42.
Бургас, Болгария. 2021 год.
- Не пора бы, сказать ему правду, Лесь? - измученно прошептал Алекс, наблюдая, как её телефон надрывается от очередного звонка.
Его и так худые плечи, казалось бы, стали острее, когда закончился один звонок, и начался следующий. На экране, вновь и вновь, высвечивалось имя Паша, и от осознания, что звонит лучший друг, становилось тошно. Друг. Теперь он точно, навеки лишен права, называться этим словом, и вообще кому-либо быть им. И всё это, только из-за одной девушки? Девушка, что стояла перед зеркалом, в длинном, красном, шёлковом платье, пытаясь убрать только что завившееся кудри в прическу.
- Мне страшно, - бросив затею с волосами, обернулась Леся, прикусив накрашенную, таким же красным цветом помадой, губу. - Что, я ему скажу?
- Но не отвечать ему несколько недель только потому, что боишься сказать правду, совсем не выход, - повысил тон парень, сжимая ворот своей чёрной рубашки. Он резко провел по волосам, от чего, те встопорщились, будто в желании улететь вверх. - Так нельзя! Вспомни сама, ты уже поступала так, когда ушла к будущему мужу. А теперь, вспомни, что чувствовал и рассказывал Паша, когда вы встретились после всего этого ужаса?
Она молча смотрела на телефон, сжимая кулаки. Почему иногда так тяжело, взять себя в руки, и поступить правильно? Необходимо то, взять эту чёртову трубку и прислонить к уху. Такая мелочь, но от её осознания, кружилась голова и тошнота накатывала с новой силой.
Как вообще всё произошло? В какой момент, она очнулась, а Алекс уже не в первый раз у неё дома. Они устраивали романтические вечера, затаскивая стеклянный стол на балкон. Там по долгу пили вино, рассматривая как оно блестит в бокале, когда солнце уходило за горизонт. Как все краски смешивались, вместе с белой или розовой жидкостью, и отображались фейерверком в их глазах.
Как случилось так, что она вдруг стала просыпаться рядом с ним, всё чаще? Его мирное, спящее лицо на подушке, с длинными ресницами, дрожащими от неких, тайный снов, которыми он не хотел делиться. Не то, чтобы они были близки, но чувство эйфории и желания, стали сильнее, чем всё вокруг. Они поддались этому животному чувству, наплевав на близких людей. Каждый раз встречаясь, их взгляды играли настоящий театр одного актера, вспоминая их ночные танцы, по середине квартиры, или страстные касания к телу. Хотелось скрыть это от всех, да и, по правде говоря, мало кто об этом и знал.
Может стыд не давал им раскрыть все карты? Что скажут друзья? Знакомые? Родители. Леся поперхнулась на последнем слове. Её родители как раз таки знали об этом. Не то, чтобы одобряли, но с радостью распрощались с Пашей. Их не обоснованная ненависть, раздражала ещё больше, чем её собственное бессилие. Любила ли она Алекса, как Пашу? Ответа не существовало на этот вопрос, но она знала, одну маленькую деталь. С Алексом, определенно было спокойнее. Она могла не притворяться, не строить из себя леди, молчать, когда хотелось. И уж тем более, пропали недопонимания. Может потому, что никто, никому, не был должен. Отношения ли это? Точно не полноценные, но зато не приносящие страдания.
- Хорошо, - выкрикнула Леся, присев на диван. В руках продолжал вибрировать телефон. Она молящим взглядом, уставилась на парня, а тот покачал головой.
- Сделай это. Нам и так не оправдаться, никогда.
Он схватил толстовку и вышел за дверь, пробубнив что-то о машине.
- Алло, - дрожащим голосом вымолвила она, с замиранием сердца ожидая ответ. Оно билось так, что, казалось бы, сейчас сломает барабанные перепонки.
- Ну вот, ты и ответила, - язвительно прошептал Паша. Показалось, что он пьян.
- Прости, - покачала она головой. Хоть, он и не увидит её раскаянья, она прерывисто вздохнула.
- Ты, снова ушла, верно?
Молчание. Им тяжело разговаривать открыто, даже сейчас. Неловкость, позор, всё внутри девушки сжималось в комок напряжения.
- Да, - выдохнула она, ощущая, как оковы с рук спадают, и громкими эхом, железных цепей, падают на пол. - Ты ведь понимал, при последней встрече, что у нас не выходит.
- Не выходило у тебя, потому что, ты сконцентрировалась на всех наших ошибках. И тебе казалось, что я повторяю одно и тоже, но это не так. Я закрыл глаза на твою измену, на свадьбу, черт возьми. Простил, принял обратно в семью, - продолжал он вопить в трубку телефона, но голос становился слабее, с каждым словом.
- Всё верно. И я тебя подвела.
Он громко сглотнул. Или подбирал слова или боролся с желанием, сбросить звонок.
- Не могу поверить, что всё повторятся, - с отчаяньем ответил Паша, толи всхлипнув, толи застонав. - Я ведь, тебя по-прежнему люблю, Лисенок.
Леся заплакала. Тихо, беззвучно. Только полные глаза слез, могли напомнить, что она плачет. Эти горькие и соленые одновременно капли, стекали по лицу, падая на колени, впитываясь в ткань платья.
- Я ужасный человек, - всхлипнула она. Он вздохнул. - Почему я всегда всё порчу?
- Может, тебе скучно, - предположил Паша. - Тебе всё подавай драму, как в сериале. Не зря, ты книги пишешь. Хочешь жить в своих же историях, только забываешь о других людях. Ты теперь с Алексом?
Вот он, главный вопрос, поставленный на повестку дня. Она с Алексом? Хотелось закричать. Они с Алексом, каждый выходной уезжают в путешествия, где, раскуривая травку, общаются обо всем на свете. Смеются, забывая, что за окнами машины, есть какой-то другой мир. Часто пьют вино на балконе, обсуждая, насколько солнце большое, и наступит ли конец света. Часто близки, засыпая в объятиях друг друга. Вместе ли они?
- Да, но не совсем, - запутанно ответила Леся, утопая в своей «непогоде».
- Моя девушка и мой лучший друг, - улыбнулся он. Она знала эту улыбку, с примесью язвы. Не пришлось даже представлять.
- Нет нам прощения.
- Какие же стандартные фразы, Лесь. Могла бы сказать, что-нибудь интереснее. Фантазия то, у тебя хорошая.
- Я не могу подобрать слов. Я понимаю, как тебе больно. Мне тоже, но нам не быть вместе. Как бы я не любила тебя, мы, кажется, разные люди.
- А с Сашей одинаковые?
- Нет, с Алексом, нам просто спокойно друг с другом и всё.
- Смотри, не заметишь, как он переедет к тебе, и сядет на шею, прямо как у меня в Софии, - предупредил Паша. - Алекс, совсем другой человек, чем ты себе навыдумывала.
- Это не важно, - выдохнула девушка, сжимая кулаки. На одно мгновение, она подумала о доме. Там в России, её ждут друзья. Ждут родные. Возможно, стоило бы начать всё с чистого листа. - В Болгарии, у меня не выходит ничего.
- Ты всегда была слишком ранимой и не уверенной в себе, - констатировал факт Паша, не желая обидеть. Тон его смягчился. - Может поэтому, там, где надо было бороться, ты сдавалась.
- Так и есть. Я так устала. Болгария, для меня была всем. Очень долгое время, я вела войну с самой собой - уехать или остаться. Остаться в одиночестве, на работе, которую я ненавижу. В отношениях, которые никогда не станут чем-то большим.
Паша цокнул, даже не обидевшись.
- Зато, нам было хорошо с тобой, - больше спросил парень, чем утверждал.
Сердце в груди Леси, наконец-то забилось в ритм. Оно успокоилось и всё повторяло: «дом». Пора возвращаться домой!
- Конечно Паш. И я правда люблю тебя. Просто по-своему.
- Значит, тебе пора измениться, и любить только раз.
- Я буду стараться. То есть, ты не злишься на меня?
- Нет. Никогда не злился, если честно. Я люблю тебя настолько сильно, что просто готов - отпустить. Возможно, что дома тебя ждет что-то теплое, светлое, родное. То, что заждалось давным-давно.
От его слов, казалось, что она порхает в невесомости, только в своей квартире. Она улыбнулась, осушая слёзы, с точностью уверенная, в своём решении.
- Спасибо тебе.
- Тебе спасибо, что появилась в моей жизни, - искренне сказал Паша.
- И, наверное, думаешь, спасибо, что из неё уходишь? Он рассмеялся.
- Возможно, процентов на десять, не больше. Мне будет не хватать тебя. Ты все ровно хороший человек, помни об этом. Никто тебя не изменит, не сломает. Борись за то, какая ты есть, и уверен, появится тот человек, который полюбит тебя за это.
- Я надеюсь.
Он положил трубку, и она поняла, больше не услышит его голоса. Он больше не позвонит, не напишет. Паша переборол любовь к ней, отпустил, и теперь станет счастливым.
Леся утонула ладонями в своих залаченных волосах, тяжело дыша. Дверь приоткрылась, и она увидела перед собой его белые кроссовки. Он долго время молчал, не смея даже коснуться её трепещущих плеч.
- Мы не поедем в бар, верно? - тихо спросил Алекс.
Леся устало подняла голову, смотря своим заплаканным лицом, на его знакомые черты лица, но на понимающие, горящие глаза.
- Нет.
- Знаешь, тебе не нужно даже объяснять. Ну мы и ошибок натворили, - согласился парень, присев рядом с ней. Леся ошарашено смотрела, и не могла разобрать его слов.
- Ошибок?
- Думаю да. Я был влюблен первое время в тебя, но как-то по-другому, чем обычно. Просто сдался напору притяжения, но мы знали, что ничего не выйдет.
-Не выйдет? Леся повторяла его слова, одно за другим, одними губами, и разрыдалась ещё сильнее. Почему ее решения и чувства, скачут, как лошадь на гонках?
- А разве должно было? Думаю, ты просто хотела уйти от Паши, не больше. Да и тебе пора двигаться дальше в жизни, а не зацикливаться на месте. Пора развиваться, а не сидеть вечно за сериалами, попивая вино. Ты не аристократка, и не богачка. Нам людям, надо шевелиться, - уверил Алекс, и Леся задохнулась от ярости.
- Уходи.
Будто бы глаза открылись, за долю секунды. Перед ней, сидел совершенно чужой человек. И даже голоса его, она не могла узнать.
- Знаешь, для меня любовь разная.
- Я это помню, - прошипела Леся, вставая с дивана.
- И я любил тебя, до како-то момента.
- До момента? - усмехнулась девушка. - Может, до момента, пока тебе было удобно? Он пожал плечами.
Алекс оглядел квартиру, и собрал пару своих вещей, в тот самый большой рюкзак. Вот ведь путешественник. И она, что-то чувствовала к нему?
- Прости, - он поцеловал её в макушку, и прикрыл дверь.
Леся упала на пол, захлёбываясь слезами. Почему она рыдала так сильно? Порой не хватало даже воздуха, и в такие моменты, она просто кричала, забыв о соседях. Только она и та боль, словно червяк выедающий яблоко, внутри. Она схватила сигарету, судорожно пытаясь прикурить, и вдохнула этот яд поглубже. Организм не мог остановиться, и требовал всё новую и новую порцию, пока комнатка не заполнилась беспросветным дымом.
Она вскочила, словно ужаленная, открывая все двери шкафов. Бросала одежду в кучу, по середине квартиры. Снимала платья и рубашки с вешалок, кидая их на кровать.
- Ненавижу, - кричала Леся, всё больше задыхаясь, толи от дыма, толи от слез безысходности.
Туфли, украшения, пальто - всё летело туда же. Она бегала туда-сюда, лихорадочно думая, что бы хотела забрать с собой. Столько вещей. Даже пяти чемоданов не хватило бы, дабы увести всё с собой.
И к чёрту! Она сплюнула, упав в эту гору, своих воспоминаний. Под рукой, оказалось синее пальто, и она вдохнула запах порошка. Тут же, смятая, после химчистки, лежала чёрная куртка. Если приглядеться, на её воротнике до сих пор, красовалась капелька крови. А рядом, синее платье, в котором она когда-то гуляла по набережной, вместе с Мариной. Тогда она предупреждала её, что нельзя быть открытой ко всем. Тебя непременно задавят и не заметят. На кровати, свисая тысячами рюшек, юбка, в которой однажды, она танцевала с Глебом, в ресторане. Воспоминание ножом воткнулось куда-то в грудь. Столько людей! И она помнила каждого. Все они принесли ей необычный опыт. Кто-то даже пытался заботиться о ней, как Артур, но тем не менее. Не выжила ни одна история.
Есть ли вероятность, что, что бы она не делала, всё заканчивалось плохо, только по одной причине? Глубоко внутри, в потаённых уголках души, там, где совсем тесно и темно, она желала только одного. Вернуться домой! Вернуться безоговорочно и навсегда. И не нужны эти вещи, несущие в себе столько воспоминаний. Она вернётся домой, и начнет свою жизнь сначала. Склеит себя по кусочком, начнет меньше доверять и больше слушать.
Болгария - её любовь и кошмар.