Амбивалентность сердца

Почти всю неделю времени ни на что не хватало. Я только и занималась учебой, даже не всегда имея возможность посещать тренировки Рэя по баскетболу. Мы пересекались лишь в школе, хотя даже так мне казалось, что парень вел себя очень странно. Вечно был каким-то излишне сосредоточенным даже для себя. И я могла понять из-за чего, ведь вскоре его, как и меня, ждала старшая школа. И он должен был выложиться по полной, чтобы попасть в местную команду и показать, на что он способен. Мы несколько раз говорили об этом с парнем, когда он спрашивал, какую я собиралась выбрать старшую школу.

Сейчас же, сидя за одним из столиков в столовой, мы опять почти не разговаривали. Я пила колу, взятую из автомата, в то время как парень ковырял вилкой предложенную местной кухней пасту. Я хмыкнула, покосившись на парня, выглядящего в конкретный момент весьма забавно. Мне едва удалось подавить смешок, хотя парень все равно замер на миг, подняв взгляд на меня, а на его губах растянулась почти привычная, усмешка.

— Ты замечала, что здешняя еда просто ужасна? — сохраняя свое обычное выражение лица проговорил он, а после хмыкнул, опуская взгляд на тарелку.

— Так почему же не возьмешь что-то другое? — непонимающе переспросила, подняв брови к верху. На что парень опять посмотрел на меня, что-то собираясь ответить, но его перебил окликнувший меня Мэтью:

— Эй, Хейман!

Он подошел к нашему столику, сразу же усевшись рядом со мной. Я непонимающе смотрела на русоволосого парня, который положил тетрадь по английскому на стол, пытаясь что-то найти в ней пальцем, пока все же не нашел.

— Что ты хотел, Мэт? — я задала вполне очевидный вопрос, хотя заметила, как Рэй тоже что-то хотел сказать, но я, вероятно, опять перебила его.

— У вас ведь был урок по английскому на прошлой неделе? Мне мисс Ньюманс задала дополнительное задание, ведь я на прошлой неделе не был. Ты бы могла сказать, как выполнять вот этот вот пример?

Он несколько раз тыкнул в тетрадь, глядя на меня почти умоляющим взглядом.

— А самостоятельно додуматься мозга не хватит, Голдман? — почти скучающе заявил Рэй, все еще делая вид, словно его интересовала еда, отчего я закатила глаза, понимая, что друг, как всегда, подшучивал в попытке задеть парня, которого всегда недолюбливал из-за соперничества в команде баскетбола.

— В отличие от тебя, Хоаг, я не умею подмазаться к учителю, чтобы мне закрыли глаза на пропуск, — Мэт, постоянно враждовавший с Рэем, не упустил возможности съязвить в ответ. Рэй, я знала это, хотел что-то ответить и, вероятно, не менее едкое в ответ, но поспешила заговорить первой, чем перебила его:

— Прекратите этот цирк, — нахмурившись, остудила я обоих, лишь на долю секунды взглянув в сторону Рэя, зная, что тот обычно не реагировал на такие провокации со стороны русоволосого, ведь всегда учился хорошо из-за того, что ему это давалось с легкостью. Парень всегда усваивал программу, причем так просто, что я могла только позавидовать. Хотя ему с трудом давалась мировая история и запоминание дат. Как, впрочем, и мне, хотя даже с этим он справлялся, чем заслуживал хорошее к себе отношение почти всех учителей. И они, вследствие этого, многое ему спускали с рук.

— Сразу же после того, как этот клоун уберется отсюда, — на этот раз обращаясь ко мне выдал парень, хотя его фраза очевидно была высказана с презрением, что было направлено на Мэтью.

—Рэй, успокойся, — в очередной раз закатив глаза, я попыталась угомонить Рэя, на этот раз не глядя на парня, что вел себя ужасным образом, — сейчас помогу ему, и уйдет.

На мою последнюю фразу Рэй ничего не ответил, а я наконец-то получила возможность понять задание. Мне потребовалось несколько минут, чтобы припомнить. И правда оказалась так, как он говорил. То, что учительница задала выполнить парню, я уже делала, а потому я потянулась, чтобы достать из рюкзака нужную тетрадь и открыть ее на соответствующей странице.

—Вот, здесь расписано, как это правильно сделать, — я указала на нужную строчку, и провела чуть вниз, указывая на весь объёмный абзац. Отчего Мэт склонился, тоже заглядывая в мою тетрадь, чтобы разобраться. — Нужно всего лишь подобрать нужную конструкцию и подставить в пример. Тут ничего сложного.

— Кажется, понял, — Мэт отстранился, почесав затылок и неловко улыбнувшись. — Спасибо за помощь, Энн. Можно я возьму твою тетрадь, чтобы сверять?

—Хорошо, бери, только верни, — улыбнувшись в ответ от неловкого вида парня, я протянула тетрадь, которую тот сразу же принял, согласившись вернуть ее в конце дня, после чего убежал, вероятно, делать задание. Ведь английский, как я помнила, должен был быть следующим уроком у него.

— И обязательно ему нужно было помогать? — недовольно цокнув языком, спросил Рэй, а я лишь сейчас обернулась к нему, замечая, что он выглядел раздраженно и смотрел вслед ушедшему Мэту. — Было бы больше пользы, если бы он сам разобрался. По крайней мере, если он и правда хотел хоть что-то усвоить.

— Какая разница? Он пропустил уроки, и ему не так легко, как тебе, понять все пройденные темы, — монотонно проговорила я, поясняя свое стремление помочь Мэту, а после тяжело выдохнула, застегивая портфель, который оставила открытым. — Сегодня ты идешь тренироваться на площадку?

— Тебе какая разница? — спустя заминку с кривой ухмылкой спросил парень, беря в руку бутылку с водой и делая несколько глотков.

— Ну, я ведь хотела с тобой пойти, разве мы не договаривались вчера? — непонимающе переспросила я, заглядывая в глаза Рэя, которые отчего-то казались холодными, и в них плескался мстительный, явно не хороший огонек. Хотя я не думала что из-за Мэтью он мог так разозлиться.

— Планы меняются, Энни, — протянул он издевательски, а после поднялся со своего места, захватив рюкзак, а также нетронутый обед, который он в итоге выбросил.

Кажется, кафетерий уже давно опустел, а я все еще не понимала, что произошло. На деле же прошло всего несколько секунд с того момента, когда парень покинул столик. А я все еще улавливала обрывки фраз, а в голове звучал до ужаса раздраженный и едкий голос Рэя. Парень будто престал быть собой на некоторое время, а в его глазах плескалось столько злости, что казалось, она была готова превратиться в настоящий меч, чтобы разрезать меня и всех окружающих. Именно такой взгляд он бросил перед тем, как ушел.

Я осталась сидеть в кафетерии, тогда как с соседних столиков слышались громкие разговоры о предстоящих занятиях. Мне удалось уловить даже издевательские смешки от группы нескольких девушек, что только недавно перевелись, но сразу же невзлюбили меня, хоть и не проявляли свою неприязнь прямо, лишь изредка задевали едкими фразами в раздевалке или в такие моменты, когда я не была рядом с Рэем. Кажется, причина их плохого ко мне отношения была как раз в том, что я почти всегда находилась в компании парня, а их это абсолютно не устраивало.

Поежившись, я все-таки взяла свой поднос с почти нетронутой едой. Есть в любом случае перехотелось, да и толку от этого никакого не было. Ведь я, даже если бы попыталась, не смогла бы впихнуть в себя даже салат. Избавившись от всего, я вышла, направляясь на последующие уроки. Только перед дверью очередного кабинета, я поняла, что последние несколько уроков не могли пройти хорошо. Ведь парень сидел рядом со мной и на английском, и на литературе. И только третий урок, который у нас не совпадал, мог пройти спокойно. Но он молчал на последующих занятиях, а я даже не пыталась завести разговор или написать записку, как это иногда бывало, когда учитель был слишком занят и не мог заметить ее.

Я не знала, что сказать, да и не могла понять поведение парня, чтобы иметь возможность помириться. Рэй всегда был таким грубым, хотя сегодня он впервые так явно показал такую злобу и повёл себя как настоящий придурок. К концу занятий мне все-таки сделать вывод, что дело было в том, что Рэй недолюбливал Мэтью, а потому так по-глупому среагировал на то, что ему помогла.

***

Шум, что царил в раздевалке, действовал темноволосому на нервы. Многие, вместо того чтобы переодеваться, занимались пустой болтовней, которая не имела никакого смысла, а лишь раздражала. Какой толк был в обсуждении того, какие учителя ужасные, задающие много домашней работы, если большинство из присутствующих даже не пытались вникнуть в то, что объяснялось на уроках или задавалось домой? Парня это раздражало, причем не меньше, чем недавний инцидент.

Только подумать, Хейман, как всегда, сделалась слишком доброй и понимающей именно в тот момент, когда это от нее совершенно не нужно было. Его злило это. И ему было сложно ответить, на кого он злился больше: на придурка Мэта, который какого-то черта решил попросить помощи именно у Хейман, хотя в школе как минимум с пол сотни учеников могли ему в этом помочь, или же на Энни, которая об этом даже не задумалась.

— Не знал, Хоаг, что у тебя настолько отвратный характер, — русоволосый парень, что стоял всего в нескольких метрах от него, натянул футболку, ухмыляясь и глядя на Рэя, в то время как последний, успевший переодеться для физкультуры, стоял у своего шкафчика, просматривая в телефоне некоторые даты по истории, которые нужно было заучить к следующему уроку в пятницу.

На слова Мэтью тот отреагировал не сразу, лишь спустя пару секунд нарочито лениво поднял равнодушный взгляд, слегка приподняв брови, будто спрашивая, к нему ли тот обращался.

— К тебе это не относится, Голдман, — спокойный голос абсолютно не соответствовал эмоциям, что скрывались внутри, но он не давал раздражению одержать верх. Он не хотел показывать какие-либо эмоции, а потому предпочитал делать вид, словно их не было. Только вот у него плохо это получалось, от чего парню частенько приходилось бороться с тем, что почти захлестывало его, окуная в себя с головой.

— Маленькой мисс Хейман, кажется, грустно, что ее друг такой унылый чурбан, — над ним откровенно издевались, пытаясь достать. Но это его совершенно не трогало, только не сейчас. Рэй был рад, что большинство из присутствующих в раздевалке были слишком отвлечены и не обращали внимание на это отвратное представление.

— Голдман, если тебе нечем заняться, то лучше бы подготовился к уроку вместо того, чтобы трепаться, — теперь он снова вернул взгляд на телефон, недовольно цокнув языком, ведь разговор отвлек его и ему теперь заново нужно было повторять изученное.

— О, ты прав, — Мэтью теперь довольно растягивал слова, приблизившись к Рэю, — нужно будет попросить Энни помочь разобраться с формулами по физике. Ведь, кажется, я рискую получить в этой четверти не больше С, граничащей с D.

Темноволосый, услышав слова парня, застыл на месте, ощутив, как непроизвольно крепче сал смартфон, будто желал сломать гаджет. Но достаточно быстро его сознание сформировало подходящий ответ, который он и использовал:

— На большее ты и не способен, Голдман, — яд снова слышался в ровном голосе, хотя таким образом Рэй пытался не показать своих эмоций, и ему в этом вполне успешно отвлек звонок, оповестивший о начале занятия и заставивший Голдмана все-таки уйти из раздевалки на урок, что несказанно радовало темноволосого.

Учитель начал занятие, заставив проводить разминку и сделать несколько кругов по площадке. Большинство девушек поставили играть в волейбол, в другой части площадки, тогда как парни собрались, слушая указания учителя.

— Теперь можете разделиться на две команды и сыграть в баскетбол, — голос долетел до сознания Рэя, в то время как он отвлекся на мысли, что все еще переполняло раздражение.

Он не особо горел желанием участвовать в разделении, но Тай, который вызывался быть капитаном первой команды, взял его к себе, на что Рэй отреагировал совершенно равнодушно. Его взгляд был устремлен на Мэта, который являлся капитаном другой команды. Тот, конечно же, старался выбрать самых сильных игроков, чтобы гарантировать победу. Рэю это казалось весьма жалким, ведь тот надеялся на других игроков, и скидывал из себя ответственность за результат игры.

Но темноволосый решил выложиться по полной, чтобы не допустить его победы. Он не хотел проигрывать ему, даже если это был всего лишь тренировочный матч. Раздражение и злость медленно перерастали в решимость и силу, которую тот использовал. В результате счет составил двадцать очков против десяти, в пользу команды Тая, что был крайне рад такому результату. Рэй же, за время игры приведя себя в чувства, радовался лишь тому, что ему удалось задуманное. Однако контролируемые эмоции снова вернулись, только стоило ему увидеть Энни в компании Мэта, весело болтающих о чем-то. В руках Хейман была тетрадка, которую, как понял Рэй, Голдман вернул. А вот у него полностью исчезло желание снова попытаться заговорить с раздражающей девушкой, которая не думала замечать очевидного или слушать.