Глава 47 «Ревнивый ангел»
Jealous angel
Ζηλιάρης Άγγελος
فرشته حسود
Ассут и Имран не на шутку испугались. Пережив столько препятствий, и на минуту выдохнув наконец, они не ожидали удара исподтишка, тем более на территории особняка.
Внезапно ворота распахнулись, и во двор въехали машины. Фарих открыл дверцу заднего сиденья и помог выбраться Шарифе. Держа его под руку, женщина приблизилась к накрытому ковру, за которым сидели мужчины. Она услышала, как вдова проклинает Имрана и Алифанэт. Охрана тут же схватила вышедшую из себя женщину, и Шарифа, не колеблясь, отвесила ей обжигающую пощечину, от которой та рухнула на землю.
— Мерзавка! — грозно выкрикнула Шарифа.
Женщина беспомощно распласталась на земле у ног Шарифы, поднимая на нее глаза, полные ненависти и гнева:
— Но мой муж умер по вине вашего сына!
— Заткни свой рот! — отрезала Шарифа. — Исмаил! Тридцать ударов плетьми приведут ее в чувство!
— Пожалуйста, не надо! У меня дети! — взмолилась вдова.
В этот момент на крыльцо особняка выскочили два маленьких мальчика, они с ужасом смотрели на мать, лежавшую на земле, и не знали, что делать.
— Мама! Мамочка! — закричал один мальчик, набравшись смелости.
Шарифа взглянула на ребят, и острая материнская боль пронзила ее сердце. «Храбрый лев!», — подумала она про крикнувшего мальчика. Она вспомнила Имрана и Фариха в этом возрасте, они были такими же отчаянными и смелыми, никогда не сдавались перед трудностями. Шарифа поймала себя на мысли, что совсем не хочет сейчас никаких разбирательств после всех пережитых событий.
— Вставай! — скомандовала Шарифа. — Иди к своим детям и не смей больше выкидывать ничего подобного, подумай о них. Если накажут их мать, они вовсе останутся сиротами. А теперь убирайся с моих глаз!
Вдова заплакала от стыда, и в знак благодарности за то, что ее пощадили, поцеловала руки Шарифы, а затем обняла своих детей и покинула территорию особняка.
— Моя королева! Наконец-то ты вернулась домой! — Имран подошел к матери и крепко обнял ее. — Как ты себя чувствуешь?
— Мой лев, сынок мой, моя душа и мое сердце! Я очень хорошо себя чувствую, — Шарифа крепко обняла Имрана в ответ и вдохнула его родной запах. — По дороге Фарих рассказал мне, что произошло, — на глаза женщины навернулись слезы.
Увидев, что приехала Шарифа, Алифанэт вышла из дома, чтобы поприветствовать ее.
— Иди сюда, дочь моя, — обратилась женщина к невестке, которая тут же поцеловала ее руку, принимая благословение. — Живи долго, доченька, живи счастливо с моим Имраном, роди нам много наследников, — по-матерински ласково произнесла Шарифа.
— Аминь, мама, — тихо отозвалась Алифанэт.
Имран и Фарих смотрели на них, светясь от счастья. Затем парни из банды Имрана по очереди подходили к Шарифе, чтобы получить ее благословение.
На пороге дома показалась незнакомая женщина, которая кроткими шагами подходила все ближе к Шарифе. Шарифа прищурилась, чтобы получше ее разглядеть, но ее сердце отозвалось пронзительным стоном, словно кто-то нанес заживляющую мазь на кровоточащую рану. Женщина будто всем нутром почувствовала родную душу и тоже двинулась навстречу.
— О, Аллах мой! Я не верю своим глазам! — воскликнула Шарифа, заключая в объятия сестру, с которой они не виделись целую вечность. — Я думала, что мы уже никогда не встретимся, — на глаза Шарифы навернулись слезы.
— Здравствуй, милая... — задыхаясь от слез произнесла женщина. — Аллах решил иначе! Он все-таки вознаградил нас на старости лет, помиловал!
Женщины обнимались и в то же время сияли от радости, утирая друг другу слезы. В этот момент даже крепкие духом мужчины, стоявшие во дворе, еле сдерживали эмоции. Пронзительно трогательная картина воссоединения двух сестер после стольких лет разлуки заставляла оттаять даже самые ледяные сердца.
Спустя время Имран вошел в большой зал, где собрались все жены умерших. Они склонили перед ним головы, боясь встретиться с ним взглядом.
— Слушайте все! — громко произнес Имран, и его голос эхом прокатился по просторному помещению. — Сегодня вы соберете свои вещи и отправитесь в дома, которые я купил для ваших детей! Ваши дети будут жить под моей защитой, они ни в чем не будут нуждаться! Еда, одежда, учеба — обо всем этом я позабочусь, буду присматривать за ними, как за собственными племянниками. Я не позволю никому из ваших детей пострадать!
Женщины слушали, затаив дыхание, и лишь молча кивали, утирая слезы.
— И не смейте винить меня или мою жену в том, что случилось! Произошел несчастный случай, мы бы сами погибли, если бы не остановились по дороге, — заключил Имран. — Адиль, соберите всех этих женщин и отвезите их домой, — отдал он финальное поручение.
Имран обещал взять под свою защиту детей, оставшихся без отцов, и таким образом собрать новую банду для своих будущих сыновей. Вслед за женами погибших разошлись и мужчины, которые трапезничали во дворе. Территория особняка постепенно затихла, и воцарилась домашняя семейная обстановка.
Шарифа с сестрой и Алиф вошли в дом, Имран присоединился к ним, и они сели за большой стол. Слуги приготовили праздничный обед в честь возвращения госпожи в свои владения. Шарифа обняла сыновей, и Алиф с улыбкой посмотрела на них. В глубине души ей было немного грустно, ведь она не знала любви своей матери. Женщина заметила печальный взгляд невестки и посмотрела на нее с жалостью.
— Подойди, садись с нами, милая! — произнесла Шарифа. — Приласкаю тебя, как собственную дочь.
Алиф подсела к Шарифе, и та крепко обняла ее и поцеловала в макушку.
— Прости, доченька, за все. Мой сын чуть не потерял нас обеих. То, что пришлось пережить моему льву, и то, что пришлось пережить тебе, мой ягненок, не дай Аллах никому! — в голосе женщины чувствовалась материнская ласка и забота.
— Аминь, мама. Пусть никто не проходит таких испытаний, — робко произнесла Алифанэт.
Имран смотрел на них с улыбкой, он не мог поверить, что наконец-то его мать и любимая жена живы и здоровы, и даже мило воркуют друг с другом. Затем Алиф пересела поближе к отцу, и Яннис поцеловал ее ладони.
— Моя прекрасная девочка! — прошептал он на ухо дочери.
— Как я рада, что вы все со мной, живы и здоровы, я словно во сне. Это лучший день в моей жизни! Спасибо, Имран, что спас папу, — Алифанэт взглянула на своего возлюбленного с бесконечной благодарностью.
Яннис смотрел на них, и сердце его трепетало от счастья и восторга. За столом царила атмосфера гармонии, любви и домашнего тепла. Все говорили, не умолкая, делясь своими эмоциями и впечатлениями от пережитых событий, плакали от счастья и радовались тому, что все трудности наконец остались позади.
«Да будет прославлено имя Аллаха за все, за мою семью, за мою любящую жену. За все, что было и будет! Благодарю Тебя, Всевышний!», — подумал Имран про себя.
После обеда Имран и Алиф устроили Яннису экскурсию по особняку и его окрестностям, показали живописные сады и просторные конюшни с дорогими породами лошадей. Яннис, словно ребенок, испытывал невероятное чувство эйфории от увиденного. Он даже оседлал одного из жеребцов и немного прокатился по сочному зеленому лугу, подставляя лицо ласковому теплому ветру и золотистым лучам солнца. Счастью мужчины не было предела!
С наступлением вечера Имран и Алиф отправились в свои владения. После банных процедур Алиф облачилась в нежно-розовую шелковую пижаму и вышла на балкон покормить голубей. Небо было усыпано звездами, ярко светила полная луна, приятный ветерок трепал распущенные локоны Алифанэт. Девушка была так счастлива в тот вечер, что улыбка не сходила с ее лица. Имран подкрался к ней, обнял и закружил на руках, а затем стал целовать.
— Моя красивая гречанка! — томно произнес он, любуясь красотой своей жены.
— Перестань, мне щекотно, — рассмеялась Алиф.
— Я не остановлюсь, — подмигнул Имран.
— Прекрати, папа в доме! — заговорщицким тоном прошептала девушка.
Имран тут же разразился громким смехом.
— Почему тебе смешно? — спросила Алиф, округлив глаза.
— Мама Шарифа, Фарих и многие другие тоже сейчас в доме, но это не мешает мне целовать тебя и желать каждую ночь. К тому же наш особняк просто огромен, никто ничего не услышит, — задыхаясь от смеха, произнес Имран.
— Нет, ты не понимаешь. Это совсем другое. Для твоей семьи я невестка, и в вашем доме никого не волнует, чем мы тут заняты. Но, когда здесь мой отец, я испытываю неловкость, психологически это давит, и становится как-то не по себе, — замялась Алиф.
Имран продолжал смеяться над ней.
— Вероятно, твой отец сейчас лежит и думает: «Чем же там заняты Имран и моя роза? Неужели они занимаются с...», — не успел договорить мужчина, как Алиф перебила его.
— Имран! Прекрати! Мне стыдно будет завтра смотреть папе в глаза, и вообще я собиралась этой ночью спать с ним.
— Я тебя никуда не отпущу! — твердо сказал Имран, сжимая девушку в своих объятиях.
— А я и не спрашивала у тебя разрешения! — возразила Алифанэт с лукавой улыбкой.
— Прекрати, Алиф! Я сказал, что ты никуда не пойдешь, и точка. Ложись в постель! — начал сердиться Имран.
— Пойми, я очень соскучилась по отцу! — настаивала девушка. — Ну, пожалуйста! Всего одна ночь! — упрашивала она. — Я не сдамся, все равно сбегу от тебя, ты же меня знаешь.
— Ладно, иди, — уступил Имран, махнув рукой.
— О, красивый мой! — радостно воскликнула Алиф. — Спокойной ночи! И сладких снов тебе, любимый!
— Твой отец начинает мне надоедать, нужно срочно отправить его домой, — поддразнил Имран, закуривая сигарету.
— Не паясничай, — Алиф поцеловала его в щеку. — И хватит курить эту гадость, — закашлялась она, а затем резко выхватила сигарету из рук любимого и выбросила ее с балкона.
— Стой! — Имран схватил ее за руку, удерживая на месте, после чего притянул к себе и страстно поцеловал в губы, и Алиф ответила ему взаимностью. — Теперь ты можешь идти!
Алиф улыбнулась, глядя на мужа, облачилась в длинный шелковый халат и двинулась к выходу, сияя, словно счастливый ребенок.
— Папа, ты спишь? — тихо спросила она, входя в большую гостевую комнату, где еще горел свет.
— Девочка моя, я не сплю. Входи, как раз думал о тебе, — ласково произнес Яннис.
— Сегодня я буду спать с тобой, — улыбнулась Алифанэт.
— Моя розочка, иди ко мне, дорогая, — сказал грек, отодвигая одеяло.
Алиф с улыбкой забралась в теплую постель и крепко обняла отца.
— Моя красавица, как же сильно я за тебя молился. Слава Богу, ты снова со мной, моя девочка, — произнес мужчина и поцеловал дочь в макушку.
— Папа, ты пахнешь родным домом. Я тебя очень сильно люблю, больше жизни! — Алиф прижалась к груди отца и закрыла глаза, вспоминая их дом в Греции.
— Мой ангел, я так скучал по тебе, что не мог найти себе места. Наш дом опустел без тебя... — с грустью сказал Яннис.
— Папа, в день моей свадьбы, когда ты был ранен, кто отвез тебя в больницу? — вдруг спросила Алиф.
— Исмаил, несколько ребят Имрана и мои люди отвезли меня в больницу и оставались со мной, пока я не пришел в себя.
— Люди Имрана? — удивилась девушка.
— Да, они не оставляли меня без присмотра. Только, когда я немного пришел в себя, они отправились домой.
— Хм... Странно... Я этого не знала, — в задумчивости проговорила Алиф, словно пытаясь сложить в голове кусочки пазла.
— Мне очень жаль, что твоя свадьба прошла не так, как было запланировано, — с сожалением в голосе произнес Яннис.
— Главное, что все живы и здоровы, — успокоила его Алиф. — Но у нас была еще вторая свадьба, здесь. Я была одета в красное платье по афганским обычаям. Мы с Имраном танцевали национальный танец, которому меня обучили. Имран так красиво танцует, папа, ты бы только видел!
Яннис улыбнулся, поняв, что Алиф безумно любит своего мужа.
— Было бы интересно посмотреть на ваш танец. Как ты здесь поживаешь вообще, тебя не обижают эти бандиты? — забеспокоился Яннис.
— Нет, конечно. Они только с виду такие грозные, но в душе очень добрые и отзывчивые люди, которые стоят друг за друга горой. Теперь эта семья — мой мир. Конечно, когда я впервые пришла в этот дом, мне было не по себе, все казалось таким далеким, странным: их диалект, обычаи. Все пугало меня. Обычай ужинать на полу вообще поверг меня в шок!
— Ужинать на полу? — ошеломленно переспросил Яннис.
— Да, папа, это было так странно, но потом Имран решил, что мы будем есть за столом, как все цивилизованные люди.
— Скажи мне честно, Имран не обижает тебя? — Яннис пристально посмотрел в глаза дочери.
— Раньше мы с ним очень часто ссорились, но он никогда не поднимал на меня руку. Всегда шел на уступки и терпел все мои выходки. Он ведь пошел против своих устоев ради меня, — ответила Алифанэт, с любовью глядя на отца, а про себя подумала: «Если бы ты только знал, через что мне пришлось пройти с Имраном и тетей Шарифой!».
За окном шел ливень, Алиф разожгла камин и попросила слуг принести им в комнату ужин, горячий травяной чай и сладости. Ни отцу, ни дочери не спалось, они говорили на разные темы, не умолкая. Алиф показала Яннису свое афганское платье, национальные украшения и даже продемонстрировала танец, от которого грек пришел в неописуемый восторг. Они смеялись от души, а потом плакали вместе, вспоминая разные трогательные моменты из жизни. Яннис рассказывал дочери истории о ее детстве и о своей молодости.
— Надо было позвать и Имрана к нам на ужин, а то как-то не удобно, доченька, — смутился Яннис.
— Папочка, Имран, наверняка, уже давно спит, — заверила отца Алифанэт, чтобы тот не переживал.
Тем временем Имран решил навестить Шарифу и поговорить с ней наедине в спокойной домашней обстановке.
— Мама, ты не спишь? — тихо спросил он, раздвигая плотные портьеры при входе комнату.
— Нет, дорогой. Заходи, сынок, — отозвалась Шарифа.
Имран зашел в огромную восточную комнату, где витала в воздухе атмосфера уюта и едва уловимый аромат цитрусовых благовоний. Он с нежностью поцеловал руки своей матери и высказал свои самые прекрасные слова любви к ней. Затем Имран обратился к Аллаху и поблагодарил Его за то, что у него есть мать, хоть и не родная, но она есть, она вырастила его с самых пеленок, подарила ему все свою заботу и нежность, хоть порой и была строга. Имран всегда чувствовал, что Шарифа любила его искренне, даже больше своего первенца. Афганец тоже попросил слуг об ужине в комнату, а чуть позже к ним присоединился Фарих. Вместе они вспоминали свое детство и проговорили всю ночь, наслаждаясь обществом с друг другом.
Яннис пробыл в особняке Шахнэдов еще несколько дней, однако дома его ждали дела, и к тому же родная сестра грека со своими внуками должна была прилететь к нему в гости из Германии. Яннис долгое время не видел свою единственную любимую сестру и скорее хотел повидаться с ней. Алиф было очень тяжело отпускать отца, она сильно переживала из-за предстоящей разлуки и даже пила успокоительные. Однако девушка взяла себя в руки и приняла эту ситуацию со смирением, осознав, что отец не может оставаться в особняке всегда. В итоге Алифанэт отпустила Янниса домой со спокойной душой, в надежде теперь приехать в Грецию и погостить у себя на родине.
Неделю спустя, когда Имран уже немного окреп, Халид отпросился у него на пару дней по срочным делам, а вместо себя прислал на перевязку свою ассистентку Гульназ. Девушка недавно получила работу у лекаря и зарекомендовала себя как чуткий и ответственный специалист. При этом медсестра выделялась яркой внешностью, что сразу бросилась в глаза Алифанэт, которая встретила девушку в особняке и проводила в комнату к Имрану. Однако оставлять их наедине гречанка не захотела и решила остаться на перевязке, присев на диванчик, стоявший в углу комнаты. Алиф не сводила глаз с юной особы, пристально наблюдая за каждым ее движением.
— Господин Имран, позвольте мне обработать вашу рану, — тихо произнесла Гульназ и начала осторожно расстегивать пуговицы на рубашке мужчины, нежно касаясь пальцами его тела.
Алиф кипела от ревности, понимая, что девушка смотрит на Имрана заинтересованными глазами.
«Боже мой, что она себе позволяет? Да еще при мне!», — думала про себя Алифанэт.
Щеки гречанки заметно вспыхнули от ревности и гнева. Внутри у нее разгоралось яростное пламя, когда она наблюдала за тем, как Гульназ медленно спускает с рубашку с плеч Имрана. Мужчина заметил, как Алифанэт покраснела, и догадался, что она сходит с ума от ревности.
— Ты не должна этого делать, — резко пресек Имран действия медсестры, грубо убирая ее руки со своего плеча.
Он сам снял свою черную рубашку, и Алиф мысленно вздохнула с облегчением. Медсестра смочила ватный тампон лекарством и начала осторожно обрабатывать рану Имрана. Алиф не могла выносить прикосновений посторонней женщины к своему возлюбленному и громко вскричала:
— Не прикасайся к нему!
— Что, простите? — в недоумении спросила Гульназ.
— Я сама обработаю его рану! — сердито произнесла Алиф, вскакивая с дивана и бросаясь к мужу.
Имран отреагировал на это лишь довольной улыбкой, которую быстро скрыл за маской серьезности.
— Иди ко мне, жизнь моя, и сама обработай мою рану. Действительно, твои руки исцелят меня, — афганец притянул жену к себе и поцеловал ей руку.
Гульназ содрогнулась от убийственного взгляда Алиф.
— Вот, возьмите... — тихо сказала обескураженная девушка, протягивая Алифанэт лекарство и ватный тампон. — Но вы же не знаете, как это правильно нужно делать...
— Я все знаю! — пылко возразила Алиф.
— Хорошо, госпожа, как пожелаете... — Гульназ не знала, что ей сказать в ответ. — Но я ведь медик... Это моя работа...
— А я его жена! — перебила Алиф, бросив на девушку испепеляющий взгляд, и та сразу осеклась. — Считай, что у тебя сегодня внеплановый выходной! — отрезала Алиф и попросила служанку проводить Гульназ к выходу.
— Моя тигрица! — рассмеялся Имран. — Ну, ты ей устроила!
— Нечего заглядываться на чужих мужей! — выпустила пар Алифанэт, в глубине души радуясь тому, что удалось избавиться от этой вертихвостки. — А ты давай не смейся! Перевязка окончена. Одевай свою рубашку и пойдем ужинать, — с гордо поднятой головой прочеканила гречанка.
Имран и Алиф спустились на ужин, и все время за столом мужчина прокручивал в голове эпизод с медсестрой, радуясь про себя тому, как яростно готова сражаться за него возлюбленная.
После семейного ужина Алифанэт первая поднялась в Восточное крыло и стала ждать Имрана, который задержался на лестнице, отчитывая кого-то из слуг. Она стояла перед огромным зеркалом, снимая тяжелые золотые серьги, одна из которых упала на пол.
Алиф нагнулась, чтобы поднять ее, и заметила под кроватью кружевное нижнее белье. Девушка сперва смутилась и подумала, что ей показалось, но потом снова заглянула под кровать и убедилась, что это не мираж. Алиф обнаружила записку, подцепила ее пальцами и поднялась, разворачивая листок.
«В ту ночь Имран принадлежал только мне! И я сделаю все, что в моих силах, чтобы забрать его у тебя!», — прочитала гречанка.
Девушка в ярости проглотила тяжелый комок негодования, а ее руки задрожали, заставляя трепетать листок бумаги.
В этот момент Имран переступил порог спальни и увидел Алиф, стоящую к нему спиной. Она застыла в своих мыслях, а мужчина, ничего не подозревая, подошел сзади и обнял ее за талию.
— С кем ты тут спал? — тихо сказала Алиф, чувствуя прикосновение мужа.
— Только с тобой. Я никогда не водил женщин в свою комнату, — невозмутимо ответил Имран, хоть и не ожидал подобного вопроса.
— Не прикасайся ко мне! — прошептала Алиф, отстраняясь.
Она высвободилась из его объятий и повернулась, чтобы посмотреть ему в глаза.
— Жизнь моя, с тобой все в порядке? — недоуменно спросил Имран.
— Загляни под кровать! — крикнула Алифанэт, не в силах сдерживать слезы, и отчаянно заплакала.
Имран с трудом нагнулся, чтобы посмотреть, что же могло так расстроить его жену.
— Какого черта, Алиф?! Почему твое нижнее белье там валяется?! А что, если бы Фарих увидел его сегодня? — возмутился Имран.
Алиф, с трудом сглотнув, выдавила из себя:
— Это не мое.
Тогда Имран вспомнил ту проклятую ночь и яростно закатил глаза:
— Джамиля! Что за чертова сука! Клянусь, я убью ее! — процедил он, кипя от гнева, и молча уставился на Алиф.
— Значит, ты с ней все-таки спал, — прошептала Алифанэт. — Да еще и на нашей кровати. Как же это мерзко.
— Она была в нашей комнате, да, но между нами ничего не было. Я остановился и вышвырнул потаскуху на улицу, — спокойно и невозмутимо объяснил Имран, не в его характере было умолять кого-то поверить ему и оправдываться.
Алиф пристально посмотрела в его глаза и задумчиво произнесла:
— Остановился, хм. Хорошо.
С минуту постояв и о чем-то поразмыслив, девушка яростно бросила записку на кровать и молча вышла из комнаты. Имран в шоке переваривал происходящее. Он в недоумении взглянул на смятый клочок бумаги, взял его в руки, прочитал содержимое и пришел в ярость.
— Ну, тварь, Джамиля, что ты проворачиваешь! Теперь копай себе могилу, — прошипел Имран, полный негодования.
Алиф словно хотела очиститься от этой грязи и направилась в хаммам. Она попросила слуг наполнить небольшой мраморный бассейн горячей водой с эфирными маслами и добавить туда пышной пены. Горничные приглушили свет, расставили ароматические свечи по всей комнате, а также зажгли восточные благовония. Пока вода наполняла бассейн, Алиф забавлялась тем, что опускала руку под напор струи и взбивала воздушную пену.
Девушка изо всех сил старалась не думать о плохом, ведь в глубине души знала, что Имран не изменял ей, но черт побери! Увидев это нижнее белье и записку, она не могла не принимать это близко к сердцу. Тем более Имран признался, что Джамиля находилась в их спальне. В душе Алифанэт воцарился хаос.
«Как эта мерзавка попала в нашу комнату? Как оставила там свои чертовы вещи? Боже, я сойду с ума!» — беспокойный рой мыслей кружился в голове Алиф.
Убрав волосы в пучок, девушка разделась и погрузилась в горячую воду. Откинувшись назад, она расслаблена выдохнула и попыталась успокоить разбушевавшиеся эмоции. В этот момент Имран неслышно вошел в хаммам. Не замечая его присутствия, гречанка предавалась водным процедурам.
Мужчина наблюдал за своей возлюбленной сзади, с восхищением глядя на то, как она грациозно омывает свои руки и плечи, как капли воды красиво соскальзывают с ее упругой бархатистой кожи, а пышная пена волнительно прикрывает грудь. Соблазнительный образ Алифанэт доставлял Имрану неподдельное удовольствие, он сам себе завидовал и не мог оторвать глаз от своей красавицы-жены.
Внезапно, увидев на стене тень от мужского силуэта, Алифанэт громко ахнула и, резко повернув голову, увидела стоящего перед ней Имрана.
— Имран! О, Боже! Ты напугал меня! — воскликнула она, схватившись за сердце.
— Прости, мой ревнивый ангел, — сказал он, присаживаясь на бортик бассейна.
— Что ты здесь делаешь? — возмутилась Алиф, пытаясь глубже погрузиться в воду, сердито глядя на довольное лицо Имрана.
— Что я здесь делаю? — спросил он шутливо. — Я пришел поплавать с тобой! — как ни в чем не бывало, сказал он, его глаза пленительно изучали тело девушки в тусклом свете свечей.
— Уходи, Имран! — невозмутимо бросила Алифанэт.
Имран громко хмыкнул, не сводя своих черных глаз с ее румяного сердитого личика.
— Сегодня ты особенно красива, моя Алиф, — подмигнул он.
— Уходи, я не хочу, чтобы ты сейчас здесь находился! — нахмурив брови, крикнула Алиф, отплывая подальше от бортика.
— Ты можешь заставить меня исполнить любое твое желание, кроме одного — покинуть тебя! — с улыбкой на лице произнес Имран.
Алифанэт наигранно отвернулась.
— Повернись ко мне! — приказал Имран.
Алиф повернулась и подплыла к нему, она взмахнула влажными ресницами и не могла не восхититься искрящимся блеском, вспыхнувшим в глазах любимого.
— Неужели ты действительно поверила в ту чушь, которую написала шлюха Джамиля? — спросил Имран, несколько расстроившись.
— Я не поверила, — неуверенно ответила Алиф.
— Уверена? — уточнил Имран.
— Как это мерзавка попала в нашу комнату? — выпалила Алифанэт, этот вопрос не давал ей покоя.
— В тот момент я был не в себе... Все входы на нашу территорию были открыты. Я спал, как убитый. Но эта тварь смогла прокрасться в нашу комнату, забраться ко мне в постель и соблазнить меня... — не успел Имран договорить историю до конца.
— Соблазнить? — резко перебила Алиф, округлив глаза от шока.
— Я бредил... Бредил тобой... Но, когда проснулся и понял, что это не ты, а кто-то другой, клянусь всем святым, я был готов выстрелить этой потаскухе прямо в голову! — в сердцах воскликнул Имран.
— Прошу прощения, — робко ответила Алифанэт, испытывая неловкость за свое недоверие.
— Запомни, что настоящий мужчина никогда не посмотрит на другую, если любит по-настоящему. Знай, что кроме тебя мне никто больше не нужен, — трепетно произнес Имран, заставляя сердце Алиф сжаться в груди от таких пронзительных слов.
— Я знаю, — она мило улыбнулась и облегчено выдохнула.
— Моя красивая птичка, так, что, мир? — спросил Имран, протягивая мизинец.
Алиф засмеялась, вынула руку в пене из-под воды, посмотрела на мужа сияющими глазами, а затем протянула ему свой мизинец.
— Мир, — улыбаясь, они скрестили мизинцы в знак примирения.
— Малышка, я хочу к тебе! — Имран начал расстегивать рубашку.
— Нет, нельзя! Вода соленая! — переполошилась Алиф.
Имран взял ее лицо в ладони и поцеловал в нос, а она поморщилась и улыбнулась.
— Ты еще пожалеешь, что отказалась поплавать со мной, — игриво сказал Имран, изучая влажную кожу своей жены.
Она лукаво улыбнулась и, пока он был очарован ее телом, воспользовалась моментом и размазала пену по его лицу, что вывело его из состояния транса.
— Вот тебе! — Алиф озорно рассмеялась.
Придя в себя, Имран начал вытирать пену.
— Ну, я тебе сейчас устрою! — сказал он, расстегивая рубашку уже уверенно и решительно.
— Нет! — запротестовала Алиф, уплывая прочь. — Прошу, не смей этого делать!
— Не кричи, глупышка, вдруг услышат слуги и подумают, что я тебя тут насилую, — засмеялся Имран.
— Твоя рана! Тебе нельзя в соленую воду! — встревожилась Алиф не на шутку.
— Вода с солью активно заживляет раны, — Имран был непреклонен.
— Имран, не делай этого!
— Истеричка, угомонись.
Имран разделся и забрался в бассейн, а Алиф безуспешно попыталась отстраниться, когда он медленно поплыл к ней. Девушка пыталась прикрыть свою наготу густой белой пеной.
— Любовь моя, перестань создавать вокруг себя пену. Это меня не остановит, — лукаво произнес Имран.
— Имран, прекрати! — отбивалась Алиф.
— А что будет, если я не остановлюсь? — напирал мужчина.
— Не плыви ко мне! — воскликнула она, отплывая назад.
— Ответь, что будет, если я не остановлюсь? Накажешь меня? — хищно улыбнулся Имран, обнажая свои безупречно белые зубы.
Алиф плеснула ему водой в лицо и по-детски засмеялась.
— Ах, ты! — Имран бросился к ней и резко заключил в свои сильные объятия, а затем возвысился над ней, прижимая своим телом к краю бассейна, и томно заглянул ей в глаза.
— Мне трудно дышать, — шепнула Алиф. — Ты сейчас раздавишь меня.
Имран проигнорировал ее и со всей страстью впился в ее губы, еще больше лишая девушку возможности глубоко дышать. Она обхватила его за шею и ответила на поцелуй.
— Я хочу, чтобы плод нашей любви бегал по нашему особняку, — пылко прошептал он, обдавая своим горячим дыханием губы Алифанэт.
Она посмотрела ему в глаза и просияла от счастья.
— Ты серьезно?! — обрадовалась она. — Я не верю!
— Больше не пей лекарство. Подари мне наследника, — сказал Имран, впиваясь в ее влажную шею. — Я обожаю тебя! И не могу от тебя оторваться.
В теплой воде и обволакивающей нежной пене влюбленные предавались любви и наслаждались друг другом. В своих мыслях Алиф искренне молилась, чтобы такие счастливые мгновения никогда не исчезали из их семейной жизни.
Выйдя из бассейна, Имран сказал:
— Пойдем со мной в хаммам, поможешь мне помыться? Из-за соли рана начала беспокоить немного, — он слегка сощурился от неприятных ощущений.
— Я же говорила, что тебе нельзя, но твое упрямство способно протаранить стены! — покачала головой Алифанэт. — Сильно болит?
— Нет, не особо, — слукавил Имран. — Зато как мы классно провели время, — подмигнул он, оборачивая льняную простыню вокруг пояса.
— Имран, пожалуйста, подай мне полотенце, — попросила Алиф.
— Прекрати, малышка! Я наизусть знаю каждый миллиметр твоего тела.
— Подай полотенце! — более настойчиво повторила Алиф.
— О, Аллах! — раздраженно воскликнул Имран, поднимая с мраморного пола белое полотенце и протягивая жене. — Держи!
Она загадочно улыбнулась, принимая полотенце из рук любимого и таинственно посмотрела ему в глаза, словно что-то не договаривая.
— В чем дело, Алиф? — в недоумении спросил Имран.
— Отвернись, пожалуйста, — произнесла она.
— Алиф, ты в своем уме?! — Имран закатил глаза.
— Отвернись! — требовательно воскликнула она. — Ты сам обернулся простыней, а мне приказываешь голой перед тобой расхаживать?! — насупилась Алифанэт, как маленькая капризная девочка.
— О, Аллах, дай мне терпения! — взмолился Имран, отворачиваясь. — Где логика этой гречанки?
Завернувшись в полотенце, Алиф с улыбкой обратилась к мужу:
— Все, можешь поворачиваться.
Мужчина обернулся и окинул свою возлюбленную пленительным взглядом, а затем на его губах появилась хитрая улыбка, от которой щеки гречанки мгновенно вспыхнули алым румянцем.
Алиф крепко сжала руку Имрана и направилась с ним к хаммаму. Имран взглянул на жену вполоборота: она была похожа на довольного ребенка с сияющими от радости глазами.
«Моя избалованная», — подумал афганец про себя и молча улыбнулся.
Войдя в хаммам, Имран сел на мраморную скамью рядом с курной. Алиф налила в нее горячей воды и повернулась к мужу, снимая мокрую повязку с раны.
— Тебе не больно? — взволнованно спросила она.
— Щиплет немного, — поморщился Имран.
Он поцеловал руку Алиф, а она принялась осторожно мыть ему спину и плечи. Аккуратные плавные движения гречанки приводили Имрана в восторг, он ощущал себя поистине любимым мужчиной в руках заботливой женщины.
— Какое счастье, что ты снова со мной! — произнесла Алиф, нежно целуя мужа в спину.
— Алиф? — В его глазах вспыхнул огонь.
— Я слушаю, мой Имран? — спросила она шепотом, уже понимая намерения Имрана.
— Иди ко мне, — сказал он, притягивая ее к себе.
Алиф села рядом с ним и тут же почувствовала прилив возбуждения. Он медленно начал омывать ее из медной чаши, и она закрыла глаза, наслаждаясь горячей водой, стекающей по ее волосам и телу. В ее животе запорхали бабочки, а по всему телу пробежались ледяные мурашки.
— Тебе нравится? — тихо спросил он, не отрывая взгляда от нее.
— Очень, — прошептала она.
В ее глазах зажегся тот же огонек, а на ее алых губах появилась счастливая улыбка. Имран обнял ее за талию и притянул к себе. Алиф тяжело дышала, ее пушистые влажные ресницы трепетали, а ее большие зрачки были прикованы к нему. Глаза Имрана сузились, когда он изучал ее лицо:
— Ты помнишь наш первый момент близости здесь? Он взял ее запястье и нежно поцеловал ладонь.
— Я никогда не забуду наш первый Хальвет, он был волшебным, таким же, как и все ночи, проведенные в твоих объятиях.
Ее щеки вспыхнули, а ее тело слегка дрожало от возбуждения. Имран осторожно положил руку на ее затылок, приблизился к ней и нежно прикусил ее шею.
— Я пленник твоей привлекательности, - прошептал он ей на ухо, опуская свои губы к ее пухлой груди. — Ты так прекрасна.
Алиф, как всегда, теряла голову от его прикосновений. Он нежно обнял ее лицо ладонями, и их губы соединились в страстном поцелуе.
— Любимый, — прошептала она, тяжело дыша, — я так сильно хочу тебя!
— Моя малышка, — прошептал он, нежно прижимаясь губами к ее пухлым грудям и набухшим соскам и сжимая руками ее ягодицы и бедра.
— О, пожалуйста... не останавливайся, — едва слышно проговорила она, запрокидывая голову от наслаждения и издавая тихий стоны.
Он нежно положил ее на теплую мраморную скамью и, склонившись, страстно впился в ее губы. Алиф растворилась в его объятиях, уходя от реальности и погружаясь в непередаваемое удовольствие, которое он ей дарил. Их страстная ночь любви унесла их волной наслаждения.
После водных процедур Имран и Алифанэт отправились в спальню и погрузились в блаженный сон в крепких объятиях друг друга.
Яркий солнечный свет озарял своими лучами комнату, когда Алиф сонно открыла глаза.
— Имран? — пробормотала она, ощупывая его пустую подушку.
Девушка села в кровати и огляделась, но мужчины в комнате не было.
— Имран, ты здесь?! — крикнула Алифанэт, предположив, что он может быть в ванной, но ответа не последовало.
Все еще сонная, девушка накинула длинный халат и зашагала в ванную. Она умылась холодной водой, а, когда вернулась в комнату, обнаружила огромную корзину нежно-розовых пионов. Бутонов было не меньше тысячи! Это были самые любимые цветы Алифанэт. Она ахнула от восторга и присела возле корзины, с упоением вдыхая непередаваемый утонченный аромат.
Имран неожиданно схватил ее сзади и прокружил в воздухе, а она задорно рассмеялась.
— Красавица моя, у меня для тебя есть сюрприз! — загадочно произнес афганец.
— Что за сюрприз? — глаза Алиф загорелись любопытством.
— Давай, одевайся, сходим на завтрак, и тогда я тебе все расскажу, — заинтриговал Имран.
Продолжения следуют...
Как думаете какой сюрприз ждёт нашу Алиф?
Опиши свои эмоции при чтении этой главы 🫶 всех люблю 😘