключице, очертили узор на коже все еще едва-едва касаясь ее.
Мне же от его «пра и так далее» хотелось уже скрипеть зубами. Он издевается что ли? А насчет ее души, подселенной в мое тело, нужно разбираться с дедом Сашей. Для чего это ему было нужно?
– А что насчет... меток? – едва не дернулась, почувствовав зубы, прикусившие мочку уха. Жаль не могу бежать сейчас пока нет полной информации.
– О, так ты решила оставить моего братца? – весело поинтересовался король, отвлекаясь от своего соблазнения.
Облегченно выдохнула, позволяя себе чуть сдвинуться в сторону.
– Нет. То есть не совсем.... Не важно, просто расскажите что знаете.
– Видишь ли, как ты уже заметила, – едко проронил король, делая шаг назад, будто давая возможность рассмотреть его более детально, – мы с Аодхом близнецы. Душа у нас одна на двоих. А это значит, что и предназначенная супруга одному, считается парой и второму. Мы все связаны. Но, – король сделал многозначительную паузу, не спуская с меня глаз. – Я могу заглушить вашу связь и даже ослабить настолько, что Аодх перестанет тебя чувствовать.
– Всего лишь ослабить? – я приподняла брови. Дед Саша говорил совсем о другом. О полном разрыве. – Вы не знаете, как разорвать полностью?
На мои слова Гволкхмэй поморщился.
– Такое никому не под силу. – Его взгляд скользнул по моей руке с тату, и я поспешила отвести ее за спину. Гволкхмэй умный и знает многое.
Кроме разве что метки.
– Что нужно сделать? – узнать все равно не помешает.
В глазах сида зажегся алчный вперемешку с вожделением блеск, словно он ожидал этого вопроса. Мягко шагнув ко мне, Гволкхмэй практически вжал меня в стеллаж, дыхание опалило кожу губ.
– Всего лишь разделить со мной ложе. И я стану твоим истинным супругом, – вкрадчиво проговорил король, вновь распуская руки. В этот раз моя талия подверглась изучению.
Тут уж не выдержала, отшатнулась от Его Величества, едва не опрокинув шкаф на нас обоих. Все же у братьев есть что-то общее, но в отличие от Аодха, король хотя бы предложил, а не накинулся загипнотизировав. Гволкхмэй сумел удержать меня и опереться другой рукой в стеллаж над моей головой.
– Я уже говорила за столом, муж у меня Аодх и бросать его не собираюсь. – Машинально схватилась за мужнин браслет ища защиты.
– Это щедрое предложение. Подумай, – продолжал вкрадчиво шептать Гволкхмэй, выводя узоры на правом боку; другой рукой он все еще упирался в шкаф. – Ты станешь королевой, будешь иметь лучшие драгоценности, платья из самой дорогой ткани. Тебя будут обслуживать лучшие фейри. Я найму для тебя учителя чтобы ты смогла научиться управлять водной стихией. Магия в тебе, несмотря на человеческую кровь – огромна. Но заперта твоим же упрямством или... страхом. Ты не позволяешь ей выйти, контролируешь. И я всегда рядом. Сильнее Аодха и не имеющий этот отвратительный шрам. – Губы короля скользнули по скуле, и я дернула головой опасаясь смотреть на мужчину. Его тяжелое дыхание опаляло кожу, и я чувствовала, что на данный момент он позволяет мне своеволие. Пока я ему нужна и пока интересна.
– Простите Ваше Величество, вынуждена вновь отказать. – Сердце колотилось так, будто участвовало в гонке за кубок мира.
Гволкхмэй скривился то ли из-за того, что продолжала соблюдать субординацию, то ли из-за вторичного отказа, а может все вместе.
– Прошу, отдайте камень, – кое-как вытолкнула из себя простенькое предложение, едва не заикаясь.
Тяжело и недовольно выдохнув, король резко оттолкнулся от шкафа отступая от меня на шаг, смерил недовольным взглядом и развернувшись неспешно подошел к напольной тумбе. Вынув золотой ключик из хрустальной шкатулки, стоявшей на подставочке рядом, вставил в витиеватую замочную скважину. Послышалось три щелчка, и дверца мягко распахнулась. Достав из недр тумбы бархатную ткань, король, выпрямившись положил ее на стол и развернул ее концы. Кусочек опала заиграл радужным сиянием в свете десятка свечей.
Ну наконец-то! Я скоро завершу свое путешествие!
Несмело, с осторожностью приблизилась к столу ожидая какого-нибудь подвоха, но Гволкхмэй лишь смотрел на меня прищурив глаза сложив руки на груди и не предпринимая каких-либо действий. Пальцы немного подрагивали от нетерпения, когда брала в руки кусочек камня.
– Думаю, нам стоит вернуться, пока никто не заметил нашего отсутствия, – но я уже знала ответ: давно заметили. Времени прошло достаточно, чтобы обнаружить пропажу. То есть – меня.
– Ты не собираешься его... ммм... срастить? – и тон вроде дружелюбный, а мурашки плохого предчувствия расползлись от шеи по рукам.
Не хотела заниматься таким на глазах короля, но мужчина стоял с приподнятыми бровями и вызовом в глазах. Вдобавок, странное чувство овладело мной; нетерпения и осторожности одновременно. Внутренний голос кричал, чтобы я подождала соединять камень, что-то должно было произойти после этого. Лишние карты в руки Гволкхмэя давать не хотелось.
– Прошу меня простить, Ваше Величество, – покаянно опустила ресницы, взгляд отвела чуть в сторону. Надеюсь, я смогла изобразить на лице чистейшее раскаянье. – Но я не могу этого делать в присутствии кого-либо. Мне нужно настроиться, поймать тонкую связь родства с бабушкой Элелией, а если буду нервничать ничего не выйдет. Понимаете?
Для пущей убедительности не хватало шаркнуть ножкой.
– Понимаю. Таинство обряда. – Гволкхмэй кивнул с серьезным видом, я так и не разобрала, то ли поверил, то ли подыграл мне. – Жаль, но надеюсь ты покажешь результат.
– Обязательно, – попыталась улыбнуться, но губы не желали в полной мере слушаться.
– Не желаешь разделить со мной трапезу? – король повел рукой и у стены появился сервированный на две персоны столик.
Он явно готовился.
– Разве, нам не пора возвращаться? – как же мне уже улизнуть? Гволкхмэй не собирается отпускать меня так запросто.
Молча подойдя к столику, сид разлил по хрустальным бокалам вина, а затем повернулся ко мне, держа их в руках.
– Удели еще несколько минут. Уверяю тебя, Аодх не заметит твоей пропажи. Сейчас «мы» наверняка ушли в сад на прогулку. – Глаза Гволкхмэя хитро блеснули словно перстни на изящных пальцах.
– Но...
В этот момент, с другой стороны двери, грохнуло. Да так, что сотряслись стены и все внутри. От испуга я подпрыгнула, сжимая осколок камня в кулаке.
Король, цокнув языком, качнул головой.
– Не думал, что он так быстро разберется в плетении чар. Брат подрос, – в глазах и речах Его Величества промелькнули странные эмоции.
Ну, не совсем быстро как хотелось бы, но я рада, что он нашел меня.
– Вы... Вы не впустите его? – обеспокоенно поинтересовалась, боясь спускать взгляд с двери.
– Пусть немного помучается, – как-то уж довольно проговорил Гволкхмэй, возвращая один бокал на стол.
– Как же... – сделала шаг к двери и ахнула: удар, сильнее предыдущего, покачнул люстры. Со стола упал подсвечник, а свитки, сложенные аккуратной стопочкой, перекосило.
– Нет, он так, чего доброго, разнесет мне тут все, – проворчал Гволкхмэй; в глазах зажглись золотые искры так напоминающие мужнины. Держа в руках фужер Гволкхмэй прошел к рабочему столу и неспешно сев в кресло, щелкнул пальцами.
Дверь истаяла на глазах и в комнату вначале вполз темный туман с пламенными искрами, а затем, буквально горя вошел Аодх. Мамочки! Надеюсь, он ничего здесь не спалит.
Золото глаз опалило похлеще любого огня. Закусив губу, отступила в сторону и сжалась, попытавшись слиться с дорогой обстановкой кабинета обратившись безмолвной статуей. Сейчас лучше всего будет помалкивать. Оправдываться буду позже.
– Разве я неясно выразился, Гволкхмэй? – голос словно обжигающее пламя, которое обволакивало руки и плясало в волосах, едва сдерживаемое, прокатился по небольшой комнате. Мое сердце бухнулось в пятки, а тело поначалу ощутило холод и затем мгновенный жар сжал легкие грозящийся задушить меня.
Единственного кого не тронуло появление пылающего Аодха – короля. Он и бровью не повел, лишь лениво качнул бокал с вином наслаждаясь его цветовой насыщенностью.
– Твоя жена сама изъявила желание уйти со мной.
Что?! Нет! То есть – да, сама, но кто меня тут заманивал будто мышь сыром? Обещал тайны раскрыть, а получила сомнительное предложение и, тут не могу не согласиться, хоть какой-то ясности.
Пылающий взгляд Аодха припечатал к полу вызывая дикое желание раствориться в воздухе, растаять, рассыпаться молекулами. Кажется, меня будут бить, ну или очень сильно ругать.
– Моя жена плохо разбирается в законах Ши и ее магии. И ты, Гволкхмэй, просто воспользовался этим, – проговорил принц, растягивая слова, будто сдерживал бушующие внутри него ураганы.
– Ты знаешь почему я это сделал. К сожалению, твоя жена почему-то не поддается моему обаянию. – Я едва не икнула от такой откровенности, он же мне могилу роет. Гволкхмэй нарочито огорченно вздохнул и чуть резче добавил: – И будь добр, притуши огонь, тут полно ценных бумаг.
Некоторое время муж буравил короля взглядом, а затем вздохнув, прикрыл глаза и медленно выдохнул. Огонь, обуявший руки мужа по локоть и алые пряди с живыми языками пламени, спали, дым рассеялся и дышать стало легче, я едва не пошатнулась от хлынувшего в легкие воздуха.
– Мы уходим, Гволкхмэй. Был рад увидеть тебя, но в следующий раз я буду один.
– Неужели будешь держать жену в четырех стенах лишь бы от меня подальше? – брови венценосного сида взлетели вверх.
– Если понадобится, – процедил супруг; искры в волосах вновь вспыхнули, но мгновенно исчезли.
Эй, я вообще-то сама не горю желанием в будущем ведется с королем, держать меня нигде не надо. Не подойду к нему больше ни за какие коврижки. Этой встречи мне хватило с лихвой.
Резко развернувшись ко мне, Аодх холодно бросил:
– Идем, Далия.
Если у меня безумно колотилось сердце от выкрутасов Гволкхмэя, то сейчас оно просто билось в истерике. Кое-как согнув ноги, совершила реверанс и на ватных ногах поспешила за удаляющимся супругом.
За Аодхом я едва поспевала и не спускала взгляда с его спины. Напряженные плечи и какая-то зловещая походка говорили о многом. Супруг в бешенстве. Надеюсь, как доберемся до комнаты, он поостынет и мои косточки останутся целы.
Музыка журчала в бальном зале и достигала отдаленных закутков коридоров и переходов. Гости мелькали в сверкающих нарядах, и в этот раз косились на нас. Вернее, на разгневанного Аодха и старались убраться с его пути.
Но моим надеждам не суждено было сбыться. Прошли мы недалеко, когда Аодх внезапно хлопнул ладонью по ближайшей стене. В ней открылся проход и принц, не церемонясь толкнул меня в него.
– Что?.. – заморгала, узнавая обстановку выделенной нам комнаты. Быстро обернулась, успев заметить, как захлопнулась дыра и последнее, что видела: золотые глаза Аодха сверлящие во мне дырку. Дернулась к входной двери, но та оказалась заперта. – Великолепно!
Топнула ногой от досады. А как же поговорить?
В волнении несколько раз прошлась взад-вперед думая, что Аодх вот-вот вернется, но видимо дел у него оказалось много перед отъездом. Подойдя к креслу, обессиленно упала в его мягкие недра и вытянула ноги. Как же устала от всего этого. А еще ехать искать Элелию. Вот блин. Подняла руку разглядывая «тату». Надеюсь, они исчезнут после того, как выполню все инструкции, оставленные дедом.
Вздрогнула, ощутив неровные грани в другой руке, сжимающей камень. Разжала пальцы разглядывая радужный оттенок. Маленький осколок светился жемчужным светом просясь к большому собрату. Сняв теплый кулон с шеи, приложила к нему последнюю часть камня. Стык засиял и опал стал ровным и гладким. Радужные блики заскакали по потолку и мебели, что было странно. Света в комнате было не так много, а камень сиял будто обласканный солнцем.
В груди странно потянуло и я, не утерпев поднялась. Камень будто магнитом толкал в другую комнату. Тихо напевал на неведомом, но таком понятном языке.
Или это кто-то другой нашептывал?
Войдя в ванную комнату, не задумываясь потянулась к крану и пустила воду. Так, а теперь что?
Что-то... или кто-то зашептал в голове будто тихий шорох перекатывающейся гальки. Схватив с подставки созданный из цветных стеклышек стакан, набрала воды и резко плеснула на стену. Вода растеклась, но не сползла по обыкновению на пол, а собралась в единое целое, растянулось превратившись в зеркало. Поверхность пошла рябью, вода уплотнилась, потемнела скрывая за собой стену ванной, выложенную бледно-розовой слюдой.
Практически сразу поверхность водного зеркала очистилась, и в отражении проступили очертания опушки покрытой густой травой. Чуть поодаль виднелось то ли озеро, то ли река. Толком рассмотреть ничего не удалось, густой туман покрывал местность.
Камень в руке нагрелся, и я по наитию поднесла его на цепочке к отражению. Опал качнулся словно маятник, его гладкий бок коснулся поверхности, и вода пошла рябью. Не успела и опомниться, как меня словно кто-то толкнул между лопаток, да с такой силой, что я чуть ли не кубарем влетела в водяное зеркало. Ахнула, задержала дыхание предчувствуя большой трындец. Мгновенье холода прокатившемся по открытым участкам тела и вот уже стою на той самой поляне. Обернулась, зеркало дрогнуло и осыпалось холодными хрустальными осколками на траву питая землю влагой.
Так, кудав этот раз угодила?