Глава двадцать девятая
«Любить – значит уметь сказать
"я тебя люблю",
не произнося ни слова.»
Виктор Гюго.
Ли Сонхи стояла как на краю у пропасти. Перед концом огромного и пустого бассейна, с другой части зала, находилась Шин Хёнэ. Девица по ту сторону выглядела так, словно сбежала с гонок.
На левой ладони красовался бинт. Правая рука согнута и спрятана за спиной. Одежда была чёрного цвета. Волосы растрёпаны, но выглядят невыносимо красиво. Она хищно смотрела на Сонхи, растерянную на все сто.
— Ты? — Единственное, что удалось выронить Ли.
Сделав шаг ближе и слегка наклонив голову вправо, Хёнэ глядела на неё.
— Но как... Я не верю...
— Что? Не ожидала увидеть меня, да? Но теперь мы с тобой одни, и я бы хотела задать пару вопросов. — Убрав руку из-за спины, в правой ладони показался пистолет. Сонхи сглотнула.
Ли стала медленно отступать, не отрывая взгляда от Шин. Она была напугана до высшей степени. Вы только представьте, какого будет человеку, у которого собеседник с пистолетом в руке. Полное безумие, не так ли?
— Только попробуй свалить, — Хёнэ дёрнулась и направила оружие прямиком на Сонхи.
Что ж, теперь первокурсница была в отчаянии. И как быть? Что делать?
Девица сощурила глаза и пристально следила за каждым движением Ли. Но та, полностью шокированная происходящим, не совсем понимала, реально всё это или ей снится какая-нибудь чушь.
— Сонхи, что же ты наделала? — нервно смеясь, произнесла Шин. — Идиотка. Ты даже себе не представляешь, как я тебя ненавижу! Думаешь, что если крутишься у Бана под ногами, и он тебя любит — спешу разочаровать, он в тебе вообще ничего привлекательного не видит. Ты просто игрушка в руках моего мужчины и не более.
— Ты совсем спятила, — удивлённо смотря, закрепила Ли. — Просто смирись с тем, что вы не вместе. Знаю, расставание — это трудно, но это ведь не повод доходить до такого уровня сумашествия! Не стреляй, Хёнэ. Хотя бы ради Криса.
Шин усмехнулась и высокомерным взглядом прошлась по Сонхи. Все её слова казались полным дерьмом, придуманным лишь для того, чтобы уберечь себя.
— Не стрелять в тебя? Тебе напомнить, что я сделала с Хваном? Или ты думаешь, я послушаю тебя и твои глупые высказывания?
Тем же временем, в кабинете у Кристофера, доносился недовольный вопль. И угадайте, кто там был — конечно же, разъярённый владелец здания.
— Мистер Со, какого чёрта Вы соизволили прийти сюда с недоделанной работой? Я дал чёткое представление о том, что нужно явиться ко мне через час с выполненным поручением!
— Мистер Бан, замолчите. Я пришел сюда не потому, что сделал работу или ещё что. Из зала с бассейном ведётся чей-то диалог, но в бассейн буквально никому нельзя туда соваться, так как по расписанию там никого и быть не должно.
Недоуменно глянув на сотрудника, Чан быстро залез в ноутбук. Включил камеры и устремил взгляд на ту, которая располагалась в бассейне.
— Там действительно есть кто-то, — подтвердил Крис. — Идём за мной.
Бан вместе с Чанбином вышли из кабинета, и старший стал спешно закрывать дверь на ключ. Мужчины после этого же сразу помчались к взломанному месту.
Пройдя через мужскую раздевалку, оба оказались в бассейнном зале. Чанбин удивился, а вот Крис пребывал в гневе.
— Чан! — крикнула Сонхи.
— О, наш герой явился. — Ухмыльнувшись, заявила Шин. — Как жизнь, Кристофер?
Чан хрустит шеей. Его эта ситуация нисколько не радует по сравнению с Хёнэ, которая знала, что тот обязательно придёт за Ли. Её происходящее забавляло, и это факт.
Бан за мгновение оказался спереди Сонхи. Она же, забеспокоившись за мужчину, нервно взяла его руку.
— Наш Чанни прилетел спасать свою возлюбленную, как мило, — издевалась Хёнэ. — А на что ты ещё способен?
Чан посмотрел на Бина и кивнул, а тот сощурил глаза и покинул зал. Теперь они втроём.
Возможно.
— Хёнэ, проваливай по-хорошему. — Предупреждал он. — Иначе каждая твоя косточка в теле будет переломлена мною. Ты знаешь меня, и если я захочу — в миг сотру тебя в порошок.
— Какие страсти, Кристофер. — Умилялась Шин. — Что ещё умеешь? — Подойдя практически к краю пустового бассейна, спросила она. — Даю тебе последний шанс, Бан. Либо она, либо я. Давай, часики тикают.
— Какого... — нахмурился мужчина.
— Тик-так, Чан. — Дьявольски улыбнулась Хёнэ.
Крис усмехнулся. Ответ был очевиден. Конечно же, он выберет Сонхи.
А Шин знала это, просто хотела растянуть момент. Смотрела в упор, скажем, напоследок любуясь Чаном.
И как же он притягивал её! Хёнэ просто не отрывалась от Бана. Каждая частичка его тела просто манила её. Его мышление, характер, тело, внешность — абсолютно всё ей нравилось в нём. Но, я надеюсь, вы понимаете, что это совсем не любовь? Убить близких любимого, ударить прямо в душу и метаться за ним спустя три года расставания. Безумие, не больше.
— Ты же знаешь мой ответ, Шин. К чему всё это?
Выдав из себя нервный смешок, Хёнэ опустила голову вниз. Оглядела оружие и в тот же миг направила его на Бана.
— Кристофер, если ты не отойдешь, я буду вынуждена стрелять в тебя. Считаю до трёх.
Но Чан не пошевелился. Ему было плевать на себя. Отойдёт — Хёнэ тут же выстрелит в Ли. А ему никак не хочется терять Сонхи. Уж лучше он, чем она.
Но Хёнэ совсем не желала пускать в него пулю. Знала, что Сонхи побежит, вопреки тому, чтобы в Чана не стреляли.
— Два, — прошипела Хёнэ. — Тр...
— Стой! — Отбежав на небольшое расстояние от Криса, выкрикнула Ли. — Не стреляй в него, прошу!
Сонхи была слишком взволнованна. Нет, она ни в коем случае не позволит выстрелить в Чана! Пусть пуля пройдётся по ней, а не по тому, кто так согревает её изнывающую душу.
Шин улыбнулась.
— Твои последние слова, Сонхи.
Направив пистолет, она дала возможность сказать хоть что-то в последний раз. Выдохнув, Ли подняла голова и глянула на бывшую Чана. И, смотря на неё, произнесла:
— Я люблю тебя, Кристофер.
Нажав на курок в тот час, пуля незаметно пролетела огромное расстояние.
Бан молниеносно оказывается возле Сонхи и толкает её. Девушка приземляется на холодный кафель, а запущенная оружием пуля попадает прямиком в Чана.
Глаза Ли наполнились слезами. Она подбежала к нему. Он повалился на пол и, кое-как находясь в состоянии того, чтобы говорить, еле дышал. Голова Криса трещит. Мужчину пронзает невыносимая боль, а последнее, о чём он подумал — Сонхи.
— Хёнэ, копы здесь! — За стенами здания послышались сирены. Полиция уже забегает в помещение. — Плевать на эту Ли, сваливаем! — Вся команда Шин прибежала к выходу из бассейна, и каждый стал выбегать оттуда как можно быстрее.
Но только осталась Оби.
— Хёнэ! — Завопила та. — Уходим!
А Шин испуганно смотрела на Чана. Она хотела отомстить, но не такой ценой. Любая смерть, но не его. Хёнэ продолжала стоять как вкопанная, и так бы она могла провести вечность, если бы не полиция.
— Не брыкайся, — схватив Шин за руки и заломав их за спину, полицейский стал надевать наручники.
А Сонхи так и осталась горевать и рыдать на холодном полу. Слёзы падали на его тело, а другие сотрудники полиции тут же стали уносить Криса.
***
— Что известно про Чана? — опустошенно спрашивает Бона.
— Ни-че-го. Просто ничего. Врачи молчат, — отвечает Хёнджин. — Будем надеяться на лучшее, но нам абсолютно ничего не обещали.
— Ты думаешь...
— Тс-с! — парень обернулся и посмотрел на Сонхи.
Она смотрела куда-то в точку, опустив голову вниз. Ли не ела уже больше двух дней, отнекиваясь тем, что у неё нет аппетита.
То, что случилось с Чаном — стало смертельным ударом в сердце, и оно разбилось на миллион острых осколков, вбивающихся в душу.
Ли не выходила на связь, боялась за Криса каждую секунду. Он не выходил у неё из головы. А в голове стоял тот самый момент, где пуля попадает в него. И среди него тысяча воспоминаний о нём, о её горячо любимом Чане.
— Поверить не могу всё же, — твердил Джисон. — Он как будто... нет, я не верю. Он сможет, должен же выжить, — Хван задумался. — Что там в полиции?
— Хёнэ и остальные оказались за решёткой. И вчера выяснилось, что Шин покончила с собой ночью. А её странные друзья за таким жёстким наблюдением, чуть ли не десять копов их окружают. Тем более зная, что эта шайка устраивала. Грабежи, убийства, постановка всякой дряни, шантаж.
В квартире Хвана расположились шестеро людей. Двое Хванов, Бона, Сонхи, Чон Дженни и Со Чанбин.
— Как хорошо, что Дженни успела вызвать ряд копов. Конечно, те добирались не так быстро, но тем не менее. А у меня, как обычно, телефон был разряжен. Дженни, спасибо Вам. — Восхвалял Бин.
— Я ничего не сделала. На самом деле была в шоке, узнав подробности того, что произошло в бассейне. Как они пробрались туда?
— Без понятия.
Компания так и сидела, обсуждая ситуацию. Время было уже за полночь, но это никого не волновало. Кажется, ребята переночуют у Хёнджина.
Их всех объединяет одно происшествие. И все ранены. Не физически, но ранены. Надеясь на крепкий иммунитет и здоровье Чана, его друзья считают, что он должен выжить. Но кто знает?
Хотя, что теперь вообще будет? Хёнэ мертва, Хёнджину намного лучше, семья Банов теперь в безопасности. Всё, уже всё позади. Осталось только надеяться на лучшее, правда ведь?
Уже четыре часа утра. Понедельник. Начало ещё одной недели декабря. Никто не ложился спать. Трагедия не давала покоя всем, но особенно самым близким людям Чана.
Семья Банов, а на данный момент — миссис Бан, старший сын Чан, младший из сыновей — Бомгю, а также самое маленькое дитя — Юна. По ним был нанесён огромный урон. Сначала их покинул глава семьи, после убили второго сына, а затем пуля прямо в Кристофера. В общем, близкие Чана в полном отчаянии.
— Кто-нибудь будет кофе? — интересуется Бона.
— Я! — Хором выкрикнула компания.
Но Сонхи ничего не ответила.
— Сонхи, тебе налить кофе? — повторяет подруга, подойдя к ней. — Э-эй, Ли, ты вообще как?
Девушка что-то невнятно проговорила и кивнула в знак согласия. А после вновь погрузилась в свои мысли.
Ли Сонхи.
Всё, что сейчас происходит — моя вина. Это моя чёртова вина. Если бы я тогда послушалась Криса... Он бы мог прямо сейчас улыбнуться мне, а не висеть на волоске от смерти.
Врачи ничего хорошего не объявляют. Состояние мужчины ужасно. В больнице лишь пожимают плечами, когда интересуешься, что с Баном и сможет ли он продолжить жить. Чаще всего доктора с сожалением смотрят на меня и твердят, что они делают всё, что могут.
Но здесь нужен крепкий организм. Будь у Чана слабый организм... Нет, я даже думать об этом не хочу!
Вокруг меня собралась небольшая толпа людей. Они что-то не сильно громко обсуждали с довольно печальными лицами. Судя по всему, речь шла о Бане. Я не вникала в разговор, мне совсем не до этого.
Слова на фоне казались неразборчивым шумом. Компания неясно говорит. Словно мычит и разговаривает на непонятном языке.
***
В девять двадцать утра мы все поехали в больницу. Дорога была напряжённой, диалоги отсутствовали. Каждый размышлял только об одном — что же скажут врачи.
Поспешно оказавшись в огромном светлом помещении, мы направились в сторону больничной палаты номер восемь. Около входа в палату копошились сотрудники.
Женщина лет сорока, заметив нас, оставила своих коллег и подошла к нам. Оглядев обеспокоенным видом, врач начала повествовать:
— Я так понимаю, вы к Бан Кристоферу? Верно? — уточнила она. — У меня есть для вас новости. Пожалуй, начну с того, что пуля попала глубоко. Если бы ваш друг не был доставлен к нам, вы бы его потеряли. — Молчание. — Не к счастью, такое слишком редко получается победить. Урон пули оружия сильнее. Но и ваш друг не промах! На удивление, у этого мужчины невыносимо крепкий иммунитет и организм, но он, кажется, маловато спит. Есть совсем немного проблем в организме из-за нехватки сна, а в целом остальное у него в норме.
— Что насчёт того, как он? Состояние не лучше? — вопрошает Чанбин.
— Нам трудно ответить. На данный момент, мужчина в коме. Дышать он почти не может, но мы прикладываем усилия, чтобы тот смог восстановиться. Состояние пока что критическое, неизвестно, станет лучше или нет. Возможны оба варианта. Сейчас шестьдесят пять процентов зависят от нас, а остальные тридцать пять только от вашего друга.
Вернувшись в квартиру Хвана, Мун и Хёнджин ещё обсуждали события. То, что нам сказала врач действительно важно.
Мы все надеемся на лучшее, но никто не знает, что будет.
И я обещаю, Кристофер, я буду до последнего верить в то, что ты очнёшься. Откроешь глаза и снова увидишь мир, но уже без кошмаров. Я буду рядом, если ты захочешь, буду рядом, если понадоблюсь. Буду рядом всегда.