"Ветер над Иерусалимом"

"Ветер над Иерусалимом"

Пролог
Горячий ветер нес песок с юга, и весь город будто застыл в знойной дымке. Лето над Иерусалимом всегда приходило беспощадно. На балконе королевского дворца, с которого открывался вид на Храмовую гору, стоял юный король Балдуин IV. Его лицо было обращено к горизонту, но в глазах не было света - лишь спокойная, суровая печаль. За его спиной стояла женщина в простом, но изысканном белом платье.

Агнес, лекарша при королевском дворе, подошла к нему ближе, держа в руках чистую ткань и сосуд с мазью. Она знала, что мальчик, который был венчан королем, уже не был мальчиком. Болезнь - страшная и беспощадная - забрала его детство, но не тронула его дух.

- Ваше Величество, - тихо произнесла она, - вам нужно отдохнуть.

- Отдыхать... - прошептал Балдуин, улыбнувшись одним уголком губ. - Как можно отдыхать, когда я слышу, как город дышит? Как воины готовят мечи, а паломники молят Бога о спасении?

- Король должен беречь себя, чтобы беречь свой народ, - возразила Агнес. Она мягко прикоснулась к его руке, обернув тканью почерневшие пальцы, изуродованные проказой.

- Ты говоришь это, потому что тебе велено заботиться обо мне, - ответил он.

- Нет, я говорю это, потому что мне не всё равно, - тихо, но твёрдо ответила она.

В его глазах промелькнуло удивление. Лишь она - женщина, которая смотрела не на корону, а на его лицо - могла так дерзко говорить с ним.

---

Глава I. "Песня белых лилий"

Агнес появилась при дворе два года назад - молодая, но удивительно умелая в лечении ран и болезней, что делало её незаменимой для прокажённого короля. Она была дочерью купца, учившейся в Салерно среди мужчин, и этот факт долго обсуждали при дворе. Но Балдуину было всё равно.

Они встречались каждый день. Агнес лечила его руки, проверяла повязки, смазывала мазями лицо, скрытое от чужих глаз под тяжёлой маской. Сначала он воспринимал её как необходимость - очередной долг. Но со временем её голос, спокойный и твёрдый, её глаза, светлые и полные жизни, стали чем-то большим.

- Если бы я был здоров... - однажды сказал он, когда она расправляла плащ на его плечах. - Я бы хотел стать рыцарем, как мой отец, и защищать тебя от всех бед этого мира.

- А разве вы сейчас не защищаете меня? - спросила Агнес, поправляя бинты.

- Я? Смешно... Человек, который не может даже снять перчатку, чтобы держать меч.

- Вы защищаете нас иначе. Ваш ум - оружие. Ваше сердце - крепость. А ваша вера - стена, которую никто не может разрушить.

Балдуин замолчал. Никто и никогда не говорил с ним так.

---

Глава II. "Гроза над пустыней"

Когда султан Саладин начал готовиться к вторжению, двор погрузился в тревогу. Балдуин собирал силы, несмотря на слабость тела. Агнес оставалась рядом, даже когда он запрещал ей.

- Ты должна уехать, Агнес, - сказал он однажды ночью, когда на Иерусалим опустилась тьма. - Я не позволю, чтобы ты была здесь, когда придёт война.

- Если вы останетесь, то и я останусь.

- Это не твой долг.

- А если я не из долга? Если я просто... хочу? - её голос сорвался на дрожь.

Балдуин почувствовал, как сжалось сердце. Впервые за долгие годы он ощутил что-то человеческое, что-то тёплое и невыразимо живое.

- Ты должна жить, Агнес, - прошептал он. - Там, где нет меня. Там, где нет войн.

Она взяла его руку в свою - ту самую руку, изуродованную болезнью. Её прикосновение было лёгким и смелым.

- Если я уйду... тогда кто будет заботиться о вас?

- Это не имеет значения, - сказал он. - Я давно мёртв для этого мира.

- Нет, - ответила Агнес, глядя в его глаза. - Пока вы дышите, вы живы. И пока вы живы, есть надежда.

"Ночь без масок"

В покоях Балдуина IV царила тишина. Тусклый свет лампады отбрасывал тени на стены, причудливо играя с вышивкой на балдахине его ложа. Агнес только что закончила перевязку. Она аккуратно убрала чистые ткани и травяные мази в свою сумку, но не торопилась уходить. Балдуин смотрел на неё, не прерывая молчание. Сегодня его голос был слабым, как и всё тело, но в глазах тлел огонь - упрямый, как сама жизнь.

- Останься со мной, Агнес, - тихо сказал он, словно боясь нарушить эту хрупкую тишину.

Агнес замерла, её пальцы на мгновение сжали ремешок сумки.

- Ваше Величество... - она произнесла, но не договорила.

Балдуин медленно поднял взгляд. Его маска, уже снятая для процедуры, лежала на столике у кровати. Его лицо было открыто, честно и неприкрыто, каким она всегда видела его только наедине.

- Не король просит тебя. Не мужчина, покрытый проказой. Я - человек. Просто человек, которому... тяжело быть одному сегодня.

Агнес смотрела на него долго, словно пыталась заглянуть в его душу. Потом она мягко опустилась на край его ложа и убрала прядь волос с лица.

- Я останусь, - ответила она. - По вашему желанию. И по своему тоже.

Балдуин улыбнулся - едва заметно, но искренне. Агнес увидела это и почувствовала, как на сердце стало чуть теплее. Она укрыла его плащом, заботливо расправив тяжёлую ткань на плечах короля. Затем села рядом, сложив руки на коленях, и какое-то время просто слушала его дыхание.

- Агнес, - заговорил он вновь, - ты боишься меня?

Она повернулась к нему, её взгляд был ясным и твёрдым.

- Нет. Никогда не боялась.

- Даже вот такого? - он поднял руку, тонкую и изуродованную болезнью, и положил на её ладонь.

Агнес сжала его пальцы в своих тёплых руках.

- Вы живы. Значит, вы не чудовище. Значит, вы - всё тот же Балдуин, которого я знаю.

- Тебе легко говорить, - слабо усмехнулся он, - когда маски больше нет.

- Маски не нужны тем, кто видит душу, - ответила она.

Балдуин молчал. Слова Агнес пронизывали его насквозь. Возможно, впервые за долгие годы он не чувствовал себя ни уродом, ни королём. Только человеком - уязвимым, но живым.

- Расскажи мне что-нибудь, - тихо попросил он. - О тех местах, где ты была. О тех временах, когда я не был королём, а ты ещё не знала меня.

Агнес начала говорить. Её голос был мягким и спокойным, как ветер, который проникает в окно спальни. Она рассказывала о своих детских прогулках по итальянским лугам, о зелени, которую не найдёшь в Иерусалиме, о запахе розмарина и лаванды на пороге их дома. О тёплом солнечном свете, падающем на каменные стены.

Балдуин слушал, закрыв глаза, позволяя её словам стать мостом в мир, которого он никогда не видел. Его дыхание стало ровнее, лицо расслабилось. Агнес замолчала и посмотрела на него: на его черты, лишённые королевской маски, но такие благородные в своей слабости.
Агнес на мгновение замерла, её дыхание сбилось, но желание быть рядом пересилило страх. Она медленно, почти неосознанно подползла ближе, её платье мягко скользило по ткани ложа, пока она не оказалась совсем рядом с ним. Балдуин чувствовал её тепло - то самое, которое он так давно забыл. Его взгляд - уязвимый, но удивлённый - остановился на её лице. Агнес, дрогнув, наклонилась и коснулась его губ своими - невесомо, как лёгкий вечерний ветер, проникающий через распахнутое окно.

Это был едва уловимый поцелуй - нежный и робкий, как первый шаг в неизвестное. Агнес уже хотела отстраниться, но вдруг почувствовала, как пальцы Балдуина, дрожащие, но твёрдые, коснулись её щеки, удерживая её у себя. Его взгляд, наполненный решимостью, встретился с её.

- Агнес... - прошептал он, но слов больше не потребовалось.

Он осмелился. Впервые за долгие годы, забыв о боли, болезни и сомнениях, Балдуин притянул её ближе и поцеловал снова - глубже, смелее, с таким напором, которого она не ожидала. Его губы, горячие и требовательные, искали её, а дыхание смешалось с её собственным. Этот поцелуй был не робким, а жадным, как у человека, который впервые позволил себе почувствовать, что он живой.

Агнес не отстранилась. Она ответила на этот порыв, её пальцы пробежались по его плечу и замерли на затылке. Время словно остановилось, а воздух вокруг них был насыщен чем-то невыразимо важным. В этот миг Балдуин не был королём, а она не была его лекарем. Они были просто мужчиной и женщиной, разорвавшими оковы, которыми их связала жизнь.

Когда поцелуй оборвался, Агнес осталась близко, её лоб коснулся его. Она слышала, как часто и прерывисто он дышит, и видела, как в глазах Балдуина мелькает удивление - будто он сам не верил, что это действительно произошло.

- Ты не боишься меня... - прошептал он, голос чуть дрогнул.

Агнес улыбнулась, её пальцы вновь осторожно коснулись его щеки.

- Нет, - ответила она. - Я боюсь лишь того, что когда-нибудь потеряю тебя.

Балдуин закрыл глаза и прижался лбом к её ладони.

- Тогда останься, - сказал он тихо, почти умоляюще.

- Я уже здесь, - ответила она.

Этой ночью Агнес не ушла. Она осталась рядом с ним - держа его руку в своей и прогоняя призраки одиночества, которые долгие годы окружали прокажённого короля.

Она не заметила, как её рука вновь нашла его ладонь, и не убрала её до самого рассвета.

---

Глава III. "Закат над Иерусалимом"

В день последней битвы Балдуин IV вывел своё войско на поле. Агнес стояла на стене и смотрела, как король, закованный в белые одежды, держит знамя в руке. Он был слаб, его тело почти не слушалось его, но его дух стоял крепче, чем самые древние камни Иерусалима.

Он повернулся к ней один раз. Их взгляды встретились. И в тот момент она поняла: он больше не вернётся.

- Прощай, Агнес, - прошептал он сквозь ветер.

Агнес опустилась на колени, держа в руках белую лилию, которую он когда-то подарил ей.

Когда битва стихла, а Иерусалим всё ещё стоял, его привезли во дворец. Агнес была рядом до самого конца.

- Ты... была права... - прошептал он, глядя в её глаза. - Надежда... это ты.

Его дыхание остановилось вместе с закатом. Иерусалим оплакивал короля, но Агнес знала: его сердце и его вера спасли город.

Она ушла из дворца в тот же день. Люди говорили, что видели её среди паломников - женщину в белом платье с книгой в руках. Но в этой книге не было слов - она писала свою историю сама.

А ветер над Иерусалимом шептал имя короля - Балдуин, последний свет великого города.