47
Глава 47
Всего в пяти минутах от нашего огромного белоснежного дома находятся замечательное уютное кафе со свежей выпечкой и изумительным кофе. Но по привычке я всегда готовлю завтрак сама.
Наверное, в жизни должны оставаться хоть какие-то гаранты стабильности, что бы в ней, в этой жизни, не происходило. Какие-то банальные мелочи, на первый взгляд пусть даже совершенно несущественные. Но на самом деле особенно важные.
Моя бедная дочка... Только-только она привыкла к Москве. К нашей новой квартире, к няне, к прогулкам по парку и детским площадкам во дворе. Полюбила бассейн, подружилась с тренером. Как вдруг мы резко сорвались и улетели в другую страну! Здесь воздух другой. И ветер. И даже запахи.
Самое малое, что я могу сделать: это готовить ей привычные блюда. Мелочь, согласна. Но это наш с ней фундамент, и мы на него опираемся. Пока Даня далеко. Пока он лежит в больнице и восстанавливается. И пока ему ежеминутно угрожает опасность.
- Таня! - кричу я. - Танюша, завтракать!
- Я тут, мам, - отзывается дочка совсем близко. Оказывается, всё это время она сидела под столом, а я, утонув в размышлениях, и не заметила.
Я опускаюсь на колени, приподнимаю скатерть и наигранно весело говорю:
- А кто это у нас тут? О! Это самая красивая девочка на свете!
После чего крепко обнимаю Таню и тяну к себе. Дочка заливисто смеется. Тогда я, увлекшись, кручу ее в воздухе и прижимаю к себе. Таня визжит от восторга!
Замедляюсь я быстро, так как чувствую шаги за спиной. Оборачиваюсь и с облегчением выдыхаю. Охрана.
- Доброе утро, Юлия Михайловна, - вежливо произносит Федор Сергеевич, седовласый мужчина в отличной форме, который отвечает за нашу с Таней безопасность. В его подчинении, кажется, не менее двадцати человек. А может, и все пятьдесят.
Данила Милохин всегда всё делает основательно.
- Доброе утро. Всё в порядке?
- Да. Я зашел узнать, какие у вас планы на день.
- Как обычно. После завтрака мы с Таней прогуляемся до моря. На обратном пути купим продуктов. А дальше... будем дома. Бассейн, игровая комната. Всё как обычно.
- Спасибо, я понял.
- Федор Сергеевич, присоединитесь к завтраку? Я приготовила больше, чем нужно. И одной мне есть... тоскливо.
Еще вчера жаловалась на это Дане в телефонном разговоре. Я очень люблю свою дочку, но иногда так хочется перекинуться парой слов с кем-нибудь, кто старше двух лет.
Мужчина бросает взгляд на сковородку, в которой аппетитно скворчат яичница с сосисками и помидорами. Потом горестно вздыхает.
- Не положено, - отвечает коротко. Вежливо кивает, после чего оставляет нас с Таней наедине.
Я же начинаю накрывать стол на террасе. Усаживаю Танюшу на детский стульчик, пристегиваю. Ставлю перед ней тарелку с кашей и ягодами. Сама же принимаюсь за яйца, откусываю кусочек хрустящего тоста, смазанного маслом.
Красиво здесь. Так красиво, что в душе всё сжимается. Могла ли бедная девочка из деревни когда-то мечтать, что увидит похожее место собственными глазами? А не на открытке в супермаркете.
Но правильно люди говорят — богатые тоже плачут. К чему мне это голубое бескрайнее небо, искрящееся в свете ярких лучей море? К чему вкуснейшая еда, когда душа непрерывно болит за мужчину. Не моего мужчину. Но давным давно не чужого мне.
После завтрака у нас с Таней по плану следующий ритуал. Я заплетаю дочке волосы, наношу на наши лица солнцезащитный крем. Потом мы наряжаемся, берем лопатки, формочки, и спускаемся к морю. Наш дом находится на возвышение, поэтому из окон открывается изумительный вид! Обратной стороной этого удовольствия является лестница в сто ступенек, которую мы с дочкой преодолеваем каждый день, а то и не по одному разу.
За десять дней, что мы здесь прячемся, я умудрилась неплохо подтянуться, и сейчас нравлюсь себе в купальнике.
Купаться рано. Нет, некоторые люди из воды не вылазят, но мы с дочкой — создания теплолюбивые. Поэтому максимум, что делаем, - это мочим ножки. Потом долго лепим замок из песка на пляже.
Забавно. Когда мы пришли на это место, вокруг не было ни души. Сейчас же нас окружают по меньше мере десять человек, из которых три парочки. Охрана супер класса. Мужчины и женщины одеты по-пляжному. Смеются, шутят, играют в мяч. Кто-то читает книгу. Но я знаю наверняка — каждый из них ежесекундно начеку.
Даня с нами тут нет, но при этом он как бы... есть. Его забота повсюду.
Солнце близится к зениту, поэтому мы с дочкой вновь надеваем платья и направляемся в сторону рынка. Отдыхающие, что еще недавно загорали на пляже, потихоньку тянутся следом. Рассредотачиваются по улице. Держат ситуацию под контролем.
В какой-то момент мы с дочкой останавливаемся у витрины с украшениями из ракушек. Танюша тычет пальцем на браслетик, выпрашивая купить. Я тянусь за кошельком и горестно вздыхаю.
- Таня! Я забыла деньги дома! Прости, милая.
Никак не привыкну к тому, что мы прячемся. Пользоваться кредитками нельзя, только наличные.
Тане, видимо, особенно сильно хочется браслет. Слезы брызгают из ее глаз и струятся по щекам. Дочка начинает громко хныкать.
- Милая, давай мы сходим за кошельком и вернемся? Я обещаю!
Но Таня слышать ничего не хочет! Даже заверения продавца, что он отложит для нас браслетик, не действуют.
- Давайте я заплачу, - произносит милая женщина. - Ничего страшного. Дайте ребенку браслет. Он так дешево стоит, а столько счастья.
Я собираюсь возразить, но потом понимаю, что это кто-то из охраны. Вот и все мои друзья. С виду приветливые, но чуть попробуешь подружиться, сразу один ответ: «Не положено». Вздыхаю и соглашаюсь.
- Спасибо большое. Я всё вам верну.
Дальше путь идет в горку, и нам с Таней не до украшений. Мы собираемся с силами, чтобы преодолеть эти безумный ступеньки! А потом долго сидим на кухне, восстанавливаем дыхание, пьем прохладный лимонад и рассматриваем украшение.
Еще один день. Такой же как и с десяток предыдущих. День без новостей. Без хоть какой-нибудь ясности! Как долго продлится наш отпуск? Как скоро я увижу Даню?
Увижу ли? Сердце снова и снова сжимается. Мы с ним оба такие упрямые... Из-за взаимных обид, подозрений потеряно так много времени! Что если мы больше никогда не увидимся? При этой мысли слезы на глаза наворачиваются.
Я не хочу потерять его. Я ведь помню, каким он может быть. Хорошим, добрым, щедрым. Бесконечно одиноким человеком. Слишком богатым, чтобы допустить, что кто-то может любить его просто так. Не из-за денег.
Я полюбила.
А он? Стоит ли верить тому признанию, сказанному в бреду?
В дверь звонят. Я подрываюсь с места. Сердце сжимается с такой силой, что становится больно. Меня парализует надеждой на целую секунду! После чего я обнимаю дочку, прижимаю к себе.
У нас не было гостей за всё эти дни. Ни разу. Лишь охрана и домработницы сновали туда-сюда, но мое внимание они не привлекали.
Хоть бы это был Даня! Я, конечно, сама побью его за то, что не отзвонился и не сообщил, что вылетает! Но сперва обниму и расцелую.
Мы с Таней выбегаем в просторную прихожую. Потом выходим во двор. Ворота открываются. И охрана пропускает к нам...
- Луиза? - удивляюсь я, с трудом скрывая разочарование. Следом под ногти вонзается тревога.
Что здесь делает управляющая Дани? Она нужна ему там! Нужна ведь?!
- Луиза, что случилось?! Что с Даней?! - выпаливаю я на одном дыхании, подбегая к женщине.