Глава 2 «Воспоминание»
Воспоминание Алифанэт. Греция. Афины
Алифанэт привела себя в порядок и отправилась в большой зал завтракать с отцом.
— Доброе утро, папа! — радостно проворковала она и чмокнула отца в щеку.
— Доброе утро, моя принцесса, — ответил Яннис, поцеловав дочери руку.
— Как ты спал, папочка? Хорошо себя чувствуешь? — спросила Алифанэт.
— Да, милая, я хорошо спал. А как ты спала, роза моя?
— Мне приснился такой чудесный сон! — восхищенно проговорила Алифанэт. — Я как будто улетела в другую страну на белоснежном коне с большими и красивыми крыльями!
И девушка с энтузиазмом стала рассказывать о своем сновидении.
— Этот сон означает, что я скоро выдам тебя замуж, — с доброй улыбкой промолвил Яннис.
— О нет, только не это! — встревожилась Алифанэт.
— Кстати, доченька, сегодня утром мы получили письмо. Я не открывал его без тебя. Прочти, дорогая, — ласково сказал мужчина, протягивая дочери конверт.
Алифанэт вскрыла письмо и с интересом принялась водить глазами по строчкам на листке.
— Это приглашение из Англии. Нас зовут на королевские скачки!
— Королевские скачки — это масштабное мероприятие, которое привлекает аристократов со всего мира. Может быть, на этом приеме найдется достойный кандидат на твою руку.
— Боже, папа! Это все, о чем ты думаешь?!
— Ты же не собираешься сидеть со мной всю оставшуюся жизнь, не так ли? — подразнил Яннис.
— Но я определенно не собираюсь выходить замуж за скучного бездушного миллиардера, которого ты так усердно ищешь для меня. — ответила девушка с лукавой улыбкой.
— Ну почему сразу скучного? Может быть, этот миллиардер окажется очень жизнерадостным и веселым человеком, — рассмеялся мужчина.
— Папа, давай отложим этот разговор на потом, а сейчас, с твоего разрешения, мне пора идти. Обещаю с сегодняшнего дня трепетно мечтать о своем принце, — смеясь в ответ, произнесла Алифанэт, после чего встала со своего места и нежно поцеловала отца.
— Ты неисправима. В тебе все еще живет тот неугомонный ребенок, — изрек Яннис с безграничной любовью во взгляде.
Наше время
Спустя три часа фургон снова остановился, и сердце Алифанэт бешено забилось. Страх окутал девушку с головой, и предчувствие ее не подвело. В ту же минуту преступники распахнули двери и, схватив всех заключенных, вытолкали их наружу. Машина больше не ехала, и всем пришлось идти пешком по горной тропе. Было невыносимо жарко, окружающая реальность будто плыла перед глазами. Горячий знойный ветер обжигал лица заложников, их изводила жажда. Каждый шаг казался мучительным испытанием. Юная Жизель, заложница из Франции, больше не в силах была выносить палящее солнце в афганской пустыне, ей ужасно хотелось пить и есть. Она настолько утомилась, что от солнечного удара упала в обморок.
— Да покарает вас всех Господь! — яростно прокричала Алиф, направив свой взор на одного из головорезов.
Бандит повернулся и смерил гречанку смертоносным взглядом:
— Заткнись, дура! — сердито крикнул он и бросился поднимать Жизель с горячей иссушенной земли. — Черт возьми, Шахир, эта девчонка не приходит в сознание!
— Урод, возьми эту проклятую девку на руки и тащи в лагерь! — свирепо прорычал кровожадный бандит.
Грозный Анвар подхватил Жизель и понес витиеватой тропинкой вверх по грунтовой дороге. Местность окружали высокие горы, на далеких вершинах которых лежал снег. В этой пустыне не было даже птиц, только вездесущие ящерицы и черепахи. Ужасающая гробовая тишина заставляла сердца заложников сжиматься и чувствовать приближение опасности. Тут молчание нарушила малышка, самая юная заложница, она проснулась и снова заплакала:
— Ребенок хочет пить! Да сгорите вы все в аду! — закричала разъяренная Алифанэт.
Мужчина в гневе ринулся к гречанке. Он резко схватил ее за подбородок и больно сжал лицо девушки своими грубыми руками. Горячие соленые слезы тут же потекли по раскрасневшимся щекам Алифанэт. Девушка сглотнула тяжелый ком в горле и посмотрела в безжалостные глаза разъяренного бандита.
— Сука, ты опять открываешь свой рот? Хочешь отправиться на тот свет? —ехидно закричал Шахир.
Латиф казался обезумевшим от увиденного. Несмотря на веревку, связывающую его руки, он боролся и пытался защитить бедную девушку от нападок бандита.
— Отпусти ее, ублюдок! — крикнул Латиф.
— Исмаил, будь ты проклят! Держи этого ублюдка или я выверну его кишки наружу к чертовой матери! — прошипел Шахир.
Латифа схватили и приставили пистолет к его голове, угрожая убить. Алифанэт в замешательстве взглянула на своего друга. Она не знала, что Латиф тоже был среди заложников.
— Шахир, оставь ее, ради Аллаха! Хозяину это не понравится, — предупредил Исмаил.
С налитыми кровью глазами Шахир оттолкнул лицо Алифанэт. Но гречанка не сдавалась и крикнула ему вслед:
— Животные! Неужели у вас нет ни капли сострадания к совершенно невинному ребенку?!
Алифанэт не могла больше сдерживать рыданий, душивших ее. Бандит по имени Адиль обернулся и с жалостью посмотрел на истерически воюющую девушку. Он взял плачущего ребенка на руки, подошел к гречанке, освободил ее от веревок и передал малышку:
— На, выпей и успокой ребенка, — снисходительно сказал Адиль, доставая свою фляжку с водой.
Алифанэт разглядела долю сострадания в его темно-серых глазах и с благодарностью приняла сосуд с вожделенной жидкостью. Девушка вытерла слезы с лица малышки и дала ей попить.
— Какого хрена ты делаешь, урод! — яростно закричал Шахир.
— Заткнись, Шахир! Хозяин приказал доставить заложников живыми и невредимыми. Ребенок может умереть по дороге, и тогда нас ждут гораздо более серьезные проблемы с хозяином. — он повернулся к гречанке и прошептал ей на ухо: — Я накормлю вас, когда мы прибудем на место.
Алифанэт молча кивнула в знак согласия. Когда все заложники утолили жажду, они двинулись дальше.
За день до похищения. Воспоминания Алифанэт.
Королевские скачки.
День стоял ясный и очень жаркий. Папарацци пытали гостей ослепляющими вспышками фотоаппаратов. Алиф с интересом огляделась: мужчины щеголяли в цилиндрах и сюртуках, а женщины дефилировали в экстравагантных шляпах. Девушка с нескрываемой насмешкой посмотрела на одну из британок в нелепом головном уборе, украшенном чучелами экзотических птиц. Другой персонаж выделялся сомбреро в форме колеса. Пожилая, но очень улыбчивая женщина, красовавшаяся перед ипподромом, еще больше шокировала гречанку своей шляпой, украшенной бутылками вина, бокалами и закусками. А кто-то умудрился явиться с чучелом летающей куропатки на голове, да еще с размахом крыльев более полуметра.
«Боже мой, это настоящее испытание палящим солнцем и экзотическим антуражем!» — подумала Алифанэт, задыхаясь от жары и размахивая веером перед лицом.
Воспоминание Латифа, одного из заложников:
Тридцать пять градусов по Цельсию. Латиф проклинал все на свете за эту поездку в Англию. Было невыносимо находиться под палящим солнцем в классическом черном костюме и цилиндре на голове. Затем его взгляд упал на Алифанэт, его подругу юности, с которой он провел несколько лет вместе, учась в Гарварде.
Латиф замер, глядя на восхитительную гречанку, не в силах отвести от нее глаз. Ее ослепительный образ навсегда остался в его сердце. Особенно его поразили ее большие глаза и мягкие манящие губы, словно созданные для поцелуев.
Девушка улыбалась окружающим своей обворожительной белоснежной улыбкой. Ее шелковистые блестящие локоны цвета темного шоколада красиво переливались, купаясь в солнечных лучах. Затем взгляд мужчины проскользнул по безупречной женской фигуре в строгом черном наряде. Фантазии охватили мысли Латифа. Он был околдован!
Алифанэт показалась ему самой совершенной девушкой в мире! Но внезапно восторженное созерцание Латифа прервал его друг, который энергично помахал рукой перед глазами завороженного мужчины. Приятель широко улыбнулся:
— Ты, кажется, потерял голову, мой друг? Или это мисс так на тебя повлияла?
— Алиф действительно сразила меня наповал, — промолвил Латиф, не отрывая взгляда от девушки. — За прошедшие два года она невероятно преобразилась и стала еще более прекрасной.
Через некоторое время гонка подошла к концу, и лошадь, выступавшая под седьмым номером, одержала победу. Это была ставка Алифанэт.
Латиф не упустил возможности и уверенно направился к ней, чтобы поздравить:
— Алифанэт! — крикнул Латиф, подняв руку над головой и помахав.
Девушка сразу заметила в толпе своего высокого восточного друга.
— Латиф? Это ты? — удивилась она, встретив друга спустя два года.
Молодые люди приблизились друг к другу, и взгляд девушки встретился с темно-карими глазами, в которых сотни крошечных золотистых искорок плясали от счастья.
Глаза Алифанэт, казалось, держали Латифа в плену, и прошла целая вечность, прежде чем он снова вернулся к реальности.
Старые друзья крепко обнялись, а затем между ними состоялась дружеская беседа за бокалом шампанского...