ПЕПЕЛ ЛЮБИМЫХ РОЗ

  В руке чемодан, в другой — маленькая клетка откуда время от времени слышится протяжное «мяу».

- Фил, — прошептала Леся, приоткрывая дверку.

Его пушистые усы встопорщились, а в карих глазах блеснул интерес, но не успел он и шагу ступить, как девушку окликнули. Парень стоял у входа в «летище». Казалось бы, прошло не 2 недели, а целая вечность. Сердце потянулось к нему, и все обиды остались позади.

- Шалунишка, — улыбнулась девушка, закрывая клетку и утопая в объятиях Паши.

Его руки обволокли плечи, прижали крепко к груди, и шум аэропорта растворился в нежности. Этот сладостный и ароматный запах его одеколона, как дурман опьянил рассудок.

- Я так скучала по тебе, — выдохнула она.

Его губы уже оставляли жаркий след на её губах, и тысячи мурашек, как фейерверк рассыпались по телу.

Лексус всегда будто летел по дороге. Ветер слегка хлестал по волосам и уносил пепел сигарет в поле. Как всегда тепло. Это тепло зажигало нотки трепета, любви, ласки. Солнце убаюкивает и заставляет жмуриться, вдыхая солоноватый воздух. Девушка откинулась на переднем сидении, наблюдая за ним. Паша внимательно следил за дорогой, но с удовольствием нарушал правила, когда хотелось быстрее доехать. За рулем он выглядел особенно соблазнительно. Та самая смесь серьезности и баловства, на слегка обросшем бородой, лице. Лучики играли в его тёмных волосах, словно поглаживая. Снова напала грусть. Хотелось сильно прижать его к себе, поцеловать, кричать ему о любви, но он все также молча вёл машину.

Май в Болгарии — это горячая плитка на балконе, поразительный закат, стучащееся в окно солнце, прохожие в парке, гуляющие ночью. Это знаменитое, розовое вино в узких бокалах, которое пьянит, как самая романтическая музыка.

Леся уронила голову ему на плечо, ощущая, как «розе», переливается в крови, расслабляя мускулы.

- Я о тебе думала.

Паша отпил немалый глоток вина, и с осторожностью, поставил бокал на плед.

- Взаимно.

Его сдержанность потрясает. Девушка прикусила губу, стараясь отвлечься и рассказать подробности своей поездки.

- Я давно не видела друзей. С ними так легко и приятно общаться. У нас, даже могут и не быть общих интересов, но разговоры никогда не заканчиваются, — улыбнулась Леся, прикуривая сигарету.

Плотный дым окутал балкон, медленно уходя вдоль крыши.

- Я, правда, очень рад, что ты побывала дома и развеялась. Здесь у тебя не так много друзей, — отозвался Паша.

Леся кивнула, вновь прильнув к нему ближе.

- Без тебя все равно не то.

***

Утром, всегда другая обстановка. Город только пробуждается, люди вяло бредут на работу, растворяясь в густом тумане. Всё вокруг замерло в легком холодке, а птицы только начинают подавать звуки. Волшебная атмосфера тишины и релаксации.

9 утра. От пластмассовых стаканчиков вздымается великолепный запах кофе, а на языке остается горчивый вкус. Вокзал. Совсем не многие садятся в полупустые вагоны. Поезд издает отчаянный крик и мчится вдаль. В колонке играет баста «Я или ты», и эти мягкие ноты, эхом падают на рейсы.

Они сидят у края платформы, свесив ноги. Леся поёт не замечая никого вокруг, запивая слова вкусным кофе. Глеб что-то серьезно пишет в тетради, брови его сошлись на переносице. Время от времени в такт стучит карандашом по бумаге и вновь окунается в своё занятие. На лоб и глаза ему падает непокорная челка, которую он вечно поправляет.

- Что ты делаешь? — спросила Леся, с любопытством заглядывая ему за плечо.

Он отвлекся на секунду, прикрывая текст.

- Пишу стихи, — усмехнулся он.

Бровь Леси взлетела от удивления.

- Покажешь?

- Может, когда-нибудь. Они о тебе.

Девушка отвернулась, наблюдая, как очередной поезд отъезжает от станции, куда-то туда, где небо становится тоненькой, синей полоской.

— Вот бы сейчас уехать. Неважно куда, просто прыгнуть в вагон, слушать звуки стучащих колес.

- Смотреть, как меняются пейзажи, — подхватил Глеб.

Леся улыбнулась.

- Как солнце уходит за горизонт.

- Слушать музыку.

- Чтобы кто-то был рядом.

Они переглянулись. Глеб хмыкнул и встал с места, приглашая её последовать за ним. Она хитро прищурилась и дала ему свою руку. Парень нажал пару раз на кнопку, сменяя трек и демонстративно поправляя белую рубашку с коротким рукавом. Леся хихикнула и присела в реверансе, приподнимая зеленое платье. На весь перрон зазвучал голос Полины Гагарины «Целого мира мало». Глеб приблизился и взял её руку в свою, другую положив на талию. Они задвигались в ритме вальса. Раз, два, три. Всё быстрее и быстрее. Прохожие неодобрительно цокали, а они танцевали и кружились, погружаясь в трагичность музыки. Фортепиано и скрипка оглушали, а высокий голос заставлял прикрыть глаза. Леся откинула голову назад и расхохоталась. Они завертелись ещё сильнее, и шпильки на волосах со звоном рассыпались по асфальту.

Зазвонил телефон, и Леся тут же взяла трубку, пытаясь отдышаться.

— Это Катя, зовет в кафе.

***

Это кафешка стала одной из любимых, что были на Александровской. Они не знали, даже её названия, кроме того, что на столах лежали красно-белые скатерти в клеточку, как в фильмах об Италии. Здесь делали самую вкусную пиццу всех размеров, а между столами возвышались стеллажи, наполненные самими старыми книгами. Иногда в заведении царила тишина, и они занимали самые удобные места на террасе, где солнце скрывалось на другой стороне, и можно было прилечь на длинные диваны. Стены украшены постерами Пизанской башни и Парижем.

- Как дела? — буркнула Катя, закинув ногу за ногу.

Как всегда, в тёмных, блестящих очках, она с чувством собственного достоинства прикурила сигарету, бросив что-то неприличное. Рыжие, прямые волосы, скрывала спортивная кепка, которую она носила козырьком назад.

- Романтично, — ответила Леся, плюхнувшись на диван и с наслаждением вытягивая ноги.

Катя рассмеялась, потушив недокуренную сигарету.

- Есть предложение. Вечерком съездить на Солнечный берег, собирается одна знакомая компания.

- Ты же знаешь, я всегда за, — улыбнулась Леся, подзывая официантку и заказывая кофе.

Здесь он был особенно хорош, с горой сливок и кусочком печенья сверху.

- Мне в принципе, так ближе домой, — пожал плечами Глеб, скрывая легкое разочарование.

Ему явно хотелось побыть наедине.

Уже к 10 вечера, они сошли на автовокзале, предвкушая вечеринку. Их встретила небольшая компания. Высокий, без конца разговаривающий о чем-то парень, Ваня. Он опасливо оглядывался по сторонам и курил, поторапливая всех уйти. Другой, низкорослый, совсем паренек, накинувший кепку до самого подбородка, молча пил энергетики, один за одним, при этом выражая абсолютное спокойствие. И наконец, привлекательная, худенькая девочка-болгарка, Габриэль. Она тут же повисла на шее Кате, оставляя на её губах страстный, поглощающий вокруг воздух, поцелуй.

Вечеринка проходила у бассейна, где зажглись множества фонарей, и свисали разноцветные гирлянды. Этакой новогодний стиль летней вечеринки.

- Чего надо? — грубо повышает голос Катя, позволяя подружке закинуть на себя ноги. - Девушек не видел?

Ваня хихикнул, явно не понимая слово «толерантность».

- Видел, но не вместе.

- Какая разница, — перебила Леся, отпивая красное вино из стаканчика. - Если люди друг друга любят. Мы не вправе никого осуждать.

- Ну, хоть у кого-то голова на плечах есть. Дай пять, любимая, ­­- подает ей руку Катя.

Габи благодарно кивнула.

- Това е ясно. Сега хората не ни разбират правилно.

- Ужасно е. Когато искаш да бъдеш с един човек, вече не мислиш за другите, — сказал Глеб, допивая очередное пиво.

Он сидел у бассейна напротив Леси, а блики воды отображались на его опечаленном лице. Парень слегка изменился с их первой встречи. Пропало стеснение, щеки больше не краснели от смущения, походка приобрела вольный характер. Глеб распрямил плечи и впился в неё глубоким, мутным от алкоголя взглядом. Подруга глубоко вздохнула, прикусывая губу. Как же быстро, они стали близки. Ей вспоминалось самое начало, когда они просто пересеклись в магазине у университета. Это была обычная встреча, двух незнакомцев, которые заинтересовались друг другом. Уже через неделю общались без остановки, обсуждая все на свете, заканчивая предложения, друг за другом, пели одни и те же песни. Вместе они забывали о других, забывали о скованности и жили, как в последний раз. Так странно. Иногда находишь, когда совсем не ищешь.

- Прочь тоску, — крикнул Глеб и прыгнул в бассейн.

Девчонки закричали от холодных брызг, а парни подхватили. Они плавали под яркой луной, даже не раздевшись, а ледяная вода отрезвляла и завораживала своей прозрачностью.

Леся подплыла к бортику и подняла голову. Глеб вновь подавал ей руку, и она с благодарностью приняла её в ответ, и тот вытащил девушку словно пушинку. С обоих ручьём стекала вода, одежда прилипла, а смех заглушал музыку вокруг.

- Где ты научился таким неожиданностям, — засмеялась девушка, принимая от Кати бокал вина.

Та с заботой и любовью отдала свою кофту Габи, выжимая ей волосы.

- От тебя, — хрипло ответил Глеб.

Леся сглотнула.

— Значит, я такая, безрассудная?

- Нет, ты удивительная. Я вижу в тебе жизнь, как ни в ком другом. Твои глаза горят огнем. Ты смеешься по-настоящему, без фальши. Ты говоришь, что у тебя в голове, не думая о последствиях.

- Спасибо, — лишь ответила девушка.

На экране телефона не было ни одного звонка. Что же, даже после сообщения, что она едет в другой город, она не дождалась банального «осторожнее». В кругу знакомых и друзей вновь стало холодно и одиноко. Когда рядом нет человека, которого ты любишь, мир становится бесполезным.

- Идем.

Глеб схватил её за руку, уводя вглубь тёмных улиц Солнечного берега. Как он понимал, когда нужно отвлечься? Уже через десять минут, они ехали в холодном лифте, на десятый этаж, чужого дома.

- Подожди немного, — попросил он и скрылся за дверью.

Стало нестерпимо холодно, одежда прилипла к телу, поднялся предутренний ветерок. Она обернулась, замирая. Вместо пола — искусственная зеленая трава. Повсюду белые шезлонги, как на пляже, сокрытые под огромными зонтами. Стало нечем дышать. Такое место запоминается навсегда.

- Я здесь, — оглушил шёпотом Глеб. — Это футболка, плед, ещё вино.

- Ты здесь живешь, верно? — улыбнулась девушка, замечая в его руках гитару. Он кивнул и отвернулся, позволяя переодеться. Оказавшись в футболке, она с радостью завернулась в пушистый плед с головой, попивая красное из бокала. - Прекрасное место.

- Да, но очень далеко.

Глеб не уточнил, далеко отчего, и стал задумчиво перебирать аккорды. Получалось у него очень ловко и вскоре, он уже наигрывал знакомые мелодии.

- Иногда далеко не значит плохо. В жизни, всё так относительно.

- Как ты умудряешься быть безбашенной и такой философской одновременно? — пошутил Глеб, не отвлекаясь от гитары.

Леся состроила шутливую гримасу.

Поднималось солнце. И ни зря Глеб посадил её именно на те шезлонги, что слева. Лучи восставали прямо напротив здания, распространяясь всё дальше, охватывая новые территории. Их блики отражались на перилах крыши и бегали по столу. Именно в этот момент, Глеб заиграл Metallica «Unforgiven». Переборы струн создавали мелодию, что тихо и породному заструилась по венам, успокаивая и расслабляя.

- Я...., — он осёкся.

Леся уже сладко спала.

***

- Вы уже закончили? — осведомилась Леся.

Глеб, Ваня и Катя о чём-то яро спорили, переходя на крик.

- Да, — ответил Глеб, положив руки в карманы и демонстративно закатывая глаза. - У тебя есть планы сегодня?

- До вечера свободна, можем погулять, — улыбнулась девушка.

- А вечером что?

- Ужин с Пашей.

Они направились вниз по улице. Странное молчание оглушало треском воздуха. Будто земля накалилась от жары и трещит по швам.

- Жарко, — крикнула Леся и вдруг побежала вниз по улице, отбросив сумку.

Отмела обувь, закатала чёрные лосины и прыгнула в ближайший фонтан. Он состоял из двух отделений, стрелял струйками воды по бокам и лился водопадом с одного отсека в другой. На дне призывно блестели монетки.

- Что ты делаешь, — уставился на неё Глеб, скрестив руки.

Между ними неловкость, мелькала как молнии. Стало не по себе.

- Живу, — хмыкнула девушка и обрызгала его водой.

- Полегче, — поднял руки парень, сделав шаг назад.

Леся продолжила свою игру, радостно хихикая. Её волосы промокли и прилипли к голым, слегка обгоревшим плечам. Она, как маленькая девочка прыгала, скакала и смеялась. И не было ничего приятнее и мелодичнее её голоса. И под этот напор, Глеб сдался и присел на каменный бортик фонтана, окуная ноги.

— Это правда здорово, — признался он и обрызгал её в ответ.

Она рассмеялась, схватив его за локти и толкнула к водопаду. Глеб поднял её на руки, подставляя напору, и она громко закричала, задыхаясь от смеха и воды. Когда Леся начала брыкаться, друг усадил её на ближайшую скамейку, и устало, упал рядом.

- Я нашла нового исполнителя, — щебетала девушка, доставая из сумки сотовый. - Jah Khalib «На параллельных путях».

Из телефона пел грубый, хриплый голос мужчины. Долгая песня о грустной любви, и о том, как течет жизнь. Им обоим заполнились лишь последние её слова.

- Не забывай меня, — прошептал Глеб, посмотрев прямо в её лучистые, светлые глаза.

- Не буду.

***

Москва. Россия. 2021 год.

- Алло, — шепчу я в трубку.

За окном уже обед. Еле заметно пробиваются лучи сквозь хмурые, серые тучи, как и мое настроение.

- Привет, узнал, что ты прилетела, давай встретимся, у меня как раз выходной.

Я узнала этот голос с самого начала. Леша. Стало от чего-то так приятно, что он позвонил сам. Столько воспоминаний всё ещё хранилось на душе. Как двенадцать лет назад познакомились кадетский, ехидный мальчишка, и спокойная, послушная девочка. Как когда-то давно он шутил над ней, иногда даже приводя в ярость и заставляя краснеть от гнева. Как часто вопреки ссорам, провожал до дома, тёмными вечерами. Как смотрели вместе, тогда ещё популярные фильмы 90-х.

Через час я стояла на обычном месте, где мы всегда все встречались, у ряда магазинчиков. Мы так и называли место: «у рядов». Я ждала увидеть всё того же язвительного, худого мальчишку, что время от времени портил мне тусовки. Я увидела его ещё издалека. Он совсем не походил на того друга детства, которого я знала. Уверенная походка, обросшее бородой и усами лицо, модная одежда, чёрный браслет на руке, и дорогие часы. Он обнял меня так крепко, как, никто-то не смог бы, и на секунду мне стало легче.

- Я рад тебя видеть.

- Я тоже.

И это была абсолютная правда.

Я заметила, как он, не скрывая, оценил моё длинное, серое, спортивное платье, фигурку, и лучезарно, по-дружески улыбнулся, обостряя ямочку на щеке. 12 лет прошло. Мы виделись и до этого, в мои короткие приезды домой, но совсем мимоходом. В его зеленых, пестрых глазах горело что-то скрытное, унылое, глубокое, такое знакомое. Видимо, то, что я видела в своих глазах в зеркало. Паша оказался прав. Леша пережил достаточно.

Мы сели на деревянный мост в глуби Строгинского парка. Под ногами слышался шум волн Москвы-реки. Этот шум резал по сердцу ножом. Я вспоминала море, горячий песок под ногами, пытаясь донести до Леши свою боль. Друг слушал внимательно, не перебивая, кивая и отпивая тёмное пиво.

- Он был первым, кто, как-то повлиял на тебя и твои изменения в жизни?

- Да.

- Расскажи.

- Глеб признался в страстной любви, когда выпил достаточно виски. Я долго смеялась, превращая все в шутку, но замечала, как его глаза начали блестеть от нежности. Он мог долго слушать мои жалобы и бесконечные истории. Видел, как я плачу, но лишь опускал взгляд, пожимал плечами и обещал, что все наладится. Я рядом с ним была сумасшедшей, жила как в последний день. Мы купались в фонтанах по городу, пили сладкое пиво на пляже и купались в море, после согревая друг друга случайными касаниями. Это была любовная игра, которая нравилась обоим. Я не могла и дня прожить без его голоса, смешной походки и рэперской кепки на голове. Он писал стихи о моей красоте. Я стала его музой. Ходили в различные кафе и читали вслух книги, смеясь, какой смешной, болгарский язык. Танцевали в ресторане, слегка опьянея от вина, и долго обнимались, когда за окном становилось темно. Мы не решались на что-то большее, но нам хватало времени, что мы тратили друг на друга. Он начал работать, а я сходить с ума без встреч. Тратила последние деньги, лишь бы наблюдать, как он работает, и пить уже остывший кофе. Тайком писал новые стихи, и все же давал мне их читать. Мы работали вместе, флиртовали как в последний раз. Он учил меня играть на гитаре, искренне восхищаясь успехами. Мы касались друг друга случайно, а прикосновения становились все ярче. У меня была новая работа. В свой выходной он терпеливо ждал меня целый день, делая снимки и улыбаясь. Ночью мы танцевали в барах, и он молча провожал меня к другому мужчине. Наши отношения становились печальнее, а он мучился еще больше. На день рождения, подарил то, о чем я мечтала, и не обратив внимания на людей вокруг, крепко обняла его, повиснув на шее. Он смеялся, но смех его становился все тише.

- А дальше? — с сочувствием спросил Леша, внимательно глядя на меня.

Я видела его понимание, и от этого становилось легче. Он будто помогал мне, заново учиться ходить.

- Я теряла его, и все вокруг твердили: скоро он исчезнет. А я обнимала его очень крепко, чувствуя, как он обнимает в ответ, и не могла поверить, что он может уйти из моей жизни.

- Бывает такая дружба?

- Бывает ли вообще дружба? Кто-то кого-то любит. Кто-то к кому-то привязан. Кого-то любят, кому-то позволяют любить. Глеб для меня был больше, чем друг, но я не уверена, что любила его. Любовь очень тяжелое понятие, и каждый раз разное. Да, рядом с ним я была другой: смелой, веселой, яркой. Такой я мало с кем была.

- И всё же, он тебе был нужен.

- Факт. Бывает то, что нельзя объяснить. Он заставлял чувствовать...нет, просто чувствовать, — отмахнулась я, запивая горечь пивом.

Вспоминать всегда трудно. А вспоминать то, что, ты бы хотел исправить, тяжелее вдвойне.

- Ты ведь все равно бы его потеряла Лисёнок. Так и случилось?

- Он исчез. Удалил меня из социальных сетей, игнорировал в университете. Что случилось? Думал ли он обо мне так, как я думала о нем? Я, просыпаясь, лила слезы, засыпая, чувствовала, как быстро бьется сердце. Мысли лишь о нем. Не могла, есть, не могла гулять. Воздух, места, сам город напоминал о наших безумных отношениях. Я вспоминала его голос, как он смеялся, и становилось тошно, что я его потеряла. Хотя он выглядел счастливым издалека. Новые друзья, новая одежда. Он не замечал меня. Люди так быстро меняются или умеют скрывать свои эмоции? Теперь, когда ему хорошо, страдаю и мучусь я. Мы словно поменялись местами, и появляется мысль: вдруг я упустила свою настоящую любовь?

------------------------------------------------------------------------------

*Това е ясно. Сега хората не ни разбират правилно. (от болг. яз.) — Это ясно. Сейчас люди нас не понимают.

*Ужасно е. Когато искаш да бъдеш с един човек, вече не мислиш за другите. (от болг. яз.) — Это ужасно. Когда хочешь быть с одним человеком, уже не думаешь о других.
*Летище. (От болг. яз.) – Аэропорт.