R.E.M
Бежать. Бежать и не останавливаться, не сбавлять темп, не оглядываться назад.
Это единственное спасение. Иначе не уцелеть. Бежать только вперед. Как можно дальше, как можно быстрее. Страх, нет, скорее животный ужас, заставляет двигаться. И плевать на ветки, хлещущие по лицу, на скользкую и мокрую от росы траву, коряги и корни деревьев, так и норовящие зацепиться за ногу, повалить на холодную землю, предоставляя меня на растерзание преследователя.
От кого я бегу? Не знаю. Сколько раз вглядывалась, но лица так и не разглядела. Просто черная фигура. Подсознательно чувствую, что это мужчина. Даже на таком большом расстоянии я ужасаюсь размерам его силуэта. Страшно. Интересно, как у меня выходит так быстро бежать? С моей-то "удовлетворительно" по физкультуре.
Помяни черта.
Вбежав в физкультурный зал, замечаю ошалевшее выражение лица моего учителя физкультуры и бросаюсь к нему в надежде получить хоть какую-то помощь. Мой преследователь появляется через мгновение. Звук его шагов раздается по пустующему помещению гулким эхо, отчего даже стены начинают трястись. Отовсюду начинает сыпаться спортивный инвентарь. Мячи, скакалки, метательные гранаты, секундомеры, стеллажи. Каким-то чудом мне удается от всего этого уворачиваться, и я продолжаю бежать вперед, не теряя ориентира. Я все так же продолжаю цепляться взглядом за лицо своего одноклассника. Я знаю, он обязательно меня спасет. Вижу, как он протягивает мне руку и всем телом подаюсь вперед, чувствуя, что как только коснусь его, все рассеется, будто ничего не было, но тут спотыкаюсь. Дурацкая скакалка, как змея, обвилась вокруг моих ног, и теперь я падаю вниз.
Внезапно пол подо мной ломается на мелкие щепки. Я лечу в полной темноте. Слышу только противный полу-скрип - полу-стон... Внезапно чувствую, что скакалка, обвившаяся вокруг моей ноги, становится толще. Надо мной возникает учитель.
Он, так же как и я, летит вниз, но, почему-то, при этом светится. И его лицо выражает какой-то укор, явное недовольство. Он шевелит губами. Я не слышу его голоса, но понимаю, что он говорит о не сданном нормативе, злобно усмехается и исчезает. Однако свет, окружавший его, все так же остается в пространстве. Я смотрю на свои ноги. Почему-то решила проверить, есть ли они у меня.
Опустив взгляд обнаруживаю огромную змею, обвившуюся вокруг коленей. С ужасом смотрю на ее чешуйчатую кожу, под которой двигаются мышцы и на ее окровавленную пасть. Я не чувствую ног, ниже колен. Просто потому, что у меня их нет. Начинаю кричать, но не слышу собственного крика. Внезапно пространство вокруг меня становится ослепительно белым. Я на секунду зажмуриваюсь, а открыв глаза наблюдаю за пятном, в котором исчез мой учитель. Оно стало непроглядно черным и сейчас начинает менять свою форму. Еще мгновение и передо мной тот же мужской силуэт, от которого я убегала.
Я снова кричу, вскакиваю с кресла и несусь прочь из квартиры. Силуэт продолжает преследовать меня. Бегу вверх по лестнице, минуя три пролета за каких-то пару секунд, распахиваю дверь первой попавшейся квартиры. Ступив на холодный асфальт я устремляюсь вперед, не обращая никакого внимания на ледяной ливень. Меня все еще продолжают преследовать. Он почти меня догоняет. Я в панике перебираю варианты спасения. Дорога разделяется на двое. Одна тропа ведет вверх, пролегая где-то высоко в небе. Вторая пересекает водную гладь, извиваясь и лавируя на волнах.
Бегу вверх, в надежде найти убежище там. А мой преследователь, почему-то, бежит внизу... Я точно знаю, он понял, что выбрал не тот путь. Или я ошибаюсь?
Он достает из за пазухи кинжал и кидает его в меня, попадая мне в плечо. Я вижу, как пролетают мимо какие-то белоснежные перья и чувствую, как стремительно падаю в толщу воды. Больно ударившись о застеленную мхом землю поднимаюсь на ноги и снова бегу. Мужчина снова рядом.
Тут я обнаруживаю метрах в ста от себя беседку со стоящей в ней колыбелью, и, собрав последние силы, бросаюсь туда. Чувствую под ногами мягкость ковролина, но продолжаю направляться к колыбели. Почему-то расстояние не уменьшается, сколько бы я не бежала. Оборачиваюсь. Силуэт уже тянет ко мне руки. Еще чуть-чуть и он схватит меня, но...
Просыпаюсь.
Поднимаюсь с кровати и иду по коридору. Он кажется слишком длинным, но я вижу, что он не бесконечный. Постепенно начинаю набирать скорость, но драгоценный выход, кажется, становится все дальше. Я спотыкаюсь и падаю, больно ударившись о холодный пол...
Просыпаюсь.
Поднимаюсь с кровати и иду по длинному коридору. Немного дальше виден выход. Я начинаю бежать, но к цели не приближаюсь...
Просыпаюсь.
Поднимаюсь с кровати и выхожу в темный длинный коридор. В конце его я вижу ярко освященный выход. Все быстрее и быстрее набираю темп, бегу вперед, не оглядываясь, не обращая внимания на ветки, хлещущие меня по лицу. Я уже почти рядом. Под ногами я уже отчетливо вижу очертания ледяной плитки, по которой ступала до сих пор.
Внезапно все озаряет яркая вспышка и я с удовольствием разглядываю цветущие аллеи с деревьями, которые из-за своих же цветов стояли нежно розовыми. Наслаждаюсь, как лепестки, слетающие с этих деревьев нежно касаются моего лица и оголенных рук, приятно лаская кожу. Постепенно до слуха, сначала тихо, а потом все громче и громче, начинает доносится красивая мелодия, будто кто-то открыл музыкальную шкатулку.
Я, блаженствуя, кружусь по розовой аллее, утопая в ласковых прикосновениях лепестков и медленной, словно льющейся ручьем, музыке. Я готова раствориться в этой мелодии, навсегда остаться в плену прекрасных деревьев, купаясь в ощущениях, которые мне дарят опавшие с них цветы и лепестки, постоянно чувствуя вокруг сладкий, с легкой, приятной кислинкой, запах, исходящий от них.
Неожиданно мелодия, дарившая мне наслаждение, начинает пропускать фальшивые нотки, с каждым разом нарастающие и сливающиеся в один противный, пульсирующий писк. Налетает холодный, буквально режущий, ветер, который срывает с деревьев нежные лепестки, сметая их куда-то за грани моего видения. Гул ветра сливается с противным писком, в который превратилась, некогда, прекрасная мелодия, усиливая его в несколько раз.
Пространство вокруг медленно испаряется, оставляя после себя лишь черную пустоту, сквозь которую, почему-то, продолжают пробиваться светлые лучи.
Я, через силу, открываю глаза и шарю рукой в поисках занудно орущего будильника. Сквозь задернутые шторы уже начал пробиваться солнечный свет, а значит времени на сон больше не осталось.
Несмотря на ночной отдых, всем телом чувствую жуткую усталость и разбитость. Аккуратно, дабы не наступить на кота, спящего где-то рядом, поднимаюсь с кровати, недовольно бурча нечто, даже для меня, не особо разборчивое.
Ранние подъемы всегда вызывали во мне апатию и ненависть к окружающему миру... Подойдя к окну я, резким движением, раздвигаю толстые, тяжелые шторы и смотрю на едва взошедшее утреннее солнце и еще не проснувшийся город, который, даже не смотря на свои габариты, с высоты двенадцатого этажа, кажется маленьким, тихим и безмятежным.
На проезжей части не наблюдается того скопления машин, которое царит там где-то после восьми утра. Нет толпы людей, в бешеном темпе снующих в разные стороны, нет жутких криков детей с площадки во дворе...
За окном только легкий шелест утреннего ветра, щебетание едва проснувшихся птиц и колокольный перезвон, доносящийся из церкви неподалеку. Позади меня, судя по звуку, падает какая-то коробочка, а через мгновение я слышу ту самую мелодию, которая мне приснилась.
Обернувшись обнаруживаю рыжее, почти оранжевое, пушистое создание, называемое моим котом, сидящее около опрокинутой на бок музыкальной шкатулки. Усмехнувшись, открываю форточку и снова наслаждаюсь мягкими переливами музыки, слившейся в одно вместе с колокольным звоном, шелестом деревьев и пением ранних пташек. Мелодией, которая сейчас заполнила для меня весь мир.