Глава 12
Алана Харрисон
- Чертов А́ртур! Боже! – ругалась я, оттирая коричневое пятно на черной юбке. Она была мокрая насквозь, даже края трусиков пикантно холодили кожу.
В коробочке закончились салфетки, и я открыла кран, подставляя ладошки под струю водя. Сумасброд и задира! Я невольно рассмеялась, поймав свое отражение в зеркале. Раскрасневшаяся, с покусанными губами – вот, что делал со мной один телефонный разговор с этим Дьяволом!
А вдруг он не такой как я думаю? Может, стоит дать шанс этому странному мужчине и попробовать? Что я теряю? Доверие семьи, что и так трещит по швам? Свою гордость, но ведь мне хочется ему искренне верить...
С такими воодушевленными мыслями я провела весь остальной день. Оформила несколько документов, заполнила заявки и устало отклонила на спинку стула, прикрывая глаза. Так странно...
Когда я училась в университете, жизнь шла своим чередом по-обыкновению. Учеба, дом, конспекты, редкие вечеринки и постоянные поиски Софии, которая пропадала на ночь глядя и возвращалась утром. Потрепанная, как дворовая кошка, но до одури довольная. Я и не думала что-то менять, но чего лукавить, тайком мечтала об искорке игривости и непредсказуемости.
Ухмыльнувшись, я распустила волосы, что тот час же, густым водопадом упали на плечи. Хотела абсурда? Получай! В лице очень сексуального и харизматичного итальянца!
- Мисс Харрисон, - раздался мурчащий голос. – Не знал, что работа доставляет вам такое удовольствие...
Испуганно пискнув, я подскочила с кресла, пытаясь, рука закрыть грязное пятно.
- Мистер Аарон, - заикалась я, густо покраснев. – Вы долго тут стояли?
- Достаточно, чтобы полюбоваться вашей красотой, - хмыкнул управляющий, откровенно разглядывая мои обнаженные плечи.
- У вас ко мне было какое-то дело?
Я непроизвольно поежилась, пытаясь избежать липкого взгляда Рейчела. Но казалось, мужчина ловил каждое мое движение и это его только раззадоривало.
- Что? – хрипло обронил он.
- Дело. Вы же хотели что-то? – подняла я бровь.
- Да-да, безусловно. Послезавтра вы вместе со мной улетаете в Италию. Мы будем подписывать контракт... В этом есть и ваша заслуга, милая.
Я удивленно распахнула глаза и взмахнула руками, не веря своим ушам. Шатен лучисто улыбнулся, наблюдая за моей реакцией.
- Боже, это первый контракт в моей жизни! – защебетала я, радуясь как ребенок.
- Хоть у нас так не принято. Но я предлагаю отметить ваш меленький триумф, мисс Харрисон. Как насчет чашечки кофе?
Вопрос стал ведром холодной воды, вылитой на голову. Я резко замерла, сложила руки за спиной и, на всякий случай, сделал шаг назад.
- Мистер Рейчел, вы несколько торопите события. После того, как все поставят подписи на бумаге...
- Я понял вас, Алана, - как-то странно прищурился босс. Он хотел было еще что-то сказать, но замолчал, разворачиваясь на выход. Лишь у двери замер и проговорил: - Не у всех такие толстые кошельки, верно?
Мне стало не по себе. Дело не в том, что я понравилась Аарону, он мой босс и вот так просто уходить, в самом начале – было жалко. Да и еще эти странные слова, что он имел в виду? Что-то там про кошелек и толщину...
Телефонный звонок прервал мои размышления.
- Я нашел ее, - перешел сразу к делу злой голос. – Спускайся я стою у здания, потому что без тебя я ее просто придушу!
Машина Альфреда, припаркованная под запрещающим знаком, угрожающе рычала мотором. Из опущенного стекла высовывалась мужская рука с дымящейся сигаретой, которую он быстро скурил глубокими затяжками.
- Альф, - заволновалась я. – Что произошло? Ты же бросил курить.
- Знаешь, что вытворила твоя подруженька? – зашипел он, резко трогаясь с места.
Я по инерции полетела вперед и ударилась коленкой о бардачок.
- Даже не так! Знаешь, где я нашел эту шлюху?!
- Альфред! – возмутилась я. – Не смей называть ее так! Ты никакого права не имеешь...
- Да она, черт тебя дери, в самом настоящем нарко-притоне!
Мы выехали на автостраду, и брат прибавил газу, превышая пределы скорости. Он продолжал курить и ругаться, показывая всем своим видом отвращение к ситуации, но я видела, что он волнуется. Его правая щека со шрамом подрагивала и еще он часто моргал. Эта странная привычка была у Альфреда с детства. В нормальном состоянии он контролировал свой тик, но в моменты эмоционального расстройства, как сейчас, забывал напрочь обо всем.
В животе от страха съежилось. Если все так, как говорит брат, то София действительно попала в передрягу. Глупая девчонка! Чего ей стоило прийти ко мне?
- Все же будет хорошо? – жалобно заскулила я, сдерживая слезы.
Заглянув мне в глаза, родственник немного смягчился и уже спокойней проговорил:
- Мы не дадим ее в обиду.
Но слов мне было мало. Бессилие и чувство вины разъедало сердце раскаленной лавой. Я же могла промолчать, но полезла со своими бестактными вопросами! Могла найти ее, но отвлекла внимание на Арта!
- Я плохая подруга, - закусила от волнения щеку. – И если с ней что-то случиться – это будет моя вина!
Нарко-притоном оказался вполне солидный белый особняк, покоившийся среди деревьев. Он находился глубоко в лесу, спрятанный от чужих глаз и не прошеных посетителей. Альфред вырулил на брусчатку и резко, почти на ходу, выскочил из машины, глуша мотор.
Полчаса назад я думала, что брат был зол, но, боги, как же я заблуждалась. Сейчас впереди меня двигался настоящий хищник. Взбешенный, голодный и дикий, до той степени, что мне самой было страшно.
Альфи барабанил кулаками в дверь, что жалобно трещала, угрожая разлететься на осколки от напора. Проглотив ком страха, я спряталась за спиной родственника и во все глаза уставилась на человека, появившегося на пороге. Это был молодой парень весь забитый татуировками. Он странно морщил нос и прогнусавил:
- Я снежок заказывал час назад! Че так долго?!
Скрипнув зубами, брат резко ударил наркомана в нос. Гнусавый громко завопил и прикрыл руками разбитое лицо. Я поежилась, чувствуя металлический запах крови, что черной жижей текла сквозь пальцы парня.
- Держись рядом со мной, - отдал приказ блондин и потянул меня за собой в затхлое помещение, обиженное солнечным светом.
Спертый, кислый запах резко ударил в легкие. Я прикрыла нос ладошкой, стараясь как можно реже дышать. Голова шла кругом от нехватки кислорода, но стоило мне глотнуть воздуха – становилось еще хуже.
Мы шли по длинному коридору, устеленному ковром болотно-грязного цвета. Все стены были изрешечены дверями в такие же темные комнаты. Кое-где виднелись полотна ткани, закрывающие кровавые обои. Отовсюду доносились чвакающие звуки потных тел и громкие стоны, то ли удовольствия, то ли боли.
- София! – завопил Альфред, распахивая все двери попавшиеся нам по пути.
- Тыыы... кт... акой? – невнятно пробубнил паренек, ссутулившийся в углу. В его руке торчал шприц, наполненный мутной жижей, от которой он, судя по всему, ловил кайф.
- Нужно ему помочь, - дернулась я в проем, но брат схватил меня за локоть и прошипел:
- Чем ты ему поможешь? Вколешь дозу? Оставь его!
- Но так нельзя! Нельзя оставлять всех этих людей здесь! – я попыталась вырваться.
- Сначала найдем твою подругу, а потом вызовем копов, - согласился блондин, уводя меня к другой двери.
Дубовая створка испуганно слетела с петель, громко падая на пол. Столп плотной пыли, закружил во мраке, скрывая постыдную картину. Миниатюрная блондинка громко кричала, извиваясь на худощавом мужчине.
- Боже, - промычала я, сглатывая ком отвращения. – София?
Пара будто и не слышала нас, увлеченная друг другом. Харрисон было дернулся к ним, но девица вовремя извернулась, поворачиваясь лицом к нам.
- Это не она, - как-то облегченно выдохнул мой напарник. – Это не Софа...
Я поскорее ретировалась оттуда, пылая от смущения. Со стороны это выглядело так... постыдно и мерзко. Шаркающие звуки, хлопки и стоны. Совсем не понимаю, что так расхваливала Фи, возвращаясь с очередного свидания.
- Алана! – привлек внимание брат, когда мы поднялись на второй этаж.
Мисс Тейлор сидела на рваном диване лицом к окну. Она обнимала себя за оголенные колени и раскачивалась из стороны в сторону. Хрупкая куколка, с которой наигрались и отправили в чулан – Фи выглядела именно так.
- Соф, - глухо подал голос мужчина. – Ты в порядке?
Блондинка вяло обернулась и расплылась в искренней улыбке:
- Мой Альфи... Это правда ты?
Он громко сглотнул, скривился, но кивнул, осторожно подходя к потеряшке.
- Забери меня домой... Здесь так страшно, - всхлипнула она, потянув к нему руки с идеальным маникюром.
- Фи, милая моя, - сквозь слезы, прошептала я, отмечая ее потрепанный вид.
Потекшая туш, взлохмаченные волосы – обстоятельства, в которых виновен мой длинный язык.
- Лана... Алана... Ана... - перебирала она, смеясь.
Брат бережно опустил ее на заднее сиденье и громко хлопнул дверью.
- Твою мать! Я до последнего надеялся, что эта дура не под наркотой!
- Она же никогда раньше. Так баловалась травкой...
- Все когда-то бывает впервые!.. Я наберу ее отцу, - кивнул Альфред, садясь за руль.
София точно ребенок махала руками мне в окно и корчила странные рожицы. Альфред резко обернулся через сиденье и что-то прокричал девушке. Она стушевалась и грустно положила голову на его плечо...
А́ртур Сандерс
- Ее зовут Никколета Карлайл, - произнес Томас, провожая взглядом мою секретаршу. – Уфф... Так вот, она будет ждать тебя в пять вечера в «Le Bernardin».
Он сложил татуированные руки на груди и сладко усмехнулся, смотря на дверь, за которой скрылась девица в короткой юбке.
- Новенькая? – стрельнул глазами друг.
- Прошлая ушла в декрет, - не отрывая глаз от документов, отмахнулся я.
Цифры, цифры, цифры... но сейчас они не успокаивали. В душе поселился мерзкий червяк сомнения, съедая все изнутри. И дело не в ее милой мордашке, не в сладком голосе, не в сочных губах, а в том, что я собирался сделать с этой красотой. Мне было легко продумывать все до мелочей, не встречаясь с ней. Алана была призрачной фигурой, фотографией из интернета, воспоминанием и сестрой моего врага...
Ничего не поменялось! Я скрипнул зубами и резко поднялся, отталкивая кресло.
- Мне плевать на нее, понял? Она всего лишь игрушка, которую я сломаю и кину под ноги ее братцу.
- Воу, воу, брат, - примирительно поднял руки мой пиар-директор. – Я же молчал...
- Я вижу твои глаза, Томас!
Мне стоило огромных усилий трясущимися руками налить себе виски и одним глотком осушить весь стакан. В ней нет ничего особенного!
Ни-че-го.
Я скинул пиджак и, приказав водителю ждать, вышел из машины. Ресторан «Le Bernardin» находился в фешенебельном районе Нью-Йорка. Увидев меня, консьерж расплылся в любезной улыбке и начал стелиться, забыв про других входящих гостей. Рыжеволосая администратор, подводя меня к столику, не упустила возможности вильнуть бедрами и всучить свой номер телефона, который я оставил в первой попавшейся урне.
Большое помещенье с приглушенным светом, поражало своей искусственностью. Я давно перестал обращать внимание на роскошь и дороговизну – это просто напросто приелось. Хрустальные люстры в виде капель воды, свежие цветы под потолком – иллюзия красивой жизни и статуса. Именитые богачи, вошедшие в рейтинг Forbes, стремились как можно быстрее опустошить свои кошельки и впечатлить силиконовых любовниц.
Дешево. Престо. Безразлично.
За круглым, устеленным белоснежной скатертью столом, сидела полноватая шатенка с пышной грудью. Все время она неотрывно следила за каждым моим движением и оценивала, словно соперника на ринге. Ее молочного цвета шелковая рубашка оттеняла морской загар кожи, невольно отвлекая внимание.
Я расправил плечи и расплылся в самой очаровательной улыбке, которую имел в арсенале. Гостью это только раззадорило. Она отклонилась на спинку кресла, отчего ее вырез показал мне больше дозволенного. Я сглотнул и уже откровенно стал поедать ее глазами.
- Никколета Карлайл? – поднял я бровь, бесцеремонно садясь на стул.
Карие глаза журналистки вспыхнули откровенным желанием и она, облизнув пухлые губы, произнесла:
- А вы стало быть, итальянский бизнесмен, второй в мировом рейтинге богачей Forbes и персонаж моих статей – А́ртур Сандерс.
- О, вы так осведомлены, - улыбнулся я. – Обожаю деловых людей...
- С такими всегда приятно работать, - закончила за меня молодая леди, облизывая чайную ложку. – По какому поводу вы организовали эту встречу? Вам совсем не понравились мои статьи про вас и вашу невесту?
- Бросьте, мисс Харрисон мне никто.
Писательница бесцеремонно подалась вперед, впитывая в себя каждое мое слово, чтобы потом опять написать в свою желтую газетенку.
- У меня есть к вам деловое предложение...
- Во сколько нулей вы оцениваете свое предложение? – улыбнулась нахалка, поедая мороженное.
- Пятьсот тысяч...
- Простите, мистер Сандерс, но у меня, к сожалению, нет времени, - она начала не спеша собираться, запихивая в фирменную сумку пудру.
- Семьсот, - как довольный кот, потянулся я.
- Полтора миллиона, - обернулась Никколета. – Для вас это пыль, многоуважаемый А́ртур...
Девушка взмахнула гривой коричневых волос и пошла к выходу. Отсалютовав официанту, я оплатил заказ журналистки и вальяжно двинулся к машине.
Она не уйдет. Даже предложенная мною сумма для нее большие деньги, особенно в ее положении. Я тоже навел кое-какие справки и знаю, что ее дочери нужна серьезная операция по пересадки сердца, провести которую взялись только врачи из Германии.
- За девушкой в красной юбке, - кивнул водителю, не отрывая взгляда от ее шикарных бедер.
Таких, как мисс Карлайл, называют кровь с молоком. Сочная красотка с чертами хищной кошечки. Я представил, как снимаю с нее кружевные чулки, запускаю руку в мокрые трусики, а в том, что они такие я не сомневался – слишком хорошо научился понимать женщин. Их привлекают только две вещи: толщина кошелька или альфа-самец, который сможет удовлетворить их самые темные желания. Во мне они видели и то и другое, поэтому отказов я никогда не получал.
То ли дело маленькая uccellino. Она боялась меня как огня, желала как наркоман дозы, но не позволяла себе. Стоило вспомнить о Лане, весь запал и желание пропало. Перед глазами замаячила ее детская улыбка с задорными ямочками на щеках, большие распахнутые кукольные глаза и хрупкая фигурка...
- Porca vacca! – ругнулся я, распахивая дверь перед журналисткой. – Садись!
Девушка решила было возмутиться, но, встретившись с моим взглядом, передумала. Никколета обошла машину и присела на сиденье.
- В ближайшую гостиницу, - рыкнул водителю. – Быстро!
Писательница покраснела и закусила губу. Она перевела на меня взгляд и требовательно спросила:
- Ты согласен?
- Я оплачу твоей дочери операцию и полностью дальнейшую реабилитацию.
Шатенка испуганно замерла, словно ослышалась. Мисс Карлайл навострила ушки и со слезами на глазах прошептала:
- Откуда ты...
- Не у одной у тебя есть связи.
- Спасибо! Боже, да я сделаю все, что угодно!
- Мне нужно, чтобы ты перестала писать статьи про меня и дочку Харрисонов.
- Вообще? – нахмурилась она, включая охотницу за сенсациями.
- Нееет, - протянул я, касаясь ее бархатной кожи на шее. – Пока я не передам тебе очень интересные материалы... Не только по этой девчонке, но и полностью по ее семье... Только нужно подождать...
Кареглазая что-то промычала, запуская пальцы в мои волосы. Я провел дорожку поцелуев до глубокого декольте, проникая ладонью между сведенных коленей. Девушка подалась вперед, шире разводя ноги.
- Если ты не хочешь этого, я сейчас же остановлюсь и мой водитель отвезет тебя куда скажешь, - томно зашептал я, играя с кружевом ее трусиков.
- Ах, - только и выдохнула она, но позже спешно промычала: - Хочу, очень хочу...
Я буквально втолкнул ее в комнату, спешно снятого номера. Темпераментная девушка сорвала с меня рубашку и резво справилась с бляшкой ремня. От нетерпения она часто дышала и постанывала, когда я в очередной раз задевал губами ее чувствительную грудь. Никколета рухнула на кровать, позволяя мне любоваться эстетикой изгибов женского тела. Нарочито медленно, я стянул с нее черные чулки и неожиданно красные трусики с пикантным бантиком. Журналистка широко развела колени, позволяя мне удобнее устроиться между ее ног.
- А́ртур, - просипела она, подаваясь вперед.
Мне уже тоже сносило крышу. Все бурное желание обладать одной блондинкой разрывало изнутри. Не стоит лукавить, что Карлайл просто попалась под руку. На ее месте могла оказаться любая другая безликая девушка, которая ничего не заденет в моей душе.
Резкий толчок и я в ней, глотая громкий стон писательницы. Она пыталась подстраиваться под тот сумасшедший ритм, с которым я входил в ее мокрое жаркое лоно. Шатенка кричала, царапая длинными ногтям кожу на спине.
Я втягивал носом солоноватый запах кожи, пытаясь уловить в нем терпкие нотки цитрусов. Хотел коснуться шелковистых кудряшек, но намотал на руку длинные немного жесткие волосы. Миражом пытался угадать в чертах журналистки мою птичку, но был безнадежно огорчен.
Девушка подо мной задрожала в оргазме и потянулась за поцелуем. Я вышел из нее, так и не кончив, падая на подушку.
- Ты была прекрасна, - бросил искусственную частую фразу и потянулся за пачкой сигарет.
Никколета улыбнулась и туманным от удовольствия взглядом мазнула по мне, скрываясь за дверьми душевой. Прикурив сигарету, я перевел взгляд на потолок, чувствуя в груди нарастающее отвращение к самому себе.
Громкая трель разрезала порочное пространство. Поднимая с тумбочки черный айфон, я долго смотрел на мигающий дисплей.
«Алана»...
Невинный ангел, которому не посчастливилось попасться на моем пути. Сцепив зубы, я отшвырнул от себя телефон, делая глубокую затяжку. Злость, неудовлетворенность и разочарование самим собой царапали то, что, как мне казалось, я похоронил пять лет назад...
- Деньги я переведу на твой счет. Если что-то еще понадобиться твоей дочери, напиши мне – обязательно помогу, - бросил, приведшей себя в порядок мисс Карлайл. Она благодарно улыбнулась и скрылась из моего вида...
Алана Харрисон
София лежала на больничной кровати в окружении капельниц и странных пикающих аппаратов. На коридоре Альфред и мистер Тейлор что-то на повышенных тонах обсуждали с врачом. Я устало откинулась на спинку кресла и утерла тыльной стороной руки слезы.
- Прости меня, детка. Я обещаю впредь быть более внимательной и отзывчивой.
Как только мы тронулись, Фи резко стало плохо. Ее тошнило, и кружилась голова, а еще она начала нести какой-то бессвязный бред. Брат помчал в частный хоспис, где нас уже ждал отец подруги. Прошло уже больше трех часов, и она до сих пор не пришла в сознание, лежа бледной сломленной марионеткой на дорогих простынях.
- Что сказал доктор? – подскочила я, сталкиваясь с взглядом мутных от возраста глаз мистера Джозефа.
- Еще бы пару часов и она умерла от анафилактического шока, - усмехнулся осунувшийся мужчина, срывая с шеи галстук. – Наркотик, который она вдохнула вызвал аллергическую реакцию... Если бы не вы с Альфредом...
Он прикрыл руками лицо, и задрожал. Было страшно смотреть на этого величественного мужчины за пару часов превратившегося в старика. Тейлор провел рукой по стальным волосам и тепло посмотрел на девушку:
- Я упустил ее. Был полностью поглощен уходом моей жены и напрочь забыл про дочь. Потакал капризам, исполнял желания, только чтобы она не маячила перед взором и не мешала работе. А ведь Софе было всего пять лет, когда Анжелика сбежала с любовником во Францию. Я не уберег мой маленький цветочек... во всем моя вина.
- Все мы совершаем ошибки, - всхлипнула я, дотрагиваясь его сухой руки. – Не вините себя – это дело минувших дней. Вы в силах изменить будущее, так не оглядывайтесь же на прошлое...
Отец подруги любезно кивнул и произнес:
- Ты очень мудрая для своих лет, Алана. Софии повезло, что ты у нее есть.
Мы еще долго молча просидели у ее кровати, пока доктор не выгнал нас из палаты. Мистер Джозеф отказался покидать хоспис, присаживаясь на кресло у двери Феечки.
Они были так похожи внешне и так неодинаковы внутри. Такие же глубоко посаженные темные глаза, широкий разрез рта и пухлые губы, резкий подбородок и нос с горбинкой... К сожалению характером дочь пошла в мать. Совершенно не ответственная, ветреная и взбалмошная – больше всего я боялась, чтобы она не пошла по стопам своей родительницы и не закончила в грязном мотеле на окраине провинции Франции.
Выйдя на улицу, я обняла себя за плечи, ожидая такси. Альфред ехал, сразу после разговора с доктором. Он не зашел в палату, пылая от злости за ее слабость и глупость. Назвав водителю адрес, я рассеяно уставилась на погоду за окном. Вечерний город был светл от мириада фонарей. Поддавшись какому-то щемящему порыву в груди, я набрала номер того, чей голос хотела услышать больше всего на свете. Его итальянской акцент, хриплый смех, мне так хотелось, чтобы он вновь успокоил меня и просто сказал, что все будет хорошо. Но А́ртур не поднимал. Я слушала долгие гудки, холодея внутри.
Чего же ты ожидала, глупышка? Думала запала ему в сердце? По щекам полились злые слезы. Больнее всего стало, потому что я понимала, что начинаю влюбляться в этого неправильного мужчину. Он не из тех, кому стоит дарить свою любовь и невинность. Сексуальный мачо с табличкой на лбу «я сделаю тебе больно», но мы же девушки такие глупые. С самого детства верим в сказки о чудовищах, которые станут принцами...
Дом встретил трагичной тишиной и звоном бутылок. Мама сидела в зале перед незажженным камином с дорогущим вином в обнимку.
- Твой отец вновь не явился на ужин, - только и усмехнулась она, отмахиваясь от меня.
- Мам, - всхлипнула я. – София в больнице...
- А мне то что, - пожала она плечами.
Отбросив жалкие попытки излить душу, я, как всегда отправилась в свою комнату, служившую островком света среди этого мрака.