Эпилог
Аврора
Малышке почти год. С её появлением я стала другим человеком. Мои чувства к ребёнку - это не просто любовь и ответственность, - это настоящая гремучая смесь, без которой жизнь воспринимается как опустошение.
Офелия начала ходить в пять месяцев, но мы с Джулианом всегда брали её крошечную ручку, чтобы малышка не упала.
С Джулианом мы не забывали о себе, оставляя Офелию с Дином и Хантер на пару часиков, мы проводим время вместе. Сегодняшний вечер как раз один из таких дней, когда мы с Джулианом выбрались из дома вдвоём.
В ресторане, в котором мы отмечали годовщину свадьбы, мы довольно частые гости. Я выбираю цезарь, Джулиан как обычно стейк.
- Не изменяешь своим предпочтениям в еде, нечисть.
- Как и ты, Бабочка.
Мы часто подкалываем друг друга. В ожидании заказа, Джулиан продолжает флиртовать со мной, поглаживая мою руку. Его прикосновения продолжают согревать мою душу.
- Ты думала над тем, чтобы у Офелии был брат или сестра, Бабочка?
- Конечно, ты же знаешь. А ещё ты знаешь, что с моими медицинскими показателями это невозможно.
Роды прошли сложно, врач рекомендовала не рассчитывать на вторую беременность. В крайнем случае мой организм не выдержит. Всё-таки из-за моей проблемы я не была уверена, что смогу родить Офелию, но так получилось, что дочка родилась здоровой, а вот я больше не смогу выносить ещё одного ребёнка. Риск был колоссальным.
- Знаю, и не настаиваю на большем, - поглаживая мою ладонь, Джулиан с трудом улыбнулся.
В его глазах читалась боль, которую он скрывал. Да что там скрывать, не он один хотел второго ребёнка. Мы говорили об этом много раз, и была мысль о том, чтобы взять ребёнка из приюта.
Когда Офелия вырастет - будет строить свою жизнь, уже не с нами, а со своей семьёй. И огромное пространство нашего дома будет давить на меня, напоминая о том, что я какая-то дефектная, не способная подарить Джулиану ещё одного ребёнка. Наш дом был слишком большим для нас, и каждая пустая комната, казалось, издеваясь говорила: "А тут могла быть ещё одна детская".
Джулиан заметил мой унылый вид, нежно поднёс мою ладонь к своим губам, отчего из моих уст вырвался тихий смех. Муж всегда читал меня и мои эмоции, как открытую книгу, и всегда старался поднять мне настроение своими шуточками и комплиментами.
- В этот вечер моя жена не должна грустить. От неё требуется наслаждаться прекрасным ужином в компании своего мужа.
Весь последующий час мы ели, смеялись и строили планы на будущее, пока мне не написал Дин.
- Дин написал, - говорю мужу. - У Офелии поднялась температура.
- Поехали.
Заплатив за ужин, Джулиан взял меня за руку, и всю дорогу до дома брата он не отпускал её.
***
- Спит, -шепчу я мужу, складывая пальцы в значок "окей".
- Она всегда быстро засыпает в машине, - довольно улыбается Джулиан. - Посадил в кресло, проехал километр, и готово. Причём бесплатно.
Мужчина разглядывает спящую на заднем сиденье дочку. Она спит, приоткрыв рот и выпятив пухлые губы - милое зрелище. Может раньше он и не собирался становится отцом, но бежать от реальности точно не планирует - его всё устраивает. Сейчас у него главное - семья. То, что у него было отнято, теперь в миллион раз ценнее.
Не знаю, как Джулиан успевает справляться с новыми заботами: быть хорошим родителем собственной дочери, хорошим мужем и управлять делами своей компании. Но он не один: его окружают близкие люди, всегда готовые помочь и поддержать. Для нас это крепкий фундамент, на котором можно строить новые возможности.
- Я не надолго, Бабочка. Заберу документы, дам указания сотрудникам, и вернусь к вам, - чмокнув меня в губы, Офелию в лобик, Джулиан покидает салон машины.
Мы оба продвинулись в сферах своей работы. Я - как художница, Джулиан - как лучший директор фирмы. Не в это ли счастье? Иметь возможность позволить себе всё, о чём только мечтал? Однозначно - да.
Я знаю, что всё самое важное и приятное только впереди. С появлением Джулиана я перестала бояться, ведь чувствовала защиту, заботу и любовь, и в тот же момент понимала, как страшно может быть без него.
Вот она - та жизнь, к которой я стремилась. Любящий муж, подрастающая дочь и близкие друзья, на которых можно рассчитывать, в какой бы тяжёлой ситуации я не была.
- Бабочка, - оборачиваюсь на голос мужа. - Я же говорил, что быстро вернусь.
- Теперь ты - во всём распоряжении для меня и Офелии в ближайшие несколько дней.
- Никто меня у вас не отнимет. Ни работа, ни Дин, вечно названивающий, и не Ник, действующий мне на нервы. Только я, ты и Офелия.
Мы оба смеёмся, но быстро замолкаем, когда дочка, проснувшись, говорит своё первое слово. Мы переглядываемся, а потом улыбаемся Офелии.
Как хорошо, когда можно наблюдать за растущей дочерью. За первым словом, первым шагом, и каждым новым достижением. Так и должно быть в семьях, когда родители отдают себя ребёнку, ради того, чтобы малыш был счастлив.
Я знаю, что буду хорошей матерью, без наличия примера. Офелия без страха будет рассказывать мне о своих переживаниях, и каждую её инициативу мы с Джулианом поддержим. Сейчас главная задача - это обеспечить Офелии счастливое и беззаботное детство. Сделать его ярким и весёлым. Дать её всё, чтобы она чувствовала себя важной и любимой.
В какой-то степени, я завидовала дочери. У неё есть любящие родители, а у меня их не было. Но я давно отпустила прошлое, не позволю ему вернуться. Нужно жить дальше, с высоко поднятой головой. Этому меня научили Дин и Джулиан. Чем сильнее я цеплялась за прошло, тем сильнее тянула себя на дно. Теперь этого не будет. У меня есть за кого жить и бороться.
Джулиан
5 лет спустя
Аврора выбирается из машины, и идёт к вилле. На ней розовое платье на бретельках, оголяющее спину. В её руках коробка с подарком для дочери. Всю дорогу я готов был вырвать глаза всем, кто посмел посмотреть на мою девочку.
- Только тебе могла прийти идея праздновать день рождения Офелии на Майами.
- Это мой подарок, - объясняю я. - Я горжусь твоими способностями, Бабочка.
Аврора осматривает местность в округе. Бирюзовый океан, омывающий песчаный пляж, на котором резвится Офелия, и наш сын.
Мы сошлись на мнении, что ещё один ребёнок принесёт в нашу жизнь больше счастья. Я был не против взять ребёнка из приюта, не хотел подрывать здоровье жены ещё больше. Офелия не знает, что Герман ей не родной, так же, как и наш сын. Мы с Авророй не будем говорить им об этом.
Дочка справлялась с обязанностью старшей сестры. Она любила брата больше, чем мы могли подумать. Я считал, что Офелия будет ревновать нас с Авророй к Герману, но мои опасения не подтвердились. И был рад этому.
К такой жизни я не был готов, но я рад тому, что я сейчас имею. Любящую жену, дочь и сына, которому смогу передать свой бизнес.
Аврора ставит коробку на пол и усаживается на диван, попутно наливая воду из кувшина, стоящего на небольшом столике. Детский смех звучал где-то поблизости.
- Мама, в следующий раз вы с папой пойдёте со мной на пляж, - Офелия обнимает Аврору за шею, одновременно рассматривая её кулон. - Папа подарил, да?
Я ухмыляюсь, наблюдая за ними. Наша дочь - это что-то невообразимое. Герман падает на диван рядом со мной, стягивает майку и остаётся в одних шортах. Он на год младше Офелии, но чувствует себя старше сестры лет на семь.
- Как прошла ваша прогулка с Дином и Хантер?
- Очень хорошо, - отвечает Герман.
- Тогда я могу сказать Дину, чтобы готовили Стефанию к свадьбе?
- Пап!
Его уши покраснели, и я слегка поддеваю сына плечом:
- Я пошутил.
- На свадьбе юмористов не будет, - он подмигивает мне.
- Вообще-то, я твой отец, и должен быть там.
- Я скажу, что тебя не знаю.
Вот и поговорили.
***
Ненавижу, когда на мою семью смотрят. Аврора читает меня, как открытую книгу. По выражению моего лица понимает, что может произойти практически всё, что угодно.
- Успокойся, мы ненадолго. Оставь свой жаркий темперамент на сегодняшнюю ночь, - успокаивает меня Аврора, держа мою руку в своей.
Её прикосновения, как лекарство, и я действительно успокаиваюсь.
Мне не хотелось тащить её и детей на публичное мероприятие, но пришлось. Герман крепко держит Офелию за руку и ведёт её за собой, скрывая её от нежелательных взглядов. Я постоянно горжусь им. Как брат, он показывает себя только с лучшей стороны. Вспоминая себя и своего брата, я уверен, что Офелия и Герман всю жизнь пройдут рука об руку.
Полтора часа мы провели в общении журналистов, после чего дети захотели домой. Офелия заснула и, взяв её на руки, аккуратно несу её к машине. Усаживаю её в детское кресло и укрываю пледом, который дочка любит оставлять у меня в салоне.
- Джулиан, нельзя уезжать не предупредив остальных.
- Сейчас я хочу быть в нашем доме вместе с вами, Бабочка. На остальных я плевать хотел.
- Это грубо.
- Ты знаешь, я не намерен оставаться здесь, и с кем-то вас обсуждать. А обсуждать придётся. Вы моя семья, и я убью любого, кто причинит вам вред.
Аврора тяжело вздыхают, и её тонкие пальчики касаются моей щетины.
- Я люблю тебя, Джулиан.
- Я намного больше.
Нежно касаюсь губами её лба, оставляя влажный след. Аврора была и останется моей.
Я уверен, что вместе мы пройдём через все испытания, которые подготовила нам судьба. Никто и никогда не отнимет у меня мою семью .
Был ли я готов когда-то стать тем, кем я являюсь сейчас. Нет, не был. Но Аврора, появившаяся в моей жизни как ураган заставила поменять свои же правила и стереотипы. Она - глоток свежего воздуха, подарившего мне жизнь, которую я заслуживал. А наши дети - это доказательство того, что я не был обречён на одиночество.
Моя задача на данный момент - делать всё, чтобы они были в безопасности и ни в чём не нуждались. Я с уверенностью поставил жирную точку в прошлой жизни, и открыл новую чистую страницу, в которой будет написана наша жизнь.
- Готова к новым испытаниям, Бабочка?
- С тобой всегда готова.
Я доволен ответом Авроры, и прежде чем наши губы слились в жарком и страстном поцелуе, мы снова говорим друг другу о том, как мы изменили жизнь каждого из нас.
Аврора - мой цветок лотоса, моя жизнь, моя любовь на всю жизнь.
Конец.