Наследие. Нимфа

Проснулась на рассвете; братья сиды обнаружились в лагере – бодрствующими. Интересно что они делали? Какое задание давал им Аодх? Вспомнив расслабленную позу Рисса и полуголые тела братьев, то, как они смотрели на речных дев наводило лишь на одну догадку.

Мотнув головой вернулась в настоящее. Взгляд вновь опустился на кисть руки; рядом с первым иероглифом, пристроился второй – замысловатый с резкими углами. Слово отпирающее замок на тюрьме Элелии оказалось выбито на тонкой пластине раньше к чему-то крепившейся.

Перед тем как заснуть, щелкнув пальцами, на раскрытую ладонь принца упала пластина, опутанная темными жгутами магии. Вот почему я не ощущала зова, не из-за слабости постигшей от использования силы. Стоило темным шнурам расползтись в разные стороны, словно живым лианам, как по моим ушам ударил напев без слов. Иероглиф вспыхнул, заискрился и нежно-грустная мелодия наполнила меня.

Процедура перенесения «тату» на кожу, прошла идентично как в первый раз. Интересно эти слова выбил на разных предметах загадочный мужчина являвшийся моей бабушке? Или же сам тюремщик? Хотя, для чего это надсмотрщику, понятия не имею. Но ведь кто-то раскидал слова, и кто-то разбил камень. Я никак не могла понять зачем и для чего, и кому все это нужно. Единственная кто мне даст ответ, это Элелия, – если она жива – для этого стоило постараться отыскать ее.

Наблюдая как Рисс с Шером принялись сворачивать лагерь, поднявшись с одеяла, направилась к Аодху чертившему непонятную руну в воздухе. Через минуту из подпространства появились гиппоцервы; сытые, довольные.

Один из олене-коней подбежал ко мне, тыкаясь рогатой головой в протянутую ладонь. После тесного контакта с ними, гиппоцервы перестали казаться мне опасными.

– Привет, мой хороший, – проворковала я, принимаясь поглаживать зверя. – Соскучился?

Турх взвизгнув, фыркнул едва не пританцовывая от моих почесываний. Я же рассмеялась видя проявленную радость животного.

– Сильно не балуй, а то слушаться перестанет, – предупредил Аодх, находясь неподалеку и наблюдая за моими действами.

– Немного ласки никому не повредит, – откликнулась я, в последний раз потрепав Турха за ухом. – Кстати, когда научишь им управлять?

– Вот отправимся в путь, и тогда...

В этот момент наступила оглушающая тишина, воздух загустел становясь липким. Я открыла рот в попытке вдохнуть, и внезапно воздух лопнул. Передо мной оказался супруг накрывая крыльями; ударная волна прокатилась пригибая траву к земле, гиппоцервы заржали, но не испуганно, а так, словно разгневались.

– Рисс, – рыкнул принц, и Связанный обхватив меня за талию, потащил прочь.

А я потрясенно наблюдала как пространство словно разрезали ножом и оттуда появились странные существа; красно шерстные, мерзкие на вид с длинными конечностями и выпирающими клыками. Их горбатые спины усеивали острые шипы. Подозреваю не для украшения.

– Рисс, что это? – от вида страшилищ и всего происходящего, едва не потеряла голос.

– Бугган – оборотень, – отозвался сид, пряча меня за спину; в его руке появился лук зазвеневший бусинами на слабом ветру. Рисс замер напряженно следя за врагами. – Все-таки нашли.

На полянку, на которой мы недавно отдыхали, все больше и больше вываливалось из разрыва этих странных тварей. Не дожидаясь, когда они просочатся все, гиппоцервы приняли шугать бугганов, страшно визжа, показывая клыки и опустив рога к земле.

Огненный клинок в руке Аодха плавил воздух, поджигал тела и вскоре до нас долетел запах паленой шерсти и плоти. Тошнота подкатила к горлу, пришлось глотать желчную слюну и пытаться удержать завтрак внутри. Шер возникал между бугганов то там, то тут, разя, казалось на первый взгляд неповоротливые туши зачарованными кинжалами.

– Нашли? Кого нашли? – прохрипела я, схватившись рукой за горло.

– Мужа твоего.

– У него имеются недоброжелатели? – удивилась я.

Сид хмыкнул, не оборачиваясь ко мне, ответил:

– У него – особенно.

– И кто желает ему смерти? – просипела от страха за жизнь мужа. Мало ему запечатления и связи со мной, так еще и какие-то враги.

– Этого мы еще не выяснили.

– Господи, им конца и края нет, – ноги сделались ватными, и я их не чувствовала, как еще не осела на землю.

По прогалине разнесся длинный свист и гиппоцервы рванули в сторону леса; их шкура блестела от бурой крови бугганов. Я удивленно наблюдала, как и Шер отступил, на ходу запрыгнув на одного гиппоцерва.

– Рисс, что происходит?

Бугганов оставалось еще штук десять или пятнадцать, не меньше. Все они оскалившись двинулись на Аодха замершего с раскрытыми крыльями.

– Он с ума сошел? – едва не взвизгнула я, порываясь бежать к супругу. Правда, чем бы я ему смогла помочь, на тот момент не думала.

– Просто смотри, – порекомендовал сид, перехватывая меня и прижимая к себе чтобы не рыпалась.

Стоило бугганам подступиться ближе к Аодху, как над его головой вспыхнули большие переливающиеся алым пентаграммы, и на существ обрушился огненный дождь. Крупные, расплавленные капли били по существам и земле сотрясая ее твердь. Трава горела, как и бугганы. Их истошный рев разносился далеко оглушая, заставляя морщиться.

Вокруг нас образовался голубоватый пузырь; волна жара докатилась до нас, но обтекла стороной натолкнувшись на преграду. Я с замиранием сердца наблюдала за мужем, практически не обращая внимания, что происходит вокруг. Каких-то две минуты вокруг Аодха бушевал оранжевый ураган, огненный ливень практически скрыл его с моих глаз. Но стоило мне моргнуть, как выпущенная стихия улеглась, опала до неопасных язычков, а затем и вовсе исчезла подчиняясь Аодху.

Я выдохнула видя невредимого супруга; по черным крыльям и волосам продолжали гулять огненные язычки пламени. Сам же он словно ангел возмездия стоял в окружении скрюченных, обуглившихся трупов врагов. Земля вокруг чернела словно язва, но я знала, природа исправит это уродство, этот пятачок вновь зазеленеет.

Встряхнувшись, скрыв потрясающие крылья, Аодх направился в нашу с Риссом сторону сверкая золотом глаз. Связанный успел убрать барьер и спрятать лук.

Не дожидаясь, когда супруг приблизиться, бросилась к нему, замечая краем глаза неспешно приближающегося со стороны деревьев гиппоцервов с Шером.

– Ты в порядке? – Бегло осмотрела обнаженный торс мужа на предмет ран, но кроме татуировки ни одного маломальского пореза не заметила.

– Не волнуйся, цветочек, – Аодх нежно провел пальцем по моей щеке, и вскинул глаза на Рисса. – Одному я дал сбежать с подсаженным маячком.

– Надеюсь он выведет к тому, кто за всем этим стоит.

– Маловероятно, – покачал головой Аодх, проведя пятерней по волосам, откидывая их со лба. Жаркое золото из глаз исчезло являя ярко-синий взор.

Подъехавший Шер, спешился и теперь молча стоял рядом с хмурым выражением лица.

– Почему бы не рассказать об этом стражам или кто у вас такими делами занимается? – поинтересовалась я, не понимая беспечных действий сидов.

– Это не принесет никаких результатов, – покачал головой супруг.

– Но, Аодх, нельзя пускать все на самотек. Покушение на жизнь, это не игрушки, – рассердилась я.

– Не волнуйся, Лия, никто ничего на самотек не пускает... Не в этот раз. – Пальцы мужа нежно заправили волосы мне за ухо.

– Ну наконец-то стал думать о себе, – выдохнул Рисс.

– Не о себе, – покачал головой супруг, и резко бросил: – Шер, открывай переход.

– Куда мы?

– В холмы леприконов.

Прикрыв оголенный торс бордовой рубашкой, вынутой из поклажи, отпустив гиппоцервов, взяв меня за руку, Аодх шагнул на голубоватую пыль, щедро просыпанную на землю Шером.

Мгновенье, и я ахаю восхищенно оглядывая изумрудные холмы с редкими растущими деревьями с пышной кроной. Клумбы различных цветов разбились на аккуратные лужайки, между высокими буграми в которых я разглядела окна. Яркие солнечные блики отражались от поверхности журчащей неширокой речки. Все недавние неприятные события выветрились из головы заменяя безграничной радостью.

– О, Боже, это домики! – едва не захлебнулась восторгом разглядывая маленькие холмики-жилищи.

Чем-то они напоминали норы хоббитов, но намного мельче и без огородов. Дорожки вились между домиками, а вот тропинки, подводящие к дверям были выложены у кого камнями, у кого просто песком посыпаны.

В поселении кипела жизнь, маленькие рыжие человечки, с длинными носами в зеленых одеяниях и колпаках занимались своими делами. Но стоило увидеть нас, как они побросав все дела попрятались по домам и только в окнах выглядывали любопытные лица.

– Какие-то они неприветливые. – Если в поселение фей я была как Гулливер, то тут ощущала себя взрослым среди детей. Только эти «дети» были недружелюбными.

– Они боятся что можем прикарманить их золото, – ответил Рисс.

– Каждый лепрекон хранит горшочек золота? – обратилась я к нему, продолжая вертеть головой.

– Не знаю, они очень жадные и скрытные кому-то говорить об этой тайне.

– Тогда сомневаюсь, что узнаем у кого может храниться камень. – Я припомнила еще одно четверостишье, там говорилось про лепрекона, но вот остальное... Ни имени, ни каких-либо подсказок у какого именно лепрекона осколок не говорилось.

– Для чего у тебя опал на шее? – Шер не собирался скрывать грубости в голосе. – Он у тебя как маятник.

По его высказыванию я поняла какого он мнения о моих умственных способностях.

– Шер, – прозвучал стальной голос Аодха.

– Прошу прощения, – тут же отозвался Связанный, остановившись и склонив передо мной голову.

– Да... я... Не в обиде. – Стало неловко перед Шером, но... В какой-то степени он напросился на холодный тон принца.

Сид выпрямился с совершенно нейтральным выражением лица. Я внутренне поежилась – не хотелось бы быть камнем преткновения между принцем и Связанным.

– Похоже нас встречают, – привлек наше внимание Рисс, откидывая на спину волосы, собранные в хвост, достигающие до поясницы, с множеством бусин вплетенными в редкие косички.

На другой стороне реки, разделяющую деревню на две половины, у большого холма-дома стоял пожилой лепрекон с седой, словно свет луны, бородой. И одет он был побогаче; шикарная, сверкающая накидка темно-изумрудного цвета, покоилась на его плечах. Вокруг старого лепрекона собралось несколько молодых маленьких мужчин с настороженностью и недоверием глядящими на нас. Судя по всему, это был глава поселения.

Перейдя по мостку на другой берег, мы остановились.

– Приветствую Ваше Высочество! – старший лепрекон поклонился принцу. – Что привело вас в наши Холмы?

– Мне нужен проход в Черную пасть.

– Ваше Величество, ну зачем вам общаться с этим отребьем? – скривился глава поселения, будто три лимона в рот засунул. – Поручите что нужно одному из моих помощников, и он все сделает.

– Если ты нас не пропустишь, то я посчитаю что ты что-то скрываешь от короны и Совета, – Аодх обжег взглядом коротышку отчего тот скукожился, а его свита испуганно переглянулась.

– Что вы, что вы, как можно. Прошу следовать за мной.

Глава поселения бодро бежал впереди смешно переваливаясь уточкой, свита семенила рядом изредка поглядывая на нас нежданно-негаданно свалившихся на их головы.

Покинув поселок, седой лепрекон остановился рядом с большим холмом не имеющего ни окон, ни дверей. Глава засунул руку за пазуху сюртука, вытащил ее обратно что-то сжимая в кулаке и недолго думая – швырнул по направлению холма. Листья клевера закружились в воздухе подчиняясь магии, выстроились в дверную арку и «приклеились» к холму. Трава и земля в арочном проходе растворились являя темный зев пещеры.

– Знайте, Ваше Высочество, проход за вами мне придется вновь запечатать. Но не волнуйтесь, как вернетесь, приложите этот листик и дверь откроется. – Лепрекон протянул принцу крупный мясистый листок клевера.

Первым впроход шагнул Шер, за ним принц со мной и замыкал шествие Рисс. Стоило пересечь«порог» как земля за нами сомкнулась погружая все вокруг нас в кромешнуютемноту.