Падение звезды

    ♪ «Tadaima - Sprnova»
Сердце – кровавый фарш, перемолотый жерновами собственной тупости. Уйти… Боже, какой же я был идиот! Надо было упасть на колени, вымаливать прощение, дать ей время остыть, но я, словно ослеплённый гордыней, цеплялся за жалкую надежду, что всё можно будет объяснить позже, исправить одним лишь словом. Какое же самонадеянное дерьмо! Эта надежда оказалась петлёй на моей шее, затянувшейся до удушья.
До сих пор не могу понять, что именно она услышала? Как эта чёртова правда в её голове исказилась до такой чудовищной лжи? Разговор с Надей… пустая болтовня, дружеский трёп ни о чём. Ни единого слова, способного причинить ей боль. Но её взгляд… он пронзил меня, словно осиновый кол в сердце. Как я мог так облажаться?
Дни… они тянутся, как пытка. Каждый час – удар плетью по оголённым нервам. Её игнор, эта ледяная, всепоглощающая тишина – это хуже любой истерики, любой ссоры. Я умолял хотя бы выслушать, объяснить, но она отгородилась стеной непробиваемого презрения. Мысль о том, чтобы попросить Надю вмешаться, кажется кощунственной. Как можно оправдать то, что не имеет оправдания? Что творилось в её прекрасной, но сейчас такой недоступной голове? Какая мысль стала той последней, смертельной каплей? Я не знаю… и это сводит меня с ума, медленно, мучительно.
Работа… к чёрту работу! В голове только она, только её образ. С каждой минутой надежда испаряется, как роса на солнце. Она такая гордая, такая упрямая, такая… моя. Неужели человек, который любил, способен на такую беспощадность? Или… она никогда и не любила? Может, я сам всё разрушил? Собственноручно обрубил все корни, вырвал с кровью наше общее будущее.
Наверное, этот лицемерный Родян потирает руки от удовольствия. Он всегда хотел быть единственным, и теперь, похоже, добился своего. Я ненавижу себя за то, что позволил ему приблизиться к ней, что собственноручно дал ему шанс увести у меня самое драгоценное.
Даже в бассейне, в этой проклятой воде, я ищу её взглядом. Каждая тренировка – это пытка, каждое движение – напоминание о ней. Друзья твердят: "Забудь, расслабься, наслаждайся свободой!"
Свободой?! Без неё я – пустой сосуд, оболочка без души. Я не хочу никакой свободы! Я хочу её, понимаете? Да, мои мимолетные встречи с той девицей были жалкой, омерзительной ошибкой. Мне следовало сразу же поговорить с ней, с моей Лисой, рассказать всё, как есть, а не искать глупого утешения на стороне. Жалкое оправдание, но мне было легче открыть душу незнакомому человеку, вылить всю грязь, чем признаться ей во всём. Это был просто монолог, разговор с самим собой, но с ощущением, что кто-то слушает. И вот теперь я осознаю, какой же я конченый идиот! Я не смог открыться Карише и этим самым ранил её, мою любимую. Я готов рвать на себе волосы! Готов умереть, лишь бы вернуть её!
В тот злополучный день я собирался встретиться с Надей и обсудить, как вернуть доверие Кариши, как замолить этот грех. Услышав их разговор в коридоре об уходе Родяна, я решил остаться. Хотел сразу же сообщить об этом Наде, чтобы не ждала, но… всё обернулось против меня. Теперь я понимаю, что своими же руками вырыл эту зияющую пропасть между нами. И не знаю… смогу ли когда-нибудь её преодолеть. Хватит ли у меня сил? Достоин ли я её прощения?

    ♪ «Стой - The Brookln»
Ночной город, мерцающий огнями, живет своей безумной жизнью, а я, погруженный в свои мрачные мысли, даже не замечаю, как по привычке свернул к её дому. Тянет… чертовски тянет к ней! Скучаю до боли в костях, люблю до безумия, хочу к ней… но она не пустит. Я причинил ей боль, глубокую, невыносимую боль. И теперь я понятия не имею, как это исправить. Даже если появится шанс, как убедить её, что это была всего лишь глупая ошибка, которая никогда, слышите, никогда больше не повторится? А может… может быть, ей действительно будет лучше с этим самодовольным Родяном?

Сука! Какой же я конченый мудак! Ну нахера я всё это делал? Зачем вообще поставил это идиотское условие и начал его соблюдать? Опустился ниже некуда, в самое грязное дерьмо.

Руки чешутся, тело горит от злости. Хочется ввязаться в драку, сорваться на ком-то, чтобы выбили всю эту мерзкую гниль из меня. Хотя… я заслуживаю куда большего, чем просто разбитое лицо. Я заслуживаю вечных мук.

Подкуриваю. Да, теперь я курю, затягиваюсь глубоко, будто пытаюсь втянуть хоть немного умиротворения, хоть маленький луч надежды. Дым дерет горло, но это такая мелочь по сравнению с той болью, что разъедает меня изнутри. Вглядываюсь в светящиеся окна её дома, думаю о ней, как она там, совсем одна, возможно, в слезах, возможно, ненавидит меня всей душой. А возможно, любима и счастлива с ним. И это осознание – самое ужасное наказание для меня.

Что я натворил? Как я мог быть таким слепым? Она – мой свет, моя жизнь, мой мир. Без неё я – лишь призрак, скитающийся в кромешной тьме. Каждое воспоминание о ней – как укол под ребра. Её смех, её взгляд, её нежные касания… теперь все это – невыносимая мука.

Надо что-то предпринять. Нельзя опускать руки, позволить этой дурацкой оплошности уничтожить все, что у нас было. Я обязан бороться за неё, показать, что она для меня – все. Даже если это будет самая трудная битва в моей жизни, я не сдамся. Я верну её, чего бы это ни стоило.

Наверное, стоит написать ей? Выложить все на бумаге, рассказать о своей боли, о своем сожалении, о своей любви? Или просто прийти, встать на колени и умолять о прощении? Не знаю… нужно что-то решить. Иначе я просто потеряю рассудок от тоски. Я не заслуживаю её, но я буду сражаться за неё до последнего.

Словно одержимый, выруливаю с парковки и мчусь в ближайший цветочный магазин, где покупаю розовый лист бумаги, словно символ нежности, которую я так бездарно растоптал, и подарочный конверт, который станет хранителем моих самых сокровенных слов. Возвращаюсь обратно, во двор, где ещё витает её образ. Глушу мотор, и дрожащими руками начинаю изливать душу на бумагу. Слова, словно поток раскаяния, хлынули изнутри, обжигая каждую строчку. Закончив, словно освободившись от тяжкого бремени, бросаю письмо в почтовый ящик, словно отправляю в небеса последнюю мольбу о прощении. Я надеюсь, что это мой последний шанс, моя последняя возможность исправить то, что я натворил.

Текст письма:
«Моя Кариша, моя нежная Лисица,
Ночной город смотрит на меня тысячами холодных огней, но ни один из них не сравнится с тем светом, что я видел в твоих глазах. Я стою здесь, у твоего дома, словно безумец, прикованный надеждой, хотя понимаю, что не заслуживаю этого. "Скучаю" – это лишь тень того, что я чувствую. Меня будто разорвали на части, и каждая из них кричит твое имя.
Я знаю, я причинил тебе боль, Карина. Не просто боль, а ту, что разрывает душу, боль, которую ты, мой светлый ангел, меньше всего заслуживаешь. И осознание этого вонзается в сердце, как ядовитый кинжал. Как я мог быть таким слепым и черствым? Если бы только можно было все исправить, вернуть время назад и начать все с тобой заново…
Я пойму, если ты сейчас ненавидишь меня. Честно, я и сам себя ненавижу за всё, что натворил. За глупую гордость, за нелепые условия, за слова и поступки, которые ранили тебя. Все это – ничто по сравнению с тобой, с твоей любовью, с тем счастьем, что ты мне дарила.
Мысль о том, что ты найдешь утешение в ком-то другом, что кто-то сможет дать тебе то, что не смог я, – невыносима. Я заслуживаю наказания, но больше всего боюсь потерять тебя навсегда.
Ты – мой свет, Лисенок. Моя жизнь, моя вселенная. Без тебя я словно тень в беспросветной тьме. Каждое воспоминание о тебе – и рай, и ад. Твой смех, как колокольчик, звенящий в моем сердце, твои глаза, в которых я тонул, твои прикосновения… Я помню все, и от этого боль становится еще сильнее.
Я готов на всё, чтобы вернуть твое доверие, чтобы доказать свою любовь. Готов бороться за тебя, даже если это будет самая сложная битва в моей жизни. Я не сдамся, пока у меня есть хоть малейшая надежда. Я докажу, что моя любовь к тебе – единственное, что имеет для меня смысл.
И еще, моя девочка, я должен тебе объяснить. Я не понимаю, что ты услышала в том моем разговоре с Надей, который заставил тебя поставить точку. Я надеялся, что, дав тебе время остыть, мы сможем спокойно всё обсудить, но с тех пор я стучусь в стену. Пожалуйста, Карина, выслушай меня. Я не понимаю, что тебя так ранило. Поверь, между мной и Надей ничего нет и никогда не было. Ты же её знаешь. Мы просто старые друзья, которых связывают общие воспоминания. Я клянусь, я никогда бы не позволил себе предать тебя, не причинил бы тебе боль намеренно.
Я не знаю, что мне делать. Это письмо – лишь отчаянная попытка достучаться до твоего сердца. Я готов на всё, чтобы ты простила меня. Если это хоть немного возможно, дай мне шанс. Дай мне хоть какой-то знак.

Твой навсегда, Медведь, Максим.»

    ♪ «What i need - MRK»
Говорят, мужчины не плачут. Чушь. Мы плачем, просто наши слезы другие. Они не текут ручьем по щекам, не оставляют мокрых пятен на подушке. Наши слезы — это застывшая боль в глубине глаз, готовая в любой момент прорваться наружу. Это ком в горле, мешающий дышать, это свинцовая тяжесть в груди, не дающая вздохнуть полной грудью.

Когда мужчина плачет, это не слабость. Это предел. Это когда рушится мир, в котором он жил, когда теряет ту, что была его воздухом, его светом, его опорой. Это когда понимает, что сам все разрушил, своими руками, своей глупостью.

И тогда этот ком в горле прорывается наружу одной-единственной слезой, обжигающей кожу. В ней — вся боль, все раскаяние, вся безысходность. Это не просто слеза, это крик души, беззвучный вопль отчаяния. Это признание поражения. Это запоздалое понимание того, что потерял навсегда. И эта слеза – самая дорогая, потому что выплакана сердцем, и ею оплачена самая большая потеря в жизни.

И не дай Бог, чтобы кто-то увидел эту слезу. Это как обнажить душу перед толпой зевак. Слабаком назовут, скажут, что не мужик. А ты и не споришь. В этот момент ты и сам себя презираешь за то, что допустил это. За то, что не смог уберечь. За то, что оказался недостаточно сильным.

И ты прячешь эту боль глубоко внутри, запираешь на все замки, чтобы никто не догадался. Строишь вокруг себя стену из безразличия, цинизма, сарказма. Пытаешься убедить себя и других, что ничего не произошло, что все в порядке. Но внутри все равно ноет эта незаживающая рана, напоминающая о том, что когда-то было.
А иногда, ночью, когда никто не видит, ты снова возвращаешься к этим воспоминаниям. Перебираешь их, как старые фотографии, пытаясь найти хоть какую-то зацепку, хоть какой-то шанс исправить то, что уже не исправить. И тогда эта застывшая боль в глазах снова дает о себе знать.
Но ты держишься. Ты должен быть сильным. Ты должен идти дальше. Ты должен жить. Даже если внутри все разбито на осколки. Потому что ты – мужчина. И мужчины не плачут. Они просто живут с этой болью внутри, пока она не станет частью их самих.
Возвращение домой превращается в настоящее испытание – стены встречают меня леденящей пустотой. Не тратя времени на формальности, плюхаюсь в кресло, щедро наливаю виски и камнем иду ко дну. Слышу, как телефон в коридоре заходится в истерике, но мне плевать с высокой колокольни. Сейчас я – воплощение антисоциальности, не способен связать двух слов, не то что поддержать светскую беседу или, упаси боже, проявить дружелюбие. Стакан за стаканом исчезают в бездонной пропасти, и вот уже сознание окутывает густой туман – пора отправляться в царство Морфея.
Сон без сновидений, абсолютная чернота, словно Малевич лично выкрал все краски. Кажется, вся моя жизнь превратилась в этот самый "Чёрный квадрат", где яркие цвета уступили место унылой монохромности. И никто, слышите, НИКТО не в состоянии понять всю глубину моей трагедии! Для всех я просто нюня, которому советуют "взять себя в руки и пойти тусить". Мол, вон, девчонки глаз с тебя не сводят, а мне тошно! Хочется лишь одного – чтобы ОНА смотрела так же, и только ОНА.
Дело не в страданиях, а в безвозвратной утрате чего-то неимоверно важного. Внутренняя пустота, словно чёрная дыра, пожирает остатки прежней жизни. Верю, что со временем организм всё-таки восстановится, ведь наше тело и мозг – настоящие мастера по выживанию и готовы на всё, чтобы оградить от болезненных воспоминаний. Но сейчас реальность такова – я одинок в этом мире.
Но даже в этой кромешной тьме теплится надежда на будущее, где чёрно-белая гамма вновь расцветёт всеми цветами радуги. Где пустота заполнится чем-то новым, возможно, даже более ценным, чем то, что было потеряно.
И пусть сейчас я один на этой планете, я знаю, что это временно. Время – лучший доктор, и однажды я снова смогу смотреть на мир без горечи и разочарования. Эта ночь непременно закончится, и рассвет принесёт с собой исцеление и веру в лучшее!