глава 8:дементор
Зайдя в поезд ребята на мои искать свободное купе. Удача им улыбнулась в самом конце вагона.
В купе находился всего один пассажир, дремавший возле окна. Троица переступила порог. Странно. «Хогвартс-Экспресс» предназначен для школьников, и, кроме волшебницы, развозившей тележки с едой, взрослых они раньше не видели.
Незнакомец был одет в поношенную, штопаную-перештопаную мантию. Болезненного вида и измождённый, но совсем ещё не старик, светло-каштановые волосы едва тронуты сединой.
Ребята закрыли дверь и сели подальше от окна.
— А это кто такой? — шепнул Рон.
— Профессор Р. Дж. Люпин, — не замедлила с ответом Гермиона.
— Откуда ты знаешь?
— Посмотри на чемодан. — Она показала на полку над головой мужчины.
Маленький потрёпанный чемодан был перевязан верёвкой, аккуратно связанной из множества маленьких верёвочек. В одном из углов была надпись: «Профессор Р. Дж. Люпин».
— Интересно, что он преподаёт? — Рон, прищурившись, глядел на его бледный профиль.
— Защиту от тёмных искусств. Только по ней нет преподавателя. — ответила Селена
У них было уже два учителя по защите, на первом курсе и на втором. Ходили слухи, что на эту должность наложено заклятие.
Усевшись они начали болтать.
— Кстати,вы слышали что Сириус Блэк сбежал? — спросил Рон. — мне отец рассказал,да и в "пророке" писали. Отец говорил что он убил тринадцать человек одним заклинанием и теперь намерен убить Гарри.
Селена вздрогнула. Её и без того бледное лицо стало почти мраморным. На секунду она перестала дышать. Нет, она не удивлена. Она знала. Она давно знала. Но слышать это — вслух, от друга, с оттенком страха в голосе — было совсем другим.
Не особо зациклившись на теме о побеге Сириуса Блэка друзья продолжили говорить.Гарри рассказал друзьям о том что ему не подписали разрешение на посищение Хогсмида.
Рон ужаснулся.
— Как так? Постой, можно ведь попросить профессора МакГонагалл или ещё кого, найдём кому подписать...
— Профессор МакГонагалл, очень строга, никогда не нарушит правил. — Ответил Гарри
— А ну в этом случае спросим Фреда с Джорджем, они знают все тайные выходы из замка...
— Рон! — возмутилась Гермиона. — Гарри нельзя покидать замок, пока Блэк на воле.
— Вот именно это и скажет МакГонагалл, попроси я её подписать разрешение, — усмехнулся Гарри.
— Гарри, но с тобой будем мы! — Глаза у Рона сверкнули. — И никакой Блэк не посмеет...
— Рон, не говори глупости, — возразила Гермиона. — Блэк днём, на людной улице столько человек убил! Неужели он, увидев нас, испугается и оставит Гарри в покое?
Селена промолчала и просто уставилась в окно.Казалось меньше всего на свете она не хотела сидеть здесь.
Гермиона расстегнула ремни на корзине с Живоглотом.
— Не выпускай! — крикнул Рон, но было поздно.
Живоглот легко выпрыгнул из корзины, потянулся и вскочил ему на колени. Внутренний карман у Рона задрожал, и Рон довольно грубо отшвырнул кота:
— Пошёл вон!
— Как не стыдно, Рон! — возмутилась Гермиона.
Рон не остался бы в долгу, если бы профессор Люпин в эту минуту не зашевелился. Все четверо замерли, но профессор повернул голову в другую сторону и, слегка приоткрыв рот, продолжал спать.
«Хогвартс-Экспресс» держал курс на север. Погода за окном помрачнела, небо заложило тучами. Реже появлялись поля и фермы. По коридору туда-сюда стали ходить люди. Живоглот обосновался на незанятом месте, повернув курносую морду к Рону, его жёлтые глазки буравили заветный карман.
В час дня пухлая волшебница покатила тележку с едой.
— Эй,Сел,будешь что-то? — спросл Гарри,стоя у двери с мешочком денег
— Нет, спасибо,я не голодна.
Гарри и Рон переглянулись,но больше ничего не сказали.Зайдя обратно в купе они принялись есть.
После полудня зарядил дождь, за окном проплывали расплывчатые очертания холмов, и ребят стало клонить ко сну.
В коридоре послышались шаги, у двери шаги смолкли, и сон как рукой сняло. В дверях появилась троица заклятых врагов — Драко Малфой, Винсент Крэбб и Грегори Гойл.
— Кого я вижу, — по обыкновению лениво протянул Малфой, шире открыв дверь. — Поттер и его пособник Уизли.
Взгляд Малфоя упал на Селену и Гермиону, сидящих рядом.
— О, дочурка убийцы и грязнокровка тоже тут.
— И трусливый идиот. — Ответила на его насмешки Селена.
Рон вскочил, уронив на пол корзину Живоглота.Профессор Люпин всхрапнул.
— А это кто такой? — попятился Драко.
— Новый учитель. — Гарри тоже вскочил: вдруг будет нужна помощь. — Что ты там сказал, Малфой?
Бесцветные глазки Малфоя сощурились. Драться перед носом учителя? Нашли дурака.
— Идём, — бросил он свите. И раздосадованные враги убрались восвояси.
— Я больше не намерен терпеть Малфоя! Ещё слово о моей семье, и его поганая башка...
Рон сделал в воздухе яростный выпад.
— Рон, пожалуйста, тише, — прошептала Гермиона, кинув взор на профессора Люпина.
Но профессор спал как ни в чём не бывало.
Дождь усилился, а «Хогвартс-Экспресс» мчал всё дальше на север. Окна закрыл густой туман. Стемнело. По всему вагону и над багажными полками загорелись лампы. Стучат колёса, по окнам барабанит дождь, завывает ветер, а профессору Люпину всё нипочём — спит себе и спит.
— Скоро должны приехать. — Рон пытался что-то разглядеть в тёмном окне.
Не успел он закрыть рта, как поезд замедлил ход.
— Прекрасно! — Рон вновь подал голос и, осторожно обойдя профессора, стал вглядываться в темноту за стеклом. — Умираю с голоду. Скорее бы за праздничный стол.
Селена посмотрела на часы.
— Но нам ещё далеко ехать, — заметила она.
— А чего же мы останавливаемся?
Поезд ехал всё медленнее. Шум двигателя утих, зато ветер и дождь за окном как будто усилились.
Гарри, находившийся ближе всех к двери, выглянул в коридор. Из других купе тоже высовывались любопытные.
Поезд дёрнулся и остановился. Судя по звукам в вагоне, с полок посыпались вещи. Неожиданно погасли все лампы, и поезд погрузился в кромешную тьму.
— В чём дело? — раздался позади голос Рона.
— Ой! — вскрикнула Гермиона. — Рон, это моя нога!
Гарри добрался до своего сиденья.
— Может, авария? — предположила Селена.
— Не знаю...
Что-то зашуршало, и Гарри увидел на фоне окна смутный силуэт Рона, протиравшего запотевшее стекло.
— Там что-то движется, — сказал Рон. — По-моему, к нам спешат люди.
Дверь открылась, и кто-то стал Гарри на ногу.
— Простите! Вы не знаете, что случилось?
— Привет, Невилл! — Гарри протянул в темноте руку и схватил его за мантию.
— Гарри? Это ты? Что случилось?!
— Понятия не имею! Иди к нам, садись.
Раздалось сердитое шипение — Невилл сел на Живоглота.
— Пойду схожу к машинисту, узнаю, что произошло, — послышался голос Гермионы.
Гарри дал ей пройти. Дверь опять скользнула, звук столкновения, и два голоса вскрикнули:
— Кто это?
— А это кто?
— Джинни?
— Гермиона?
— Что ты делаешь?
— Ищу Рона.
— Иди, садись.
— Не сюда! — предупредил Гарри. — Здесь я.
— Ой! — крикнул Невилл.
— Тихо! — вдруг раздался хрипловатый голос. Профессор Люпин наконец проснулся. Гарри услышал шорох в углу. Все замолчали.
Слабый треск — и в купе забрезжил свет. В ладонях профессора Люпина подрагивал огонь, освещая усталое, серое лицо. Глаза его, однако, были ясны и настороженны.
— Оставайтесь на месте. — Голос был всё ещё сиплый после сна. Он медленно встал, держа перед собой пригоршню огня, и пошёл к двери, но та, опередив его, медленно открылась
Дрожащее пламя в руках Люпина осветило упиравшуюся в потолок фигуру, закутанную в плащ.
Лицо пришельца было полностью скрыто капюшоном.
Глаза Гарри метнулись вниз, к горлу подступила тошнота. Из-под плаща высунулась рука: лоснящаяся, сероватая, вся в слизи и струпьях, как у долго находившегося в воде утопленника.
Рука торчала наружу долю секунды: существо как будто почуяло взгляд Гарри и поспешно спрятало её в складке чёрной материи.
То, что было под капюшоном, протяжно, с хрипом не то взвыло, не то вздохнуло, словно хотело засосать не только воздух, но вообще всё вокруг.
Присутствующих обдало стужей. У Гарри перехватило дыхание. Мороз пробирался под кожу, в грудь, в самое сердце.
Глаза Гарри закатились. Он ничего не видел. Погрузился в холод. В уши хлынул поток воды. Его тащило вниз, вой усиливался.
Откуда-то издалека донёсся жуткий, пронзительный вопль мольбы. Гарри хотел помочь, всё равно кому, попытался шевельнуть руками, но не смог. Его окутал густой белый туман...
— Гарри! Гарри! Ты в порядке?
Кто-то шлёпал его по лицу.
— Что... что?
Гарри открыл глаза. Светят фонари, подрагивает пол. «Хогвартс-Экспресс» снова в пути, и горит свет. А он что, упал с сиденья? Рон с Гермионой и Селеной склонились над ним, стоят на коленях, позади Невилл и профессор Люпин. Гарри хотел поправить очки, и его затошнило, на лбу выступил холодный пот.
Рон и Гермиона уложили его на сиденье.
— Как ты? — забеспокоилась Селена
— Ничего. — Гарри бросил взгляд на дверь. Существо в капюшоне исчезло. — Что это было? Где тот... ну который выл?
— Никто не выл. — Рон недоумевающе покачал головой.
Гарри осмотрел освещённое купе. Бледные-бледные Джинни и Невилл таращили на него глаза.
— Но я слышал вой.
Что-то громко треснуло, и все вздрогнули. Профессор Люпин разломал на части большую плитку шоколада.
— Держи, — протянул он Гарри самый большой кусок. — Съешь и станет полегче.
Гарри взял, но есть не хотелось.
— Вы не знаете, кто это был? — спросил он Люпина.
— Дементор. — Люпин раздавал шоколад всем остальным. — Один из дементоров Азкабана.
Все смотрели на него, не веря ушам. Профессор Люпин скомкал пустую обёртку и сунул в карман.
— Ешь, — повторил он. — Увидишь, станет легче. Простите, я ненадолго уйду, мне надо кое-что сказать машинисту.
Люпин скрылся в коридоре.
— Гарри, ты и вправду в порядке? — Гермиона тревожно смотрела на друга.
— Я так и не понял, что произошло. — Гарри вытер пот со лба.
— Ну, понимаешь, этот дементор стоял здесь и осматривался, и ты, ты...
— Наверное, это был обморок. — Селена никак не могла успокоиться. — Ты вдруг обмер, упал и забился...
— А профессор Люпин подошёл к дементору, вынул палочку, — продолжила Гермиона, — и сказал: «Никто из нас не прячет Сириуса Блэка под мантией. Уходи». Но великан не шелохнулся. Тогда Люпин что-то пробормотал, и из палочки на дементора посыпались серебряные искры, тот развернулся и тотчас исчез.
При упоминание имени отца,Селене стало не по себе.
— Я сейчас вернусь. — сказала Селена и вышла из купе.
Селена шагнула в коридор, оставив за собой тихий шорох. Тёмные мысли, буря в голове — она не могла вернуться в купе, не сейчас. Внутренний холод, который она не могла выбросить из себя, сжимал её сердце, а имя её отца, произнесённое профессором, эхом отдавалось в ушах. Она не хотела, чтобы кто-то видел, как это её затронуло.
Проходя по вагонам, она чувствовала, как её шаги становятся всё более нерешительными. Она не знала, куда идёт, просто шла вперёд, в поисках пустого места, где никто не будет её беспокоить. Вскоре она оказалась в самом конце поезда, возле дверей, ведущих к следующему вагону. Там было темно и тихо.
Селена подошла к окну и уставилась в непроглядную тьму. Внутри неё всё продолжало холодить, но теперь это был уже не физический страх. Это была пустота. Её мысль металась между воспоминаниями о матери, о её отношениях с Сириусом и этим невероятным чувством, которое было похоже на горечь.
Дементоры. Азкабан. Воспоминания о прошлом. Всё сливалось в одно неясное пятно, от которого хотелось убежать. Она зарылась лицом в ладони, но тут же осознала, что это не поможет. Ей нужно было успокоиться. Её друзья волновались, и она не могла позволить себе показаться слабой перед ними.
Сделав глубокий вдох, она попыталась заставить себя быть сильной. Она не могла позволить этим чувствам контролировать её. Не в этот момент. Она не была одна в этом мире, но и не могла позволить себе показаться уязимой.
Через несколько минут, собравшись с мыслями, Селена развернулась и направилась обратно в купе.
— Селена?Все в порядке?
Селена подняла голову и увидела профессора Люпина.Она не поняла откуда он знал ее имя.
— Да,все хорошо, профессор.