Глава 35
Дыхание Клёна противным бульканьем вырывалось из пасти. Он кашлял кровью.
Воительница была не в силах смотреть как Громушек, Речушечка, Маркус и Пепелок поковыляли к нему, а за ними следом шёл Каштанчик, считающий глашатая своим родным отцом.
В глазах Ивогривки снова встал образ мёртвого Клевера. Что если бы она застала его в таком же состоянии? Возможно, тогда та целительница из племени Островерхих лесов помогла бы? Она ведь, по сути, не враг.
- Кровь льётся слишком быстро, у меня не хватает паутины… - дрожащим голосом сказала Лианоглазка, поднимая свои испуганные глаза на Камышовую Звезду.
Серая кошка помотала головой, пытаясь отрицать что снова теряет глашатая.
- Камышовая Звезда, сделай мне одолжение, - прошептал рыжий кот. – сделай моих котят воинами… - он снова кашлянул кровью. – я хочу увидеть их посвящение воочию.
Предводительница молча кивнула, и уже собиралась встать на лапы как глашатай слабым движением лапы попросил её задержаться. Он прошептал ей что-то на ухо, так тихо что Ивогривка не смогла разобрать слов.
Камышовая Звезда глянула на Клёна с неодобрением, помотав головой, но кот снова что-то прошептал, после чего предводительница неохотно вздохнула и кивнула ему.
Не в силах запрыгнуть на валун кошка начала прямо с места.
- Эта битва была не простой, мы потеряли Луг. – замяукала Камышовая Звезда. – с оптимистической стороны, мы набрались нового опыта, теперь мы лучше знаем с кем имеем дело, и впредь станем сильнее. С этого дня учения оруженосцев будут проходить десять месяцев.
Коты на поляне внимательно слушали речь Камышовой Звезды. Сейчас молчание казалось совсем непривычным для собрания.
- я горжусь нашими оруженосцами, которые, не щадя сил насмерть бились с врагами что превосходили их во многом. Они заслужили на свое звание воинов.
Предводительница поманила их слабым покачиванием хвоста.
Оруженосцы отвлеклись от прощания с отцом, и медленно подошли к серой кошке.
- Каштанчик, ты смело взял на себя ответственность побежать в неизвестное тебе племя, и привести подкрепление, мы благодарны что в племени будет такой отверженный воитель. – дотронувшись лапой до плеча кота мяукнула предводительница. - Отныне твоё имя Кашатанолист.
Каштанолист в гробовой тишине поклонился и пошёл к Водоглазке, которая сгорбилась возле Клёна. Он присел возле её бока словно тот котёнок, который зимой прижимался к приёмной матери.
Камышовая Звезда продолжила. - Громушек и Пепелок. Вашему умению работать сообща можно только позавидовать, отныне ваши имена Ливнегром и Пеплоус.
Клён под валунами слабо замурчал. В его глазах отражалась гордость за котят.
- Маркус! Ты умный кот, умеющий придумывать стратегии в битве, чтобы победить противника, отныне тебя будут звать Нарцисс.
Камышовая Звезда отдышалась.
- Речушечка! Твои сильные лапы ещё не раз помогут тебе показать врагам, где их место, отныне твоё имя Лужеглазка!
Родные котята Водоглазки поклонились, настолько, на сколько им это позволяли раны, и побрели к матери, которая принялась вылизывать их между ушей, стараясь хоть как-то подбодрить.
По поляне всё же прошлись тихие поздравления, так как у котов уже не хватало сил кричать, но хотелось хоть немного поздравить новых воинов.
Посвящение Каштанолиста немного согрело сердце Ивогривки. Это смогло её отвлечь от горестных мыслей. Она надеялась, что остальные её соплеменники тоже чуть прибодрились.
Коты уже собирались разбредаться по поляне как Камышовая Звезда всё же из последних сил забралась на валуны под ивой. – Клён так же попросил назвать имя нового глашатая прямо сейчас.
Серая кошка неуверенно взглянула на раненого глашатая. В её глазах отражалось сомнение, ведь выбор глашатая должен был быть продуманным и не спешным.
Клён слабо, но уверенно кивнул.
Облака над лагерем расступились, проливая свет на поляну, сочась через гуляющие на ветру ветви Центральной ивы. Падая на шубки котов, жадно ждущих решения своей предводительницы.
Камышовая Звезда обернулась к ожидающим котам. Она набрала воздуха в лёгкие, и чётко стала произносить слова.
- Отныне новым глашатаем племени Топких болот станет Ивогривка!
Громкие слова Камышовой Звезды разлетелись по лагерю, а сердце Клёна издав последний стук затихло.