Глава 30
–ПОЧЕМУ ТЫ СЕБЯ ТАК ВСЁ ВРЕМЯ ВЕДЕШЬ? ПОЧЕМУ ? Я ЖЕ СТАРАЮСЬ ДЛЯ ТЕБЯ ЖЕ!!! – крикнула змедра раскрыв крылья и ощетинившись. Подсвечники на усиках засияли ещё ярче, а сама она начала угрожающе надвигаться.
– ты... Как Фазан. Точно.. Ты.. Прямо как он. – внезапно сказала с Маракуйа не переставая плакать. Слезы маленьким капельками выползали , как рыбы из нор и стекали вниз неспеша.
– Я? ПОЧЕМУ ТЫ ВСЁ ПРОГИБАЕШЬ ПОД СЕБЯ, КАК ТЕБЕ УДОБНО? ТЫ ЧТО,В ДРОФА НЕ ВЕРИШЬ? – не выдержала змедра хищно оскалившись, зрачки сузились от ярости.
Маракуйа ничего не ответила, а лишь прижала к груди яйцо продолжая плакать. Эта вечная горечь, страх и боль, выкатилась в этот рёв и плачь.
Змедра, с опасной окраской в виде ядовито-красного готова была вспыхнуть пламенем от злобы посла такого сравнения и тем более действий. Но Око вмешалась.
– хватит. До добра сия не доведет. Сердца усмирите ,отдайте судьбе.– сказала слепая дракониха внезапно встряв в разговор и перебив Анаконду, та что-то возмущённо хотела сказать, но Всевидящая медленно и на ощупь продвинулась к ним, встав по середине и тем самым закрыв рваными крыльями Маракуйу.
Мангровая ошарашенно и о озлобленно ощетинив воротник пилила злым и недобрым взглядом Око :
–но!... Хорошо.. – сквозь зубы прошипела Анаконда последний раз ударив хвостом по каре . Сложив крылья, она всё таки сурово смотрела на Маракуйу явно осуждая её и говоря внутри гадости.
Неужели она настолько верущая?
Пёстрая дракониха с розовыми узорами вообще не ожидала подобного, ведь... Действительно, Анаконда ей как мать . И тут она так разозлилась, сама на себя непохожа . Что она такого сказала? Просто сказала, что та похожа на Фазана характером, что она так завилась?
Аллигатор обговаривал всё с Геоцинтом, а после медленно подошёл к Маракуйе прихрамывая и по ощущениям еле держась на лапах.
Око на удивление будто бы знала что он идёт и кивнув отошла в сторону. Анаконда до сих пор била хвостом по гниющему дереву сложив на груди лапы.
Подойдя, старик обнял красивую и узорчатую мангровую крылом и с трудом сев рядом.
– Маракуйа, ты знаешь, насколько это важно. У Черно.. Каймана будет счастливое детство, он будет жить со всеми на острове, дружба народов, понимаешь? Мы договорились с моими друзьями. Они не будут знать не горя, не боли. Они будут жить вдали от всех, ни одна душа кроме нас не будет . Это же лучше, чем жить в вечном страхе, верно? – ободряюще слегка подтолкнул в бок Аллигатор своим исцарапаном и побитым плечом. Погладив Маракуйу своей единственной передней лапой по голове, он аккуратно вытер ей слезы поломанными когтями.
Сжав яйцо покрепче пёстрая дракониха опустила воротник, но из глаз до сих пор текли слезы.
– я.. Аллигатор, я не знаю. Он единственное что у меня есть.. Ты же знаешь, что такое потерять сына?.. Прости меня.. Мне тяжело. – расплакалась дракониха судорожно трясясь от слез. После этих слов Аллигатор слегка опустил уши и явно тоже не обрадовался словам, Анаконду успокаивал Геоцинт и она до сих пор говорила ему что-то не очень хорошое, но после слов о потере сына, она опустила крылья и повернула голову в сторону Маракуйи. Режущее чувство любви, было знакомо всем им, даже Око протяжно вздохнула перебирая черепушки птиц на шее.
–я.. Понимаю, но Маракуйа, Око была послана Дрофой с мира свободы. Мы хотим для Каймана лишь лучшего.. – взяв в одной лапой когти Маракуйи, он кивнул ей пытаться её успокоить.
– но.. Я . Вы с Анакондой будете о нём заботиться пуще кого-либо? – двумя мокрыми и наивными глазами смотря прямо в душу крупного и приземистого дракона спросила Маракуйа .
Он на секунду задумался, но после вздохнул и смотря добрыми глазами цвета сирени .
– обещаем. – улыбнулся тот повернув голову к Анаконде, уже более-менее успокоившейся.
Пёстрая мангровая ещё сильнее заплакала, а после уткнулась Аллигатору в шею, как маленькие дракончики делают подобное, когда сильно расстраиваются.