Глава 28
Эмма
Просыпаться в этой постели с Лиамом стало для меня чем-то особенным. Его рука лежала на моей талии, дыхание было ровным и тёплым, а его грудь мягко прижималась к моей спине. Я не хотела двигаться — просто лежать и ощущать, что я в безопасности. Впервые за долгое время я чувствовала себя именно так.
— Доброе утро, — прошептала я, когда он чуть шевельнулся.
Он слегка поцеловал меня в висок. — Доброе. Ты хорошо спала?
— Да. Лучше, чем за последние годы.
Он улыбнулся и подтянул меня ближе, а я чуть повернулась к нему, прячась в его шее. Мы ещё немного полежали, пока не услышали, как на кухне кто-то загремел посудой.
— Мама проснулась, — сказала я с улыбкой, вставая. — Надо пойти поздороваться.
Лиам кивнул и потянулся, а потом сказал: — А я пока схожу проверить охрану. Вернусь через пару минут.
Когда я спустилась вниз, мама уже стояла у плиты, что-то жарила и тихо напевала под нос.
— Доброе утро, мам.
— Утро, милая, — обернулась она с тёплой улыбкой. — Как ты? Не болит?
— Нет, уже лучше. Лиам очень заботится обо мне.
— Я это вижу, — сдержанно сказала она, потом немного помолчала и добавила: — Я, кстати, думала... Через два дня я, наверное, уеду.
Я удивлённо повернулась к ней: — Уже?
— Ну да, я ведь не собиралась надолго. Вы тут и без меня справляетесь, — она подмигнула. — Да и вмешиваться не хочется. У вас с Лиамом своя жизнь, своя история.
Я обняла её, почувствовав лёгкую печаль. — Я рада, что ты приехала. Даже не представляешь, как это было мне нужно.
— Я всегда рядом, ты же знаешь, — мама поцеловала меня в щёку и вернулась к сковороде.
Через несколько минут на кухню вернулся Лиам. Он подошёл ко мне, поцеловал в висок и сел рядом. Его взгляд был тёплым, но настороженным — он явно уже успел проверить охрану.
— Всё спокойно, — сказал он, будто отвечая на невысказанный вопрос. Я кивнула и села рядом с ним за стол. Он обнял меня одной рукой, укрыл своим теплом, и я прижалась к его плечу. Мама подала на стол яичницу с овощами и тосты, поставила чашки и разлила ароматный кофе.
— Приятного аппетита, — сказала она и села напротив.
Завтрак прошёл в тёплой, домашней атмосфере. Мы обсуждали неважные вещи: как спалось, что готовить на ужин, какие цветы лучше посадить у входа в дом. Всё это казалось таким обычным, но для меня — почти волшебным. Как будто я попала в чужую, спокойную жизнь, которой у меня никогда не было.
После завтрака мама сказала: — Я немного отдохну, — и ушла в гостевую комнату, оставив нас вдвоём на кухне.
Я подняла глаза на Лиама, и он, чуть улыбнувшись, наклонился ко мне: — Что хочешь делать сегодня, ангел?
Я пожала плечами:
— Ничего особенного. Быть рядом с тобой. Может, прогуляемся во дворе? Или просто побудем в доме?
— Как скажешь, — он провёл рукой по моей щеке. — Но помни, ты должна беречь себя. Мы с тобой и так слишком многое пережили за последние дни.
Я кивнула, чувствуя, как в груди разливается тепло.
Мы провели день спокойно: немного посидели в саду, потом я читала книгу в гостиной, пока Лиам разговаривал с Дэном по телефону, давая указания по охране. Он, похоже, намеревался держать дом под контролем 24/7. И я не возражала.
Позже мы поднялись наверх — мама всё ещё отдыхала, и дом утонул в тишине. Я стояла у окна спальни, глядя, как сад тонет в тёплых, вечерних лучах, когда Лиам подошёл сзади, обнял меня и прижался губами к моей шее.
— Знаешь, что я понял? — прошептал он. — Я никогда не чувствовал себя так спокойно, как рядом с тобой.
Я обернулась и поцеловала его в губы, легко, но с нежностью.
— Тогда оставайся рядом.
Он поднял меня на руки — снова, как в ту ночь, как будто я была для него чем-то хрупким и бесценным, и осторожно отнёс в кровать. Мы не торопились. В этот вечер не было страсти — была тишина, тепло и близость. Он смотрел мне в глаза, гладил волосы, целовал мои плечи, стараясь не тревожить мою рану. Я чувствовала, как он сдерживается, боясь навредить, и именно это — его бережность — была для меня самым трогательным.
— Я люблю тебя, — сказала я в темноту, когда он прижался ко мне, обняв со спины.
— И я тебя, Эмма. Больше, чем когда-либо мог представить.
Мы заснули, сплетённые друг с другом. Спокойно. Впервые по-настоящему. Прошло два дня, наполненных тихим уютом и редкой для моей жизни гармонией. Мы с мамой много разговаривали — о детстве, о будущем, о Лиаме. А он всё время был рядом. Не просто телом, а всем собой — в каждом взгляде, прикосновении, в своей почти незаметной, но такой сильной заботе.
И вот — утро отъезда. Чемодан собран, паспорт проверен, билет распечатан. Мы с Лиамом повезли маму в аэропорт. Всё время в машине я старалась не думать о моменте прощания, но с каждой минутой он приближался.
— Ну, всё, — сказала мама, стоя у зоны вылета. — Пора мне. Надо же и вам хоть немного личного пространства, а то я тут словно наседка.
— Мам, ты не мешала, — я обняла её крепко-крепко. — Спасибо тебе за всё.
— Береги себя, детка. А ты, — она повернулась к Лиаму и посмотрела на него очень серьёзно, — береги её, слышишь? Она у меня одна. И она заслуживает счастья.
Лиам кивнул и сжал её руку: — Я знаю. И обещаю.
Мама улыбнулась, поцеловала меня в лоб и, ещё раз махнув рукой, направилась к проходу. Мы смотрели ей вслед, пока она не скрылась за стеклянными дверями.
---
Дорога домой прошла в молчании. Но не в гнетущем — наоборот, в тёплом, спокойном. Мы держались за руки, и мне не нужно было ничего говорить, чтобы чувствовать — он рядом, он мой.
Когда мы приехали домой, Лиам включил музыку — тихую, джазовую — и налил нам по бокалу вина. Мы устроились на диване, укрывшись пледом, и просто сидели, глядя в окно на закат.
— Как ты себя чувствуешь без мамы рядом? — спросил он, глядя на меня.
— Пусто, если честно. Но в то же время — спокойно. Я знаю, что она в порядке. И я знаю, что я не одна.
Он кивнул, взял мою ладонь в свою и провёл пальцем по запястью. Несколько секунд он молчал, потом вдруг повернулся ко мне полностью и сказал:
— Эмма…
Я подняла глаза и сразу поняла, что он вот-вот скажет что-то важное.
— Давай поженимся.
Сердце пропустило удар.
— Что?..
— Я серьёзно. Я не хочу больше терять ни дня. Я хочу просыпаться рядом с тобой каждое утро. Хочу, чтобы ты была не просто женщиной, которую я люблю. Хочу, чтобы ты была моей женой.
Я почувствовала, как у меня задрожали пальцы. Он сказал это так просто. Так честно. Без пафоса, без колец, без репетиций. Просто — потому что чувствует.
— Ты согласна? — спросил он, глядя в мои глаза. — Если нет — я подожду. Но если да… Я хочу, чтобы ты знала: я уже выбрал тебя навсегда.
Я медленно кивнула, ощущая, как глаза наполняются слезами.
— Да. Я хочу.
Он обнял меня, крепко, надёжно, как будто прижал к себе весь мой мир.
— Значит, всё будет по-настоящему, Эмма. Теперь точно. Мы ещё долго сидели на диване, обнявшись. Мир за окнами дома будто замер, дав нам этот момент только для нас двоих. Вино согревало, но куда больше согревал его голос, его ладонь в моей, его дыхание у самого уха.
— У меня ощущение, что я нахожусь во сне, — прошептала я.
— Тогда мне не хочется просыпаться, — ответил он и поцеловал меня в висок.
Я рассмеялась и чуть откинулась назад, чтобы взглянуть на него. Его глаза были спокойными, но в них таился огонь — тот, который я уже узнала, который означал, что он что-то задумал.
— Ты уже планируешь, да?
— Может быть, — он улыбнулся. — Но сначала просто хочу быть с тобой. День без тревог. Только ты и я.
Моя рука легла на его грудь, под которой билось его сердце. Он был рядом — и это было главное.
Мы провели день так, как будто весь остальной мир перестал существовать. Сходили на лёгкую прогулку во двор, потом вернулись, пили чай на террасе, смотрели старый французский фильм, болтали ни о чём и смеялись.
Иногда я ловила себя на том, что просто смотрю на него. На то, как он наливает воду в стакан, как поправляет рукав рубашки, как смотрит на меня. И в каждом движении, каждом взгляде я находила что-то новое — как будто влюблялась снова и снова.
Вечером, после лёгкого ужина, когда мы убирали посуду, зазвонил его телефон. Он посмотрел на экран, нахмурился, но взял.
— Дэн, слушаю.
Я заметила, как напряжение пронеслось по его лицу. Он кивал, что-то коротко уточнял. Я молчала, чувствуя, как внутри всё сжимается.
— Ладно, — сказал он наконец. — Сделай, как мы обсуждали. Будь на связи.
Он положил трубку и обернулся ко мне. Я ждала, не говоря ни слова.
— Один из людей Гринча сегодня проявился, — спокойно сообщил он. — Ничего серьёзного. Просто пытался выйти на контакт с кем-то из наших. Дэн вовремя среагировал.
— Это значит, что…
— Это значит, что всё ещё нестабильно, — он провёл рукой по затылку. — Но мы держим всё под контролем. Я не позволю, чтобы тебе что-то угрожало.
Я подошла ближе и обняла его, прижавшись щекой к его груди.
— Я верю тебе, — прошептала я. — И я не боюсь, пока ты рядом.
Он обнял меня в ответ, его рука скользнула по моим волосам, а голос стал чуть тише:
— Я хочу, чтобы у нас было спокойное, светлое будущее. Свадьба, дом, может быть... семья. Но для этого я должен закончить кое-что.
Я кивнула, не задавая лишних вопросов. Я уже знала — всё, что нужно знать.
Позже мы снова оказались в нашей спальне. Он включил мягкий свет, снял рубашку и повернулся ко мне, как будто заново влюблялся.
— Ты такая красивая, — тихо сказал он.
Я улыбнулась: — А ты — мой.
Он подошёл ближе, и я почувствовала, как день перетекает в ночь. Ночь, в которой не было ничего, кроме нас — и нашей любви. Прошло уже две недели с тех пор, как я в последний раз была в офисе. Странное ощущение. Раньше работа была для меня всем — спасением, отвлечением, частью жизни, где всё под контролем. Но эти дни с Лиамом… Они стали для меня чем-то другим. Необходимыми. Целительными.
Все эти дни были тихими. Почти нереально спокойными. Мы гуляли, смотрели фильмы, завтракали на террасе, много разговаривали. Иногда молчали — в том самом приятном, тёплом молчании, в котором тебе не нужно ничего говорить, чтобы чувствовать себя понятым.
Мама улетела неделю назад, но её присутствие всё ещё ощущалось в доме. Я скучала по ней — но знала, что ей важно было дать нам пространство. Особенно после того, как Лиам… предложил мне выйти за него.
Я снова взглянула на кольцо на своём пальце и не смогла не улыбнуться. Всё было по-настоящему.
— К тебе врач должен сегодня прийти, помнишь? — раздался голос Лиама из-за двери спальни.
— Помню, — ответила я, натягивая мягкий свитер. — Немного нервничаю.
Он вошёл и подошёл ко мне, обнял сзади, положив подбородок мне на плечо.
— Не стоит. Всё хорошо. Я позвонил лучшему, он уже едет. Скажет, когда можно будет вернуться к привычной активности… но если что — я продлю тебе "отпуск", — он усмехнулся.
Я хихикнула и обернулась к нему.
— А ты не устал от меня? Я ведь почти всё время сижу дома, хожу за тобой по пятам...
— Я? Устал? — он сделал вид, что возмутился. — Эмма, я вообще впервые понял, как может выглядеть нормальная жизнь. Когда рядом тот человек, ради которого всё имеет смысл. Так что нет, я только начал втягиваться.
Я потянулась к нему, коснулась губами его щеки.
— Ты слишком хороший для меня.
— Нет, — он посмотрел мне прямо в глаза. — Ты именно та, которую я искал всю свою жизнь.
Через пару часов пришёл врач — сухой, собранный мужчина лет пятидесяти, в очках и с чёткими, аккуратными движениями. Он осмотрел плечо, аккуратно снял повязку, и я вздохнула от облегчения — кожа под ней зажила лучше, чем я ожидала.
— Всё идёт по плану, — кивнул он. — Шов чистый, ткани восстановились хорошо. Осторожность ещё не помешает, но нагрузку уже можно понемногу возвращать. Через пару дней — можете начать лёгкие тренировки.
Лиам тут же задал ему три уточняющих вопроса — видно было, как он волновался. И когда врач ушёл, он сел рядом и провёл пальцами по моей ключице.
— Теперь я хоть не буду бояться тебя обнять крепче, — прошептал он.
— Ты всегда был нежным, Лиам. Даже когда хотел казаться строгим.
Он усмехнулся и поцеловал меня в висок.
— Всё для тебя, моя девочка.
Я почувствовала, как дрогнуло что-то внутри — от счастья, от спокойствия, от того, что рядом со мной человек, который не уйдёт. Который бережёт меня, любит и держит за руку, даже если всё вокруг рушится.
— А теперь скажи честно, — сказала я, повернувшись к нему. — Когда ты начнёшь планировать свадьбу?
Он сделал вид, что задумался.
— Завтра?
Я рассмеялась.
— Конечно. У тебя же всё всегда под контролем.
Он наклонился ко мне ближе, и в его глазах зажглось озорное пламя.
— Кроме одного.
— Чего?
— Тебя. Ты — единственное, что я не хочу контролировать. Я просто хочу тебя любить. Вечером мы сидели на террасе. В воздухе чувствовалась лёгкая прохлада, но я закуталась в плед, а Лиам налил нам по бокалу красного вина. Он сидел рядом, нога к ноге, плечо к плечу. Где-то вдали шумел город, но здесь, в нашем доме, всё было будто отдельно — как маленький мир, созданный только для нас.
— Ты действительно начнёшь планировать свадьбу завтра? — спросила я с лёгкой улыбкой, глядя на звёзды.
Он отпил из бокала и кивнул.
— Если хочешь, я начну хоть сейчас. Я уже знаю, где хочу видеть тебя в свадебном платье. И кто поведёт тебя к алтарю. Только одну вещь я ещё не придумал.
— Какую?
— Как не расплакаться, когда ты пойдёшь ко мне.
Моё сердце сжалось от нежности. Я взяла его ладонь, переплела пальцы с его.
— А если я заплачу первой?
— Тогда я заплачу вместе с тобой, — сказал он, сдавленно улыбнувшись. — Только пообещай, что ты будешь моей навсегда.
Я посмотрела на него. В этот момент я точно знала — всё, что было раньше, всё, что причиняло боль, наконец-то ушло в прошлое. А это — моё настоящее. И моё будущее.
— Обещаю, — прошептала я.
Он наклонился, поцеловал меня — нежно, бережно, но с той самой страстью, которая всегда жила между нами. Мы замолчали, просто слушая тишину, пока огни дома мягко освещали нам вечер.
— Знаешь, — сказала я спустя некоторое время, — мне немного страшно возвращаться в офис.
— Почему?
— Всё изменилось. Я изменилась. И не хочу снова терять себя в бесконечной работе и ожиданиях других.
Он развернулся ко мне, положив руку на моё колено.
— Ты не обязана возвращаться туда, если не хочешь. Хочешь — найдём другой путь. Твоё дело, своё. Или будешь моей правой рукой. Но только если ты сама этого захочешь. Не потому, что надо.
Я кивнула.
— Спасибо. Ты всегда даёшь мне выбор. И я так это ценю.
Позднее, уже в нашей спальне, я сидела перед зеркалом, расчёсывая волосы. Лиам стоял у окна, накидывая на плечи рубашку. Он поймал мой взгляд в зеркале и мягко улыбнулся.
— Ты всё ещё удивляешься, что я рядом?
— Каждый день, — честно ответила я. — И каждый день благодарю за это.
Он подошёл, накрыл мои плечи руками, посмотрел на отражение наших лиц.
— А я каждый день удивляюсь, что ты выбрала меня. Со всеми моими тенями, с прошлым… с миром, в котором я живу.
Я встала, развернулась к нему, обняла за талию.
— Твоё прошлое сделало тебя тем, кем ты стал. А я люблю тебя таким, какой ты есть. Без «но».
Он прижал меня к себе крепче, и я знала — как бы ни повернулась жизнь, как бы ни сложились обстоятельства — у нас есть друг друга. И этого достаточно. Утро выдалось ясным, и луч солнца лениво пробирался сквозь занавески, скользя по моей щеке. Я медленно открыла глаза и потянулась. Лиам ещё спал, одной рукой обняв меня за талию, а другой сжимал угол подушки. Я немного повернулась, чтобы лучше разглядеть его лицо — спокойное, расслабленное, родное.
Не хотелось будить его, но время поджимало. Сегодня я собиралась выйти на работу впервые за последние две недели. События, боль в плече, забота Лиама и мамино тепло немного затуманили ощущение реальности. Но я чувствовала — пришло время вернуться.
Осторожно выскользнув из его объятий, я пошла в ванную, умылась и начала собираться. Когда я вернулась в спальню, он уже проснулся, опирался на локоть и смотрел на меня полусонным, но внимательным взглядом.
— Ты всё-таки пойдёшь на работу? — хрипло спросил он.
Я застегнула часы на запястье и посмотрела на него с мягкой улыбкой:
— Да. Пора возвращаться. Мне нужно почувствовать, что я снова контролирую свою жизнь. Да и плечо почти не болит.
Он сел на кровати, проведя рукой по волосам, потом взглянул на меня серьёзно:
— Тогда давай поедем вместе.
Я удивлённо приподняла бровь.
— Ты хочешь заехать в офис?
Он встал, подошёл ко мне, обнял сзади и прошептал в самое ухо:
— Я хочу убедиться, что с тобой всё будет в порядке. А заодно показать всем, что ты не одна. Пусть знают.
Я повернула голову и коснулась губами его щеки:
— Хорошо. Поехали вместе.
Он оделся быстро, в своём обычном деловом стиле: тёмно-синие брюки, светлая рубашка, рукава закатаны до локтей. Когда я спустилась вниз, он уже ждал меня у двери, держа в руках две чашки кофе.
— Один с корицей, второй крепкий — для бодрости, — сказал он и протянул мне мой любимый.
— Ты слишком хорошо меня знаешь, — улыбнулась я.
— И не собираюсь останавливаться.
Мы вышли из дома, где уже стояла машина. Один из охранников открыл передо мной дверцу, и Лиам обошёл машину с другой стороны. По дороге в офис он держал мою руку, а я смотрела в окно, пытаясь настроиться на рабочий день. Сердце стучало чаще обычного — не от страха, а от лёгкого волнения. Это было как начать с чистого листа.
Когда мы подъехали, я глубоко вдохнула.
— Готова? — спросил он, не отпуская моей руки.
— Да. Особенно теперь, когда рядом ты.
Он кивнул, поцеловал мою ладонь и открыл дверь.
А я шагнула вперёд — в свою новую реальность. С ним. Всегда с ним. Как только мы вошли в здание, я сразу почувствовала на себе взгляды. Сотрудники останавливались, переглядывались, кто-то поспешно опускал глаза, кто-то — наоборот — улыбался с нескрываемым любопытством. Я не была здесь две недели, и, похоже, слухи о том, что я жила всё это время с Лиамом, давно распространились по этажам.
Лиам шёл рядом, не отпуская мою руку. Он был спокоен, собран, с лёгкой улыбкой на лице — но его взгляд скользил по окружающим с характерной хищной внимательностью. Он делал это, не теряя шарма, но так, что каждому становилось ясно: не стоит пытаться перейти черту.
Когда мы поднялись на наш этаж, нас встретила Марта с кипой бумаг и недоверчиво приподнятой бровью.
— Доброе утро, — сказала она, и голос её прозвучал мягче, чем обычно. — Рада видеть вас снова, Эмма.
— Спасибо, Марта. Я тоже рада вернуться.
— Всё спокойно? — тихо спросил Лиам, взглянув на неё.
— Да. Я с утра всё проверила. Джеймс взял на себя часть задач Эммы, пока она отсутствовала. Но думаю, теперь все будут рады вернуть её обратно.
— Угу. Эмма — в свой кабинет. Если кто-то появится без приглашения, зови меня, — сказал он, уже оборачиваясь ко мне. — Я поднимусь к себе, но если что — дай знать. Или мне, или Адамо.
Я кивнула и, когда он ушёл, глубоко выдохнула.
Мой кабинет был чистым, аккуратным, как будто никто сюда не заходил всё это время. На столе лежала стопка документов, к которым мне теперь предстояло вернуться. Я села, провела ладонью по поверхности стола и вдруг улыбнулась.
Всё изменилось. Я больше не была той же женщиной, которая боялась шагнуть вперёд. Теперь у меня был кто-то, кто стоял рядом, кто защищал и верил. И, что важнее, — я верила в себя.
Через несколько минут в дверь постучали, и вошёл Джеймс.
— Эмма! — он искренне улыбнулся. — Рад тебя видеть. Всё в порядке?
— Спасибо. Да, почти всё. Немного непривычно снова быть здесь.
— Если что — я рядом. Мы справлялись, конечно, но без тебя тут было не то.
— Ценю это. Правда.
Он оставил мне пару отчётов и вышел, а я, сделав глоток остывшего кофе, принялась разбирать документы. Работа возвращала ощущение нормальности. Всё встало на свои места.
А в телефоне, лежащем рядом на столе, уже горел новый входящий — от Лиама. Простое сообщение:
«Ты умничка. Горжусь тобой».
Я коснулась экрана и улыбнулась, чувствуя, как внутри расправляются крылья. Я собрала волосы в лёгкий пучок, проверила телефон и, убедившись, что основные документы разобраны, направилась к Лиаму в кабинет. Хотелось просто увидеть его, поговорить пару минут — после всего, что мы пережили, даже мимолётный контакт с ним был для меня чем-то важным.
Дверь была приоткрыта, и я тихо постучала, прежде чем заглянуть внутрь.
— Лиам, у тебя минут—
Я замерла на пороге. В его кабинете стояла Мия. Она была в обтягивающем костюме, стояла слишком близко к нему — наклонившись через край его стола, с явным намёком на флирт. Её рука будто случайно лежала на его запястье, а взгляд — полный сладкой наглости — был устремлён ему в глаза.
Как только она заметила меня, её лицо озарилось показной улыбкой.
— О, Эмма! — сказала она слишком громко. — Я как раз обсуждала с Лиамом кое-что важное. Работа, конечно же, — с намёком она повернулась к нему и добавила, — правда?
Лиам молча отодвинулся от стола, скрестив руки на груди. Его лицо не выражало особых эмоций, но в глазах сверкнуло что-то холодное.
— Я могу подождать, — сказала я спокойно, хотя внутри всё сжалось от раздражения и неприятной волны ревности.
— Нет-нет, я уже ухожу, — с наигранной лёгкостью протянула Мия. Подойдя ближе ко мне, она наклонилась к моему уху и прошептала так, чтобы услышал и Лиам: — Он всё ещё слишком хорош, правда?
Я отступила на шаг, сдержав порыв резко ответить. Она прошла мимо меня, оставив за собой шлейф дорогого парфюма и фальшивой победы.
Когда дверь за ней закрылась, я повернулась к Лиаму, пытаясь сохранять спокойствие.
— Ты... не собирался мне ничего сказать?
Он нахмурился и обошёл стол, остановившись прямо передо мной.
— Эмма, я даже не пригласил её. Она просто ввалилась с "срочным вопросом", и я слушал из вежливости. Но если тебе неприятно — скажи. Я могу уволить её хоть завтра. Без разговоров.
Я посмотрела на него, чувствуя, как гнев сменяется удивлением. Его голос был твёрдым, решительным. Он даже не пытался защищать Мию — только спрашивал, что я хочу.
— Да, — сказала я. — Хочу, чтобы она ушла. Навсегда.
Он кивнул без малейшего колебания, подошёл к телефону на столе и нажал кнопку вызова.
— Марта? Зайди ко мне на минуту.
Через пару секунд вошла Марта, с блокнотом и строгостью в глазах.
— Уволить Мию, — спокойно произнёс Лиам. — Сегодня. Без отработки. Причина — деструктивное поведение в коллективе. Оформить всё юридически грамотно. И сообщи отделу безопасности, чтобы она не заходила в здание без отдельного согласования.
Марта даже не удивилась. Просто кивнула.
— Поняла.
Когда она вышла, Лиам вернулся ко мне. Он взял меня за руки.
— Я больше не позволю никому делать тебе больно. Ни в этой компании, ни в моей жизни.
Я смотрела в его глаза — и верила каждому слову.
— Спасибо, — прошептала я. — За то, что выбираешь меня. Каждый день.
Он притянул меня к себе, обнял крепко, уткнувшись лицом в мои волосы.
— Я бы выбрал тебя тысячу раз. После всего произошедшего я чувствовала, как напряжение потихоньку уходит из моего тела. Лиам был рядом, его голос, его поступки — всё это напоминало мне, что он на моей стороне, что я больше не одна в борьбе с такими, как Мия.
Он посмотрел на меня с лёгкой улыбкой и спросил:
— Поехали домой?
Я кивнула, и он взял меня за руку. Мы молча шли по коридору, пока не подошли к выходу из здания. Уже почти дошли до стеклянных дверей, как вдруг откуда-то сбоку появилась Мия. Она резко встала на пути Лиама и, не обращая на меня внимания, громко произнесла:
— Почему ты меня уволил, Лиам?
Он остановился, не отпуская мою руку, и посмотрел на неё с холодной прямотой.
— Потому что ты позволила себе лишнее. И потому что я не собираюсь держать в компании человека, который не уважает границ — ни профессиональных, ни человеческих.
— Это всё из-за неё? — Мия бросила на меня взгляд, полный презрения. — Ты меня выкинул из-за какой-то... сентиментальной интрижки?
Я шагнула вперёд, но Лиам мягко сжал мою ладонь, давая понять — он сам справится.
— Это не интрижка. Это — женщина, которую я люблю, — сказал он спокойно, но в его голосе звучала сталь. — И если ты хоть на секунду подумала, что можешь играть в свои игры под крышей моей компании, то сильно недооценила меня.
Мия стояла ошеломлённая, явно не ожидая услышать это вслух, да ещё и при мне. Её лицо побледнело, а губы дрогнули.
— Ты ещё пожалеешь, — прошипела она и развернулась, стуча каблуками по мраморному полу.
Мы молча вышли на улицу. Лиам открыл передо мной дверцу машины, усадил меня внутрь и, прежде чем обойти и сесть за руль, наклонился ко мне:
— Всё в порядке?
Я кивнула, чувствуя, как внутри разливается тепло. Он защитил меня. Не на словах, а на деле.
— Теперь — точно, — тихо ответила я.
Он улыбнулся и поцеловал меня в лоб.
— Тогда поехали домой, Эмма.