Начало 17
-Почему она до сих пор спит?! Мне нужно поговорить с ней.-нервозный голос раздражает меня. Я вроде бы дышу, но в горле что-то мешает. Кашляю, поднимаю голову.Волосы собрались в отдельные пряди и висят на глазах.
Хочется пить, хочется прийти в норму, хочется убрать с глаз волосы, что бы видеть всё.
Тяну руки к лицу, но вот твою-то мать, они связаны. Я понимаю, что сижу, когда вижу свои ноги.
Красивое платье всё грязное и помятое. Один его край порвался, а о ногах я вообще молчу. На лодыжках выступают красные синяки, а на одной из ног отпечатки пальцев.
Знаю, кто их оставил.
-Сука?-я не поднимаю взгляд, напрягаю руку, что бы проверить что с рукой. Она больно ноет, нужно вытащить чёртову пулю, но видимо, никого кроме меня это не заботит. Другая рука в порядке. Шея болит и я понимаю, что шевелю ей с трудом.
Не издаю ни звука, лишь лёгкий хрип падает с губ.
-Дайте ей воды,-не узнаю голос. В комнате наконец-то светло. Может тогда я очнулась ночью? Слышу, как люди впереди начинают суетится и ходить. Через несколько секунд передо мной оказывается бутылка чистейшей и вкуснейшей воды. Желудок предательски стонет, а язык увлажняет губы в предвкушении сладкой воды.
Не поднимаю голову, что бы не показать свою слабость.
Бутылка в сантиметре от моих губ и её кто-то держит.
Я успеваю коснуться горлышка, прежде чем чья-то рука выбивает бутылку .
Она летит в стену, я слышу, как она громко ударяется и вода расплёскивается по полу. Тело реагирует на нехватку влаги. Легко поворачиваю голову в сторону разлитой воды, которая мне так нужна. Глаза начинает резать и они почти пересыхают, приходится моргать, но легче не становится.
Тру пальцем о палец. Они такие шершавые, не хватает влаги... Облизываю губы и чувствую, как сухое горло трётся само о себя, когда я якобы должна сглотнуть.
Моё лицо хватает рука и резко поднимает на себя.
Карие глаза, такие глубокие и такие гнилые пялятся на меня.
Я вижу его.
Он просто убит.
Огромные мешки под глазами, мятая майка, готова поспорить, что вчерашняя, волосы, как будто только вылез из мусорного бака, а все оголённые части тела покрыты синяками или порезами.
Я ухмыляюсь, за что получаю сильный захват шеи.
Вся кожа там мгновенно нагревается и взрывается болью.
Та схватка вчера дала о себе знать.
Стоп, или она была не вчера?
-Я могу не бить тебя, но боль я умею причинять и по-другому.-рука сильнее смыкается и я закрываю глаза, что бы вид этого ублюдка не вызывал во мне тошноту. Вдохи прерывисто попадают внутрь меня и создают неприятное ощущение удушения.
Тело напрягается и я уже пытаюсь высвободиться, что бы попытаться выжить. Рука ноет и я шиплю из-за боли в ней.
Не открывать глаза! Не открывать!
Словно прочитав мои мысли, Ташкент говорит со мной.
-Открой свои чёртовы глаза, сука.-голос такой грубый и гортанный, что внизу живота сводит и я уже не знаю, что чувствую больше. Тошноту или боль? А может страх? Не могу говорить и глаза тоже не открываю. Рука уходит с горла и я, блять, ору!
-Аааааа!-этот мудак залез пальцем в моё плечо.-Твою же мать!
Тут глаза хочешь не хочешь,а откроешь. Он продолжал держать свой палец на моём плече, а я изогнулась, как хрен пойми что. Боль пронзила руку, а потом и тело. В голову начал поступать сигнал тревоги и я попыталась выбраться, но стало только больнее.
От плеча шли волны ко всему телу. Они разносили боль, плавными движениями, заставляя меня её чувствовать каждой клеткой. Я закинула голову назад и закрыла глаза, когда стала чувствовать, что постепенно меня отпускает.
Влажный палец берёт мой подбородок и манипулирует моим лицом. Ставит его напротив своего и пялится на меня. Я несколько секунд стараюсь не смотреть в его глаза, но когда Ташкент встряхивает моё лицо и автоматически ловлю с ним контакт.
Непреодолимое желание врезать по его морде не покидает меня каждую секунду и я дёргаю здоровой рукой, что бы хотя бы попытаться его припугнуть, но ни черта. Стоит надо мной, как статуя, пялится в мои глаза и думает какая же я шлюха и тварь.
Наши мысли сходятся на этом , потому что я думаю о нём тоже самое.
-Куда они дели её?-я почти ловлю его дыхание на своей коже, отворачиваюсь, что бы не смотреть на него. Чувствую, как злость скапливается в моих руках, в моём теле. Чувствую желание врезать ему и ухмыльнуться.
Облизываю губы, глядя на него, ухмыляюсь и наклоняю голову.
Он знает, что это значит.
Свободно откидываюсь назад на стуле.
Моё платье уже порядочно по истрепалось, грудь вот-вот покажется, я откидываю волосы назад, не смотря на боль в шее. Улыбаюсь и оглядываю его.
-Сколько ты не спал? День, два?- улыбаюсь и мои губы трескаются от сухости. На них выступает кровь. Несколько секунд он стоит неподвижно и смотрит на меня так грозно, как может. По коже даже побежали мурашки.
Теперь я замечаю, что в комнате мы не одни.
Ухмыляюсь и оглядываю таких же засранцев, как и сам Ташкент.
Оперевшись о косяк двери, стоял парень. Он был чуть ниже Ташкента ростом и выглядел горячим. Его руки были сложены на груди, что подчёркивало огромные плечи и накаченные руки.
Не знаю почему, но именно сейчас мне хотелось всех рассмотреть.
Другой стоял слева от моего "палача" ухмылялся и жадно разглядывал меня. Вот кто у нас садист, ему нравился мой вид и моя боль, он почти питался ею. Его светлые волосы беспорядочно болтались по голове и это делало его горячим.
Внизу живота затянуло, когда он облизнулся. Я сглотнула.
Ещё один парень стоял так, что бы меньше всего смотреть на меня. Он был слегка худым , но тем не менее таким же высоким. Его серьёзные черты лица меня слегка напрягали, но он смотрел так, будто не одобряет всё это. Его каштановые волосы скрывали всю глубину красивых глаз.
Их было четверо.
Но кто знает, может их больше?
И тут предо мной встал тот самый экземпляр. Молчание в комнате уже порядком надоело.
-Ну что скажешь?-я улыбаюсь, не могу смотреть на него без улыбки, потому что он изо всех сил старается не навалять мне по первое число.-Девчонку ты выбрал себе выпендрёжную, меня чуть не стошнило, когда ты ей миленько улыбался.
Я нарываюсь.
Но Ташкент ничего не делает. Может не хочет при своей команде?
-Вспоминаешь?-почему я сказала это? Я смотрю в его карие глаза и вспоминаю, как они блестели, как искрились. Помню, вкус его губ, когда он целовал меня и ему было плевать.
-Выйдите, ребята.-что? Я не ожидала этого. Смотрю на них, пока они все идут.
Мы остаёмся одни.
-Ты всегда была дерьмом.-Ташкент запирает дверь на ключ, поворачивается ко мне спиной и идёт к железному столу. Я слышу, как что-то металлическое звенит. Никита стоит спиной ко мне и молчит.
-Ты из меня сделал это ничтожество.-осознание накрывало меня и ком в горле болел. Тело уже привыкло к сидячему положению, но всё ещё ныло, но сильнее ныло внутри...-Я стала, как ты.
-Это я стал, как ты.-он слишком резко поворачивается ко мне. Его волосы падают на лоб, слишком отросли. Карие глаза он скрывает, потому что знает, что я читаю его, как открытую книгу.-Ты затянула меня в свою чёртову непонятную дерьмо-жизнь, лишь тем, что тогда затянула в переулок и заставила оттрахать тебя.
Горькая усмешка накрыла его губы. Воспоминания меня одурманили и я заулыбалась.
А как всё началось.
-Ты сам хотел меня, я знала, что захочешь...-зажигалка в сильных руках уже создавала огонь, который облизывает скальпель, а потом и щипцы. Я знаю, что он будет делать. Я нужна ему живой.-Тебе надо было просто отпустить меня,когда я уходила от тебя.
-Ты моя главная ошибка.-Ташкент облизывает губы. Садится передо мной на колени. Теперь мы слишком близко, глядит на меня, словно мы с ним старые друзья.
Но мы враги.
-Ты мой яд, мудак.-слова скорее похожи на шипение. Его рука стремится к моей щеке.
Дрожь прошла по телу, Никита заметил, как я задрожала от его прикосновения. Тихая усмешка заставила меня сжать бёдра.
Я...
Воспоминания кружили в моей голове. Я закрыла глаза от наслаждения и я забыла где сейчас.
Его пальцы нежно скользили по моему лицу.
-Я всё помню.-медленно раскрываю глаза. Теперь я вижу Ташкента.
Я тебя вижу, сволочь.
Парень злобно ухмыляется.
Майка на его теле выглядит жарко, парень ещё больше набрал мышц, видимо, не лежал без дела. Наверное, нет времени на бритье, потому что лёгкая щетина обняла его подбородок и щёки, а губы выглядели сочнее.
Я сглотнула.
Губы в лёгкой улыбке манили меня.
Я знаю, что ты делаешь. Знаю, что специально говоришь со мной медленно и гортанно, что бы узел завязался внутри. Знаю, что надел майку, что бы показать своё тело, знаю, что смотрит так, словно прямо сейчас бы отжарил меня на металлическом столе.
-Не смотри на меня так, словно здесь сидит твоя чёртова девчонка.-не знаю кого он видит, но тут сижу я.
-Вы такие разные и это забавно.-словно от наркоза просыпается парень. Теперь он больше не смотрит мне в глаза. Прикасается к шее и задирает голову,что бы осмотреть. Ведёт руки ниже и пробегается по ключицам.
Прохладные грубые пальцы гладят кожу и она следом покрывается мурашками. Не могу контролировать это.
В глазах пляшут искорки, когда Никита смотрит на мою реакцию.
Облизывается, желая попробовать меня на вкус снова.
-Я стала горькой на вкус.-читая его мысли, шепчу я.
-Не двигай бёдрами, иначе я привяжу их, поняла?-Ташкент встаёт, до этого кладёт между моих ног скальпель и щипцы, якобы невзначай задевает мою ногу и я словно в судороге хотела сдвинуть ноги вместе.
Чёрт!
Смотрит на меня, ожидая что я не выдержу и сделаю ноги вместе, а он привяжет меня.
Ему нравится, что я всё ещё так реагирую на него.
Но моё тело, эмоции, быстрее, чем мозг. Я не могу не реагировать на него, он слишком...
Слишком ошеломителен.
Всегда таким был.
Всегда дрожала от его прикосновений.
Спокойно, словно ничего не произошло убирает руку от моих ног. Скалится в улыбке, когда встаёт ко мне ближе. Его почти на уровне моего рта.Это заставляет его ещё сильнее улыбнуться.
Правая рука ложится на мои волосы и ласково проводит по ним. Переходит на подбородок, холодные пальцы создают электричество между нами и я вздыхаю, стараясь расслабить тело. Поднимает голову, что бы я смотрела на него, но я отвожу взгляд.
-Держи голову так, иначе я...
-Побьёшь меня? -я готова к твоим ударам.
-Я могу сделать так, что это принесёт удовольствие только мне.-что?
Блять.
В голове всплывает воспоминание о том, как он отшлёпал меня.
Хмыкаю и сглатываю, фиксируя шею в этом положении.
Руками спускается и берёт моё платье в свои руки. Чувствую его кожу на моей груди.
Ткань с треском расходится на две половины. Он беспощадно рвёт его и оно громко "плачет", разваливаясь.
Порванный подол тоже расползается с такой же лёгкостью.
Сколько же белья он перервал?
Давно закрыла глаза, что бы не видеть его лицо и глаза в этот момент, когда парень осматривает меня. Глубоко дышу и чувствую, как его руки парят над моей кожей. С рукавами та же история. Они рвутся, словно бумага.
С больным плечом, он не церемонится.
Правая рука ноет и кровь бежит опять, когда его руки берут меня за талию. Платье остаётся на стуле. Ташкент бесцеремонно толкает меня к стене у столика. В одном лифчике и шортах стою перед ним. Пытаюсь не смотреть на него, но зато чувствую его взгляд на себе.
-Не проще положить меня на кровать? Или хотя бы оставить на стуле?-он специально?
-Стой на ногах, сука.-отворачиваю голову в бок, что бы не смотреть. Пусть он не будет слишком злым хотя бы пять минут, пока вытаскивает пулю. Тут же хватает мои волосы и тянет на себя, поворачивает мою голову ко мне, а потом тянет назад.
Горячие дыхание обдаёт мою шею.
Я чувствую, как от него пахнет алкоголем.
Он пьян.
Пьян?
Пьян!
-Ты, чёрт побери, пьян!-рука, державшая мои волосы, не даёт взглянуть на него. Собирается пьяным резать меня?! У живота чувствую его руку со скальпелем. Холодный металл трогает тело, но не острой стороной.
-Если бы я был трезвым, то Миша не уговорил бы меня вынуть пулю, которая, по-моему мнению, как раз там, где должна быть.-его дыхание обдаёт мою шею. Я уже хнычу и ноги подкашиваются, но даже пьяный, Такшент ловит меня и ставит снова, смягчая хватку на волосах.
-А теперь, сука,-отпускает волосы. Головы выпрямляется и его губы как раз у моих, глаза блестят и мутнеют. Задумал какое-то дерьмо, я знаю, что будет больно,-терпи.
Его слово падает прямо на мои губы, когда одна из рук Ташкента прижимает моё левое плечо к стене. Руки скованы... Я стёрла все запястья и неудобно тяну руками. Он замечает это и секунду думает снять эту дрянь или нет. Достаёт ключ из штанов и открывает.
Они падаю и я чувствую небольшую свободу. Никита молчит.
Снова прижимает моё плечо к стене, я беру его запястье и сжимаю, что бы было куда деть боль.
Закрываю глаза и отворачиваюсь.
Дышу глубже, потому что рука уже зудит.
Хнычу и пищу, когда чувствую, что скальпель приближается к плечу.
-Тише, красавица,-его губы затрагивают мою ухо,-я аккуратно...
-Бога ради, перестань делать это!-я поворачиваюсь слишком резко, наши носы соприкасаются и его лицо висит над моим. Его холодное тело меня не успокаивает.-Достань её, прошу...
Наши губы почти соприкоснулись.
Облизнулся, осмотрел меня, словно я была чем-то вкусным.
Отвернула голову, что бы не кричать ему в лицо. Его рука сильнее вжала меня в стену.
Ташкент не вытащит пулю, если не сделает рану шире. Щипцы не влезут...
Только не располосуй мне руку.
Холодок прошёл по коже и Никита начал резать.
Сначала начало щипать, а потом жечь. Глухой крик сошёл с моих губ, он резал вниз. Нужно немного... Скальпель вошёл глубже и я заверещала от боли. Плечо начало гореть, его кололо и кровь пульсировала у него. Когда скальпель начал выходить, то продолжал резать плоть и я выгнулась, что бы хотя бы не кричать.
-Сука!-рявкнул он. Скальпель весь в крови был у него в руке. Парень отпустил меня, но я устояла. Запястье его руки, за которое я держалась побелело, а потом точно посинеет.
Я глубоко дышу, когда Ташкент подходит и хватает мою руку.
-Если на мне останется хотя бы пятно, то я украшу твоё тело такими способами, которые ты даже в своей школе не изучала, поняла?-прижимает моё плечо снова, руку оставляю в нормальном положении, но не смогу так долго.
Ташкент режет снова. Всё повторяется.
Я кричу и бью стену здоровой рукой. Он смеётся, когда кидает кровавый скальпель на столик рядом.
Он звенит и я чувствую боль. Она вся несётся по венам. Нервные окончания кидают и кидают в мозг сигналы о боли, которая уже течёт по моим венам.
-Теперь моя малышка.-в глазах уже всё плывёт и я слабо вижу щипцы. Его рука бьёт по щеке, что бы привести меня в порядок. Потягиваюсь и пытаюсь встать ровно, большая рука помогает.
Запах алкоголя у моего лица приводит в чувство и зрение становится ненадолго нормальным. Я кашляю, чувствуя, что вот-вот вырублюсь.
-Стой смирно, сука.-вздёргивает меня и хочется крикнуть на него, но я только опираюсь о его торс. Холодный, как чёртов камень!
Но пахнет превосходно.
Глаза распахиваются, когда я чувствую, что в моём плече щипцы.
Уши заполняет звон.
-Твою ма-а-а-а-а-ть!!!-я скорее хнычу, чем просто кричу, но я знаю, что сраная пуля уже вышла из меня. Закрываю глаза и скатываюсь вниз, но Никита ловит меня.
Говорит что-то.
Стоим ровно и я слышу его пьяное мурлыканье.
Толкаю. Он лишь слегка пошатывается, я иду к двери,которая выделяется цветом из интерьера. Открываю её и там оказывается небольшая комната.
Лестница...
Иду к ней и взбираюсь вверх. Она не большая. Здоровая рука держит плечо.
Дыхание сбивается, когда я поднявшись вижу комнату. В ней сидят парни и все сразу подскакивают. Они бегут ко мне и я поворачиваюсь.
Сзади Ташкент, идёт и скалится.
-Ты чёртов сукин сын!-голос тихий. Сил кричать нет.
Кто-то хватает меня, но я смотрю на Ташкента.
Звон в ушах не прекращается и мир плывёт.
Это боль.
Это шок.
Вальяжно, как кот, парень поднимается по лестнице. Я уже лежу в чьи-то руках, но смотрю на него и чувствую, как плачу.
-Спокойной ночи, красавица.-мои глаза закрывается, после того, как пальцы Ташкента пробегаются по моей щеке, а его глаза блестят.