Правдивая история любви [18+]

Мишель

Сэм уехал, а я стояла как вкопанная, в надежде понять, что происходит и что я сказала не так. Я же искренне сожалею о том, что лезу без стука в потаенные комнаты его жизни. Мне, правда, жаль.

Но Сэм будто не слышит меня. Или не хочет слышать. Он так злится, что просто берет и уезжает.

Я, ужасно расстроенная, иду в дом к своей подруге.

– Привет, – встречает она меня на пороге.

Мне кажется, или она плакала?

– Привет, – я захожу и попутно здороваюсь и с миссис Беннет. Мистер Беннет, как и водится ему, на работе.
– Здравствуй, солнышко. Ты голодна? Сделать тебе кофе? – заботливо спрашивает меня мама Лили.
– О, нет, спасибо. Я позавтракала.
– Ну что ж, если что захотите, девочки, вы знаете, где меня искать.

Мы благодарно кивнули и пошли в комнату к Лили.

– Ты выглядишь расстроенной, – завела разговор я. – Вы с Уорреном поругались?
– Что? Нет! Нет, мы не поругались. У нас всё хорошо.
– Точно? Просто мне показалось ты плакала, – я все ещё волновалась за подругу.
– Будь спокойна, Мишель, у нас с Уорреном точно все по-прежнему. А может, даже и лучше, чем было. Он, кажется, не хочет расставаться со мной, как мне казалось раньше.

Тогда почему она плакала? Ведь я в этом почти уверена.

– А ты? Ты еще хочешь быть с ним?
– Конечно! – тут же ответила Лили, но вид ее был каким-то испуганным.

Чего она боится?

– Ну и как прошла ночь с Сэмом? – поспешно сменила тему девушка. – Я думала, ты будешь светиться от счастья.
– Я тоже так думала, но…
– Но?
– В конце что-то пошло не так, – честно призналась я.

Я рассказала Лили о нашем с Сэмом вечере – о том, что он, наконец, сказал,
что любит меня. Ведь этим он признал наши отношения важными и для него самого. Подруга со мной согласилась.

А потом я поделилась с ней и тем, что вечно лезу к парню со своими дурацкими вопросами,  которые расстраивают его, – и от этого расстраиваюсь и я сама. Но, конечно, я не стала говорить Лили о некоторых проблемах отца Сэма с алкоголем и о том, как живут эти двое мужчин. Думаю, Сэм бы не хотел, чтобы я об этом распространялась.  Пусть  даже и тому, кому доверяю и точно знаю, что это останется секретом.

Лил выслушала меня и, как подобает лучшей подруге, сказала, чтобы я не загонялась, и что это нормально, что я хочу больше узнать о своем парне. Добавив, что он это скоро поймет и сам раскроется.

Я склонна ей верить. Поэтому, недолго думая, я написала Сэму, что мне все ещё стыдно за свое поведение, и я в очередной раз прошу у него прощения.

И пока я ждала ответа от него, я заметила кое-что ещё:

– Странно, но моя мама ни разу не звонила мне и не писала за все это время. Может, синдром «тотал контроля» потихоньку отпускает ее?

– Скорее, он выходит на новый уровень, – сказала Лил. – Вчера она звонила прямо сюда раза три или четыре. Мы с мамой даже устроили целый спектакль для нее – якобы ты тоже здесь. А вечером, когда мама пошла выбросить мусор, она наткнулась на проезжающую мимо нашего дома машину миссис Бейкер.

Я раскрыла глаза в изумлении.

– Та явно не ожидала, что ее поймают с поличным. Ей пришлось остановиться, потому что мама дала ей понять, что заметила ее. Миссис Бейкер начала придумывать, что просто проезжала мимо, а сама, пока они с моей мамой разговаривали, что-то пыталась разглядеть за ее спиной. Потом шутливо пожелала ей терпения на сегодняшний вечер и поспешно уехала. Мама посчитала, что, скорее всего, она смотрела есть ли у нашего дома твоя машина. Так что идея пригнать ее сюда была хорошей.

– О боже… – у меня волосы дыбом встали от этого рассказа.

Этот вечный контроль меня просто убивает! И, надеюсь, она ничего не заподозрила.

– Лил, спасибо вам обеим большое! Ты не представляешь, как вы меня выручили. Я в долгу перед вами.
– Но разве не для этого нужны подруги? Чтобы помогать? – дружелюбно улыбнувшись, риторически спросила девушка.
– Не уверена, что Пэт сделала бы для меня то же самое, что и ты.
– А это аргумент, – задумалась Лили. – Похоже, я действительно отличная подруга! – рассмеялась она, и я к ней присоединилась.

Но да — она отличная подруга!

И тем не менее мне нужно было позвонить маме.

– Привет, мам, – произнесла я, когда та сняла трубку.
– Здравствуй, Мишель. Ты что-то хотела?
– Просто ты не звонишь… У вас все нормально?
– Конечно. Да и к чему мне звонить? Я стараюсь доверять своей дочери, – с гордостью за себя произнесла Шарлотта, и мне стало смешно, потому что я знала правду.

– Ну, раз уж ты позвонила, позволь узнать: когда ты собираешься домой?
– Уже скоро, думаю через полчаса уже буду выезжать.
– Не задерживайся. У меня для тебя отличная новость. Миссис Джонсон сможет принять тебя уже сегодня. Так что будь дома к половине пятого.
– Миссис Джонсон? Кто это? – недоумевала я.

– Мой врач. Мы на днях говорили с тобой о ней. Я хотела записать тебя на следующую неделю, но Анджела была так любезна, что предложила принять тебя сегодня в пять. Поэтому не опаздывай.

Я поняла, о каком враче идет речь. И надо признать, меня это напугало. Однако я понимала, что если откажусь, маме это не понравится и, возможно, это лишь усилит ее контроль за мной.

Спустя полчаса я была дома.
По дороге я написала еще несколько сообщений Сэму, но он по-прежнему молчал.

Когда я переступила порог, я поймала себя на довольно странной мысли: я любила свой дом, я жила здесь всю свою жизнь, но сейчас почему-то я вспомнила ту легкость и свободу, которые испытала этим утром в маленьком доме Паркеров, и осознала, что здесь мне не хватало этих чувств.

Мама уже ждала меня, при полном параде. Она, как и всегда, была одета с иголочки и выглядела безупречно.

Шарлотта недовольно глянула на меня и сказала:
– У тебя есть десять минут, чтобы привести себя в порядок. Переоденься и завяжи как следует волосы. На твоей голове скоро птицы начнут вить гнёзда.

Я пропустила её колкости мимо ушей.

– А где папа?
– Еще не вернулся из гольф-клуба. Собирайся, я не хочу опаздывать из-за тебя.

***

Иногда моей маме удавалось находить хороших людей. И, как мне показалось, миссис Джонсон была как раз одной из таких.

– Шарлотта, подожди нас здесь. Девочки сделают тебе кофе. Ну а мы с Мишель пока посекретничаем.

Была ли моя мать довольна этим? Вряд ли. Зато я была.

Миссис Джонсон задала мне несколько стандартных вопросов. Я призналась ей, что уже не девственница и что Сэм не всегда пользовался защитой. Конечно, я не называла никаких имён. Женщина осмотрела меня и предложила мне самой контролировать процесс защиты.

Сначала я испугалась, но затем вспомнила слова Сэма о его желании заполнить меня. И, кажется, это был тот самый способ.

Мама и так будет думать, что мы с Джеффри Тернером зашли далеко, а если она узнает, что я принимаю таблетки, у нее не возникнет вопросов, скорее наоборот – она лишь похвалит меня за проявленную ответственность.

Это ведь не будет полной ложью с моей стороны? Если и будет, то ведь немного.

Миссис Джонсон выписала мне противозачаточные и подробно рассказала о строгом расписании их приема. Она заверила, что если принимать таблетки вовремя, мы с моим партнером можем быть спокойны.

Я вышла от нее довольная. Мне понравилась эта женщина, и особенно понравилось то, что она не поддалась влиянию моей мамы и не допустила ее на столь личную беседу со мной.

Мы вернулись домой, где к ужину нас уже ждал папа. Сегодня я проводила вечер в семейном кругу, но мысли о Сэме не покидали меня. И я была ужасно рада, когда он, наконец, позвонил.

Сделав вид, что иду в уборную, я вышла из-за стола и, оказавшись одна, поспешила снять трубку. Мы поговорили с Сэмом, и мне стало гораздо легче и спокойнее на душе.

Этой ночью я засыпала с мыслью о том, как он обрадуется, когда узнает, что теперь ему можно быть ближе ко мне.

Как он и хотел.