Голосование 2.1
1
Фру Бернар-Берг нагнулась над винтажным патефоном, чтобы включить музыку. Спустя мгновение воздух задрожал от тихого шипения, а за ним грянула череда магических аккордов "La vie en rose" и волнующее контральто легендарной Эдит Пиаф. Адриан с Сесилией без промедлений отдались танцу.
Йенни, скромно сидевшая в кресле, глядела на них, не отводя глаз. Музыка наполняла душу истинно парижским очарованием, дарила необъяснимое чувство лёгкости и эйфории, пробирая едва ли не до слёз. В комнате как-будто запахло влажными каштанами.
— Мадмуазель, Вы позволите пригласить Вас на танец? — Галантно поклонившись, спросил Луи. Он выставил перед собой раскрытую ладонь и улыбнулся.
— Знаете, я уже обещала этот танец другому кавалеру, но так как Вы мне очень симпатичны, я, пожалуй, согласна танцевать с Вами, — с наигранной важностью в голосе проговорила девушка, подавая другу руку.
— О, я польщён. — Луи нежно поцеловал тыльную сторону ладони Йенни, не отрывая своих сияющих глаз от лица подруги.
Девушка встала на ноги, и руки её взлетели на плечи юноши. Тот приобнял подругу за талию. Медленно, грациозно они стали кружить по комнате, слегка покачиваясь в такт музыке. Луи задумчиво улыбался, как можно крепче прижимая девушку к себе. Её неровное дыхание щекотало ему шею, вызывая лёгкую дрожь по всему телу. Бернар кожей чувствовал чарующую улыбку на её устах. Ни один человек не дарил ему ощущение тепла и всепоглощающей любви, которое была способна дать ему Йенни. Блондин никогда не признается ей в этом, но такова правда.
Йенни же, накручивая золотисто-медовые пряди юноши на палец, думала о том, что ей невообразимо повезло иметь рядом такого замечательного человека, как Луи. Она была безмерно благодарна за то, что у неё есть привилегия просто любить его. Пусть и безответно.
— Мне кажется, под такую романтичную композицию ты должен танцевать не со мной, а с Ребеккой... Думаю, я только что подкинула тебе фантастическую идейку для свидания.
Йенни немного отпрянула от друга и тихо захихикала.
— Нет, никакой Ребекки. Эта песня родом из детства, это часть самых светлых и счастливых воспоминаний моей жизни. И танцевать под неё я могу только с двумя женщинами на всём белом свете, — его голос опустился до полушёпота.
— И с кем же, если не секрет?
Глубокие откровенно синие глаза Йенни блестели, щёки налились здоровым румянцем, и Бернар не мог отвести от неё взгляда.
— С тобой и с мамой.
— А Ингрид? Она твоя родная сестра!
— Попробуй заставь её танцевать под такую музыку. Это же не бездушная синтетическая какофония, которую её поколение считает музыкой.
— "Синтетическая какофония"? Боже, я тебя обожаю, — сквозь смех изрекла Йенни.
— Не поверишь, но это взаимно, — сострил Луи, подмигнув девушке. — С кем ещё я могу до потери пульса спорить о таланте оскароносного режиссёра, а через полчаса танцевать под хит пятидесятых годов прошлого века?
Луи остановился и бережно обнял подругу, прижавшись щекой к её виску.
— Что ты делаешь?
— А что, не видно?
Андерссон взволнованно поджала губы и обвила руками поясницу Бернара. Она уткнулась носом ему в шею и закрыла глаза. Подростки стояли посреди комнаты, словно гондола, покачивающаяся из стороны в сторону посреди узкого канала где-нибудь в Венеции.
2
Я рассматривала этого парня.
Когда он улыбался, на лице проявлялись еле заметные всем, но такие родные мне, ямочки. Сейчас он почему-то не горел особым желанием блистать своими белыми зубами, а потому, как и я, почти не встревал в беседу, лишь изредка отвечая на вопросы своего друга или что-то добавляя. Он сидел смирно, будто давая мне всё больше изучить своё лицо. Слегка пухлые губы равномерно вдыхали воздух, ресницы плавно складывались на щёки, когда Макс на несколько секунд закрывал свои большие синие глаза.
Представив, что сейчас наши лица находятся на столь же близком расстоянии, что и при моём неудавшемся падении, я невольно закусила губу. Я была смущена этим парнем, смущена своими же мыслями о нём.
Футболка, майка и шорты чуть ниже колен — так был вечно одет Максим, но готова поклясться - ему безумно шло всё выше перечисленное. М-да, что-то уже не то пошло-поехало.
— А что скажешь ты, Ари? — пронёсся рядом сладкий и ласковый голос, и я тут же обратила внимание, что на месте, куда был устремлён мой взор, уже никого не было.
3
Учащённое сердцебиение, сбившееся дыхание и расширенные зрачки - первые признаки страха, но девушка старательно убеждала саму себе, что она вовсе не боится. В конце концов, ей двадцать два года, она взрослый человек, который вполне в состоянии себя контролировать. Однако, на смену детским ужастикам, всплывшим в голове, пришли вполне себе реальные угрозы, о которых Майе часто рассказывал брат. Поэтому теперь вместо чудовищ возле каждого пятиэтажного дома, который она проходила, ей чудились подозрительные мужчины с ножом или пистолетом.
С быстрого шага хотелось перейти на бег. Майя с трудом удерживала себя от этого, мысленно повторяя, что ей не от кого скрываться, да и вообще впереди уже виднелась телебашня, что означало близость безопасного места. Ну, не сдаваться же сейчас, когда большая часть пути уже позади?
Телебашня освещалась сигнальными огнями, очевидно, для пролетающих в небе самолётов. Но взгляд рыжеволосой задержался не на ней, а на небольшой постройке рядом. В одном из его окон ярко горел свет, и это было сложно не заметить в практически кромешной тьме. Впрочем, мысли Майи, которая, надо признать, удивилась тому, что кто-то не спит в столь позднее время, задержались на нём не более, чем на пару минут. Мало ли, какие могут быть причины у людей. Здание, правда, на жилое было не очень похоже - одноэтажное, со странным расположением окон для обычного дома. Сощурившись, рыжеволосая сумела ещё разглядеть, что рядом с окном находится покосившаяся вывеска в виде большого круга и кольца, обвивавшего его. Впрочем, мало ли странностей попадется людям на пути?
Уже подходя к своему подъезду, дверь которого тускло освещала жёлтым светом лампа, Майя и думать забыла о том, что увидела, поскольку особого значения этому не придала. Все её мысли были о том, чтобы поскорее оказаться в месте, что она зовёт своим домом, принять душ и попробовать снова заснуть.