Я всё исправлю 5
-Вставай, соня!-я пинаю Макса. Он недовольно стонет. Я бесцеремонно вошла в комнату, натянула на себя кофту.
-Макс, вставай! У тебя есть первый урок!-я трясу его, но, видимо, этот баран что-то делал вчера до поздней ночи. -Макс!-я бью его локтем в живот. Парень сразу же стонет, корчится и падает с кровати. Я скинула на него все вещи, которые он должен надеть. Почему он такой безответственный?!
-Даш, что, блять..?-парень сонно потягивается. Я совсем расслабила их...
-Понедельник! Вставай!-толкаю его ещё раз. Максим вошкается, пока я не выхожу. Наши комнаты рядом... Мы часто остаёмся тут, не расходясь по домам.
Я возвращаюсь в комнату. Из комнат вдали выходят учителя, ученики и наёмники.Сегодня у меня нет первого и второго занятия и я могу спокойно дойти до кабинета, порыться в бумагах, а потом спустится в зал, что бы позаниматься перед уроком. Я расчёсываю волосы и подкрашиваю губы. Я должна выглядеть презентабельно, хотя то не помогает. Надеваю рубашку и заправляю её в штаны. Из моей ванной выходит Макар, прикрываясь полотенцем. Мои щёки краснеют и я улыбаюсь, хотя и вяло. Моя улыбка увяла, после смерти Кири.
-Малышка?-его полотенце впитывает влажность его волос. Я вижу, как капельки падают с кудряшек.
-Ты бы приоделся.-я швыряю в него первую же вещь, пока падаю на кровать.-Через полтора часа ты должен быть на совете учителей, помнишь?
-Я не учитель, помнишь?-парень тоже улыбается мне и садится на кровать рядом. Полотенце чуть ли не падает с него и я хватаю тряпку, натягивая на его бёдра. Мак смеётся и его руки накрывают мои.
-Ты один из моих доверенных людей, а доверять мне не сильно хочется.-я хмурюсь и Макар оборачивается. Его кудри прыгают и я слабо хмыкаю. Он забавный.
Моя спина приятно греется не заправленной кроватью. Я бы валялась тут, но сейчас не до этого. Тем более у нас есть одно дело в Токио...
Макар ложится со мной и я морщусь, когда капельки влаги падают на меня. А потом я замечаю мокрые пятна на блузке!
-Ты намочишь меня!-я верещу, пытаясь сдержать смех.-В чём мне теперь идти?!
-Даш,-Макар хватает меня за руки, ещё больше оставляя на мне мокрые капли,-чёрт, я весь мокрый!
-Ахахахах,-больше я не выдерживаю и загибаюсь от смеха,-Ты... Ты...
-Ах ты, моя маленькая дрянь!-Макар накидывается на меня, сжимая в руках. Я всё ещё смеюсь, прикрываясь руками. В голове гудит, но это даже приятно. Рёбра начинают болеть, живот скручивает и я начинаю задыхаться. Когда мои руки находятся за спиной, сжатые его руками, я выдёргиваю их, крича от смеха. Толкаю Мака в бёдра, пока его волосы дарят мне прохладные капли на уровне груди. Я чувствую, как губы кусают пуговицы... Кажется, трёх уже нет. Я пихаю парня в бёдра, пока он пытает мои рёбра и я задыхаюсь от смеха. Мои руки соскальзывают и пальцы касаются дорожки из волос, ведущей к его достоинству.
Мы оба замираем.
Он без полотенца!
-Даш, ты брала мою рубашку...-дверь в комнату открывается и я затыкаюсь, оглядывая Макара. Его глаза сделались тёмными, а улыбка пошлой. Макс же заткнулся после того, как поднял глаза.
-Ахахах,-смех Мака такой гортанный, что мурашки рассыпаются по телу,-только не говори, что не разу не видел мужской зад.
Я быстро хочу застегнуть пуговки на блузке, то их нет. Кудрявый откусил их! А мне потом пришивать...
Макар отпускает меня, вставая между моих ног. Его полотенце прикрывает его бёдра через секунду, а Макс уже отходит от лёгкого шока.
-Знаете, ребята,-Максим видимо что-то ел, потому что рот его забился. Я запахиваю рубашку и поднимаюсь, вслед за уходящим Макаром. Кажется, мои щёки слегка покраснели, но я не могу перестать улыбаться,-вам стоит запирать дверь. Или может у вас сломался дверной замок?-слышу, как железяка в двери звякает. Не могу оторвать взгляд от широкой спины Мака, пока та не исчезает в ванной.-Кстати, почему ты можешь водить к себе девчонок, а я нет?-теперь я вижу яблоко в руках Макса.
-Потому что моя девчонка это директор "Некрос", а твои девушки это шлюхи.-кудрявый насмехается, когда выходит из ванной. Он уже в джинсах и надевает белую рубашку. Я тоже не теряю времени даром. Быстро достаю футболку из шкафа. Хотя бы раз решила пойти презентабельно, но спасибо Макару.
-Тогда я могу быть с одной из учениц или наёмниц?-скулы Макса напрядены, а глаза сузились. Яблоко слишком кислое.
-Вообще-то отношения в школе запрещены.-мне даже жаль его. Где Лёша? Они же не разлей вода.
-Ты чувствуешь, что это слишком не честно?!-мы с Макаром смеёмся. Макс довольно мил, когда сердит.
-Ахаха,-я открываю дверь для всех готовых выйти,-а теперь прошу всех разойтись по своим делам, уважаемые.-Мак и Макс встали. Запах яблока наполнил комнату.-И если уж тебе так приспичило найти себе девушку, так и быть... Одна школа предлагает обмен учениками и я попрошу несколько учениц специально для тебя, любимый.- хлопаю его по плечу и Макс наиграно улыбается. Парень вообще умывался?
-Ну спасибо! Пришлют каких-нибудь глупых простушек, которые даже не смогут отличить Малокалиберную снайперскую винтовку СB-99 от SIG SG 550 Sniper!-друг жестикулирует руками, а я запираю комнату.
-Я думаю там все не такие тупые, как кажется.-Макар обнимает меня, но я скидываю его руку. Мы в школе и он прекрасно понимает это! Вокруг ходят ученики и учителя, не стоит им видеть нас вместе, хотя это сложновато. Мы идём по коридору и парни начинают говорить о какой-то чепухе. Сначала нужно на первый этаж, что бы забрать из сейфа папку с финансами, которая находится у Льва Анатольевича. Так как он не преподаёт, то может объединить комнату и кабинет, но он сделал это не на пятом этаже, где располагаются все основные люди, а на первом, где нет ни одной жилой комнаты. Всё потому что его ноги болят, ведь он лабораторная крыса, которая постоянно считает.
Иногда это жутко раздражает.
_________________
Я бью грушу.
-Раз, два, три...-я уже устала считать. Устала бить. Мои руки болят, но я продолжаю, иногда ударяя ногами. По моему лбу бежит пот, но я продолжаю. В зале темно и глухо, тут пусто и мрачно. Я выключила весь свет, оставив островок света над тренажёрами и грушей. Она пылится, я почти вижу, как пылинки парят вокруг неё. Цепь глухо звенит... Скоро мои уроки, точнее тесты. Я тестирую, а преподают другие... Моя голова гудит, когда я вспоминаю, как нанимала всех. Как другие, чужие... уходили, а приходили новые, доверенные ребята. В голове вспоминается образ церемонии...
Воспоминание.
Через три недели после смерти Кирилла.
Я часто моргаю. В темноте постоянно видится он. Тьма мне напоминает его. Эти растрёпанные коричневые, как застывшая смола, волосы, эти карие глаза, которые могли светиться всеми цветами от жёлтого до красного... Эти губы, которые были слаще мёда... Этот запах, который опьянял мой ум...
Глаза колит, пока я смотрю на маленький клочок бумаги в руке. Горячая солёная жидкость капает из глаз, а прерывистый вздох наполняет лёгкие. Чуть-чуть жидкости падает на разноцветный участок и я быстро, но трепетно вытираю солёную капельку. Почему я не могу сказать "слёзы"? Потому что это не они. Все свои слёзы я истратила у серого камня с его именем, а это лишь горечь и боль, выходящие наружу.
-Я люблю тебя,-моё шёпот адресован клочку бумаги. На фото мы вместе, мы такие счастливые, такие весёлые, такие близкие,-навсегда...
Улыбаюсь Кириллу на фото, который вечно улыбается мне. Поджимаю губы, когда лёгкие начинает колоть. Прикасаюсь к фото и на секунду представляю его мягкую кожу. Он был моим, только моим... Недомерок отнял его у меня. По телу идёт мурашки, когда мои пальцы скользят по силуэту Кири.
-Детка,-я вздрагиваю, когда слышу это прозвище. Он просто не привык, но по глазам Макара я вижу, что через чур жестока по отношению к нему, потому что Мак хмурится. Маленький уголёк вновь загорается где то в рёбрах, когда я слышу "Детка"...-Прости.-друг притупляет взгляд.-Малышка, все собрались в зале, как ты и просила.
-Хорошо, эм...-рукавом кофты я смахиваю жидкость с глаз. Там остаётся мокрый след.-Да, конечно, дашь мне пять минут?
-Малышка,-Макар подходит ближе,- я рядом... И он тоже.-на глаза заново накатывает боль, но я стараюсь сдержать её, хотя получается плохо.
-Я не спасла его...-нет, нет, нет! Не надо было начинать! Моё хныканье разносится на весь кабинет. Быстрыми движениями моя "скала" приближается ещё ближе. Я оказываюсь в жарких руках, утыкаясь носом в шею Макара. Я плачу сильнее, когда мне кажется, что я в руках у Кирилла... Снова там, где мне самое место.-Он мёртв и всё из-за него! Ты же знаешь!
Я плачу навзрыд. Мои слёзы капают на его шею. Я плачу, плачу слезами, потому что люблю Кирилла. Люблю до сих пор! И мне не жалко на него слёз...
-Знаю, знаю, малышка,-руки гладят мою спину и голову. Я чувствую утешение, но ещё чувствую боль,-мы найдём его, найдём вместе...
-Прости,-я бубню ему в шею. Желание обнимать его ещё не прошло,-я не верила, что мы сделаем это. И...-я нахмурилась, кажется, слёзы, наконец, перестали течь из глаз и заблудившие воспоминания ударили в голову.
"Ты никогда не будешь мне семьёй!", "Ты больше не с нами!".
Я помню, как кричала на Макара в машине.
-Ты всегда был моей семьёй...
-Я знаю, Даш, знаю...-наши объятья длятся ещё несколько секунд.-Нас ждут...Мы разошлись. Я вытерла рукой глаза.
-Да, идём.-мы направились к двери. Только ему можно тут верить. Мы прошли пару коридоров и остановились у большой двери. Наши взгляды встретились и мы вошли. Множество глаз уставилось на нас в немом молчании, но мы с другом невозмутимо двигались к сцене. Макар сел рядом со мной на сцене, а я встала у микрофона.
-Я не зря собрала вас всех тут,-в зале находилось пятнадцать команд и десять преподавателей. Все кто хотя бы находился в школе, были тут. Не считая персонал...-сегодня я поменяю всё тут, так как я новый директор.
-Отшельница!-кто-то выкрикнул это из зала и сразу же заткнулся. Мой голос тал твёрже и я пробежалась по залу глазами.
-Ты прав.-внутри было приятно, Макар улыбался рядом со мной.-Но теперь она директор, не чудесно ли?-вся команда Макса сидела и улыбалась на своих местах, а преподаватели остались серьёзными.
-Для начала преподаватели.-я осматриваю людей, которые пытали меня.-Я прошу вас встать тут.-они поднялись на сцену и встали рядом. Кажется, все встревожены. Все, кроме Виктора. Зал был сравнительно не самым большим в школе, так что мой голос была прекрасно слышно и без микрофона.-Я меняю преподавательский состав.-я заметила, как половина учителей начала дёргаться, а другая вздыхать.-начнём по порядку. Я буду говорить вам остаётесь вы или нет, а затем говорить чем отныне вы занимаетесь в "Некрос". Так же группы распределены по разрядам или уровням, как удобнее. Первый уровень это наёмники и выпукники, пятый - новички.
-Семён Шолохов,-мужчина делает шаг вперёд и подходит ближе. Его лицо кажется невозмутимым, но я знаю, что он думает по моему поводу,- я не выкидываю всех из-за ненависти, Сергей. Я вполне могу мысли рационально и не собираюсь терять такого одарённого наставника, но теперь вы работаете по другому порядку. Теперь вы не учите группы четвёртого и пятого разряда,-зеленоглазый белый мужчина поджимает губы,-теперь ты учитель по "Испытанию".
Семён занимается пытками и в свои тридцать лет он уже довольно много повидал. В двадцать один он попал в заложники к афганистанским террористам и им был нужен код, что бы что-то взломать или открыть, но он не говорил. Как потом стало известно у него выпытывали время, когда сотню заключённых перевезут из одной тюрьмы в другую. Семёна пытали сорока шестью разными способами. Этот человек заслуживает работать тут.
-Евгений Шипин,- тридцати двух летний мужчина с голубыми глазами и вечно грязными, как сама грязь волосами. Брат близнец Евгении Шипиной, попал в "Некрос" в пятнадцать лет, когда главным был дедушка,-вы так же будете заниматься оружием в нашей школе и группами для вашего обучения будут группы с третьего по пятый уровень.
-А первый разряд?-голубые глаза смотрят на меня с любопытством. Я не знаю, как меня рассматривает он.
-Ваша программа совмещена и теперь весь предмет можно выучить за три года, а не за пять лет.- Евгений вздыхает.
-Что на счёт сестры?-нельзя знать всё.
-Идите к Семёну.-Евгений поджав губы удалился на своё место.
-Евгения Шипина,-женщина, так удивительно похожая на брата подходит ко мне,-пообщавшись с моим другом я поняла, что вы не заменимый педагог в нашем коллективе.-голубые глаза почти улыбаются мне и я вижу благодарность,-я предоставляю выбор ученикам. Ваш предмет отныне индивидуален и шпионажем может заниматься кто хочет. По группам вы распределите их сами...-она лишь благодарно кивнула и удалилась к брату. Они взялись за руки и поздравили друг друга.
-Дмитрий Рекрутов,-я не чувствовала особой любви. Я видела в учителях только надобность или же наоборот. Сороколетний мужчина подошёл ко мне и гордо взглянул. Он был великолепным стратегом, но суть в слове "был",-вы покидаете нас.Мои слова резки и на несколько секунд он столбенеет.
-Что?!-мужчина не сводит глаз.-Ты не можешь!-его слова эхом проносятся по залу и ученики перешёптываются, вслушиваясь в моё молчание. Он один из лучших стратегов, но не в "Некрос".
-Я могу, Дмитрий.-я вижу злость и презрение в его глазах, но главная я.
-Пропадите вы все пропадом, особенно ты, маленькая сучка!-он спускается со сцены и уходит, пиная стул по пути. Молчание впитывает грохот после мужчины. Дмитрий быстро исчезает за дверью.
-На его место я взяла более опытного педагога.-из-за сцены выходит седой мужчина в сером костюме.-Это Артур Клейн. Артур был одним из разведчиков в Афганистане, Ираке, Иране и США. Был одним из разработчиков плана "Фельшетр" в Швейцарии и одним из построения лже убийства Кенеди.
-И в чём же там дело?-какой-то парень выкрикнул из зала.
-Я думаю, мы поговорим об этом на уроке.-Артур улыбнулся и прошёл на своё место.
Думаю, ребят заинтересует такая фигура, как Мистер Клейн. В его словах был лёгкий акцент и мне нравилось это. Он напоминал дедушку и я нашла в его документах имя его и его отца.
-Бегумец,-зал затих. Все знают, что он испытывал ко мне некую любовь, из-за которой и любил поиграть с моими нервишками. На его голове была лысина, сам он был в потрёпанном плаще, который никогда не снимал, на глазу была повязка. Старик гордо подошёл ко мне. Он привык глядеть опасности в лицо и эта опасность я.-Ты остаёшься, старик.-его удивлённый глаз чуть не вывалился, а губы открылись в немом вопросе. Не ожидал? Ученики начали шептаться.-Я забыла обо всех наших недопониманиях, надеюсь и ты тоже.-лёгкий кивок сказал мне всё, что нужно.-Ты будешь учить только первый, второй и третий уровни, твой предмет "Самообладание"
-Виктория Третьякова,-девушка с рыжими локонами подходит ко мне. Она вполне озабочена. Даже дрожит, а вот когда к нам на уроках привязывала бомбы не особо и дрожала... Она тут около пяти лет и я не понимаю, почему Сомова взяла её,-ты уходишь.-её лицо становится грустным. А ещё грустят наёмники с которыми она спит.
-Но я же...-я прерываю её отрицательными кивками головы и она покидает нас. Я рада, что она не устраивает сцены.
-Вместо неё я нашла не менее способную и очаровательную особу. Это Сулинь Адель.-небольшая девушка выходит из-за кулис. У неё восточная внешность, но безусловно она красива.-Эта девушка может открыть любой замок , правительство Южной Корее, Китая, России и Франции для кое-каких заданий. Так же Сулинь любит бомбы.-лёгкая тень улыбки играет на лице девушки и в зале раздаётся свист и выкрики. Она покорно удаляется на своё место.
-Виктор,-быстро он подходит ко мне. Это практически лысый мужчина, довольно большой и побитый жизнью. Он ожидает и я не мучаю его,-ты остаёшься. -я не люблю шутить с ним. С усмешкой он покидает сцену.
-Так же могу сразу сказать, что Старик Хло продолжает заниматься преподаванием науки, а Степан Потамов остаётся преподавать самооборону. Ваши уроки добровольны и вы можете набирать учеников всех уровней.-я не особо хорошо их знаю...
На сцене остаётся только Ольга Сомова.
Я удостаиваю её моего личного пространства и сама подхожу.
Бывшая директриса школы смотрит на меня, как на мусор, но это легко исправить.
-"Некрос" больше не нуждается ни в вас не в ваших услугах.
Кажется, она спускается со сцены и начинает уходить под гробовую тишину.
Единственное, что я точно знаю на её счёт это то, что она не выйдет из этой школы сегодня.
Конец воспоминания.
_______________
Автор.
В комнате было слишком холодно и слишком темно, что бы находится тут в такой лёгкой одежде. Но, видимо, ему плевать. Капельки пота катятся по его лицу. Волосы отрасли, ведь за ними никто не следит. Они падают на глаза от резких рывков. Карие глаза уже не такие красивые и яркие, как когда-то. Они потускнели и теперь там только чёрные угли.
Мышцы парня напряжены. Они дрожат всё больше и больше от каждого удара. Озноб проходит по его коже и губы начинают дрожать. Кареглазый сжимает челюсть. Этот зал довольно скуден, но тут есть парочка груш, а больше и не нужно...
Лёгкие вздохи и толчки разносятся по залу. Но там, где-то вдали слышится музыка... Она порядком надоела Ташкенту. Но ничего не поделаешь. За стеной слышен разговор, но это японский. К сожалению парень не знает этого языка. Он лишь жмурится и начинает бить сильнее...
-Никита?-слабый голос, похожий на дуновение ветра заставляет парня остановиться. Что с ним происходит? Лёгкая улыбка завоёвывает губы Ташкента и он поворачивается. Его глаза не меняют цвет... Они на всегда стали сгоревшими. Навсегда остались чёрными, как уголь...
-Да,-голос слишком хриплый. На минуту кажется, что парню нужно прокашляться, но на самом деле сигареты и холод повлияли на его голос. Ташкент оборачивается и видит девушку. Маленькую конфетку, которая самоуверенно стоит около входа,-иди сюда, детка.Никита манит рукой девушку. Она аккуратно движется вперёд и буквально скользит вперёд к нему. Ташкент дышит тяжело. Кажется, ему тоже трудно дышать. Лёгкое полотенце ложится на массивную шею, когда девушка подходит к парню.
-Ты весь потный!-брюнетка фыркает и толкает кареглазого, но хриплый смех разбавляет обстановку. Большая рука, перебинтованная уже серым бинтом, притягивает хрупкое тело. Она хихикает и корчит носик. Это ей идёт... Милая улыбка очаровывает парня. Ташкент расслабился. Большие руки больше не напрягаются. Теперь парню по вкусу лёгкая победа.
-Брось, Алекс...-бурчит Ташкент. Горячее тело прислоняется к худому силуэту. Он тянет её к себе ближе снова и снова, пока Алекс не перестаёт сопротивляться. Комнату заполоняет искренний смех. Они кружатся, пока не падают на маты.-Ты такая вкусная...
Горячий шёпот касается губ Алекс. Она прекрасна. Карие глаза постоянно сияют, а губы на столько мягкие, что любые бы захотели их поцеловать. Волосы пахли приятным сладким ароматом вина и цитруса, кожа была такой сладкой, будто вот-вот из неё потечёт мёд.
Грубые губы, разбитые всеми, кому не лень, царапали гладкий мрамор приятной кожи, а грубые руки тянули вверх футболку девушки. Большие ладони прошлись по животу, когда мягкий, успокаивающий поцелуй Алекс оставила на шее Никиты. Она исцеляла его. Она делала его мягким...
Их губы встретились. Приятные, влажные, томные звуки заполняли холодную и тёмную комнату. Кажется, что горячий воздух паром исходит от тел пары. Они лежали, как будто вокруг них нет никакой бури. Алекс это то, что спасало Ташкента от тьмы.
Но никто не знал, что он и есть тьма.
________________
Ну и что думаете?
powerfuland