Глава 44
Сквозь плотно задернутые шторы солнечный свет практически не проникал в комнату. Полумрак и тишина. Было слышно, как колотится в грудной клетке сердце, словно вот-вот сделает последний удар и затихнет. Но оно не затихало. Наоборот, казалось, с каждой минутой оно всё громче отбивалось пульсом в висках.
Я сидела на огромной двухспальной кровати, выводя пальцами непонятные узоры на кремовой простыне. Это все нервы. У меня дрожали руки, в горле пересохло.
Передо мной лежало шикарное белоснежное платье, украшенное мелкими бриллиантами и шифоном. Длинный шлейф спадал на пол.
Мое свадебное платье.
Я вчера ответила «да».
И еще мы... занялись любовью. Прямо там, на пляже, у костра. Мы были настолько близко к воде, что морские брызги щекотали пятки. Вино обдавало жаром изнутри, казалось, оно разлилось по венам, впиталось в кровь. Когда одеяло подо мной скомкалось, я оказалась обнаженной на раскаленном песке, пещинки вонзались в кожу сотнями иголок. Я сдерживалась, как могла, кусала до крови губы, чтобы не закричать от удовольствия и боли, слившихся в единое чувство наслаждения. Из моих уст вырывались стоны, а на плечах парня оставались красные полосы. Он давил на меня своим телом, сердце норовило выпрыгнуть из груди, кожа горела, пальцы оставляли глубокие борозды в песке, а рот судорожно хватал воздух, которого вдруг стало слишком мало. Жадные поцелуи – будто впервые. Мне было жарко, но на шее появились мурашки, словно от холода. Я стонала уже осипшим голосом, но его подзадоривающий хриплый шепот «громче, девочка, «кричи, я хочу слышать тебя» – заставлял меня кричать до изнеможения, изгибаясь под ним. И вот - мышцы напряглись, внизу живота – спазм, пальцы на ногах поджались, по всему телу прошла судорога, и я позволила себе закрыть глаза в сладкой истоме...
Я так вымоталась, что заснула прямо на пляже, и Джастин нес меня, голую, укутанную лишь в одеяло, домой на руках.
Не знаю, лег ли он со мной, но проснулась я в номере одна, на кровати была коробка с пышным бантом и записка:
«Милая, все приготовления я беру на себя, не беспокойся об этом. Внутри коробки кое-что особенное для тебя, примерь. Я буду ближе к вечеру, будь готова к сюрпризу».
Последняя фраза до сих пор вертелась в сознании. Это так странно, когда торжество, о котором я мечтала с самого детства, которое в деталях себе представляла, вдруг за один день собирается организовать мой парень. И парень ли? Ведь мы не встречались, мы даже не говорили друг другу о своих чувствах. Если они были вообще.
Я взяла в руки платье и подошла к зеркалу. Переборов неуверенность, я приложила ткань к телу. В отражении на меня смотрела совсем другая девушка: красивая, немного растрепанная и растерянная, но невероятно милая в своей непосредственности. Я мимолетно улыбнулась, и полюбовавшись несколько секунд, положила платье обратно на постель.
Выйдя на балкон, я не удержалась и закурила, глубоко втягивая в себя горький дым. Ветер растрепал длинные черные локоны, солнце немного слепило, я затушила сигарету, выбросила ее подальше и вернулась в комнату.
На дне той же коробки обнаружилось также белое кружевное белье, босоножки, чулки и подвязки.
Мне не верилось, что все это происходит наяву. Если бы кто-то сказал мне, что я соглашусь выйти замуж за человека, которого знаю от силы пару недель на второй день после предложения, я бы покрутила пальцем у виска и расхохоталась. А сейчас я сидела в номере самого дорогого отеля Филиппин и готовилась к свадьбе.
Когда вазон на подоконнике стал отбрасывать длинную тень, комната погрузилась в сумерки с золотым оттенком, послышался хлопок входной двери и на пороге появился Джастин в темно-синем костюме. От него прямо веяло изысканностью, он был будто не простой парень, а какой-то лорд, принц голубых кровей. Я невольно загляделась. Парень чуть приоткрыл рот, рассматривая меня.
- Ты такая... Красивая, - выдохнул он, подходя ближе. Его ладонь накрыла мою. - Ты готова?
Я, покраснев, кивнула, и вскоре мы, покинув здание отеля, уехали в шикарном белом кабриолете.
Спустя полчаса мы стояли перед входом в маленькую церквушку, аллея перед которой была украшена свечами. Солнце уже село, и на остров махровой дымкой опустился вечер. Зрелище сотен огоньков завораживало, я и не заметила, как в уголках глаз появились слезы.
- Ну-ну, милая, ты чего? - встревожился парень и крепче взял меня за руку. - Пойдем.
Я сделала неуверенный шаг навстречу деревянным дверям, за которыми скрывалось невероятной красоты помещение. Расписанные вручную иконы, золотистые мозаики и фрески.
Характерное церковное благоухание приятно защекотало ноздри, от волнения мои колени подогнулись, я чуть было не упала, но Джастин успел меня подхватить за талию.
- Ты в порядке? - спросил он, обеспокоенно всматриваясь в мое лицо.
Я улыбнулась уголками губ:
- Да.
Мы подошли к алтарю, где нас ожидал священник с толстой книгой в руках. Он жестом пригласил нас встать поближе и тихо зачитал молитвы. Я слушала его речь с трепетом и чувствовала, как в груди все наполняется теплом.
- ...Если есть кто-то против бракосочетания этих молодых людей, то пусть скажет сейчас или умолкнет навеки, - заученно произнес святой отец, а я взглянула на него с удивлением, ведь, кроме нас троих в церкви больше никого не было.
Он лишь пожал плечами в ответ, мол, таков обряд.
Вдруг сзади раздался скрип двери.
Я обернулась, и сердце мое от ужаса забилось где-то в горле: на пороге стоял... Джастин?! Эти волосы, губы, глаза! Но это же...
- Невозможно... - прошептала я вслух, чувствуя, что вдруг стало больно дышать.
Я вцепилась рукой в ткань платья на груди, комкая его и напрасно пытаясь вдохнуть. В ушах появился шум, в затылке пульсировала наростающая горячая волна. Я схватилась за голову, а перед глазами все поплыло.
Не чувствую ног.
Кто-то кричит мое имя...
А я теряю сознание.