26 ГЛАВА
*
Тело покалывало, как будто я целую вечность пролежала в коме. Издав приглушенный стон, я с трудом пошевелила правой рукой и открыла глаза. Я ехала в машине на заднем сидении, лежа на чьих-то коленях.
Покосившись на водителя, я увидела затылок Алекса и слегка успокоилась. Мы ехали в его машине. Рядом с Алексом сидела Макс. А значит…
Я медленно перевела глаза на человека, на чьих коленях лежала. И одновременно с этим меня будто кипятком ошпарило.
В отца стреляли!
Или мне это приснилось?
— Ты в порядке? — наклонился ко мне Егор. Его глаза горели от беспокойства.
Он не улетел?..
— Что с отцом? — приподнявшись на локтях, хрипло выдохнула я.
Братья одновременно обернулись ко мне.
— Ему выстрелили в плечо. Он в реанимации, но все будет хорошо — ничего важного не задето, — ответил Алекс, перехватывая в зеркале мой взгляд.
Я глубоко вздохнула. Час от часу не легче.
— Кто стрелял? — спросила я, принимая сидячее положение.
— Мужика поймали. Полицейские сейчас выясняют, кто он такой, — ответил Макс, протягивая мне бутылку воды.
Взяв емкость, я отвинтила крышку.
— И куда мы сейчас едем? — тихо спросила я, делая глоток.
— В больницу. Отец хотел видеть тебя. И Егора, — вздохнул Макс, окидывая нас многозначительным взглядом. Он уже все знает? Или дело только в поцелуе, который видели братья?
Наморщив лоб, я посмотрела на Егора.
— А разве ты сейчас не должен лететь в самолете? — еле слышно спросила я, ощущая головокружение и слабость во всем теле.
Наклонив голову, парень взял меня за руку.
— Я не полетел, — просто ответил он, согревая мои окоченевшие пальцы широкой ладонью.
Я приподняла брови.
— Почему?
Он нахмурился.
— Если на твоего отца покушались, это может случиться и с тобой. Я не мог оставить тебя в опасности.
Я до боли прикусила губу. Значит дело только в гиперответственности этого парня.
— И, кроме того, меня беспокоит твой обморок, — помолчав, добавил Егор. — Тебе нужно сходить к врачу.
Отвернувшись, я прислонилась лбом к прохладному окну. Последние дни мое тело просто не вывозило всего происходящего. И боюсь, дальше легче не будет…
*
К отцу тянулись какие-то бесконечные проводки, его плечо было замотано бинтами, а когда-то смуглая кожа казалась белой, как молоко.
Но глаза этого мужчины по-прежнему горели таким огнем и жаждой жизни, что я сразу успокоилась. С отцом все будет хорошо. А вот людям, которые посмели стрелять в него, не поздоровится.
Увидев возле больничной кровати маму Егора, я замешкалась в дверях.
— Лола, проходи, — заметив меня, мягко улыбнулась Елена, заправляя темные волосы за уши. Ей было также неловко, как и мне.
Кивнув, я медленно подошла к кровати, ощущая за спиной присутствие троих… братьев.
В груди привычно заныло.
— Ты все-таки сбежала от Олега, — усмехнулся отец, пристально разглядывая мое лицо. Говоря об охране.
Если он хотел увидеть там раскаяние, то мог даже не стараться. Я была жутка зла на него за то, что он не рассказал мне о своей избраннице раньше, и так подставил всех нас. Когда он уже поймет, что его дочка выросла и из мелкого неразумного суслика превратилась в зрелую рассудительную девушку?..
— Как ты? — тихо спросила я, беря отца за руку, лежавшую поверх простыни.
Как бы я ни была обижена на отца, в такие моменты, когда жизнь и смерть переплетались, я понимала, что дороже него и братьев у меня никого нет. Мы были семьей. Настоящей семьей. И кто бы из нас ни оступился, мы готовы были простить друг другу всё. Абсолютно всё.
И в усталых глазах отца я видела отражение своих мыслей и чувств. В них светилась только чистая безграничная любовь. Так же, как и в моих.
— Я как будто скинул двадцать лет, дочка, — подмигнул мне отец, крепко сжимая мои пальцы. — И чувствую, пора мне валить отсюда, пока меня не заморили больничной баландой и бесконечными клизмами.
Откинув голову, чтобы никто не увидел моих слез, я от души расхохоталась.
И в этот момент меня как будто отпустило. Я почувствовала такую внутреннюю свободу, что мне даже дышать стало легче.
Все будет хорошо.
Теперь я точно знаю.
Мой отец жив и полон сил.
У меня есть братья, которые бесят меня до невозможности и за которых я, не думая, отдам жизнь.
А еще в нашей семье появится женщина, которая сможет обуздать и смягчить непростой характер моего отца. И теперь я знаю, к кому пойду советоваться по женским делам. Алекс с Максом, конечно, непревзойдённые советчики по части тампонов и свиданий, но придётся им уступить это место.
И что самое главное… Совсем скоро в жизни всех нас ворвется один чистый и непорочный карапуз. И все мы безоговорочно влюбимся в это чудо и примем в свою дружную семью. И он вырастет на наших глазах, став отражением каждого из нас.
И было в этом что-то запредельное.
Слезы текли по моему лицу, но я даже не чувствовала их.
Нежно улыбаясь, отец кончиками пальцев провел по моим мокрым щекам.
Я судорожно вздохнула, пытаясь успокоиться.
Мы остались в палате одни. Я даже не заметила, как Елена с парнями вышли, бесшумно прикрыв за собой дверь.
Мы с отцом смотрели друг другу в глаза, и нам не нужны были слова.
Но он все-таки сказал это, обхватывая мое лицо ладонями и впиваясь в меня горящим взглядом.
— Если любишь - борись.
И я так ослепительно улыбнулась в ответ, что мы оба поняли — я была копией отца, а это значило только одно.
Я ни за что не сдамся.
*
Егор.
Я готов был заплатить каласальную неустойку за разрыв контракта. На это ушло бы половина моих сбережений.
Но мне было плевать.
Плевать на все — на паузу в своей карьере, на слухи о моей безответственности, на потерю денег.
Когда я увидел, как лицо моей девочки теряет краски, а ее тело без признаков жизни валится на пол, я как будто и сам перестал существовать.
Я ведь не смогу без этой малышки.
Эта мысль была такой простой и очевидной, что я даже не стал достраивать логические мостики дальше.
Я буду с Лолой. И точка.
Если Лоле и ее семье угрожает опасность, я буду рядом. Неважно в качестве кого — друга, парня, брата, любовника, охранника. Я просто люблю эту девчонку и сделаю все, чтобы она жила и радовалась жизни. А все остальное — такая пыль…
Подхватив невесомое тело девчонки на руки, я отнес ее в машину Алекса и, сев рядом, аккуратно положил ее голову к себе на колени.
Братья Лолы косились на меня, но задавать вопросы не спешили. Кажется, они уже знали о том, что скоро все мы станем одной большой семьей. А еще они не могли не понять, что я был неравнодушен к их сестре.
Ладно, этот разговор мы отложим на потом.
А в том, что он состоится, я даже не сомневался. Эти парни слишком любили свою сестру, чтобы так просто отдать ее какому-то чуваку. Тем более, если этим чуваком был я.
Когда мы приехали в больницу, моя мать уже была там. И судя по ее измученному лицу, находилась она там уже не один час.
Черт.
А ведь она носила под сердцем моего братишку ,я был уверен, что это пацан. И ей нужен был отдых.
Пока Лола разговаривала с отцом, я с большим трудом уговорил мать поехать домой, чтобы принять душ и немного поспать. Со скрипом она все же согласилась и позволила усадить ее в такси.
Нервно выкурив сигарету, я поднялся по лестнице и застыл в изгибе узкого коридора, впиваясь взглядом в свою девочку.
Лола стояла возле палаты со своими братьями и казалась такой нежной и воздушной, что я усомнился в ее реальности. Но тут она почувствовала мой взгляд и подняла на меня свои зеленые глаза.
И я понял, что всё по-настоящему.
И всё только начинается.Я подошел ближе.
Лола начала что-то говорить мне, улыбаться, тормошить за руку, а я смотрел на нее, не слыша ни единого слова, и не мог отвести влюбленных глаз.
Какой же я был дурак, если думал, что смогу сбежать от этой малышки и от себя…
Очень быстро нас оставили одних. И я без лишних слов взял Лолу за руку и отвез в холостяцкую берлогу своего друга — туда, где никто не смог бы нам помешать.
И ни у меня, ни у Лолы больше не осталось никаких сомнений.
Мы будем бороться за свою любовь.
И миру придется смириться с этим.
•
Остался эпилог
__________________
Ставь ⭐ пиши комментарии ❤️🔥