Существование? Нет, жизнь!

Мертвая тишина давила на мысли, создавая иллюзию покоя, но не давая уйти напряжению, витавшему в воздухе, мешая вздохнуть полной грудью и расслабить распылённый мозг, умиротворённо покачав головой и забыв это ощущение как страшный сон. 

Единственное, что нарушало эту идиллию была симфония, для простых прохожих неслышимая. 

Кап-кап. Звук был настолько тихий, что услышать его было практически невозможно, даже если напрячь слух. Словно пытаясь поддержать импровизированную мелодию товарища, был слышен охрипший ленивый шёпот, бессвязно срывающий с пухлых невинных губ, оскверненных запекшейся кровью.

  — Спроси... Кх-кха... какой... идти... —Растворялись в воздухе оборванные фразы, так и не успев стать хоть кем-нибудь услышанными. 

Эта была молодая девушка, нет, скорее, девочка. Не больше пятнадцати лет. При ближайшем рассмотрение видно, девочка застряла под обломками, превратившими тело наполовину в фарш. В некоторых местах тело пронизано железными острыми трубами, торчавшими из влажной почвы, но всё это меркло, как будто выцветшие со временем краски, на фоне её темных, словно две дыры, глаз. Они до сих пор светились жизнью, но с каждым мигом теряли свой первоначальный блеск. Надежда на спасение потухала с каждым словом, смешанным с харканьем, сорвавшимся с её начинающих уставать, терять силу уст. С правого виска стекала струйка обжигающей всё нутро багряной жидкости, смешанной со слезами, а после продолжала свой путь с немыслимой скоростью, словно поезд, нарушивший расписание и спешащий на следующую станцию, спрятавшись в коротких темных волосах, пропитанных остывшей кровью, под лучами солнца блестящих ярко-красным оттенком. Смерть уже дышала ей в спину, что легче было просто добить, чем продолжать смотреть на эту ужасающую разум и душу картину. 

Солнце светило ярко-ярко, легкий ветерок гулял рядом с малышкой, как будто и не замечая её затруднительного состояния. Прекрасная природа радовала своей красотой и погодой обычных жителей, точно безжалостно указывая девочке на её место, насколько ничтожна она по сравнению с этим необъятным миром. 

А малышке плевать на своё жалкое положение. Кто в предсмертном состояние будет задумываться о таких тривиальных вещах. Все перед ликом старушки равны. Одна лишь мысль терзала сознание девушки. Не сожаления о своём неверном импульсивном решение. Нет. Это были молитвы о прощение, о замаливание грехов, адресованная не богу, нет, она была агностиком, а родным, о быстрой безболезненной смерти. Последнее она просила сильнее всего, ведь остальное вряд ли кто-то сможет осуществить, даже не прощение, а хотя бы извинения. Но по прошествии нескольких минут она перестала просить и об этом, а лишь вспоминала слова давно забытой песни. 

Возможности умереть просто и быстро она точно не достойна. 
***
  — Боже, почему они все такие красавчики? — воскликнула с восторгом низкая девочка-шатенка в сторону своей одноклассницы, будто ждала ответа, но было ясно, что ничего кроме согласия в ответ она услышать не желает. 

Сидящая рядом худенькая блондинка сдержанно с ней согласилась. Напротив темноволосая девушка, оказавшаяся в этот момент поблизости и непреднамеренно подслушавшая тему разговора, с возбуждение начала восхвалять своих любимых персонажей. Между первой девушкой и темноволосой завязался бурный диалог, по большей мере состоявший из обсуждения гениальности всех героев данного аниме. Казалось, что ещё чуть-чуть и их энтузиазм сожжёт всё поблизости и оставит после себя лишь вторую Сахару. Блондинка, испугавшаяся данного исхода, быстро ретировалась за свою парту, а подружки, даже не заметив этого, продолжали свой разговор. 

— Да, а я о чём говорю, при просмотре серии с дуэтом Достоевского и Дазая я почувствовала себя настолько беспросветно тупой, — с благоговейным трепетом и ноткой зависти всё больше распылялась темноволосая, имевшая благородное имя Анастасия, для всех просто Настя. Собеседница, отзывающаяся на величественное Александра, а если без почестей, то Саша, в ответ лишь кивала с видом мудреца, познавшего этот грешный мир и разочарованная в бытие человека, настолько она понимала всю горечь данной фраза, ведь сама испытала тот же спектор чувств. 

Диалог мог бы продолжаться ещё вечность, если бы не мерзкий звонок на урок, который настолько приелся школьникам, что они только из-за него зачастую ненавидят школу. 
***
  Урок закончился довольно быстро из-за разных мыслей. В основном, они были заполнены мечтаниями, а также мыслями о важной дате. День рождение. Юбилей. 

Нет, вы не подумайте, главная героиня не легкомысленная личность, а в точности наоборот. Но признайтесь, кто будет стараться на уроке изобразительного искусства, если только не пойдёт на эту специальность. Настя имеет точно такое же мнение, как и другая большая часть класса, всё занятие просидевшая в своих гаджетах, но она хотя бы попыталась сделать вид, что заинтересована темой, вроде, связанной с дизайном. От гордости за свою персону на лице расплылась яркая улыбка, полная чувства превосходства, казалось ещё чуть-чуть и лицо пойдёт трещинами. 

— Эй, чего лыбу давишь? Кстати, у тебя скоро день рождение, вроде, — подойдя к её парте и разрушив всю атмосферу, произнесла Саша с полувопросительной-полуутвердительной интонацией, они были знакомы недолго, и дальше товарищей с общими интересами не продвинулись. Мало, что знали друг о друге. От того и вопросительная нотка, чтобы у визави была возможность опровергнуть или согласиться. Настя лишь с наигранным огорчением покачала головой, — Да, пятнадцать лет, ох, старею, скоро с меня начнёт песок сыпаться, — и утерла несуществующую слезу, а после сразу снова растянула губы в широкой, от уха да уха, улыбке. 

— Королева Драмы, — закатила глаза зрительница на маленькое представление одноклассницы, а после со странным, недобрым, как показалось Анастасии, блеском начала, — Знаешь, сейчас в городе популярна одна заброшка, буквально каждый второй школьник там побывал, — рассказав ещё немного о данном месте, перешла к сути девочка, — так вот, как насчёт сходить перед праздником и развеяться. 

— Вот от кого, от кого, а от тебя не ожидала, — с сомнением пробормотала темноволосая, — но пожалуй, откажусь, — а после со страхом быстро выпалила, чтобы ненароком не обидеть резким отказом, — Да и боюсь я, обычно в таких местах что-то и случается, — И опустила голову, ожидая выговора от единственной, с кем у неё была возможность поговорить о любимом аниме. 

Услышав громкий заливистый смех, уставилась с неверием на Сашу. А следующая фраза низкой девушки заставила поперхнуться воздухом и выпучить глаза, словно рыба, выброшенная на берег. 

— Я знала, что ты трусишка, но чтоб настолько, — с рвущимся наружу смехом сказала шатенка, потом, более-менее отдышавшись от недавнего действия, с успокоительным оттенком в голосе рассказала, что пойдут они не одни, а с людьми из параллельного класса. 

Но Настя не была бы Настей, если после этой фраза согласилась. В итоге после долгих уговоров девушка получила положительный ответ, произнесённый с явной неохотой. И то только потому что скоро конец четверти и долгожданные зимние каникулы, то самое время, когда ученики с не самой лучшей успеваемостью начинают умолять учителей о дополнительных заданиях, о которых в обычное время даже не заикнулись бы. Но Настя и Саша являлись образоцовыми учащимися, и вся суматоха не коснулась их. 
***
  В их зимнем заснеженном городке стояла просто прекрасная погода. Ну, по крайней мере, для самих жителей. 

Солнце давно находилось высоко над головой, освещая абсолютно всё, но не согревая. На солнце переливался волнами грязно-желтый снег. Дул легкий, еле заметный ветерок.

  Все это было редкостью в таком месте. Но это и неудивительно, всё же природа на Таймырском полуострове довольно жёсткая. Но люди — слишком изобретальные и настойчивые существа. 

Именно поэтому здесь живут люди, а не находиться арктическая пустыня. 

Но наша героиня не совсем подходит под эти характеристики, если бы подходила, то сидела бы сейчас дома и попивала какао с маршмеллоу, читая новый томик манги. 

К её собственному сожалению, она, надев тёплый пуховик до колен и джинсы с начёсом, идёт по направлению к какой-то богом забытой заброшке. Её брови слишком напряжены и плотно сведены к переносице, всем, кто проходит рядом становиться моментально понятно, что к девушке лучше не подходить, настолько очевиден её плохой настрой. 

А главная героиня безостановочно чертыхается на свои чёртово любопытство, которое обрубило на корню росток рациональности, и безотказность, что были худшему чертами по скромному мнению Насти. Но даже сейчас интерес не собирался остывать, наоборот, с каждым шагом только набирал обороты. 

Наконец придя к назначенному месту встречи, так никого и не увидев, она почувствовала необычайное воодушевление. Интерес накрыл с головой, словно цунами, неизбежно приближающее ощущение безысходности. Но не обратив внимание на данный всплеск эмоций, решила, что ничего страшного не случиться, если она одним глазком глянет на здание изнутри. 

Заброшенный комплекс оброс растительностью в местах без снега, состоящей в основном из одуванчиков. И как только? Это явление слегка насторожило Настю. Окна были выбиты вандалами, из рам торчали острые осколки стекла, увидев это, героиня сразу отмела решение проникнуть вовнутрь через окна. На стенах были различные надписи, состоящие как из безобидных, так и тех, которые буквально сквозили ненавистью, злобой и болью. 

Последнее непонятно откуда появилось после того, как темноволосая прочитала короткую фразу, содержащию всего два слова «Я скучаю».  Тяжёлая атмосфера этого места ощущалась не только морально, но и физически. Но страх полностью уступил место упорности, которую Настя никогда не показывала, она даже не знала об её существование, ведь всегда вкладывала в любое занятия лишь половину своих сил. 

Все же решив пройти через чёрный вход, героиня попала в многоэтажку со множеством недостроенных квартир, как ей рассказала Саша, стройка началась ещё в советское время, но так и не закончилась по непонятным причинам. Но есть теория, что кто-то совершил здесь самоубийство, из-за чего её и прикрыли. 

В помещение все ощущения увеличились в несколько раз. Стены давили на всякого вошедшего, словно желая раздавить нарушителя спокойствия. Аналогично улице, все они были исписаны. Штукатурка валялась на полу вдоль стен, защищая и предупреждая, что кто-то подошёл слишком близко к стене. Всё это, вместе взятое, застовляло храброе и наивное сердце биться быстрее. 

Но не это привлекло внимание малышки, а непонятная вещь, зрение у неё было ни к чёрту, весящая на потолке второго этажа. Поднявшись, чтобы узнать, что же это такое, девочка уменьшила между ними расстояние. 

Это оказалась верёвка. Самая обычная верёвка, завязанная в петель. Самоубийца. Пришла к выводу девочка. В молодую душу прокрались липкие сомнения, но даже они не заставили отступить.  Вернувшись к тщательному осмотру заинтересовавшей вещички, она увидела то, что заставило всё внутри замереть. Кровь. 

Руки, до этого вертевшие верёвку так и сяк, резко отпустили её. Насте померещилось, словно они полностью в крови.  Это стало спусковым крючком, заставившим всё внутри отмереть, а после сжаться в маленький комок. В голове играли слова Саши об истории этого здания. И она побежала без запинки, без оглядки, не смотря, куда держит путь. Лишь бы убежать. Лишь бы исчезнуть. Лишь бы больше этого не видеть. 

Это и стало самой страшной ошибкой. Не заметила, что пол стал менее устойчивым, начав трещать по швам. Не обращая внимания на странный звук, девочка бежала. 

Внезапно опора пропала из-под ног. Сердце ускорилось и застучало с новой силой в ушах. В первые секунды темноволосая этого даже не заметила, лишь в миг, когда тело пронзила невыносимая боль. 

Она лежала под обломками и чувствовала всепоглощающую боль и растеренность, не понимая, что произошло. Её голова была полна странных рассуждений. Но одно было страшнее остальных. 

Смерть. Она умирает. Кто ожидает, что в самом рассвете сил их встретит смерть. Никто. И она не ожидала. 

Но всё, что она могла сделать, это заплакать. Беспомощно. Душераздирающе. Растеренно, словно ребёнок, потерявшийся в магазине. 

Казалось, прошла вечность, в действительности же лишь пару секунд. А девочка все не прекращала лить слёзы, пытаясь утопить всё в них. Ещё мгновенье и ранее сияющие наивностью глаза стали безжизнеными. Словно у марионетки с обрезанными кукловодом нитками. Дыхание, которое и до этого было прерывистым, прекратилось вовсе. Тело приняло позу изломанной куклы. 

Смерть забрала это невинное дитя в свои костлявые объятья, наконец нарушив мучение души, которая с нетерпением ждала этого момента.
***
— Боже, где она? — спросила уже терявшая терпение Саша. Все ждали Настю уже битые полчаса, названивая каждые пять минут.

— Блин, мы таким темпом не успеем осмотреть всё. Пойдём уже без неё, —сказал рослый блондин. На его предложение все начали активно поддакивать. 

Под их напором шатенка сдалась и согласилась пойти без одноклассницы. Вся компания, состоящая из трёх парней и двух девушек, кроме Саши, радостно загоготала и направилась к чёрному входу в здание, дверь которого почему-то была открыта, но никто не обратил внимание, поглощённые возбуждением от предстоящего события. 

Зайдя, то, что они увидели, заставило всех замереть в проходе рядом с лестницей. У всех в голове медленно начала складываться картина произошедшего, а также причина отсутствия знакомой. Лица ребят стали белее мела, а после приобрели болотный оттенок, рвотные позывы дали о себе знать. Всех вырвало недавним школьным обедом, а после на всех порах школьники побежали из здания, ими управлял страх. 

Все, кроме Саши. Она так и застыла в проходе каменным изваянием, даже толчки пробегающих ребят не помогли ей очнуться. Они только поспособствовали падению на бетонный пол. Она не могла отвести взгляд и лишь смотрела на остывающий труп одноклассницы, нет, им было комфортно и весело друг с другом, если бы им дали ещё хоть кроху времени, они бы стали подругами, а после уже и лучшими. 

Отвлекло её от прожигания собственным взглядом зелёных глаз вой сирен. Скорая. Кто-то всё же вызвал. 

Внезапно из глаз девушки полились горячие слёзы, обжигающие кожу лица и оставляющие мокрые дорожки. В здание вбежали медики в белой униформе, завидев шатенку, принялись оттаскивать её прочь от холодного тела. 

Было ясно как день, они ещё долго не смогут оправиться после сегодняшнего события, особенно не отводящая печального взгляда девушка.
***