P.P.S.: Возвращение блудного сына, день второй
Было далеко за полночь. Юля рассеяно читала книгу, не особо вникая в смысл написанного. Её клонило в сон. В доме царила убаюкивающая тишина. Внезапно приятную дремоту нарушил шум, доносившийся снизу.
Она встрепенулась, первая мысль была о сыне — но нет, из его комнаты не было ни звука. Шум повторился, на этот раз за ним последовал громкий металлический стук, неразборчивый разговор и хохот.
— Что?!
Она быстро вскочила с кровати, накинула длинный пеньюар и поспешила вниз. Еще не спустившись с лестницы, она увидела источник шума и оцепенела, схватившись за перила: Страйф и Кхамер над чем-то хохотали, едва держась на ногах.
Юля с ужасом смотрела на них, приближаясь.
— Да вы же оба в хлам пьяные!
Но кто б её слушал?
С лестницы второго этажа свесился взъерошенный и сонный Амин.
— Что за шум?!
Увидев состояние прибывших, возмущенно ахнул, уперев руки в бока:
— А у нас двойные стандарты теперь семейная традиция? — он ткнул пальцем в сторону отца. — Мне за бутылку пива мозги вынесли, а они, значит, где-то весь бар опустошили?! Им можно?
— Поздравляю, ты понял главное, — зыркнула на него Юля. — Жизнь чертовски несправедлива! Веди вот это... — она кивнула на Страйфа, — наверх. Смотри, чтоб по пути никуда не делся. А я разберусь с твоим отцом.
Тон матери был опасно спокойным и ласковым. Глядя на молнии в её глазах, Амин прикусил язык:
— Слушаюсь, госпожа! — ехидно усмехаясь, он подошёл к Страйфу и ухватил его за локоть. — Братец, давай-ка пошли!
Страйф, покачнувшись, уцепился за его плечи.
— Малы-ы-ыш... — растягивая слова, бессвязно лепетал он. — Ты хорош! Второй раз... вышло!
— Да-да-да, молодец! — Амин крепко держал его под руку и потащил наверх. С лестницы ещё какое-то время доносилось невнятное бормотание, но вскоре затихло.
Юля посмотрела на развалившегося на диване Кхамера.
— Милый, это что такое? — ласково спросила она, присаживаясь рядом.
Кхамер лениво повернул голову, приоткрыв глаза:
— Ну, ты же хотела, чтобы мы разобрались? Мы... всё уладили!
— Да? Это так называется? И?
— Всё хорошо, — расслабленно улыбался Кхамер; взгляд его расплывался, глаза будто в дымке.
— О чём вы договорились?
Он усмехнулся и на удивление твёрдо сжал её ладонь.
— Джул, не беспокойся. Всё хорошо! Мы... — он неопределенно махнул рукой, — всё нормально!
— Это меня и тревожит... — она поджала губы. Знать бы, до чего эти двое договорились, в таком состоянии-то! Но следов нанесения тяжких телесных, кажется, не видно...
— Всё хорошо! — снова повторил Кхамер. — Пойдем спать, а?
— Поднимайся, я сейчас приду, — вздохнула она, решив отложить разговор до утра. Всё равно в таком состоянии от него ничего не добиться.
***
Утром она нашла Кхамера внизу на террасе.
— Ты как?
Он усмехнулся в ответ:
— Голова болит.
— Сколько вы вчера выпили? — злорадно хмыкнула Юля. — Что именно? И главное — зачем?!
— Много... — признался Кхамер. — В таверне одной гномье пойло в ход пошло.
— Зашибись, молодцы! — в такой ситуации оставалось только смеяться. — А другого способа пообщаться не нашлось?
— Главное, результат? — парировал он.
— Может, расскажешь, до чего вы договорились? — Юля обняла его за плечи, прижавшись губами к шее. Силой из него ничего не добиться, а вот нежностью...
Кожа покрылась мурашками, но Кхамер отстранился, целуя её ладонь:
— Джул, тебе это не нужно!
«Вот же упрямец!» — она разозлилась от его скрытности.
— Я поплаваю, вода долечит, — добавил он, поднимаясь. — Амин на рассвете ушёл с друзьями. Сказал, будет к вечеру и голодный, они по горам полазить решили.
— Ясно... Может, инициировать его в дракошу, а? — Юля задумчиво теребила край пледа. — Тогда готовить не надо, поймал бы в горах барана, и ладно. А то его пристрелить проще, чем прокормить!
— Ты с инициации сбежала, а нашему сыну предлагаешь? — усмехнулся Кхамер.
— Ну так он самец, ему догонять самочку, не наоборот! Не догонит, так согреется! — засмеялась Юля, вспоминая свой опыт с драконами. – А где второе тело?
— Судя по всему... — прищурился он, бросая взгляд в сторону второго этажа, — ещё в отключке.
— Ой-ой-ой, — схватилась за голову она. — Он же у нас после перерождения первый раз так нарезавшись, да? — Кхамер кивнул, а Юля продолжила. — Печеночка-то нежная, нетренированная. Ох, и хреново ему будет, если даже тебя проняло! Погоди, — она уставилась на него, — ты специально его напоил, что ли?!
— Он хотел живое тело, вот пусть привыкает! — Кхамер ехидно хмыкнул и развел руками. — Я ушёл. Вернусь через час-полтора.
После его ухода она поднялась наверх, заглянула в комнату Рея-Страйфа. Тот спал, лежа на животе и раскинув в стороны руки и ноги. И, похоже, он не проснулся бы, даже если бы под окном палили пушки с Петропавловской крепости! Такой крепкий сон бывает только в юности...
Юля тихонько прикрыла дверь и спустилась вниз. Быстро сделала себе кофе на песочной кофеварке, вышла на террасу, любуясь на бесконечную линию горизонта. Но услышала, как по лестнице, нарочито громко шлепая босыми ступнями, спускался Страйф.
Она зашла внутрь, не удержавшись от смеха — он завернулся в простыню, как в тогу, был жутко взъерошен и выглядел помятым и бледным. Хмуро глядя исподлобья, он добрался до гостиной и рухнул на стул.
— Я умираю! — хриплым голосом оповестил он. — Что ж так плохо-то?!
Она изо всех сил скрывала смех, но глаза искрились весельем:
— Так нечего было пить, как не в себя! И тем более, позволять алкоголю на себя действовать!
— Это ужасно, — его голова бессильно упала на стол, руки безвольно обвисли. — Внутренности в узел завязываются, а в голове барабаны бьют!
— Это называется похмелье, милый! — Юля села рядом. Заметив его покрытые испариной плечи, осторожно потрогала шею — кожа была влажной от пота и холодной. — Ну-ка, посмотри на меня! — скомандовала она.
Страйф с явным усилием поднял голову. Его лицо приобрело зеленоватую бледность, под глазами — жуткие синяки.
— Юльк, мне что-то совсем нехорошо, — жалобно выдал он, страдальчески сложив брови домиком.
Первым порывом было помочь ему с исцелением, но... Он ведь и правда хотел живое тело? Так пусть учится с ним существовать!
Не без доли злорадства усмехнувшись про себя, она решила действовать по-старинке. Кхамер-то живет со своим телом с рождения, ему привыкать не надо, натренирован! А этот балбес! Даром, что первая разумная Сущность, мозгов все равно ни черта!
— Слушай сюда, — распорядилась она, протягивая Страйфу стакан воды. — У тебя отравление, будет плохо — предупреждаю! Сейчас быстро, залпом, выпиваешь воду. Да, всю! — приказала она, видя, как он протестующе скривился. — И пулей в ванную. Полоскать тебя будет знатно. После я принесу лекарство. Давай!
— А просто помочь мне ты не хочешь? — обиженно буркнул Страйф.
— Нет! Делай, что сказано! Хуже будет!
Шумно вздохнув, он взялся за стакан и нехотя начал пить.
— Давай живее! — подогнала Юля. — Тебе жидкость нужна!
Но допить он не успел. Резко вскочил, неловко поставил стакан на край стола и тот благополучно упал, с мелодичным звоном разбившись на осколки. А сам Страйф на скорости близкой к сверхзвуковой, роняя простынь, унесся в ванну в конце коридора, с грохотом захлопнув за собой дверь.
Дождавшись затишья в ванной, Юля налила в стакан минералки, крошечным водоворотом выгнала лишние пузырьки, подошла к закрытой двери, деликатно постучала.
— Уйди, — неразборчиво бормотали из-за двери.
— Я помогу, не капризничай! — настояла она. — Захожу!
Войдя, она замерла, изо всех сил сдерживая смешок. Практически голый Страйф, в одних белоснежных боксерах, сидел на полу, прислонившись к стене, подтянув к себе колено и закрыв глаза рукой.
«Тоже мне, первая искра разума во Вселенной и, собственно, восстановленный в правах и титулах Лорд Хаоса! В обнимку с белым другом — и это не Белый Лорд!» — мысленно веселилась Юля. Зрелище было настолько жалким и нелепым, что улыбка сама собой растягивала губы!
«Сфотографировать, что ли? Кхамер за такое фото душу продаст...»
— Тебе хоть полегчало? — участливо спросила она.
Страйф едва кивнул головой, не открывая глаз.
— Пей, понемногу, — она протянула стакан.
Лорд приоткрыл один глаз, нехотя взял воду и сделал глоток.
— Уйди, прошу... — пробормотал он.
— Я же помочь хочу!
— Могла бы и подлатать без вот этого вот всего! — он неопределенно махнул рукой.
— Сам хотел получить тело! Привыкай! — Юля скрестила руки на груди, надменно подняв бровь. — Это не только удовольствия, но и последствия! Оно болеет... Его беречь надо!
— Что же так хреново-то, а?! — он покорно пил воду, делая маленькие глотки. — А ты прямо кайфуешь, глядя как я страдаю, да? — измученно улыбнулся он, глядя поверх стакана.
— Немного, не буду лукавить! - рассмеялась она. — Подумывала тебя сфоткать, но ладно уж... Тебя и так достаточно потрепало сегодня!
Он хмыкнул и откинул голову назад, прикрыв веки. Грудь размеренно вздымалась в такт дыханию. Черты лица смягчались на глазах.
— Ты пей! — подстегнула она, а затем добавила: — Что это вчера было? Может, пояснишь?
— А что было? — переспросил Страйф, не открывая глаз, — Раз спрашиваешь меня — он послал тебя с расспросами. И ты решила, что я буду сговорчивее? Ох, как голову-то в стороны мотыляет!
— Вообще-то, я за вас обоих переживаю! — Юля поджала губы. — Мне не всё равно!
— А что он сказал?
— Да ничего! Буркнул, что все в порядке, а остальное — не мое дело!
Страйф пожал плечами:
— Ну, он прав...
Она бросила на него злобный взгляд, разочарованная их солидарностью.
— А где он, кстати? — сменил тему Страйф.
— Ушел плавать. Скоро должен вернуться.
— Надо же, он еще и бодряком... — Лорд мгновенно распахнул глаза и присвистнул. — Я в восхищении!
— Так это у тебя тело молочного поросёнка, нетронутое! — съязвила она. — Он же выносливее будет!
— Вот чего он так усиленно подливал... — тихо засмеялся Страйф, прикрыв глаза рукой. — Гад, а?!
— Не приди вы оба вчера на бровях, я бы, может, и не паниковала, — Юля ухватилась за возможность воспользоваться его расслабленностью. — А так откуда я знаю, что вы там по пьяни устроили?!
— Да ничего, Юльк! — обреченно вздохнул Страйф, — Милая, ну что ещё могло бы быть?! Мы любим одну женщину, оба это знаем... Это могло закончиться либо грандиозной дракой, либо грандиозной попойкой! По правилам дуэли, право выбора оружия и места у него. Он выбрал попойку...
— Дуэль? Ты сказал дуэль? Вы охренели, мальчики?! — Юля вскочила, скинув с вешалки пару полотенец. В глазах поплыли черные полосы, подсвеченные молниями... Лампочки в потолке испуганно замигали.
— Милая, прошу! У меня и так болит голова... — голос Страйфа больше напоминал плач. — Я образно! Чёрт, Юльк, я тебя люблю, ну что врать? Но я не полезу между вами, я и ему так и сказал...
— А я тебе и не позволю! — она резко взмахнула рукой, будто разрубила в воздухе нечто невидимое. — Ты достаточно вмешивался в наши судьбы! Он — мой муж, запомни! — она видела, как поджались уголки его губ от её слов, но не остановилась. — Ты, может, и часть моей жизни — но не её хозяин и распорядитель, ясно?!
«Надо было ему марганцовки развести, а не минералку, чтобы сильнее помучился!» — сверлила сознание зловредная мысль.
— Милая, я знаю, — тихо ответил Страйф, глядя прямо на неё. Голос его звучал смиренно, но во взгляде сквозила усталость. Он резко провёл рукой по волосам — пальцы скользнули ото лба к затылку, на мгновение задержались, будто удерживая что-то. Потом рука бессильно упала вдоль тела.
— Я просто хочу быть рядом... — выдохнул он, протянув ей ладонь. — Этого достаточно.
— Ну-ну, посмотрим! — она отвела взгляд, словно не заметив его жест. Страйф молча убрал руку. — Иди в душ, — она наконец взглянула на него, и тень улыбки тронула её губы. — Таблетку принесу.
— А... — начал было Страйф, но она его перебила:
— Нет, без чар! Учись взаимодействовать со своим телом, раз уж отрастил!
Лорд печально вздохнул, но послушно направился к душевой.
— Надо Дона как-то переименовать, — усмехнулся он, держась за дверцу кабинки. — А то после сегодня — не те ассоциации!
— Да, я тоже об этом думала! — хулигански хихикнула Юля, закрывая за собой дверь.
Пройдя на кухню, она растворила таблетку в кружке с водой и вернулась в ванную. Страйф уже стоял в душевой кабинке, спиной к ней, подставив голову под напор струй.
Она предупредительно стукнула в дверцу, после чего сдвинула её в сторону.
— Держи зелье, — окликнула она. Страйф повернулся, нарочито медленно забирая протянутую кружку и делая глоток:
— Нравится? — не делая даже попытки прикрыться, спросил он. Ухмылка выдавала вызов. — Неужели похож на молочного поросенка?
Юля закусила губу. Дыхание сбилось, но с такой же вызывающей неспешностью она обвела его взглядом с ног до головы.
Сохранив живую плоть, Чёрный Лорд оставил себе и полный комплект человеческой анатомии.
— Ты по-прежнему не мелочишься, — ровным голосом констатировала она. Но посильнее вонзить ноготь в подушечку большого пальца ей пришлось.
— А зачем? — Страйф пожал плечами, запрокинув голову назад, сцепив пальцы в замок на затылке, предоставляя ей наилучший обзор. На её присутствие и взгляд его тело реагировало однозначно. — Может, присоединишься? Потрёшь мне спину.
— Когда я последний раз тебя купала, тебе было меньше четырёх земных лет, — медовым голосом проворковала она, проводя ладонью от плеча к локтю, смахивая невидимую пыль. — И ты отчаянно требовал резинового утёнка. Неужто и сейчас без игрушек не можешь?
Ухмылка Страйфа на миг померкла.
— Чёрт... — он хрипло рассмеялся, медленно опуская руки. — А ты жестока.
— Учитель был хороший! — она надменно приподняла брови. — При Кхамере будь посдержаннее. А то пьянкой не отделаетесь, и драка всё же будет.
— А если так, — хитро прищурился Страйф, — ты будешь на чьей стороне?
— На его! Без вариантов! — твердо ответила она, захлопывая дверцу.
— За тебя стоило умирать! — выкрикнул он ей вслед, продолжая смеяться.
— Встрянешь в неприятности второй раз — я за тобой не полезу! — вяло огрызнулась Юля, сдерживая улыбку.
— Врушка! Ты в адское пекло за мной пойдёшь. Как и я за тобой. Всегда!
Она покачала головой и, оставив без ответа, поспешила убраться подальше. История всегда циклична, а закон бумеранга, как оказалось, бьёт и по тем, кто живет вне правил Мироздания!
От размышлений её отвлек вернувшийся Кхамер. Он выглядел бодрым и полным сил, подошел к ней и ласково поцеловал в щеку. От него пахло морской водой и ветром...
— Все хорошо? — спросила Юля, привычным жестом погладив его плечо.
Кхамер кивнул:
— Вода всегда лечит! Где второе тело? — хмыкнул он.
— Отмокает в гостевой душевой, — мотнула она головой в сторону ванной.
— И как он?
— Помучался сильно! Интоксикацию схватил...но вроде ожил.
Широкая улыбка озарила его лицо.
— А ты и рад, да? — подколола она. — Хоботов, это мелко! (с)
— Зато эффективно, — с коротким смешком ответил Кхамер. — Я наверх, переоденусь. Сваришь кофе?
Он вернулся спустя несколько минут, и на ходу забрав чашку, с наслаждением вдохнул аромат кофе с кардамоном.
И тут явился Страйф. Обернутый в одно только полотенце, опущенное угрожающе низко на бёдрах, он гордо вплыл в гостиную.
Оглядев его, Кхамер сквозь зубы ругнулся и вцепился в чашку — фарфор чудом не треснул... Он метнул быстрый взгляд на Юлю, но она слегка сжала его плечо и вышла вперед, уперев руки в бока:
— Милый, а ты ничего не забыл? — её голос сочился преувеличенной нежностью.
— Да вроде...нет! — с наигранной невинностью он осмотрел себя и захлопал ресницами. — Ты же рассказывала, как меня купала. А теперь я смущаю?
— Вот же сукин сын! — усмехнулся Кхамер, но глаза опасно сузились.
— Милый, — продолжала сладко петь Юля, — формально ты в доме родителей! Так вот, здесь не принято выходить к столу раздетым! Будь лапушкой, оденься!
На последней фразе в её голосе появилась стальная твёрдость.
— Слушаю и повинуюсь! — засмеялся Страйф, вытянул руку и в неё послушно переместился пушистый белый халат. Затянув пояс, вопросительно изогнул бровь. — Так лучше?
— Спасибо, милый! Я все оценила!
— Даже без «Хоботова»?! — продолжая посмеиваться, Страйф сел рядом с Кхамером.
— Подслушивать нехорошо! — Юля осуждающе покачала головой, грозно сдвинув брови.
— А тебя она всегда строит? — спросил он Кхамера, проигнорировав её укор.
— Нет, — незамедлительно отреагировал тот, со звоном поставив чашку на стол. — Меня она любит!
— Ладно... раунд твой! — признал Страйф, откидываясь на спинку стула и скрестив руки на груди.
— Привыкай, только начало! — подмигнул ему Кхамер.
— А где мелкий? — сменил тему Лорд.
— С друзьями до вечера.
— Точно, он же обещал сожрать полхолодильника по возращению... — вздохнула Юля, подкатив глаза. - Ладно... Я что-нибудь придумаю.
— Молочного поросенка? — подал голос Страйф.
В ответ она засмеялась:
— Дурак! Мы же в Турции, тут не едят свинину!
— И при чем тут поросята? — не понял Кхамер.
— А твоя жена сравнила меня с молочным поросенком. Мол, такой же беззащитный и нетронутый! — Страйф, состроил обиженную гримасу, а Кхамер расхохотался в ответ:
— Да на тебе же, шельма, клейма ставить негде! Нетронутый он! Мне не рассказывай!
— Попрошу! — Страйф мгновенно распрямил плечи, назидательно подняв указательный палец. — На мне только одна Печать! А это тело чище жертвенного агнца!
— Ничего, ты скоро это поправишь, — ехидно улыбался Кхамер.
— Неужто я слышу угрозы от рыцаря Порядка?! Это вызов? — хитро прищурился Лорд, подаваясь вперед и опираясь локтями на стол.
— Может, хватит уже?! — гневно нахмурившись, яростно рыкнула Юля на обоих.
Страйф и Кхамер удивленно переглянулись, уставились на неё — а она разошлась не на шутку:
— Хватит нам той вражды, что мы прошли! — голос звенел от злости. Она так посмотрела на Страйфа, что он поежился. — Ты умер, я почти сдохла. А вы ещё подначиваете друг дружку? Вы издеваетесь надо мной?
— Джул, да несерьезно... — начал было Кхамер, но теперь в него устремился гневный взгляд, и он запнулся.
— Нам не на кого рассчитывать, кроме друг друга! И что с нами будет, если мы продолжим грызться?! Зачем мы мучились?! Надо было молча сдыхать по очереди, да и всё!
Она резко швырнула на стол салфетку, развернулась, вихрем вылетела на открытую террасу.
Кхамер и Страйф в недоумении уставились друг на друга, потом, не сговариваясь, поспешили за ней. Юля держалась на перила, глядя вдаль.
— Если вы, сволочи, не перестанете меряться членами, — мрачно бросила она через плечо, почувствовав их появление. В глазах, залитых черным туманом, заветвились молнии, между пальцев вспыхивалии тут же гасли искры, — и всячески подчеркивать, что вы — на разных сторонах, я уничтожу вас сама, ясно?! Хотя бы от моей руки... — она закрыла лицо руками, шумно вздохнув.
Кхамер подошёл к жене и обнял за плечи:
— Любовь моя, прости! Нелепая шутка получилась. Ну перестань!
Не отпуская, он усадил её на плетеный диванчик, прижав к себе и разминая её окаменевшие плечи.
— Мы оба способны убить друг друга ради тебя. Но лучше от этого никому не станет. Так что... пока перемирие, — медленно, словно нехотя, произнёс Кхамер, и, скосившись на Страйфа, добавил: — Если кое-кто перестанет сверкать перед тобой своим членом!
Страйф по-хулигански хихикнул, но, став серьезным, опустился перед ней на корточки.
— Юльк...посмотри на меня! — позвал он.
Она неохотно повернулась в его сторону, глядя на него исподлобья.
Он сжал её ладони, улыбаясь.
— Я разнесу Вселенные на атомы, но не позволю никакой силе навредить кому-то в этом доме. Я готов за это сражаться.
— Его можно упрекать за многое, Джул, — вторил ему Кхамер, — но если я хоть кому-то могу доверить твою защиту, кроме самого себя... это он.
— Потрясающее единение! — буркнула Юля, но страх, сковавший её сердце при их перепалке, отступал. Она глубоко вздохнула.
— Как только мы разделились — стали уязвимы. Каждый! — уже спокойнее произнесла она, закрывая глаза и позволяя себе прильнуть к плечу Кхамера.
— Любимая, это была просто шутка, - тихо произнес он, чувствуя, как смягчаются её мышцы под его пальцами.
— В каждой шутке только доля шутки, родной, — упрямо парировала Юля. — Прошу вас, прекращайте!
— Милая, мы можем и будет пикироваться с мужем твоим до хрипоты! — ласково сказал Страйф, не сводя с неё глаз. — Но если дело дойдет до реального боя, то приоритеты будут другие!
Юля выпрямилась, отстраняясь от мужа:
— Ладно, хорошие мои, давайте на этом остановимся. Дальше будет видно. А пока... Я все-таки хочу допить кофе!
Она вернулась на кухню, сполоснула турку, засыпала свежий кофе, поставила в песок и включила нагрев.
— Я вернусь к закату, Джул, — оповестил Кхамер, открывая портал посреди гостиной.
— Далеко?
Кхамер на секунду заколебался с ответом...
— О, на меня покосился, — Страйф устроился за столом, вытянув ноги и закинув руки за голову, — значит, идет к своему боссу! Привет передай! Я его позже найду... Как в старые добрые времена. Всё было гораздо проще, когда Свет против Тьмы — и никаких тебе нейтральных и балансов!
Перед уходом, Кхамер с показной страстью долго целовал жену, откровенно прижимая к себе. Юля про себя усмехнулась, понимая, для кого спектакль, но мешать не стала. В конце концов, Страйфу нужно считаться с их союзом!
Чёрный Лорд, наблюдая за ними, лишь закатил глаза, усмехаясь:
— А можно вопрос?
Кхамер нехотя отпустил её от себя, выжидательно посмотрев на него.
— Вы зачем Замок разрушили? Ладно, я — мудак, заслужил, но Замок-то за что?! — насмешливо спросил Страйф.
Кхамер бросил взгляд на Юлю.
— Это я сделала, — призналась она, потупив глаза. — Замок не хотел оставаться без тебя... А поскольку хоронить мне было некого и нечего, это было попыткой проститься с тобой... Но тогда я не знала, что это не сработает.
— Ладно... Восстановлю. Будет как новенький!
— Ты ж его Джарвисом звала? Теперь уж по канону — Пятница, — фыркнул Кхамер.
Страйф поперхнулся кофе:
— Ты плевался на аналогию собственного Мира, но выдержал вселенную комиксов?!
— Амин-то здесь рос, — вступилась за него Юля. — Он должен был иметь тот же культурный бэкграунд, что и ровесники. А с кем мальчику еще обсуждать любимых героев, как не с папой?! Пришлось...
— Сочувствую, старик... — в голос смеялся Страйф.
— Я смотрю, ты прямо ожил! — язвительно скривилась Юля.
— Магия! — широко улыбаясь, развел он руками.
— Ты бы шел наверх и поспал пару часов, — включила особый «мамин» тон Юля. — Эйфория сейчас пройдет и тебя накроет!
— Я думал, к Замку вернуться, поколдовать над ним...
— Сиди уж, колдун! Завтра...
Страйф внезапно как-то осунулся, заерзав на стуле — вылитый растерянный подросток:
— То есть... я могу остаться? Вы не против?
Юля и Кхамер обменялись быстрыми взглядами, он состроил гримасу, но все же ответил:
— Не против. Но не зарывайся! Ладно, — Кхамер поцеловал жену в шею и направился к своему порталу, всё еще искрящемуся посреди комнаты.
— Ты и правда оставишь её со мной? Доверяешь? — со смешком бросил вдогонку Страйф.
— Вот неугомонный, прости Господи! — всплеснула руками Юля. — Ты вообще берегов не чуешь?!
— Тебе не доверяю, ей — да! — не оборачиваясь, металлическим голосом отрезал Кхамер перед тем, как исчезнуть в портале.
— Будешь возмущаться? — спросил Страйф, продолжая по-детски хулиганисто хихикать, но видя её осуждающий взгляд.
— Вот ты нафига его троллишь и провоцируешь, а! — ворчала она. — Кому лучше станет, если он психовать будет? Ты учти, Чёрный... На одной чаше весов ты, на другой муж и сын. Перевес не в твою пользу! — язвительно резюмировала она.
— Ну ладно тебе, я же так...для поддержания формы! — смешливо передразнил Страйф, внезапно от души зевая. — А ты была права... рубит!
— Иди поспи, — она подошла ближе, взъерошив его волосы. — Я все равно пока буду тут возиться, да наведаюсь к мяснику. У меня сын-подросток с бешеным метаболизмом...
Страйф перехватил её руку и прижал к губам.
— Тебе нравится жить как обычный человек, да?
— Знаешь, когда я стала смертной, это был способ как-то упорядочить те руины и справиться с потерей... Когда я снова перестала быть человеком, в эту рутину ежедневную я пряталась уже от мыслей о том, что тебя нет, и уже насовсем... А я не спасла... Мне было херово.
— Знаю, милая, я всё это знаю... Прости меня, — он прижался щекой к её руке, удерживая за запястье. — Я думал, когда потом ты увидишь, что было со мной, тебе станет легче.
— Дурак ты, как был им, так и остался! — Юля наклонилась, уткнувшись в его макушку. Волосы пахли гиацинтами... — Ты думаешь, легче знать, что тот, кто дорог, прошел через ад? Даже если он последняя скотина? Я только ещё больше себя винила...
Он поднял голову, поймал её взгляд и замер — слишком знакомый, слишком опасный. Руки сами потянулись, обхватив её за талию и усаживая на колени. Она даже не успела опомниться.
— Прости меня! — горячо шептал он. — Если бы ты знала, чего мне это стоило. Вдали от тебя...
Его прикосновения стали настойчивее, он гладил её по рукам и груди, запустил пальцы в волосы, прижался губами к шее, двигаясь выше. Не давая времени отреагировать, поцеловал со всей страстью, что горела в нем. Крепко прижимая к себе, поднялся и отнес её к дивану. Бережно опустил на подушки, прижав всем телом, лишая возможности вырваться, и снова покрыл поцелуями.
«Почему я позволяю?!» — пронеслась в голове мысль, но словно чужая. Старое, казалось, забытое чувство сжало сердце. Её захлестнули воспоминания о времени, когда она без остатка отдавалась его рукам, когда растворялась в нем... На секунду забывшись, где находится, она притянула его ближе.
Страйф развязал пояс халата, сдвинул в сторону, прижимаясь к ней настолько тесно, что проникнуть в неё помешало только тонкое белье. И тут Юля опомнилась, уперлась руками в грудь Страйфа, отталкивая от себя.
— Остановись сейчас же! — хрипло дыша, скомандовала она. Он замер, дыхание неровное, прерывистое. Его глаза пылали, но не магией... Самым настоящим огнём человеческой страсти. Но он отстранился.
Юля выскользнула из-под него, сразу вставая, расправляя платье.
— Не смей, слышишь? — гневно прошипела она. — Не смей ко мне так прикасаться! Иначе... слышишь меня?!
Она развернулась, яростно буравя его взглядом. Страйф все ещё лежал на диване, опираясь на локти, склонив голову, веки зажмурены, челюсть сжата так сильно, что ходили желваки.
— Посмотри на меня! — потребовала она. Страйф нехотя приоткрыл глаза, посмотрев на неё исподлобья. — Ты оставил меня раздавленной и без малого уничтоженной. Я выжила только им, Кхамером, его заботой, его преданностью, его любовью! Не смей отворачиваться! — крикнула она, когда Страйф отвел глаза. — Ты поигрался со мной в любовь, не думая о последствиях! А он лечил те раны, что ты мне оставил! Ты клянешься, что не встанешь между им и мной, но стоило ему уйти, ты воспылал страстью?!
— Но ты отреагировала! — резко ответил Страйф, упрямо глядя на неё. — Не лги, сейчас ты хотела меня!
— Да... Я любила тебя, придурок! — Юля взмахнула сжатыми в кулаки руками. — И если бы ты не отдал меня другому, я бы любила тебя до сих пор! Ты отдал меня, будто вещь. И теперь хочешь, чтобы я забыла?
— Я хотел... чтобы ты была жива. И... счастлива. Даже не со мной, — сдавленно прохрипел он, не глядя ей в глаза.
Она зарычала от негодования, проклиная себя, на его, даже Кхамера, который так доверял ей — а напрасно!
Страйф встал, завязал пояс халата, подошел и, едва касаясь, положил руки на плечи.
— Я был готов отказаться от своих планов, Юльк! Чтобы остаться с тобой! Но... Со мной ты не стала матерью. И я со временем я... мог убить тебя.
— Что сделано — то сделано, — ответила она, делая медленные вдохи.
— Прости, я не сдержался, — ровным голосом произнес Страйф, сжимая её плечи. — Чувства человеческого тела мне в новинку. Особенно, такие сильные!
— Советую принять холодный душ! — надменно произнесла она, бросая на него взгляд через плечо. — Застой крови в органах малого таза может быть крайне болезнен для мужчины!
— Моя язва-Юлька... — пробормотал ласково Страйф и прижался лбом к её затылку.
Но Юля, не доверяя не только ему, но и себе, сбросила его руки и пошла к лестнице. Поднявшись на пару ступенек, она остановилась и обернулась:
— Не вздумай даже намекнуть Кхамеру. Я тебе все слабые места вскрою и запру в какой-нибудь яме, из которой не выберешься!
И она быстро пошла наверх, отчаянно желая прыгнуть в сугроб, чтоб успокоить разгоряченную кровь. Вбежав в спальню, она с треском захлопнула дверь и рухнула на кровать, уткнувшись лицом в подушку. Сама не заметила, как искусала губы до крови. Как она могла... даже на секунду?!
Стыд огнем жег щеки. Рывком поднявшись, она направилась в душ, сходу запуская ледяную воду.
Стоя под обжигающими струями и чувствуя, как зубы начинают отстукивать чечетку, она мысленно поблагодарила судьбу за своевременный урок и оплеуху. Слишком легко разрушить такое хрупкое счастье!
Она не заметила, как за окном спальни зыбко колыхнулась радужная тень — мыльный пузырь, который лопнул, рассыпавшись мельчайшими искрами, переливающимися словно разноцветный шёлк...
***
Планы на это лето
Музыка на кассетах
Путаться на вокзалах
Кутаться в одеялах
Высохнем на ветру
Скомканы и раздеты
Молоды и бессмертны
Чуть дрожим на ветру
Дальше бежать
Изо всей дурной силы
Пока растут крылья
Дальше лететь
За малиновым солнцем
Пока не вернётся ночь
За малиновым солнцем
Подождёшь со мной
Пока не вернётся ночь (с)
— У тебя такой вид... возвышенный, я бы сказал! О чём думаешь?
Голос Кхамера отвлек Юлю от размышлений.
— Ты прав, заслушалась и замечталась, — улыбнулась она мужу, забирая у него запотевший высокий стакан с любимым острым томатным гозе. — Ты просто послушай! Это же для нас и про нас!
Кхамер усмехнулся и перевел внимание на мангал, на котором аппетитно подрумянивались кебабы и бараньи ребрышки. Помимо прочих земных привычек, он раскрыл в себе талант работы с мясом на открытом огне, подтверждая тезис о том, что мангал женских рук не терпит, предпочитая мужские — даже если эти руки родом из других галактик!
А Юля, вновь погружаясь в волшебство точно попавшей в настроение песни, посмотрела на плетёный столик напротив, укрытый тенью раскидистой сосны. За ним проходила партия в шахматы, глядя на которую так и тянуло цитировать великого Булгакова... Страйф и Донблас, извечные противники и неразлучные союзники, сошлись в самом мирном противостоянии за шахматной доской.
Юля велела позвать Белого Лорда.
— Раз уж мы теперь официально все повязаны и заочно приговорены неизвестно к чему, так пусть и он привыкает к нашим укладам и становится частью... клана! — категорично заявила она, когда уже под вечер, после возвращения Кхамера, всем раздавала ценные указания.
Просить дважды ей не пришлось. И вот они все здесь, те, ради кого она, не задумываясь, пойдёт на любые жертвы! Лишь бы вот так — вместе!
Смех Страйфа звонким колокольчиком разлился в воздухе. Он запрокинул голову, от души хохотал над чем-то. И тут же получил тычок под ребра от хмурящегося Амина, который пристроился третьим к их партии, напряженно наблюдая за схваткой двух умов.
— Харе ржать, ты так опять продуешь! На доску смотри!
— Нестрашно проиграть другу, малыш! Принимать поражение надо уметь! Это с союзниками нельзя проявлять слабости! — легкомысленно отмахнулся Страйф.
— А в чём разница? — Амин заинтересованно вскинул голову. — Ну, разве союзник и друг — это не примерно одно и то же?
Чёрный снисходительно улыбнулся, похлопав парня по плечу.
— Союзник, малыш, это попутчик, который бежит с тобой лишь до нужного ему поворота. А друг пойдет за тобой, куда бы ты ни свернул! — нравоучительно вещал Страйф, делая ход.
Донблас вдруг замер, не закончив ход, его ладья зависла над доской.
— Особенно, когда дорога ведёт в бой, — тихо добавил он.
Страйф встретился с ним взглядом. На мгновение воздух между ними сгустился, передавая слышимое только им двоим:
— Ты уверен, что они готовы к тому, что нас ждёт? — в глазах Белого встревоженно мерцал свет.
— Нет. Но другого варианта не дано, — клубилась тьма в глазах Чёрного.
Донблас позволил себе намёк на улыбку и сделал ход. Игра продолжалась.
Глядя на них, Юлю захлестнула такая нежность, что защипало в носу.
Почувствовав её взгляд и настроение, Чёрный подмигнул и ослепительно улыбнулся.
«только не реви», — мысленно шепнул его голос.
«ведешь себя как мальчишка, — также беззвучно ответила она ему, — никак не взрослеющий волшебник Хаул»
«но всегда твой волшебник Хаул», — не остался в долгу Страйф, не отрываясь от шахмат.
— Посмотри на них! — тихо сказала Юля Кхамеру, кивая в сторону играющих. — Я вот гляжу и думаю... Сколько мы прошли... Ведь всё было ради этого! За подобную сцену стоило проходить весь тот ад, что был нам отпущен!
Он сдержанно улыбнулся, потянулся к ней, целуя в висок.
— Пару моментов я бы все же убрал, если честно. Но ты права. Ну а эти двое... Пусть лучше будут на виду! — Кхамер беззлобно усмехнулся, глядя на обоих Лордов.
— Одного очеловечили, может, и второго исправим?! — тихонько засмеялась Юля, обнимая его за талию и склонив голову к плечу.
— Нет! Усыновлять Белого — это без меня! Я с воспитанием Высших завязываю! — фыркнул он, снимая с углей уже готовое мясо. — Зови, пусть сворачиваются!
Утро, и мы играем
В нашей игре нет правил
Ссадины и укусы
Больно — не значит грустно
Помню твои глаза
Точно такого цвета
Жаль, что уже не лето
Я бы тебе сказал
Дальше бежать
Изо всей дурной силы
И вырастут крылья
(c)
Конец четвертой части