глава 40: Больница святого Мунго
В десять минут шестого дверь распахнулась, и в кухню вошла миссис Уизли. Она была бледна, но, когда все повернулись к ней, а Гарри, Фред и Рон привстали, слабо улыбнулась.
— Он поправится, — сказала она усталым голосом. — Попозже пойдём навестим его. Сейчас с ним сидит Билл, утром он не пойдёт на работу.
Фред упал в кресло и закрыл лицо руками. Джордж и Джинни бросились к матери и обняли её. Рон неуверенно засмеялся и разом опорожнил бутылку.
— Завтрак! — весело и громко объявил Сириус и вскочил на ноги. — Где этот проклятый эльф? Кикимер! КИКИМЕР!
Но Кикимер не откликнулся на зов.
— Да ладно, пап, — сказала Селена. — Сами приготовим.
— Ты права.
Гарри кинулся помогать у плиты Сириусу и Селене. Но едва он вынул тарелки из буфета, миссис Уизли отняла их и заключила его в объятия.
— Не представляю, что было бы, если бы не ты, Гарри, — тихо сказала она. — Не знаю, через сколько часов его нашли бы — и было бы уже поздно. Он жив благодаря тебе. А Дамблдор сочинил правдоподобную историю для объяснения, почему Артур оказался там. Не представляешь, какие нас ждали бы неприятности — вспомни беднягу Стерджиса...
Гарри мучительно было выслушивать слова благодарности, но, к счастью, она отпустила его и стала благодарить Сириуса за то, что приютил на ночь детей. Сириус ответил, что рад был оказаться полезным и надеется, что они поживут у него, пока мистер Уизли в больнице.
— Сириус, я так тебе признательна... Они хотели бы тут побыть... ближе к больнице... Значит, наверное, останемся и на Рождество.
— Чем больше нас — тем веселее! — Сириус так искренне обрадовался этому, что она просияла.
Она надела фартук и занялась завтраком.
Селене, увидев искреннюю улыбку отца, самой стало тепло на душе.
Селена почувствовала, как сзади кто-то коснулся её плеча. Обернувшись, она увидела перед собой Фреда.
— Мне кажется, что нам пора поговорить, — с лёгкой улыбкой сказал он.
Фред, взяв Селену за руку, легонько потянул её за собой. Дойдя до комнаты, он медленно остановился и повернулся лицом к Селене.
— Знаешь, я хотел извиниться. Я был неправ насчёт твоего отца...
— Если ты действительно хочешь, чтобы я тебя простила, то иди извинись перед моим отцом, — твёрдо сказала Селена и быстро скрылась в темноте коридоров.
Фред сел на кровать и провёл по лицу рукой. Посидев так пару минут, он поднялся и вышел из комнаты Селены, хлопнув дверью. «Она ведь знает, что я терпеть не могу просить прощения у кого-либо», — думал Фред. Джорджа, который шёл навстречу к Фреду со словами: «Ну что?», он просто-напросто оттолкнул и пошёл дальше — а именно к Сириусу. Вид у Фреда был явно недовольный, он считал себя правым и вовсе не хотел извиняться. Почти дойдя до Сириуса, он остановился, чтобы успокоиться и нормально извиниться.
— Сириус, можно тебя на минуту? — сказал Фред, уже подойдя к Блэку, на что тот кивнул.
Отойдя на пару шагов в более укромное место, Фред начал просить прощения у Сириуса. Тот внимательно выслушал его, иногда поднимая брови. Селена, идя по коридору, услышала их разговор. Она тихо стала за стеной.
— Ну ладно, прощён, — сказал Сириус, улыбнувшись Фреду.
Вечером Селена, проходя мимо гостиной, увидела Фреда, сидящего в кресле и внимательно смотрящего в камин. Она аккуратно оперлась об косяк двери.
— Что делаешь? — тихо спросила Селена.
Фред резко повернул голову. Его глаза были наполнены лёгким шоком.
— Ничего...
— Знаешь, я хотела сказать, что больше не обижаюсь на тебя.
— Правда? — улыбнулся Фред.
Селена кивнула. Фред подошёл к Селене и, взяв в ладони её лицо, поцеловал её. Глаза девушки расширились от неожиданности.
---
Уже в больнице они прошли через двойную дверь, затем по узкому коридору, увешанному портретами знаменитых целителей и освещённому хрустальными шарами, полными свеч и плававшими под потолком наподобие гигантских мыльных пузырей. Из дверей по сторонам выходили и входили в палаты волшебники и волшебницы в светло-зелёных халатах. Из одной двери потёк жёлтый, дурно пахнущий газ; время от времени откуда-то доносилось приглушённое подвывание и стоны. Они поднялись по лестнице и вошли в отделение для раненых магическими существами. На второй двери справа была табличка: «Опасно. Палата Дай Луэллин, серьёзные укусы». Под ней — карточка в латунном держателе, и на карточке от руки надпись: «Дежурный целитель — Гиппократ Сметвик. Целитель-стажёр — Август Сепсис».
— Молли, мы подождём снаружи, — сказала Тонкс. — Мистеру Уизли ни к чему так много гостей разом... Сначала родные.
Грозный Глаз одобрительно буркнул и прислонился спиной к стене коридора, вращая волшебным глазом во все стороны. Гарри и Селена тоже попятились, но миссис Уизли поймала их и втолкнула в дверь со словами:
— Не глупи, Гарри. Артур хочет тебя поблагодарить. А ты, Селена, нам как родная дочь.
Палата была маленькая и невзрачная, с одним узким окошком наверху в стене напротив двери. Больше света давала гроздь хрустальных шаров под потолком. Стены — в дубовых панелях, на одной — портрет довольно свирепого волшебника с подписью: «Уркхарт Ракплуг, изобретатель Кишечно-опорожнительного заклятия».
Тут было всего трое больных. Мистер Уизли занимал койку в дальнем конце, возле окошка. Селена заметила, что тот полусидит, опершись на несколько подушек, и читает «Ежедневный пророк» под лучом солнечного света, падавшим как раз на его кровать. Он оторвался от газеты и, увидев, кто к нему идёт, весело заулыбался.
— Привет! — сказал он, отбросив газету. — Молли, Билл только что ушёл, ему надо на службу, но обещал заглянуть к вам попозже.
— Ну, как ты, Артур? — миссис Уизли наклонилась, поцеловала его в щёку и озабоченно посмотрела на его лицо. — Вид у тебя ещё неважный.
— Отлично себя чувствую, — бодро ответил он и протянул здоровую руку, чтобы обнять Джинни. — Если бы сняли повязки, я бы домой пошёл.
— А почему не снимают? — спросил Фред.
— Когда снимают — кровь идёт со страшной силой, — весело объяснил мистер Уизли и протянул руку за волшебной палочкой, лежавшей на тумбочке. Он взмахнул ею, и появилось шесть стульев. — Видимо, в зубах у этой змеи был довольно необычный яд — не даёт закрыться ранам. Но они уверены, что найдут противоядие, а пока велят каждый час принимать крововосполняющее зелье. А вот сосед, бедняга... — он понизил голос и кивнул на кровать напротив, где лежал мужчина с болезненным зеленоватым лицом и глядел в потолок, — его покусал оборотень. От этого нет средств.
— Оборотень? — с тревогой переспросила миссис Уизли. — А ничего, что он в общей палате? Разве его не должны изолировать?
— До полнолуния ещё две недели, — тихо напомнил ей мистер Уизли. — Сегодня они с ним беседовали, целители. Пытались убедить его, что он сможет вести почти нормальную жизнь. Я сказал ему — без имён, конечно, — что лично знаю оборотня: милейший человек, и прекрасно справляется в такой же ситуации.
— И что он ответил? — спросил Гарри.
— Что, если не заткнусь, буду укушен второй раз, — с грустью сказал мистер Уизли. — А та вот женщина, — он показал на третью занятую кровать у самой двери, — не признаётся, кто её укусил, и мы подозреваем, что она могла держать недозволенное существо. Так или иначе, оно отхватило у неё изрядную часть ноги — очень неприятный запах, когда меняют повязку.
— Так ты расскажешь нам, что случилось? — спросил Фред, придвигая свой стул к кровати.
— Ну, вы уже знаете, правда? — мистер Уизли со значением улыбнулся Гарри. — Всё очень просто. Я устал за день, задремал на дежурстве — подкралась ко мне и укусила.
— В «Пророке» уже есть об этом? — Фред показал на брошенную отцом газету.
— Нет, конечно, — сказал мистер Уизли с улыбкой, в которой сквозила лёгкая горечь. — Министерство не желает доводить до сведения публики, что здоровенная гнусная змея...
— Артур! — предостерегла его миссис Уизли.
— ...добралась до меня, — поспешно закончил он.
— Где же ты был, когда это случилось? — спросил Джордж.
— Это моё дело, — отрезал отец, слегка улыбнувшись. Он схватил «Ежедневный пророк», развернул и сказал: — Когда вы пришли, я как раз читал об аресте Уилли Уиддершинса. Оказывается, эта летняя история с извергающими унитазами — его рук дело. Однажды его заклятие дало осечку, унитаз взорвался, и его нашли без сознания среди осколков, с головы до ног в...
— Когда ты говоришь, что был «на дежурстве», — тихо перебил его Фред, — ты чем был занят?
— Ты слышал отца, — прошептала миссис Уизли. — Здесь мы это не обсуждаем! Так что там с Уиддершинсом, Артур?
— Не спрашивайте меня как, но от обвинения по туалетному делу он отвертелся, — хмуро сказал мистер Уизли. — Нетрудно догадаться, что кое-кого подмазали.
— Ты охранял его? — тихо спросил Джордж. — Оружие? За которым охотится Сам-Знаешь-Кто?
— Замолчи, Джордж! — прикрикнула мать.
— Словом, — продолжал мистер Уизли, повысив голос, — на этот раз Уилли поймали на продаже кусающихся дверных ручек, и теперь он вряд ли выпутается — в газете пишут, что двое маглов лишились пальцев и помещены сюда для восстановления костей и изменения памяти. Подумать только — маглы у святого Мунго! Интересно, в какой они палате? — Он оглянулся, словно ожидая увидеть таблички с фамилиями.
— Гарри, ты вроде говорил, что у Сам-Знаешь-Кого есть змея? — спросил Фред, глядя при этом на отца. — Большая. Ты видел её в ту ночь, когда он вернулся, верно?
— Довольно об этом, — рассердилась миссис Уизли. — Грозный Глаз и Тонкс ждут в коридоре, Артур, и хотят тебя видеть. А вы, ребята, постойте снаружи. Потом зайдёте попрощаться. Ну?
Они высыпали в коридор. Грозный Глаз и Тонкс вошли в палату и закрыли за собой дверь. Фред поднял брови.
— Прекрасно, — сказал он и полез в карманы. — Пожалуйста. Можете ничего нам не говорить.
— Эти ищешь? — сказал Джордж, демонстрируя что-то похожее на пучок шнуров телесного цвета.
— Читаешь мои мысли, — ухмыльнулся Фред. — Поглядим, наложил ли святой Мунго заклятие недосягаемости на двери палат.
Вдвоём они распутали пучок, отделили один от другого пять Удлинителей ушей и раздали остальным.
— Бери, Гарри! Ты спас папе жизнь. Кто-кто, а уж ты имеешь право послушать.
Невольно улыбнувшись, Гарри взял шнур и засунул конец в ухо, как близнецы и Селена.
— Ну, двигайтесь! — шепнул Фред.
Шнуры телесного цвета, извиваясь, как длинные тонкие червяки, проползли под дверь. Сначала Гарри ничего не слышал, а потом даже вздрогнул от неожиданности — шёпот Тонкс зазвучал так явственно, как будто она стояла рядом.
— Обыскали всё вокруг, но змею не нашли. Будто исчезла после того, как напала на тебя, Артур... Но Ты-Знаешь-Кто не мог ведь рассчитывать, что она туда проберётся, правда?
— Думаю, он послал её на разведку, — прорычал Грюм. — До сих пор ему ничего не удавалось, так ведь? Нет, думаю, он хочет получить представление о том, с чем имеет дело, и если бы не Артур, эта гадина успела бы как следует оглядеться. Значит, Поттер говорит, что всё видел?
— Да, — отозвался мистер Уизли. Голос его звучал напряжённо. — Знаете, Дамблдор почти ожидал, что Гарри увидит нечто подобное.
— Есть что-то странное в парне, мы все это знаем.
— Когда я утром говорила с Дамблдором, он, по-моему, тревожился за Гарри, — прошептала миссис Уизли.
— Ещё бы не тревожился, — проворчал Грюм. — Малый видит глазами Сами-Знете-Чьей змеи. Сам он, очевидно, не понимает, что это может значить, но если Вы-Знаете-Кто овладел им...
— Ну ничего себе... — тихо прошептала Селена.